101 помидорка черри

Все-таки наличие друзей спасает. Наруто теперь окончательно в этом убедился. Раньше он мог отмести с сомнениями эти мысли в сторону, величаво именуя свою компанию «пешечками», но сегодня он почему-то смотрел на все другими глазами. Они наконец-то в этом дурацком парке. Как это всегда и бывает, в ту субботу все начали ныть, что у них дела, давайте перенесем. Перенесли. А потом перенесли еще раз. Если бы Наруто не пригрозил им, что психанет и уйдет из чата, так, наверное, никто бы и не собрался. Почему-то когда дела касалось организаций каких-то увеселительных мероприятий, все мгновенно превращались в безвольных амеб, которых только разворачивай и задавай направление. Сакура хохотала над шутками Сая и гневными вскриками Ино так, будто она не сверхсерьезная, чуть занудная староста, а их местная оторва, душа компании. Хрумкающий чипсы Чоджи, курящий недалеко Шикамару… Наруто против воли заулыбался, щемящее чувство затопило его сердце. Они его друзья. Его маленькая близкая компания. Такие разные, такие родные и счастливые. Наруто не хотел даже думать о том, что однажды жизнь раскидает их в разные стороны, как вредный ребенок игрушки. Нет. Сегодня были они и был парк, расписанный разноцветными огоньками. Большего он и не хочет. Раны на сердце затягивались. Он понятие не имел, что это еще за раны и откуда они могли взяться, но чувство того, что он постепенно вылечивается в нескончаемом потоке шуток и улыбок становилось все сильнее и сильнее, угрожая прорваться сквозь ребра безудержным заливистым смехом. Так и случилось. Друзья посмотрели на него, и вдруг облегченно выдохнули. Как будто с их душ свалился тяжелый-тяжелый камень. — Мы думали, что теряем тебя, — ответил за всех Шикамару, туша окурок. Наруто почему-то вспомнил Саске и его спиралевидный зонт, в который он завороженно смотрел аж целую вечность. Давно он не видел Учиху… — Нет. Снова помрачнел. — Да что с тобой такое, эй! — Киба не сильно толкнул его в плечо, заглядывая в лицо, на которое вновь опустилась вуаль депрессивного раздумывания. — Я… не знаю. Он и вправду не знал. — Наруто, ты можешь поделиться с нами. Друзья должны приходить на помощь, — с умным видом подняла палец вверх Сакура, перестав хохотать над Ино и Саем, которые продолжали уморительно препираться. — Чем поделиться? Я и сам не понимаю, что на меня находит в последнее время. — Ты и в чат почти не заходил, а ведь пару недель назад Ино там такую смешную истерику по поводу бочонка закатила, — усмехнулся Киба, дружески кладя руку ему на плечо. — Заметьте, теперь Ино постоянно ходит в джинсах, значит, замечание ей пошло впрок, — с улыбкой отозвался Сай. Блондинка была на грани совершения убийства с особо тяжкими телесными повреждениями. Наруто не удержался от улыбки. Все-таки друзья помогают. — И вовсе нет! У меня другая причина! Я… я… — запнулась, по-видимому, на ходу придумывая объяснение. — Я ее заляпала вчера за ужином. — Значит, теперь ты не просто бочонок, но еще и замарашка. — Перегнул палку, — вставила Сакура. Ино с ревом принялась гонять Сая по всему парку, угрожая расправой. Наруто смеялся. Ему действительно в мгновение ока стало весело, как будто того тянущего чувства в груди как не бывало. А ведь утром он даже подумывал не идти в этот чертов парк, а остаться дома, хандрить, хандрить и еще раз хандрить. Хорошо, что Киба решил за ним зайти, очевидно, обеспокоенный его дурацким статусом на страничке. Наруто, вздохнув, решительно его удалил. «Иногда хочется умереть исключительно ради того, чтобы о тебе вспомнили». Ну и уебок же он. Как ему вообще пришло в голову написать такое? Он же не грустненькая двенадцатилетняя фиялочка, а вполне развитый, неглупый парень с устойчивой нервной системой. Нет, наверное, все-таки глупый. Как можно вообще впадать в такое состояние, не зная причины? Его подхватили под локоть и подвели к ларьку с мороженым. Очевидно, друзья решили, что своей молчаливой поддержкой они достаточно ему помогают. Редкие приступы просветления все-таки были. Значит, не все потеряно. Наруто ел мороженое и отстраненно наблюдал за весельем, изредка вставляя острые реплики, неминуемо вызывая взрывы смеха. Вроде бы он даже прокатил на спине визжащую худенькую Сакуру под всеобщее улюлюканье. И вроде бы он только что яростно спорил с хозяином тира, требуя выдать именно ту игрушку, которая указывалась в вознаграждении, а не какой-то там жалкий брелок. Ему нужен был этот чертов игрушечный лис. С девятью хвостами. Немедленно. Но все происходящее отскакивало от какого-то невидимого барьера, который не давал Наруто погрузиться в веселье полностью, с головой, как это было всегда. Чего-то позарез не хватало. — Я все-таки позвоню Саске. А то ведь он и знать не знает, какое веселье упускает со своими конспектами. — Нет, я ему позвоню! — встряла Ино. Сай позади недовольно нахмурился. — Ничего, что он болеет? — слишком резким тоном осадил их Наруто, привлекая всеобщее внимание. В этот раз он почему-то явственно ощутил в груди возмущение, перебиваемое иррациональным страхом. Сакура отстранила телефон от уха, смотря на него, как на идиота. — Ему уже стало гораздо легче. Неджи написал. — Ах, Неджи… — протянул Наруто, резко отвернувшись. Ну да. Этот козел. Из-за которого Саске так грубо выставил его наружу и сказал, что Наруто ему никакой не друг. Он прикрыл глаза и сосчитал до десяти, подавляя злость. И унизительное чувство обиды. «Наверное, этот урод пичкает моего Саске всякой химией, возомнив себя супер врачом. А вдруг ему потом станет хуже? Стоп-стоп… Стоп! Что?!» Глаза расширились в ужасе. Наруто отшатнулся куда-то к дереву, прикрыв ладонью распахнутый в немом изумлении рот. — Моего… Саске? Моего? — прошептал он, обращаясь то ли к усыпанной листвой земле, то ли к своим потрепанным уличным кроссовкам. «Что я вообще такое несу? Какого черта мозг вообще сказал, что он мой?!» «И не мой он вовсе». «Саске общий». «Да, общий!» Наверное, всему виной эта странная болезнь. У него помутнение рассудка на нервной почве, и мысли формируются не так, как надо. — Наруто, тебе плохо? — Сакура подскочила к нему и с волнением потрогала лоб. — И впрямь как будто температура. Может, домой пойдешь? — Дома хуже будет, — сказал Наруто, и это было чистой правдой. С друзьями к концу вечера он наверняка оттает и успокоится, а дома хандра загрызет его, как голодная львица хрупкую лань. Прижал к груди честно отвоеванного девятихвостого лисенка и постарался весело улыбнуться, чтобы успокоить Сакуру. Хорошая она все-таки девушка. И нравилась ему когда-то. Зря он с ней ссорится по пустякам. Не будь он таким козлом-выпендрежником, давно бы стали лучшими друзьями. Или парой. Нет, парой бы не стали. — Ну тогда пойдем к остальным! — Ага! С каждым шагом силы и бодрость возвращались к нему вновь. Улыбка во все тридцать два, он хитренько посматривал на Ино, формулируя в голове реплику. — Спорим на твою юбку, что через пару недель ты начнешь встречаться с Саем? Блондинка чуть не выронила мороженое. Друзья вокруг радостно засвистели: «Старый Узумаки возвращается!» — И что взамен? — Буду дежурить вместо тебя, — пожал плечами Наруто. А какая разница, что предлагать, все равно он выиграет. Если он проиграет, то вселенная, наверное, схлопнется. — Неужели я буду первой, кто выиграет у самого Наруто? — довольно ухмыльнулась девушка, даже и не подозревая, в какие сети она только что влезла. Каждый раз все наступают на одни и те же грабли, считая, что они полностью контролируют ситуацию и что исход спора полностью зависит от них. — Возможно, — хитро усмехнулся Наруто. Насколько же наивными бывают люди. — А как твои дела с Саске? — неосторожно поинтересовался воодушевленный спором Сай. Наруто нахмурился. Какие к черту дела, если Учиха две недели вообще не появлялся в школе. А переть к нему домой не позволяла гордость. Хотя тянуло жуть как. — Саске, Саске, Саске… вокруг него что, вселенная вертится? — пробубнил он себе под нос, опять отходя куда-то в сторону. Но на этот раз по-нормальному, тыча пальцем в колесо обозрения и подзывая к себе остальных. Неплохо бы отвлечься на созерцание вечернего города. … — Представляешь, учитель сказал, что я хорошо сдал тест. По общественным, черт их дери, наукам, — поделился новостью Саске, поглаживая свернувшуюся в кольца королевскую кобру. Стрелка часов медленно подкрадывалась к восьми. — И что? — не понял Неджи, развалившись у него на кровати и играя в приставку. — Разве ты не отличник? — Нет. — Странно. А мне всегда казалось, что да… особенно, когда ты с обсуждения квантового парадокса ЭПР перешел на нейронные связи в мозгу… — Это другое. Это все я понимаю. — Вот и иди в исследователи и не парься. Эй! Но я же убил этого монстра! Саске вздохнул. Узнал бы кто, что Неджи тот еще игроман — не поверил бы. Одно удовольствие следить за тем, с какой сумасшедшей скоростью он перебирает пальцы на джойстике. Может, дело было в глазах, которые каким-то чудом мгновенно охватывали всю ситуацию целиком и полностью… или дело в какой-то особой механике его тела, быстро реагирующем на малейшие изменения на экране телевизора. — Боже, да признайся ты родителям, что игроман и закупись приставкой. — Не могу. — Дурачок. — Ладно, мне уже пора. Неджи говорил ему днем, что уйдет в восемь, ибо спать ложится строго в девять. Таким вот он человеком был. Королем расписаний и планов. Повелителем графиков. А еще… Неджи бы ни за что не признался Саске, что уходит он сегодня не только из-за сна. Он знает про то самое черное двадцать восьмое число на календаре, когда Учихе нужно просто побыть одному. Или с кем-то. Но не для общения. Саске сегодня пошутил, что это у него будет как полнолуние, а Неджи холодно попросил его не давить из себя улыбку, если не хочется. Этим выходным днем он более-менее поддерживал его, даже благородно, на часик, покинул квартиру и честно отсидел в подъезде, пока Саске не справился с накатившей на него неконтролируемой грустью. А если вспомнить приступы кашля, которые хоть и становятся реже, но мучают, то вообще свихнуться можно от того, что же испытывал Саске последние две недели. Прошел ровно месяц с того дня, как у Саске от болезни легких скончался брат. По телефонному разговору тогда, когда он стоял у школы, Учиха в панике повторял, что отчетливо видел в отражении лицо Итачи. Наверное, это и заставило Неджи перепугаться не на шутку и, прогуливая пары, провести у него последние две недели, носясь с ним как наседка, прикрывая беспокойство шутками про курсовую. Неджи облегченно выдохнул, прислонившись к окну вагона метро. Слава богу Саске полегчало, и все оказалось не слишком-то и серьезно. Коклюш. У него был обыкновенный коклюш. Шутки шутками, а курсовую он все-таки напишет. Слишком уж неожиданный поворот событий.