Демоны тоже любят...

       Нора не спала, почти всю ночь. Стоя у окна комнатки, которую им с Питером выделили на ночь, она думала о будущем. Через несколько часов, с наступлением рассвета, казнят убийцу императора. После этого, они с Питером должны уйти из королевства. Это было требование Совета магов, взамен на то, что девушку и демона не будут преследовать.        Что делать дальше, Нора не знала. Верховный маг знал, как снять печать с Норы, но о том, как расколдовать демона, не знал никто. Девушке сказали, что обратное заклинание знал, скорее всего, только тот, кто первым накладывал его. Но этого мага уже давно не было в этом мире. Тысячелетия прошли с того момента, когда появился первый демон.        Нора смотрела вдаль. Надежда, жившая в ней все это время, тихо умирала, где-то на затворках сознания. — Нора? — грубый и одновременно нежный голос заставил ее обернуться. Питер, звавший ее, подошел ближе. — Ты не должна себя винить, слышишь? — парень говорил с такой нежностью, что сердце девушки сжалось от боли. — Ты ведь спасла мне жизнь, а это совсем не маловажно. Ну не нашли мы, как все вернуть назад, ну и что? Главное, что мы вместе, а не поодиночке, — Питер говорил и говорил, а девушка, вдруг, подумала о том, что настолько привязалась к нему за это короткое время, что даже, превратись он сейчас в человека, она все равно бы его не отпустила.        В комнате тихо скрипнула дверь. Обернувшись, пара увидела появившуюся Милену. — Простите, что поздно, — извинялась эльфийка, — но я пришла по приказу моей госпожи. — Кто твоя госпожа? — Нора удивилась тому, что кто-то из наложниц прислал к ней служанку посреди ночи. — Леди Оливия, — ответила Милена. — Она говорила, что Вы с ней были подругами долгие годы и вот теперь, она хотела бы увидеть Вас последний раз и попрощаться с Вами.       Оливия. Нора знала это имя. И оно, действительно, принадлежало ее лучшей подруге. Высокая и темноволосая, Оливия стала для Норы тем поплавком, что не давал уйти на дно, в худшие моменты жизни в гареме. Норе говорили, чтобы она остерегалась Оливию, ведь та была любимицей императора до нее, но девушка их не слушала. Поздними вечерами, когда император был занят, девушки встречались в чьей-то комнате и со смехом обсуждали эти, дворцовые сплетни.       Сейчас, увидеть родного человека, для Норы было сродни глотка свежего воздуха. — Да, конечно, — обрадовалась девушка такому приглашению, — уже иду.        Но выйти из комнаты, девушка не успела. Добрая Милена, так мило открывшая перед ней дверь, вдруг оказалась совсем близко. В руке у эльфийки, что-то сверкнуло, а спустя мгновение, Нора почувствовала жгучую боль в боку. Пытаясь не упасть, она ухватилась за первое, что попалось под руку — за Милену.       Оттолкнув от себя Нору, эльфийка прикрыла дверь: — Ну, вот и все. Моя госпожа будет довольна проделанной работой, — Милена улыбнулась, — она всегда ненавидела тебя, и вот теперь, ты умрешь в… — эльфийка не договорила, закашлявшись. Комната наполнилась удушающим газом.       Испуганный Питер подскочил к, прислонившейся к стене, Норе. Он не стал трогать эльфийку только потому, что знал — ей займутся другие и эта участь будет гораздо хуже, чем смерть.       Девушка лежала на полу и прижимала руками рану. Перед ее глазами проплывали мгновения. Вот, раскололся пол комнатки. Вот, из-под этого пола, начали вылезать демоны. Вот, Милена, некогда бывшей красавицей, превращается в уродливого монстра, покрытого перьями. Вот, перед ней, лохматая морда ее демона. Он, что-то кричит ей, но Нора слышит его словно через слой воды.  — Нет! Только не умирай, слышишь? Я не могу потерять тебя еще раз! Просто не могу! Я не смогу жить без тебя ни в этом мире, ни в мире демонов! Я убью себя и пойду следом за тобой, если тебя не станет! — Питер кричит, осознание того, что девушка его не слышит, прошибает его, словно молния.       Он стоит перед ней, наклонив голову к ее ногам, и слезы катятся по черной морде. Прикосновения. Девушка, руками, измазанными в кровь, гладит его лицо. Кровь стекает по тонким пальцам девушки и падает на черный мех, делая его мокрым и грязным, а Питера, словно меньше.       Парень чувствует, как тяжелая лапа ложится ему на плечо и оборачивается. Перед ним стоит косматый демон с бурой шерстью. Он так внимательно смотрит на него, что Питер вздрагивает: «Неужели он пришел за мной?». Но демон не тянет парня к расколу. Вместо этого он только смотрит на него взглядом полным гордости. — Вы молодцы, — говорит бурый демон, — и вы заслужили остаться здесь. Только любовь может снять проклятие с демона. Но любовь заключается не в поцелуях или клятвах, она в сердце. Любовь в крови. Теперь ты можешь, не боятся проклятия, — в глазах демона проступает печаль, — но Вам лучше поторопиться. Девушка уже переступила границу миров, тем самым сняв с себя печать, и если ты хочешь вернуть ее назад, то тебе следует поторопиться.       Не дождавшись ответа, демон уходит, закрывая за собой раскол. Прибежавший на странный шум, Грет уже не видел ни демонов, ни раскола. Первое, что увидел эльф, девушка истекающая кровью, и парень, склонившийся над ней.