NF-118

      Кларк смотрела в окно, сложив руки за спиной. Прошедшая ночь была настолько эмоционально истощающей и непонятной, что из дома Ванессы Вудс хотелось уехать как можно быстрее. Лекса пришла к ней после того, как пыталась подставить ее перед своей бабушкой, и она пришла за сексом. До этого был разговор за столом о генетическом коде, и Ванесса явно рассматривала Кларк как человека для продолжения их рода. Это, несомненно, льстило, но Кларк также понимала, что Лекса, скорее всего, пришла к ней ночью из-за бабушки.       Краска прилила к бледному лицу, когда она осознала, что ей придется смотреть в глаза миссис Вудс, которая знала о их сексе с Лексой. Туго сглотнув, Кларк громко выдохнула. Ей нужно было спускаться вниз и уезжать домой, но эта комната казалась ей мини-крепостью, из которой выходить и вновь сталкиваться с бесчувственным миром совершенно не хотелось.       Разгладив несуществующие складки на платье, Кларк кинула короткий взгляд на кровать. Воспоминания о ночи были настолько яркими, что Кларк почувствовала, как между ног стало влажно. Стиснув зубы и сжав руки в кулаки, она на секунду прикрыла глаза. Нужно было перестать думать о сексе с Лексой. Но это было невозможно, даже несмотря на ту злость, которую она испытывала в тот момент. Вудс была такая… податливая и восхитительная.       — Боже, перестань о ней думать в таком ключе, — Кларк расправила плечи и тряхнула головой. — Она бесчувственная. Бесчувственная. Бесчувственная.       Собравшись с силами, она спустилась вниз, где за столом сидела Лекса и пила кофе, просматривая в своем планшете какую-то статью. Казалось, что она даже не заметила того, что к ней присоединилась гостья их дома.       — Доброе утро, — не отрываясь от чтения, поприветствовала Лекса, — присаживайся, тебе сейчас принесут завтрак.       — Доброе утро, — еле выдавила из себя Кларк, тихо хрипя и в панике облизывая губы. В ушах раздавался скулеж Лексы. — Да какого черта? Кларк, просто перестань об это думать! Просто забудь. Она бесчувственна. Ей плевать.       Лекса перевела недоуменный взгляд на свою подчиненную, наблюдая за тем, как та села напротив на нее. В голове вновь начали всплывать подозрения. Да, Кларк вела странно во время их секса, но вроде это было безэмоционально. С какими-то скачками, да, но все равно. А сейчас, она ведет себя так, будто что-то чувствует.       — Как ты себя чувствуешь? — выключив планшет, Лекса поудобнее устроилась на стуле, обхватывая кружку с кофе и смотря в голубые глаза.       — Превосходно, — Кларк едва хватило сил, чтобы улыбнуться уголком губ, — а ты?       — Лучше, чем превосходно, — Лекса кивнула, не переставая смотреть на Кларк и стараясь зафиксировать каждое движение лицевых мускулов. — Меня интересует, почему ночью ты ушла и не дала возможности доставить тебе удовольствие?       Кларк приоткрыла рот, но ее прервала вошедшая девушка-андроид с подносом в руке. Она медленно поставила тарелку с горячей яичницей и кофе, отходя в сторону. Кларк сглотнула, почувствовав, как во рту появилось гораздо больше слюны. Она опустила взгляд на тарелку и еле сдержалась, чтобы не облизнуться, когда увидела поджаренный белок и загустевший желток.       — И так? — Лекса отвлекла Кларк, которая слишком тщательно изучала еду на тарелке.       — У меня месячные, — просто ответила она, беря в руки приборы и начиная кушать. Почувствовав вкус яиц на языке, она чуть было не закатила глаза, но сдержалась, быстро проглатывая. — Ты хочешь продолжения?       Лекса чуть нахмурилась, наблюдая за тем, как Кларк медленно отрезает каждый новый кусочек и почти не жует его. Месячные? Было похоже на правду…       — Кларк, — младшая-Вудс чуть наклонила голову вбок, — ты сходишь со мной в ресторан?       — Лекса, давай избавим друг друга от подобных прелюдий, — Кларк слишком резко отложила столовые приборы, отхлебнула немного кофе и уставилась на свою начальницу. — Я поняла, чего желает миссис Вудс. Я сторонник говорить все сразу и не вижу ничего плохого в этом. Ответь мне на вопрос. Что лучше: прозябать время в ресторане, когда и так ясно, что я соглашусь быть твоей парой для сохранения генетического кода или пойти в лабораторию и продолжить работать над сывороткой?       Лекса застыла, пару раз моргнув и посмотрев пронзительным взглядом на невозмутимую Кларк. Она не чувствовала. Как Лекса могла сомневаться в этом раньше? Да, в поведении ее подчиненной были какие-то странности, но их могло создать воспитание.       — Ты сейчас согласилась быть моей парой, — безэмоциональным тоном произнесла Лекса, делая глоток своего почти остывшего кофе. — Я правильно тебя понимаю?       — Да, Лекса, правильно, — Кларк кивнула в подтверждение своих слов. — Что ты творишь, Кларк? Какого черта ты делаешь? Ты сама себе могилу копаешь…       — Тогда ты права, — Лекса довольно хмыкнула и легкая улыбка, просто ради приличия, появилась на ее лице, — самым правильным будет пойти и работать над сывороткой. Мне нравится ход твоих мыслей.       — Благодарю, — тихо ответила Кларк, склоняясь над своей тарелкой. Есть совершенно перехотелось…       — Вы сейчас себе подписали приговор, мисс Гриффин. Вы не сможете этого сделать, — неожиданно появившийся голос Авроры в ухе, чуть было не заставил Кларк подскочить от неожиданности. Она уже совсем забыла о своем искусственном интеллекте. — Теперь мисс Вудс будет просить оставаться у нее и сопровождать ее на различные мероприятия.       Кларк знала это. Она прекрасно понимала, что теперь это уже вопрос времени, когда все вокруг поймут, что Кларк Гриффин надурила всех и даже Вудсов. Ванесса не просто уничтожит ее, как человека с отклонением, она сначала будет мучать ее, а только потом уничтожит, потому что она легко может испортить их генетический код. И даже если это выяснится не сразу, а тогда, когда у них появится ребенок, на которого тоже не подействует сыворотка, ее участь будет предрешена.       Кларк кинула короткий взгляд на Лексу, которая вновь разблокировала планшет и продолжила читать статью, не обращая совершенно никакого внимания на теперь уже свою пару. С этим нужно было что-то делать. Мама рассказывала о том, как тяжело жилось отцу, когда он чувствовал, а его пара нет. Даже если вы начинаете быть вместе без каких-либо изначальных привязанностей, то со временем вы притираетесь друг к другу.       Мысли сменяли одну за другой. Кларк не знала как поступить? Прошедшая ночь и так всплывает в ее памяти, а что, если она полюбит Алексию Вудс со временем и будет страдать всю свою жизнь от бесчувственности? Как вообще можно не полюбить эту девушку? Мало того, что она была недурна собой, так еще и безумно умна, да и с хорошими манерами. Кларк невольно задалась мыслью, а какой была Лекса до введения сыворотки. Какой у нее был внутренний мир? Что она любила больше всего на свете? Что заставляло ее плакать, а что смеяться?       — Кларк? — Лекса оторвалась от чтения, сталкиваясь с голубыми омутами, которые около пяти минут изучали ее. — Все в порядке?       — Да. Просто задумалась о том, какими умными будут наши дети, — Кларк опустила голову, чтобы спрятать горькую улыбку.       — Это точно. Ешь, твоя яичница остывает, — Лекса провела рукой по темным волосам и вновь уставилась в планшет.       Наколов на вилку маленький кусочек, она засунула его в рот, на сей раз медленно пережевывая. Так не могло больше продолжаться. Ей нужно было вернуться домой и все обдумать. Может стоило сбежать? Заказать новые документы и отправиться в другую страну, чтобы просто позабыть о том, что происходило здесь?

***

      Лекса остановилась около машины и посмотрела на Кларк, которая стала ее парой. С которой они должны были провести весь остаток их жизней. Кларк потянулась, чтобы открыть дверцу машины, но ладонь Лексы, накрывшая ее руку, остановила ее.       Безмолвный вопрос, который появился в небесных глазах, остался без ответа. Лекса начала осматривать ее, подмечая, как та немного дрожит, стоя в платье на улице. Молча сняв пиджак, она накинула его на чужие плечи и посильнее натянула, чтобы было теплее. Такой совершенно бесчувственный и в то же время чувственный жест, заставил сердце Кларк биться гораздо быстрее. Она замерла, смотря в светло-зеленые с темной крапинкой глаза.       Кларк никогда не была чьей-то парой. Она не знала, как все должно проходить? Должны ли они целоваться и держаться за руки? Проявлять заботу, которую многие не чувствуют, но принимают?       — Напиши, как доедешь, — попросила Лекса, держа Кларк за лацканы своего же пиджака и стараясь укутать посильнее.       — Это твой водитель, он сам может тебе отписаться, — пробормотала Кларк, наблюдая за чужими тонкими пальцами, сжимающими ткань.       — Он тоже отпишет, — коротко кинула Вудс, освобождая одну руку и поддевая подбородок Кларк, заставляя ту смотреть ей в глаза. — Но теперь ты будешь мне все время отписываться где ты. Ясно?       Кларк тонула. Она тонула в этом чуть срывающимся на хрип голосе, в этих бездонных уже малахитового цвета глазах, в чуть подергивающихся пушистых ресницах и в приоткрытых пухлых потрескавшихся губах. Почему лишь одна ночь с Алексией Вудс заставила Кларк посмотреть на нее иначе? Почему вся злость за бесчувствие, которая была у Кларк, перекрывалась совершенно другим чувством? Но Лексе все равно.       Она ничего не чувствует…       — Ясно, — тем не менее Кларк ответила. Она не чувствовала злости. Не чувствовала несправедливости. Все, что она чувствовала — опустошение. И в этот момент ей больше всего в жизни захотелось, чтобы эта проклятая сыворотка на нее подействовала также, как и на остальных.       Лекса стремительно подалась вперед, оставляя на холодных губах Кларк быстрый поцелуй. Это было просто нужно сделать. Так поступать обязывал их новый статус. Она открыла дверцу машины, наблюдая за тем, как Кларк медленно села, а потом закрыла дверцу и, не провожая взглядом автомобиль, направилась к бабушке, которая лаконично заявила своей внучке, что на завтраке она не будет присутствовать именно для того, чтобы Лекса пригласила Кларк на свидание.       Кларк же в этот момент просто смотрела в окно. Вчера она ехала сюда боясь провалиться и будучи просто ассистенткой, а сегодня она возвращается домой полностью опустошенной и будучи парой Алексии Вудс. Она не сможет быть с бесчувственным. Она пыталась и это ужасно. С ними спать то ужасно, а встречаться еще хуже. Кларк не сможет, но пути назад уже совершенно точно не было. Она не сможет сказать, что просто передумала, потому что это сука нелогично. Она не сможет сказать, что сейчас взвесила все «за» и «против» и передумала, потому что она должна была это сделать до того, как положительно ответила на вопрос Лексы.       Хотелось глухо застонать, но услышал бы водитель и доложил обо всем Лексе. Кларк сама себя загнала в капкан, из которого не было выхода. Либо смерть, либо мучения всю жизнь. Закрыв глаза и прислонившись к холодному стеклу виском, она посильнее укуталась в пиджак Лексы.       — Она ничего не чувствует. Бесчувственная сука, которая бегает за своей бабушкой. Безэмоциональная сволочь.       Лекса ничего не чувствует…       Как она будет с ней спать? Теперь она почти никогда не сможет быть собой, почти никогда не сможет поплакать или позлиться так, чтобы побить подушку. Какое же это было опрометчивое решение…       А еще эта сыворотка. Кларк уже совершенно ничего не хотелось. Она просто хотела вычеркнуть из своей жизни Вудсов и жить, как раньше, потому что…       Лекса ничего не чувствует.       Резко распахнув глаза, Кларк выпрямилась. У нее есть доступ к сыворотке, к ее коду, она может делать с ней, что угодно, дабы улучшить ее, а значит, что она сможет создать вакцину и ввести ее Лексе и другим людям. Она может снова вернуть эмоции в этот мир. И в случае удачи на симуляторе, первым подопытным станет Алексия Вудс…       Лекса пока что ничего не чувствует…