Лорд и Леди Поттер

      Владелец большого магазина, нескольких лавок и трех крупных лабораторий, в которых работали алхимики и зельевары, получил большую партию мертвых тушек различных магических и обычных животных. Разделывать их было поручено Северусу Снейпу. Работа эта была грязной, и платили за нее немного, но отказываться он не мог, так как деньги ему были очень нужны.       Среди ведущих зельеваров и алхимиков этой лавки было несколько гриффиндорцев, которые учились в свое время у Снейпа, как и все остальные гриффиндорцы, освоившие это искусство, они всегда заявляли, что учились вопреки своему профессору зельеварения. Итогом такой злопамятности оказалось то, что эти гриффиндорцы, когда появлялась такая грязная и неблагодарная работа, делали все, чтобы свалить ее на своего бывшего профессора. В этот момент они заявляли, что все их ассистенты и младшие помощники им нужны, что у них куча работы, а так же убеждали так же поступить и других зельеваров. Иногда им даже удавалось отправить всех домовиков на различные задания так, чтобы Снейпу приходилось самому убирать за собой рабочее место, что даже с помощью магии не всегда было простым делом. Вне Хогвартса Северус не мог угрожать, снимать баллы, кричать, ругаться и назначать отработки, ему приходилось очень постараться, чтобы сдержать свой гнев и тихо выполнить всю свою работу, чтобы получить заслуженное золото. Еще одним большим разочарованием для Снейпа стало то, что нередко некоторые зелья его нелюбимые бывшие ученики, а ныне еще более нелюбимые коллеги готовили быстрее и качественнее. Если вдруг какую-то большую партию зелий поручали приготовить Снейпу и кому-то еще, то все гриффиндорцы сразу же сообщали ему все известные им секреты, тайные приемы, улучшения рецепта, позволяющие приготовить это зелье быстрее и лучше.       Снейп одну за одной туши фестралов, лунных тельцов, а так же тушки авгуреев и отдельные части тела драконов и гигантских морских змей клал на огромный разделочный стол и разбирал на ингредиенты. Весь пол был испачкан смешанной кровью и другими жидкостями всех этих животных, которые отказывались исчезать по мановению палочки. Домовики не являлись на зов, а значит, что их опять заняли его коллеги. Подчиняясь магии, швабра начала пытаться отмыть пол, но и вода не помогла против этой грязи. Тогда, устало вздохнув, Снейп пошел в кладовку за чистящими зельями, ему придется мыть пол самостоятельно вручную.       Когда зельевар пришел домой, у него болели руки и спина. Только сова с письмом от старых приятелей его обрадовала, Нотты и Малфои хотели, чтобы он приготовил им кое-какие зелья, они всегда хорошо платили, все необходимое для выполнения их заказа у Снейпа было. Разве что придется работать в выходные, но возможность хорошо заработать и сохранить старых клиентов перевешивала. А вот статья на первой полосе в «Пророке», что Гарри Поттер теперь станет участником знаменитого турнира, очень расстроила экс-профессора.       Северусу пришлось долго мыться, чтобы избавиться от грязи и запаха. Затем он одел свою лучшую мантию и пошел на день рождения своего дедушки Соломона Принца. Старый волшебник снял целый ресторан в Косом переулке, чтобы собрать всю родню. — А, Северус, мой блудный внук! — воскликнул старик и посадил рядом с собой Северуса. — В первый раз пришел на мое день рождение, подлец. — Я всегда был в это время в Хогвартсе, в Шотландии… — неохотно оправдывался Снейп. — Ох, кому ты рассказываешь… Как будто волшебных каминов в Хогвартсе вашем нет! Эйлин тоже, как вышла замуж, так перестала ко мне приезжать. Сквернейший характер… Да и папаша твой — не сахар. Как они только ужились? — рассуждал Соломон. — Кстати, Северус, у меня тут есть пара билетиков… Не хочешь побывать на Турнире, посмотреть первое испытание? — вмешался Дэвид Принц. — Нет, я не собираюсь болеть за Гарри Поттера! — раздраженно ответил Снейп. — А этот, второй… Диггори! — Хм… Не считаю его достойным, — ответил Северус, он, конечно же, радовался только если бы выбрали слизеринца. — Ну не Хогвартс, так давай поболеем за Дурмстранг, у тебя там, кстати, двоюродная племянница учится, — вмешался Соломон.       Внимание всех гостей было направлено именно на Снейпа, так как об этом родственнике было мало что известно. Все его о чем-то расспрашивали, что-то ему предлагали… — Северус, — позвал его Цион Принц. — А ведь в Штатах у твоей троюродной сестры свой бизнес по производству зелий. Мы можем написать ей, она с радостью примет тебя, даст работу… Готов эмигрировать? — Если мне будет позволено проводить свои собственные исследования… — задумчиво произнес Снейп. — Исследования? Помилуй, у Сары бизнес по производству чистящих средств. Редкие, сложные, дорогостоящие зелья нужны единицам, а моющими средствами пользуются все и регулярно. Поэтому она и процветает, — возразил Соломон. — Остепенись, Северус, нас всех по молодости интересовали исследования, магические науки, но приходит время заняться чем-то серьезным. Я вот был консультантом Отдела Тайн по темным искусствам, а также тратил свободное время на алхимические эксперименты, на изучение легилименции, но платили в консультантам мало, исследования так же не приносили денег, а семью кормить надо… Но я не говорю, что все было зря, та же легилименция в общении с торговыми партнерами оказалась бесценна. — А о том, чтобы перебраться в Америку, подумай, несколько гадалок и астрологов независимо друг от друга заявили, что скоро будет в Англии неспокойно… Учитывая твое прошлое, тебя может сильно задеть, — вмешалась седая женщина, которая приходилась Снейпу тетей. — Спасибо, но с этими проблемами я планирую разобраться сам, — твердо сказал Снейп. — И спасибо за информацию… ***       Гарри продолжал свои тренировки без Грюма, ведь тот, будучи профессором, не мог помогать ученику. На роль заклинателя он выбрал Захарию Смита. Захария имел довольно скверный, сварливый характер, он не мог и пяти минут провести, не сделав какое-нибудь саркастическое замечание, но все же он смог как-то поладить с Гарри Поттером. На собраниях лиги Защиты он умудрялся достать абсолютно всех неудобными вопросами и меткими, но обидными комментариями. Смит вместе с Поттером посещал дуэльный клуб, где частенько был его спарринг-партнером, Что забавляло Гарри, так это способность Захарии, даже будучи побежденным и уложенным на лопатки, словесно пройтись по умственным и магическим способностям противника и даже доказать на словах полную ничтожность оппонента. Возможно, из-за характера Гарри и выбрал его для таких тренировок, услышав, что от него требуется, Захария сразу же согласился пускать в Гарри всеми возможными боевыми заклятьями и проклятьями.       Правда, Гарри пришлось слегка остудить пыл Захарии, так как для начала требовались значительно ослабленные заклинания, а хаффлпаффец далеко не так хорошо управлялся с контролем магии, которую он вкладывал в заклинания. Так Смит стрелял проклятьем пляски в мутное зеркало, от которого оно значительно ослабленное отражалось в Поттера, а тот пытался не поддаваться его действию. После двадцатой попытки у Гарри получилось не двигаться, но стоило Захарию ударить чарами напрямую в полную силу, как ноги гриффиндорца пустились в пляс. — Так-то, лорд Поттер-Певерелл, спешу заметить, что танцуете вы прескверно, вашему светлейшеству не помешало бы уделить больше времени хореографии, а то это похоже на судороги изнасилованной мартышки, а не на танец аристократа, — в очередной раз не удержался Смит. — Финита! — Гарри снял с себя проклятье и недовольно посмотрел на Захарию.       Хаффлпаффец продолжил упражняться в остроумии, после чего гриффиндорец уже не сдержался и пальнул в него самого чарами пляски. Началась привычная дуэль, в которой ожидаемо победил Поттер, но Смит поспешил заявить, что это ничего не значит, что ему просто не повезло, и вообще он просто подыграл несчастному лишнему чемпиону Турнира. После этого они какое-то время посмеялись. — Я хотел бы раскрыть тебе пару своих секретов… Но ты должен принести клятву о неразглашении, — неожиданно сказал Гарри. — Ага! А я все же знал, что это ты бросил свое имя в кубок, а ведь Седрик со мной еще спорил, доказывал мне, что ты не мог, — ухмыльнулся хаффлпаффец. — Нет, это тут не причем. Это гораздо более важные секреты… — сказал гриффиндорец. — Ты меня даже заинтриговал. Но неужели ты думаешь, что я принесу непреложный обет? — удивился Смит. — Нет, есть другие магические клятвы, к тому же мне нужно, чтобы ты молчал, а не умер, — ответил Гарри. — Тогда это еще интереснее… Дай угадаю, это своего рода приглашение в некоторый тайный клуб посвященных, где мне придется, помимо тебя, терпеть общество еще нескольких гриффиндорцев, единственная заслуга которых состоит в том, что они согласились принести тебе эту магическую клятву, — предположил Захария. — В общем-то, да… Но там не только гриффиндорцы, и заслуг у них чуть побольше, все они более менее умеют драться на палочках. Да и не предлагаю я всем подряд, — заметил юный лорд. — К тому же тебе я собираюсь сообщить чуть больше, чем другим. — Хорошо, допустим, что я согласен… Что мне нужно сделать? — Для начала мы найдем Дафну, она поможет скрепить магическую клятву, — решил Гарри.       Через двадцать минут они сидели в выручай-комнате, где Дафна скрепила клятву. — А что это за комната? — удивленно спросил Захария. — Это первый секрет, — улыбнулась Дафна. — Эта комната может превращаться в то, что тебе нужно, что ты хочешь, если это, конечно же, не нарушает законов трансфигурации. — Надеюсь, что второй секрет будет более интересным, нежели какое-то помещение в школе, которую мы навсегда оставим через несколько лет. Что дальше? — спросил Захария. — Я стал главой рода Гриффиндоров, у меня есть его меч, и я на самом деле лорд Поттер-Певерелл-Гриффиндор, — заявил Гарри. —Помимо этого несколько родов стали моими вассалами, например, род Блэков, род Слизеринов, род Гонтов… — Что ж… признаться, ты действительно смог меня удивить. И даже вызвать зависть… Я потомок Хельги Хаффлпафф, но род Смитов не унаследовал от рода Хаффлпаффов титул лорда, да и главную реликвию основательницы потеряли когда-то давно до моего рождения… — неохотно сообщил Захария.       Дафна задумчиво посмотрела на хаффлпаффца, в ее голове уже крутились кое-какие мысли, она вспомнила рассказ Андреса Слизерина о том, что Волан-де-Морт заполучил чашу Хельги Хаффлпафф и медальон Салазара Слизерина, убив одну женщину по фамилии Смит. — Ясно, слушай, сейчас в одном месте строит тренировочная база, которая станет в будущем академией боевой магии, там будут учить серьезному волшебству, мощным заклятьям. В скором будущем ожидается восстание Волан-де-Морта, и это способ подготовиться. Даже тем, кто захочет остаться в стороне, занять нейтралитет, будет необходимо для выживания научиться сражаться, — заявил Гарри. — А это, я так понимаю, еще одна великая тайна, которую мне нельзя разглашать, —задумчиво сказал Захария. — Да, но это еще и предложение. Летом после школы ты можешь попасть в эту академию и многому там научиться, — сказал Гарри. — Сомнительное удовольствие тратить свободное время летом на это не совсем законное занятие. Я всю жизнь мечтал, чтобы меня летом в жару гоняли выжившие из ума темные маги, экс-авроры и кто-то еще, кого ты там наверняка нашел… Уверен, что министерство никак не санкционировало вашу деятельность и вообще не в курсе ваших дел, что за эти делишки можно и в немилость нашего правительства попасть, — раздраженно сказал Смит. — Захария, ты просто не мог сказать что-то другое, но мы оба знаем, о чем ты сейчас думаешь на самом деле, — сказал гриффиндорец. — Это наш долг, мы сможем не допустить многих жертв. Даже если ты не захочешь сражаться с Темным Лордом, то ты все равно получишь знания и силу, которые позволят тебе защитить семью, родных, близких. — О, да! Я сам не знаю, о чем думать, но ты то конечно… — Смит, — обратилась к нему до этого молчавшая Дафна. — Будет война, которую развяжем не мы, но мы рассчитываем победить, и мы рассчитываем не просто победить, а взять в свои руки все управление страной. Если у нас получится, то мы сможем очень многое. Хочешь стать лордом? Хочешь занимать высокое положение? Место главы какого-нибудь отдела в министерстве, место в Визенгамоте? Трофейное золото? — Что я вижу… Про хорошего и плохого аврора я уже слышал, а вы тут устроили честного и корыстного? Гарри говорит о чем-то важном, но слегка абстрактном, а ты предлагаешь мне конкретную цену… Думаете, что можете купить меня? — невесело усмехнулся хаффлпаффец. — Извините, я сейчас ничего не смогу вам сказать. Мне надо уйти, подумать немного…       Захария молча отвесил ироничный поклон лорду и леди Поттерам, после чего направился к двери. — Смит, ты сможешь получить чашу, у нас появится возможность добыть ее, — добавила Дафна в след уходящему хаффлпаффцу.       Тут Захария не выдержал и обернулся. — Вот это уже перебор! А ведь я почти поверил, как же: лорды, власть, золото, супер боевая магия, Сами-Знаете-Кто… И обо всем этом два четверокурсника говорят четверокурснику! За идиота меня держите? — раздраженно и злобно, но с улыбкой произнес Смит. — Теперь и чашу приплели. Да, ты еще что-то про Блэков и Слизеринов говорил… Дафна подняла палочку вверх, произнесла специальную магическую формулу, а затем заговорила: — Клянусь своей магией, кровью и честью рода, что знаю, кто убил Хепзибу Смит и забрал чашу, знаю, что он с ней сделал, кому отдал, знаю, где она теперь лежит, — заявила юная леди.       Затем Дафна толкнула локтем Гарри в бок, и тот повторил магические манипуляции, после чего сказал: — Да, клянусь своей магией, кровью и честью рода, что я лорд Гриффиндор, что рода Слизеринов, Гонтов и Блэков стали вассалами рода Поттеров, что эта академия боевой магии уже почти построена, что там будут сильные боевые и темные маги, что я видел Волан-де-Морта несколько лет назад, что он не умер до конца!       Тут Смит побледнел, то, что казалось лишь игрой, вдруг стало правдой. — Сестру моей прабабушки Хапзибу Смит не убили, там произошел несчастный случай, выжившая из ума домовиха ее чем-то ни тем накормила, — попытался возразить Захария. — Нет, ее отравил молодой Волан-де-Морт. Он похитил несколько ценных вещей, среди которых была чаша, он отдал ее на хранение одной верной ему семье. Но… есть еще один секрет, который ты узнаешь, если сделаешь правильный выбор, — вкрадчиво сказала Дафна. — Мне надо подумать, мне надо подумать... — повторял Смит и ушел.