Stone Hand

      На следующее утро я проснулся в обнимку с Джерардом, что для меня оказалось слишком неожиданным. Ну как в обнимку: его рука лежала на моей талии, а я лежал боком свернувшись калачиком, но мне наконец стало хорошо, все недомогания прошли и я чувствовал, что всё так должно и быть. Хотя ещё вчера я не осознавал всю комичность этой ситуации, так как боль затуманила весь мой здравый смысл и если бы не она, то сомневаюсь, что мы когда-нибудь ещё бы так спали.       Головой я лежал на своей руке и чувствовал, как она онемела. Я пытался как можно аккуратнее поменять положение не разбудив Джерарда, но не получилось и на меня сразу посыпались вопросы:       — ​Как ты себя чувствуешь?       — На удивление хорошо.       Я повернулся на другой бок и мы смотрели друг на друга, но чувство неловкости сжирало меня изнутри.       — Что это ночью сегодня было? Ты даже запах кофе не переносишь?       — Я пил кофе много лет так же как и ты, ведрами, — мы почти одновременно усмехнулись, — а потом в какой-то момент, после того как я его выпью мне становилось нехорошо и причём, с каждым разом всё хуже. И вот я дошёл до такого состояния.       — Я где-то читал, что и в чае есть кофеин, но ты его пьешь.       — Верно, но там он немножечко другой и такого сильного эффекта на меня не производит. Есть кое-что наподобие кофе и ты наверное вообще впервые об этом услышишь, но это – цикорий, его у нас почти не достанешь. Обычно мне привозят его родители из России.       — Что это? — по его глазам было видно, что он действительно заинтересован.       — Есть такой цветок, голубоватого цвета. Берут его корень, измельчают и заваривают. Вкус как у кофе, только без кофеина. У меня его сейчас нет, но думаю родители должны привезти на Рождество.       — Ты просто будешь обязан угостить меня им.       — Договорились. Кстати... сколько времени?       — Не парься, мы уже давным давно прогуляли школу. Я специально не ставил будильник. Приблизительно... — он зачем-то посмотрел в окно, — двенадцать часов.       — Как ты определил?       — Солнце видно. Если оно перпендикулярно, то уже около двенадцати. Я так часто время определяю.       — Это гениально, серьёзно. Меня уже наверное в школе недолюбливают из-за прогулов.       — Твой маскарад притягивает к себе доверие и учителя таких, каким ты пытаешься казаться, очень любят.       — Ты что-то имеешь против?       — Нет, но я до сих пор не могу понять зачем...       Мы провалялись на разных концах кровати ещё наверное час, болтая о всякой чепухе до того момента, когда наши животы начали урчать в унисон и нам пришлось встать, чтобы их хоть как-то утихомирить.       Кухней хозяйничал Джерард, хотя в принципе я был и не против. Каким-то волшебным образом, он нашёл в морозилке куриные ножки, а я в свою очередь нашел картошку в подвале. Конечно же меня заставили её чистить, пока он возился с курицей и делал приправу.       — Можно было бы в идеале подождать пока они оттают, но это слишком долго — с этими словами он достал противень с духовки и намазал его маслом, положил туда курицу с моей картошкой и полил соусом, который он сделал сам.       Пока курица делалась мне приказали натереть сыр, а я даже и не мог подумать, что в моем холодильнике есть такое большое количество продуктов.       — Знаешь, — Джерард сидел за барной стойкой и задумчивым взглядом смотрел прямо перед собой, а мой голос его вывел из задумчивого состояния, — я не перестану повторять тот факт, что я восхищен тем, как ты управляешься одной рукой.       — Представляешь, мне уже завтра снимать гипс. Я так к нему привык. Я буду скучать по тому, как мне постоянно приходилось оттирать гипсовую пыль из-за него где только можно...       — О да, я это уже подметил, за ночь моя чёрная майка превратилась почти в белую.       — ...постоянно его перевязывать, а когда перевязываешь, представляешь как это проблематично? Он чуть ли не рассыпается уже за столько времени ношения.       — Представляю.... Даже мне наверное будет непривычно видеть тебя без гипса и не помогать, когда ты что-то не можешь сделать.       Прошло около часа с момента, когда мы запихнули курицу в духовку. По дому начали разноситься вкуснейшие запахи и как только они проскочили я начал специально пилить Джерарда о том, скоро же мы её достанем или нет. Ему это не нравилось и он постоянно бубнил о том, заткнусь я или нет.       Вскоре Джерард сам не выдержал и приказал мне доставать курицу, пока он в это время будет расставлять тарелки. Я сказал, что одних вилок будет достаточно, а поедим с противня, так как пока он будет всё это доставать и красиво расставлять, то курицы ему не достанется. Он лишь усмехнулся и продолжил делать своё.       Вскоре, мы уплетали куриные ноги за обе щеки и мне хотелось как-то отблагодарить Джерарда:       — Я так давно не ел такой вкусной еды. Спасибо тебе большое.       — Да? И чем же ты питался всё это время?       — Всё, что я могу сделать, это только сто и одно блюдо из яиц, хотя я и ходил на курсы поваров, просто у меня нет никакого желания.       — Много яиц вредно есть, ты не знал?       — Да ладно тебе, жить тоже вредно в наше время, — у меня в мозгу пролетела мысль об очередном дежавю.       — И всё же, в них много холестерина.       — А в кофе много кофеина.       — Ой, всё.       Мы оба жутко объелись, но мы не мы, если не запьем как следует всё это дело. Так что, я ещё в добавок ко всему, поставил чайник и сделал нам напитки. Встав из-за стола мы, образно говоря, покатились как колобки и легли на наш излюбленный диван перед телевизором. Он с одной стороны, а я с другой-как вольты.       — У тебя живот не болит? А-то после вчерашнего я бы так не стал наедаться.       — Мне кажется, что мой живот меня ненавидит. Но мне плевать, как тут устоишь перед такой едой, если ты её давно не видел.       — Ты так и не ответил.       — Не болит, всё хорошо.       — Нет. Всё не так хорошо как хотелось: мне домой уже пора.       — Ну вот зачем, — я долбанул своей ногой его по спине, — зачем ты напомнил?       — У всего хорошего есть свойство заканчиваться, — черт возьми, он постоянно повторяет мои мысли.       — Тебя подвезти?       — Я пешком пройдусь, а то после такого еще разжирею, не дай Бог.       Он действительно был худым, но тощим я его назвать не мог, хотя фигура была идеальна для его комплекции.       — Ладно, всё было очень-очень хорошо, но мне действительно надо идти.       — Печально, — мы оба встали и направились к выходу, — оставишь меня в этом бестолковом большом доме совершенно одного, а я буду маяться от безделия... — я демонстративно поднес свою руку ко лбу и закатил глаза.       — Тебе нужно завести домашнее животное.       — Ага, чтобы потом с этим домашним животным меня выгнал на улицу мой отец.       — Ну, как вариант. Кстати, — он повернулся как обычно спиной ко мне, а я помог ему накинуть куртку, — ты в курсе во сколько мне завтра ко врачу?       — Откуда же я могу знать?       — К десяти.       — Нет. Ну нет, — я ударил себя рукой по лбу, — я и так много уже прогулял.       — Если хочешь, то могу один поехать.       — Нет! Я обещал — я выполню.       — Да не парься ты по прогулам. Учителя понимают, что ты не тупой малый, так что это уже не так страшно. Давай в полдесятого как обычно, у магазина.        До вечера оставалось чуть-чуть и я решил, чтобы уж совсем расслабится, то лучше переделать все скопившиеся дела сейчас, лишь бы потом лишний раз не вставать. Я помыл посуду и вспомнил про то, что кровать для гостей не застелена. Поднявшись наверх, первое что я увидел-это свитер который забыл Джерард. Приятный на ощупь, пахнущий древесными духами и кофе с ванилью, бордового цвета. Я аккуратно свернул его и отнес в свою комнату. Завтра отдам, если конечно не забуду.       Оставшееся время до сна, я продумывал все нюансы предстоящей вечеринки. Начиная от еды и выпивки, заканчивая моим внешним видом. Думаю, это будет грандиозно. ​