I'll follow you into the dark

— Я же пошутил. — А я был серьёзен. Альбус прикрыл лицо газетой, чтобы Элфиас не увидел его широкой улыбки. Он был счастлив. Магический поезд нёс их на конференцию — за окнами был один лишь песок и безжалостное солнце, непривычно яркое и жаркое после года, проведённого за полярным кругом. — Нет, серьёзно, зачем ты позвал его с нами? — Элфиас, пожалуйста. В конце концов ты тоже едешь не один, — Альбус кивнул в сторону коридора, где Адели выбирала сладости у пожилой волшебницы. — Это другое! — Я думаю, это одно и то же. Элфиас вскинул руки и уставился в окно. Адели вернулась, оставив дверь приоткрытой. — Кстати, вы слышали, что Виктор сделал со своим выигрышем? — Кто такой Виктор? — спросил Элфиас. — Винсент Виктор Легри. Победитель Турнира, — Адели рассмеялась и потрепала его по плечу. — Так вот, Винсент собирается открыть реабилитационный центр для волшебных существ во Франции. По-моему это прекрасно. — Всё лучше, чем потратить выигрыш на революцию. — Это не революция, Элфиас, а прогресс, — возразил Альбус. — Старые порядки так или иначе меняются, но иногда процесс нужно ускорять. Элфиас отмахнулся. Альбус прожужжал ему все уши великими идеями, придуманными ими с Геллертом за неделю, которую они провели вместе в Годриковой впадине. Аберфорт сразу же невзлюбил Геллерта — хмуро смотрел и приговаривал, что ничего хорошего от Дурмстранга не дождёшься, в то время как Ариана прониклась самыми светлыми чувствами, на какие была способна. Геллерт понравился и Кендре — она с удовольствием поила его чаем и звала в гости всякий раз, завидя его или Батильду на улице. Они не обсуждали видение Геллерта, но старались сделать всё возможное, чтобы изменить возможное будущее. Всё, чтобы уберечь Ариану и Альбуса от печальной судьбы. — Всё ещё недоволен, что я еду с вами? Геллерт наконец-то закрыл дверь купе и устроился рядом с Альбусом. В руках он держал какую-то коробку. — Где ты пропадал? — Вышел на станции и кое-что купил тебе. Геллерт светился от счастья, будто принёс сокровище. — Только осторожнее. В коробке — клетке — оказался крошечный, некрасивый птенец. Он ворочался в пепле и сразу же запищал, стоило Альбусу снять ткань. — Феникс? Это же… Элфиас и Адели с любопытством придвинулись ближе. — Символ нашей семьи. У моего прадеда жил феникс, который пропал сразу же после его смерти. — Возможно, это именно он? — Геллерт хитро улыбался. — Продавец сказал, что нашёл его здесь, в Египте, и что он перерождался не в первый раз. — Я назову его Фоуксом. Спасибо, Геллерт. Альбус бережно поставил клетку на стол и потянулся обнять Геллерта за плечи. — Кстати, про Турнир. Ты так и не узнал, кто бросил твоё имя в кубок? — ни с того, ни с сего влез Элфиас. Он смотрел на Геллерта с вызовом, будто узнал его самый страшный секрет. — Потому что я кое-что знаю. — Тут и узнавать нечего, — начал Альбус, — это был… — Я, — Геллерт пожал плечами. — Думаешь, я упустил бы шанс? Альбус недоуменно уставился на Геллерта. Он хотел было спросить, а как же Нильс и все эти бесконечные дуэли, но вместо этого ударил Геллерта по плечу свёрнутой газетой. Элфиас довольно хохотнул и уткнулся в папку со своим докладом.