Аукцион

С точки зрения самочувствия утро нельзя было назвать радостным. Я приподнялся и обнаружил, что нахожусь в кровати один и место подле уже успело остыть. Стало немного обидно. Полагаю, в доме в Ноирии ночевать мы постоянно будем врознь. Пока я зевал и потягивался, разминая мышцы, в комнату вошли двое. В первом я узнал своего нового хозяина, а вторым оказался… Нагар. В этот раз мужчина был полностью одет и на нем был новый ошейник – точная копия моего: гладкая полоска из редчайшего золотого сплава с магическим небесным камнем, благодаря которому на ошейнике проявлялись искрящиеся аквамариновые прожилки. Нагар сложил руки на груди и изучающе посмотрел на меня. - А это что за звереныш? – Спросил он. - Нагар, познакомься, это Шеат. - Очень милый котенок. - Спасибо. – Как-то неосознанно пискнул я в ответ. Ас-сариец чуть выгнул бровь и усмехнулся. Дорадо тоже довольно прищурился, оглядев нас. - Рад, что вы друг другу приглянулись. Шеат, вставай, соня. Ты знаешь, что уже за полдень? - Он отдернул шторы и впустил яркий солнечный свет. - Простите, господин. - Ничего. Я так раз успел закончить все свои дела. Через час мы отправляемся, так что собирайся быстрей, а Нагар проводит тебя на кухню позавтракать. - Мы уезжаем так скоро? – Огорчился я. - Да. Поторопись. - Хорошо. – Быстро согласился я, чтобы не вызвать недовольства, и, смущаясь под пристальным взглядом степняка, вылез из уютной кровати и начал одеваться в приготовленную мне одежду: новенькие кожаные штаны, зеленую легкую тунику с золотыми нашивками, поверх ситцевой рубашки и замшевые полусапожки. Оглядев себя в зеркало, понял, что выгляжу лучше чем когда бы то ни было, и даже тени под глазами не портят всей картинки. - Вот цаца, - проворчал Нагар, - пошли уже. - Поаккуратней с ним. Не позволяй себе лишнего. – Строго проговорил Дорадо, просматривая какие-то бумаги. - Что-то при прошлой встрече ты, маршал, не продемонстрировал особой силы, чтобы… - А сейчас мне сила не нужна. - Конечно! Рабом ведь легко управлять. Но учти, мне твои угрозы не страшны, они меня скорее распаляют. - Ну что ж, легковоспламеняемый ты мой, возможно, я и дам тебе позже возможность излить твою ярость, но пока веди себя хорошо. Вам пора. Идите! С тихим рыком Нагар схватил меня за предплечье и потащил за дверь. - Больно же! – Не выдержал я. - Прости. – Чуть успокоившись, проронил мужчина. Он отпустил мою руку и пошел медленно, чтобы я за ним поспевал. - Каким он был с тобой ночью? – Услышал я неожиданный вопрос и оторопел. - А какая тебе разница? - Хочу знать, чего ожидать от нового… хозяина. – Последнее слово он выплюнул с отвращением. - Не стоит к нему относиться с такой неприязнью. Граф был достаточно нежен, и я не думаю, что к тебе он будет относиться хуже. - Думать тебе явно противопоказано. - Прости. - Ты всегда перед всеми за каждую мелочь извиняешься? - Нет. Просто… - Я почему-то стушевался и опустил голову. Нагар бросил скептический взгляд через плечо, фыркнул и, приобняв меня за талию, ускорил шаг. Я успел только сдавленно охнуть и, прижавшись ближе, последовать за ним. Кухня удивила меня размерами, но в помещении, где готовились блюда и витали вызывающие слюнки ароматы, мы не задержались. Малая кухня, являющаяся столовой для прислуги, оказалась намного меньше и уютней. Худощавая некрасивая девочка принесла мне несколько тарелок с едой, от которой еще поднимался белесый горячий пар. За завтраком Нагар снова начал задавать вопросы, спросил, как я жил раньше и как попал сюда. Стараясь сокращать повествование, меньше говорить и больше уплетать за обе щеки вкуснейший мясной рулет приправленный грибами, я поведал ему свою грустную историю. В конце я тоже решил удовлетворить свой интерес. - Почему у тебя новый ошейник? Тебя купил Дорадо? - Да. - Нагар, мне показалось или ты знаком с графом? - А тебе зачем? - Обычный интерес. Я же тебе всё о себе рассказал, что ты хотел знать. - Я не принуждал тебя отвечать, так что направь свое любопытство в другое русло. Я обиженно засопел, но помолчал… первые две секунды, а потом расстройство взяло вверх, и я цинично выпалил: - Вчера вечером ты был более податлив. Что, решил дать волю своей заносчивости, пока рядом хозяев нет?! Я думал… - Я же уже говорил, что тебе думать противопоказанно! – С оттенком угрозы в голосе перебил меня ас-сариец, но тут же смягчился. – Хочешь увидеть меня кротким и сговорчивым? Для этого придется постараться… Лицо Нагара вдруг оказалось как-то уж очень близко к моему, дыхание опалило губы, его зеленые глаза, хитро или даже игриво прищуренные, отражали мои – черные и неуверенные. Все еще колеблясь, я подался вперед и совсем невинно коснулся язычком его губ, пробуя на вкус. Игра принята! Теперь я точно сделаю так, чтобы ты, Нагар, воин Ас-Сарийский принял меня, для начала, а потом может быть... Поцелуй стал глубже. Мужчина притянул меня за плечи, но казалось, что он обнимает мою маленькую тушку всем своим телом, он был таким высоким и большим по сравнению со мной. И в теплых объятьях Нагара я, как ни странно, почувствовал такую защищенность. Без стеснения я забрался пальчиками под его рубашку, гладя мощный торс, и даже чуть застонал. А потом нашу идиллию разрушил звонкий звук падающего половника. Пришлось вспомнить, что на кухне мы не одни и что пора бы уже идти обратно, так как до отъезда оставалось всего ничего. Все то время, что мы шли в комнату, а из нее по указке слуги в конюшни, ни я, ни Нагар не проронили ни слова, но я постоянно облизывал губы, и, похоже, выражение моего лица перестало быть запуганным, растерянным и просто по-детски наивным, потому что Дорадо как только увидел меня, нахмурился. - Иди, помоги седлать лошадей. – Сухо сказал он ас-сарийцу, а сам, взяв меня за руку, подвел к своему коню. – Шеати, поедешь со мной. Дорога предстоит долгая, а ты явно не привык к большим переездам. - Да, вы правы. Я зачаровано посмотрел на великолепного гнедого жеребца, принадлежащего хозяину, нетерпеливо бьющего копытом. Я подошел и похлопал коня по загривку. Хотел обойти его, чтобы лучше рассмотреть, как почувствовал нежные руки, обвивающие меня на уровне груди, и ласковые губы, касающиеся моей шеи. Я не пытался отстраниться, было приятно и тепло. Граф подарил мне несколько поцелуев в висок и скулу, потом тронул уголок моих губ, а потом я сам развернулся ему навстречу, чтобы ответить. Почему мне так хорошо? И с Дорадо, и с Нагаром я откуда-то точно знал, что мне ничего не грозит и быстро расслаблялся. А еще… изящный горьковатый аромат Дорадо и пряный мускусный запах Нагара заставляли меня таять и теряться, забывать о делах насущных и полностью поддаваться первобытным инстинктивным желаниям. Странно, никогда раньше такого за собой не замечал. Я прижался к мужчине, жадно приникая губами к его губам, и мертвой хваткой вцепился в его одежды. Дорадо перехватил мои руки, разводя их в разные стороны, так что мы оказались еще ближе друг другу. - У тебя глаза горят, как у ребенка. - Как зовут вашего коня? Он такой красивый! Граф засмеялся и его обычно холодное и скупое лицо будто озарилось. - Алиот, его зовут Алиот. – Мужчина очертил длинными пальцами контур моего лица и, все еще смеясь, ткнулся носом в мои волосы, заплетенные сейчас в косу. – Ты намного красивее его. Такое редкое сочетание: светлые волосы и черные глаза, большие красивые черные глаза… Он продолжал легко целовать мое лицо, а я прикрыл глаза и наслаждался, но вскоре к нам подошел какой-то мужчина и сказал, что все готовы к отъезду. Я с расстроенным вздохом оторвался от тела хозяина и полез на коня. Где-то в промежутке времени от того момента, когда я отошел от Дорадо и до того, как граф вскочил в седло за моей спиной и, вновь крепко меня обняв, направил жеребца за ворота княжеского дома, я заметил лицо Нагара, яростно сверлящего взглядом ноириийца. Я ободряюще улыбнулся ему, но не получил никакой реакции. 4.*** Привал сделали в лесу, когда уже стемнело на просторной поляне, которую можно было бы назвать лысой горой, так как она располагалась на возвышенности, где не то чтобы деревья, даже трава почти не росла. Спустившись с коня и потирая саднящую пятую точку, я пошел узнавать, что помочь и где поесть. Благо, Дорадо дал мне полную свободу действий в отличие от Нагара, которому было сказано выполнять все, что прикажут сопровождающие нас солдаты. Удовлетворившись куриной похлебкой, я поплелся в палатку к графу, думая о прошедшем дне. Ноирииец со мной практически не разговаривал. Время от времени рассказывал о своем доме и стране, указывал на интересные явления природы, всяких ярких птичек и бойких диких зверей, когда мы въехали в лес, но он ничего не спрашивал, как будто боялся обидеть лишним вопросом или просто был безразличен к моей прошлой жизни. Ведь для него я просто раб. Красивый, ласковый, примерный раб, которому он ничего не должен! Поэтому он не станет забивать себе голову моими проблемами и переживаниями, а мне так хотелось бы стать ему ближе. Мысли меня опечалили. Ну а чего мне еще ждать теперь от жизни? Я раздосадовано пнул камень, который отлетел на достаточно большое расстояние во тьму. - Ай, мелкий, а осторожнее никак нельзя?! - Не «мелкий», а «малыш»! – Возмутился я и подошел к мужчине вплотную. – Извини, Нагар. - Малыш? Тебя на нежности потянуло? Ах, да, целый день без секса… - Он многозначительно стиснул мои ягодицы, так что я ойкнул. - Нет! Просто я здесь один среди незнакомых чужих людей, - пожалился я, - и между прочим, вчера у меня был первый раз. – В конце пролепетал и покраснел. Нагар развернулся вместе со мной, облокотив на дерево и раздвинув коленом мои ноги. - Хм, верю. А сейчас ты хочешь продолжения в моем лице? Безусловно, Нагар меня привлекал, и его горячее тело, так нескромно прижимающееся к моему, заражало своим жаром. Мне чего-то хотелось, и в то же время это хотение вызывало панику. Нет. Больше чем к поцелую и объятиям я еще не готов! - Н-не совсем. Вообще-то я только хотел узнать, почему ты всю дорогу такой угрюмый ехал. - А чему мне радоваться? - Как будто у князя Тоно тебе было хорошо, а теперь тебя вытянули из привычной жизни, и ты недоволен. - Даже не напоминай мне об этой мрази. Но и не обманывайся! Ни тебе, ни мне с ноириийцем не будет лучше, чем на воле. Я подозрительно уставился на ас-сарийца, глаза которого лихорадочно блестели. Будто у него появилась какая-то гениальная идея, и теперь он додумывает детали для ее осуществления. - Ты хочешь сбежать? – Прошептал я. На это мужчина ничего не ответил, но отрицательно покачал головой, потом двинул бедрами, показывая, что слегка возбужден, и лизнул меня за ухом. - Нагар, не надо. - Куда делась твоя решимость? - Никуда. Ее у меня не было, я просто хотел узнать, все ли у тебя хорошо. Нагар разочаровано выдохнул, но хватки не ослабил. - Мелкий, думаешь, сможешь вот так, как ты говоришь «просто» вилять задницей у меня под носом, а потом сбегать под крылышко к своему хозяину? - Дорадо НАШ хозяин. – Напомнил я и примирительно продолжил, начав выкручиваться из его рук. – Я же тебе ничего не обещал, почему ты такой зануда? Мне ужасно не нравилась сложившаяся ситуация. Ну неужели нельзя поговорить без секса?! Мужчина чуть отклонился и иронично проговорил: - Ха, да ты, я вижу, романтик! Надеешься, что ты тут нужен кому-то? Что ты не будешь обычным пастельным рабом? Что если ты будешь вежлив и чуток, добьешься взаимности и станешь считаться личностью? – Насмешка в его бархатном голосе бесила! Он отпустил меня. Я отряхнулся и упрямо уставился на него. - А что если да? Да! Я романтик и ничего с этим сделать не могу, и ты прав: я не хочу быть обычным постельным рабом! И уверен, ты тоже не хочешь оставаться в статусе мальчика, расстилающегося по мановению руки. - Наивный дурак. – Уже без злобы бросил Нагар. - А ты, ты… бесчувственный, черствый,… толстокожий, хладнокровный и бездушный… чурбан! Вот! – Выплеснув все свои эмоции – ярость и разочарование – я, отмахиваясь от комаров, быстрым шагом направился от прифигевшего ас-сарийца к изначальной цели, графу Арктуру, хотя прекрасно понимал, что я не супер-хлеб из какой-то заморской сказки, который и от бабушки ушел, и от дедушки свалил… Пятая точка всё чувствует и знает, что дневная скачка – только прелюдия к очередной горячей ночке! Ведь, как я заметил, Дорадо не особенно устал… Может, Нагар прав, и я обычный наложник и навсегда им останусь? Но так не хочется думать, что вся моя жизнь теперь состоит лишь в подчинении и ублажении господина… Искомая палатка оказалась большой и высокой и находилась недалеко от общего костра, и поэтому изнутри было не так уж темно, так как прочная плотная ткань все же позволяла оранжево-золотистому свету проникать во временное убежище, загадочно или же романтично подсвечивая его стенки снаружи. Можно было легко различить небольшой сундук в правом дальнем углу, увидеть несколько шкур и покрывал, устилающих земляной пол, и вольготно развалившегося на них графа Арктура. Дорадо показался мне сытым, утомленным и расслабленным. Он сразу поманил меня пальцем, и я, смущаясь и краснея, беспрекословно подался ему навстречу. Как я и ожидал, начались тихие неспешные ласки, легкие поцелуи, чуткие поглаживания, пальцы, желающие раздеть и добраться до всех участков кожи, тронуть каждый ее миллиметр и проникнуть внутрь. Сегодня граф был не так настойчив как в прошлый раз, но, так же как и тогда, он не забывал о моем удовольствии. Дыхание начало учащаться, сердце биться чаще, разум отошел куда-то далеко и пока не собирался возвращаться обратно. Я скинул свои сапоги и, выгнувшись, вцепился в плечи Дорадо, который ловкими движениями расшнуровывал завязки на моих штанах и параллельно с этим прикусил мой сосок и тут же стал зализывать место укуса, а потом перебрался на шею, на протяжении всего пути не забывая знакомить мою нежную кожу со своими зубками и сбивая таким образом последнее мое напряжение и неуверенность. Потом он отстранился, изучая меня взглядом, но и не переставая гладить руками, стягивая мои штаны. Я вспыхнул пуще прежнего и опустив глаза, сглотнул, так как возбуждение графа было явным и легко различимым. Ноирииец улыбнулся и поцеловал меня в губы, я сдавленно охнул ему в рот, когда цепкие пальцы легли на мой член и немного сжали. - Какой ты податливый. – Проронил Дорадо с едва различимым энтузиазмом и погладил меня по щеке. – Ты настоящее чудо, Шеат. Не могу поверить, что ты раньше на улице… Договорить мужчине не дал громкий смех сопровождающих солдат, охраны Дорадо, которая пошло над чем-то или кем-то ржали и улюлюкали. Я резко повернул голову в ту сторону, не заметив, как мои волосы ударили по лицу удивленного графа. Меня этот смех почему-то очень напряг, почти напугал. Прислушавшись, я понял, что там над кем-то издеваются. В душу закралось подозрение, и, проигнорировав вопрос хозяина (ну не привык я ВСЕГДА слушаться и подчинятся, не осознал еще полностью своего положения), подорвался и, поддерживая то и дело спадающие штаны, вылетел на улицу. Надо заметить, что мой стояк в ночной прохладе тут же исчез. То, что я увидел, мне не понравилось. Очень не понравилось! Солдаты сидели вокруг огня, а Нагар лавировал между ними, подавая то, что те скажут. - Эй, шлюшка! Иди сюда! И сними с себя уже эти тряпки. - Ага, айда стриптиз! Раздался общий согласный гогот, и кто-то из солдат звонко шлепнул мужчину по заднице. Тот зарычал, но ничего не сделал. Волшебный ошейник не давал воспротивиться из-за предыдущего приказа хозяина. - Ну же! Давай раздевайся! - Встань, что б все видели! - И танцуй! - Да, точно! А потом раз ты все равно шлюха поможешь справиться нам с дневным напряжением. Я увидел одобрительные кивки, и послышались довольные возгласы, но некоторые засомневались. - Хозяину не понравится… - Но иметь-то можно по-разному. Пусть нам не достанется его задница, зато мы можем чуть растянуть его ротик! - Ты гений, Лем! - Да, хорошая идея! …Впервые я увидел такое отчаяние на лице ас-сарийца, кажется, в его ясных глазах даже заплескалась паника. Он уже оголил торс и потянулся к сапогам, в то время как один из солдат-уродов нагло лапал его бедра в попытках снять штаны. Меня почувствовал омерзение к этим людям. Я несколько минут ошарашено наблюдал за действом, а потом бросился на подмогу Нагару. Расталкивая смеющихся мужчин, – похоже, я наступил одному из них на руку, - я добрался до ас-сарийца и потянул его за руку. - Эй, мальчишка, ты что делаешь? - Тоже хочешь стать нашей игрушкой на ночь? – Окликнули меня солдаты. Я одарил этих придурков убийственными взглядами. Бросил что-то вроде «Развлекайтесь друг с другом, уроды! А Дорадо меня вам не отдаст!» и потащил Нагара к палатке хозяина. Он не сопротивлялся, но и не летел вперед меня. - Что ты делаешь, мелкий? - Спасаю тебя. - Не нравится, что кто-то меня лапает? - Да. - Это любовь? – Приподняв бровь, иронично поинтересовался мужчина. Я резко остановился, так что Нагар, не ожидающий этого, налетел на меня. Мы чуть не упали, но я смог нас удержать, потом повернулся к мужчине и серьезно посмотрел ему в глаза. - Заткнись. – Спокойно, не выдавая раздраженных чувств, прошептал я. Когда я завел Нагара в палатку, Дорадо все еще сидел на шкурах, блаженно поглаживая свой член. Туман в его взгляде развеялся, и он недовольно посмотрел на ас-сарийца. - Зачем ты его привел? – Обратился он ко мне. - Нуууу. - Его глаза были такими холодными, прямо как далекая бездна, из которой исчезли все звезды. Я вдруг почувствовал себя маленькой-маленькой букашечкой, вспомнил, что не имел никакого права своевольничать, но решил не отступать. Внутренний голос подсказывал, что хозяин не будет долго злиться. - Так что он тут делает? - Вы приказали, чтобы он выполнял все желания нашей охраны, но они переходят границу… - С чего ты взял? - Они… они. Хм, - я смутился, думая с какой стороны лучше подобраться и в итоге пошел напрямик. - Хозяин, прошу, оставьте Нагара здесь или позвольте ему самому решать, что делать. Дорадо сморщил свой красивый носик и взглянул на сам предмет разговора. - Нагар, ничего, что мальчишка тебя защищает, а ты стоишь как столб. Может, хочешь что-нибудь сказать? - Мне все равно. – Не глядя на ноириийца, буркнул мужчина. - Тогда проваливай назад. - Нет! – Воспротивился я. – Граф, вы же купили Нагара как и меня. Почему вы так с ним поступаете?! Если не хотите видеть его в своей постели, прошу, не отдавайте его солдатам! К концу моей краткой тирады я тяжело дышал и выглядел самым удивленным этим порывом больше, чем остальные. Дорадо обреченно покачал головой, обменялся тяжелым взглядом с ас-сарийцем. - Ты просто праведник, Шеат. Что он тебе такого пообещал, что ты стоишь за него горой? - Н-ничего. – Как-то неуверенно отозвался я. - Ладно. В виде исключения и в честь моего хорошего настроения. Нагар, ты можешь остаться в этой палатке. Хм, если, конечно, сам не желаешь провести ночь с одним из наших провожатых. - Нет, не хочу. - Тогда стань тенью. Твой угол там, где ты сейчас стоишь, и что б я тебя не видел и не слышал! – Жестко закончил Дорадо и отвернулся.