Лорд и Леди Поттер

      День за днем Гарри ходил на занятия, занимался вместе с Дафной, изучал новые заклинания в библиотеке, в том числе и в запретной секции, ходил на тренировки по квиддитчу и в дуэльный клуб. Еще иногда гриффиндорец ходил к Хагриду, в этом случае за ним обычно увязывались все мальчишки с первого курса Гриффиндора, кое-кто с Хаффлпаффа и Равенкло и иногда Блез Забини. Поттер стал довольно популярным, все же самый молодой игрок в квиддитч, да еще и знаменитый Гарри Поттер, да еще и лорд, еще и женатый. В итоге на выходных у Хагрида частенько гостила целая орава первокурсников. Лесничий с удовольствием поил всех чаем и рассказывал про зверюшек. Еще Хагрид иногда рассказывал ученикам про истории, которые приключались с их родителями.       Кто-то из ребят увидел газету, в которую Хагрид заворачивал копченную рыбу, в газете, не смотря на грязь, удалось прочесть про ограбления банка Гринготтс, что сразу взволновало первокурсников. Они сразу же стали строить теории — одна интереснее другой. Затем кто-то поведал, что видел на третьем этаже гигантского трехголового пса, услышав эту новость, Хагрид странно икнул. В течении нескольких дней ребята смогли узнать у него, что там камень какого-то Фламеля, а вскоре об этом знала вся школа. А вскоре в газете Пророк появилась статья, что такому замечательному волшебнику Альбусу Дамблдору сам Николас Фламель доверил философский камень. Когда Дамблдор и остальные профессора читали газету, на их лицах был шок. Затем в Хогвартс приехал сам министр магии и потребовал, чтобы его сфотографировали с камнем, Дамблдором и Фламелем, но Фламеля в Хогвартсе не оказалось. Еще министр магии пожал руку самому Гарри Поттеру и капитанам школьных команд по квиддитчу, сделав это под вспышки камер, и напоследок пообещал посетить школьную игру. Несколько выпусков Пророка после этого было посвящено тому, насколько в Англии безопасно, как хорошо работают министерство магии и его руководитель министр Корнелиус Фадж, что хранить философский камень доверили гражданину их страны на территории их государственного учреждения. А через пару недель все ученики уже и забыли об этом камне, никто больше не гадал, что может быть спрятано на третьем этаже. ***       А потом наступил Хэллоуин. Этот день не так уж сильно отличался от других, в этот день так же шли занятия, только после занятий устраивался пир с праздничными блюдами, и еще Большой зал украшался соответствующе: рожицами из тыкв, летучими мышами, гигантскими, вырезанными из бумаги пауками и так далее. И как обычно после уроков весь Гриффиндор наблюдал привычную перепалку Гермионы Грэнджер с Роном Уизли. Как таковой причины для конфликтов не было, кроме диаметрально противоположных жизненных позиций. Гермиона была наприлежнейшей ученицей, отличницей, она всегда все делала правильно, следуя предписаниям, а Рон… А что Рон, он даже правила личной гигиены не всегда соблюдал. И именно это раздражало их друг в друге. В общем, Гермиона убежала, когда Рон прошелся по отсутствию у нее друзей. Хотя нельзя было сказать, чтобы они были у Рона, он просто ходил вместе со всеми к Хагриду и иногда общался с соседями по спальне.       А вот во время пира случилось значительное происшествие, прибежал профессор Квирелл и объявил, что в замке тролль. Старосты стали в срочном порядке отводить учеников по факультетским гостиным, а профессора тут же отправились искать тролля.       Но именно в этот момент Гарри вспомнил, что Гермионы нет рядом, что она в туалете плачет. И, как часто это бывало с Поттером, он поспешил действовать раньше, чем подумал. Он бросился за Гермионой.       И вот, по счастливому стечению обстоятельств, Гарри, Гермиона и тролль оказались в одном туалете.       Гермиона громко кричала, а тролль у же замахнулся дубиной, Поттер срочно нужно было действовать. Он начал заклинанием левитации бросать в тролля унитазы и раковины, они со звоном разбивались на осколки, покрывая пол множеством осколков.       Тролль обернулся и уставился своими маленькими глазками на Гарри Поттера. Гриффиндорец начал бросать в него заклинаниями, но они не могли пробить шкуру тролля, этот монстр с легкостью рвал путы связывающего заклинания, даже не замечая их.       Тролль вновь занес дубину и ударил ей в то место, где стоял Гарри, тот с трудом успел отпрыгнуть в сторону, раздался жуткий грохот. Теперь у Гарри звенело в ушах, но он быстро поднялся на ноги и запустил несколько осколков раковин в морду троллю. Тролль издал громкий рев, когда они рассекли ему кожу на лице и выкололи глаз. Молодой лорд стал пускать заклинания в монстра, целясь в раненное лицо.       Тролль вновь нанес удар дубиной, Гарри увернулся от него, но тролль неожиданно толкнул его ногой, в итоге молодой герой со всей силы врезался в стену, больно ударившись головой. В глазах у Гарри потемнело, а тролль уже собирался добить надоедливого гриффиндорца. Но, к счастью, в себя пришла Гермиона, она заклинанием левитации с силой надела троллю на голову унитаз. Тролль закричал, ударяя себя лапами по голове, разбивая этот злосчастный унитаз.       Тролль развернулся к Гермионе, уже позабыв о Гарри Поттере. Но тот уже успел прийти в себя. Гарри забрался на одну из раковин и с нее запрыгнул на спину троллю. Тролль начал вертеться, но волшебник воткнул свою палочку в нос и произнес страшное проклятье, превращающее кровь в вино. Гарри вычитал это проклятие в запретной секции. От магического напряжения использования сильного проклятия у него закружилась голова и пошла носом кровь.       Тролль тоже упал на пол и застонал, прижав колени к груди и обхватив голову руками. Гарри встал и, пошатываясь, подошел к троллю. Палочка все еще была в носу тролля, Поттер взял ее в руки, но не стал вытаскивать, а начал произносить обычные боевые заклинания, которые знал. Обезоруживающее, чары помех, обездвиживающее, чары щекотки, нарывов, заставляющее танцевать, жалящее, оглушающее, усыпляющее и конфундус были направлены через ноздрю, минуя крепкую шкуру тролля, прямо в мозг. После каждого заклинания тролля била судорога, пока он не перестал шевелиться. — Он умер? — спросила Гермиона. — Наверное, — ответил Гарри, вытаскивая палочку из носа.       Вскоре прибежали учителя, они испуганно и удивленно смотрели на поверженного тролля и двух первокурсников.       Первой опомнилась Макгонагалл. Она посчитала, что это хороший повод лишить Гарри разрешения на посещения запретной секции. Но Гермиона не знала, что у лорда Поттера есть разрешение на посещение запретной секции, поэтому, услышав про наказание и библиотеку, она неправильно поняла профессора, решив, что та хочет запретить Гарри вообще посещать библиотеку. В итоге Гермиона яростно кинулась спорить с профессором, защищая своего спасителя. Даже отнятые уже у Гермионы баллы за пререкание с профессором не остановили гриффиндорку.       А Дамблдор в это время стоял посреди туалета и грустно рассматривал весь этот бедлам. Его волновал только один вопрос: кто все это будет исправлять? Может, Филча позвать, пусть он здесь все чинит. Но, подумав, что деканы сами разберутся, он направился к выходу. — Альбус! Может быть, вы что-нибудь скажете. Я говорю, что у мистера Поттера надо отобрать его разрешение, — окликнула его Макгонагалл. — Давайте лучше спросим у Северуса. Северус, скажи нам, только честно, если бы на одну слизеринку напал тролль, а другой слизеринец ее бы спас, то чтобы ты сделал? — спросил Дамблдор.       Все сразу уставились на Снейпа. Тот промолчал, понимая, что здесь есть подвох, ведь вроде бы говорят о слизеринцах, но баллы могут достаться гриффиндорцам. — Ну же, Северус, не стесняйся. Представь себе, что тролль напал на мисс Паркинсон, а мистер Малфой ее спас, — помогая воображению Снейпа, сказал Дамблдор. — Баллов дал бы, — наконец, выдал Снейп.       И все сразу вздохнули с облегчением, Снейп сказал правду, он слизеринцам всегда готов баллы накинуть. — А теперь спросим у Филиуса. Филиус, представь себе, что на равенкловку напал бы тролль, а… — начал задавать вопрос Дамблдор. — Я понял, Альбус, — перебил его Флитвик. — Гибель школьницы было бы ужасным горем, вы ведь помните бедняжку Миртл… Так вот за спасение жизни надо наградить, и не просто баллами, а грамотой, особой наградой в зале славы. — А теперь спросим у Помоны… — Да, Альбус, сейчас… — сказала профессор Стебль. — Я согласна с Филиусом, только от школьных наград нет пользы. Надо отправить запрос в министерство, чтобы получить государственную награду, такая может помочь в будущем при устройстве на работу. Письмо родителям школьницы, чтобы они знали, кому обязаны за спасение дочери. — Вот видишь, Минерва, у тебя есть мнение трех твоих коллег… — с улыбкой сказал Альбус, а в мыслях добавил: «Чего тебе от меня-то надо?»       Минерва поджала губы и посмотрела на тролля, затем провела палочкой над троллем, проверяя использованную магию. — Но он использовал темное проклятие, он превратил кровь в вино, Альбус, — воскликнула Макгонагалл.       Альбус, пытавшийся снова удрать, застыл в проеме. — Но он использовал его против тролля, — возразил директор. — Минерва, вы ведь профессор трансфигурации, вы должны радоваться, что ваш ученик на первом курсе смог совершить такую непростую трансфигурацию, как превращения крови в вино, — воскликнул Флитвик. — Неужели вы не понимаете, что первокурсник не должен знать таких опасных заклинаний, что у первокурсника не должно быть допуска в запретную секцию, — воскликнула профессор Макгонагалл. — В общем-то, да, это неправильно… Но смерть первокурсницы была бы неизмеримо более худшим событием, чем первокурсник в запретной секции, — заметил Флитвик. — Быть может, именно эта темномагическая формула, вычитанная мистером Поттером в запретной секции, спасла сегодня жизнь мисс Грэнджер. — Так, у нас два первокурсника в разгромленном туалете после битвы с троллем, а мы тут болтаем. Надо их срочно показать Поппи, я их отведу в больничное крыло. Филиус, напиши, пожалуйста, письмо в министерство, чтобы мистеру Поттеру приготовили государственную награду. Минерва, тут нужно, наверное, нанять рабочих, чтобы починить всю эту сантехнику, — сказала профессор Стебль. — Да, уже спешу, и еще двадцать очков Гриффиндору, — сказал Флитвик и поспешил в свой кабинет, чтобы писать обращение в министерство магии. — Да, есть одна контора, занимающаяся ремонтом в волшебных зданиях. Сейчас напишу письмо, чтобы попечительский совет выделил денег, — задумчиво сказал Минерва Макгонагалл. — А я еще раз пойду проверю третий этаж, — добавил Снейп.       А Дамблдор не мог поверить своему счастью, ведь Помона отводит детей в больничное крыло, Флитвик отчитывается перед министерством, Минерва разбирается с разрушенным туалетом, Снейп проверяет третий этаж, а он может идти к себе и отдыхать, а еще лучше вернуться в Большой зал и съесть, что осталось после пира, там ведь еще столько вкусных блюд не успело остыть. Директор точно ведь видел, что на столе Равенкло где-то был бэйквеллский пудинг.       А вот все внимание Гарри было приковано к перстню главы рода Поттеров, он сильно нагрелся, и камень как будто начал светиться.