Лорд и Леди Поттер

      Организаторы турнира упорно пытались протолкнуть идею с дуэлями, а Дамблдор и Максим активно этому сопротивлялись. В конце концов было решено устроить показательное применение боевой магии на специальном полигоне против макетов. Задача участников просто показать свои возможности: умения, знания, навыки, силу и скорость.       Первым выступал Седрик, с помощью портала его переместили в центр пустой деревни, вокруг него были пустые дома, статуи людей и манекены. Вокруг этой «деревни» располагались трибуны со зрителями, защищенные специальными щитами от случайного попадания какого-нибудь заклинания участника. Хаффлпаффец сразу же вскинул палочку и выпустил невербально целую серию взрывных, отталкивающих, поджигающих и режущих заклинаний. Диггори был похож на пулемет, непрерывный поток боевых заклинаний превращал все в крошку и пепел. Хаффлпаффец сносил мишени мощной струей воды или бросал в них левитацей огромными камнями. Далее он перешел на трансфигурацию, Седрик быстро начал превращать цели в воду, в кашу, в песок, чтобы они просто растекались по земле, в стаю бабочек, чтобы очередной манекен просто разлетелся, а так же превращал некоторые цели в огромных животных, чтобы те уничтожали другие цели. Закончил свое выступление Диггори, разнесся один из домов огненным хлыстом, а так же потоком лавы. Его выступление должны были оценить высоко, так как он на очень высоком уровне показал классическую магию, которой обучают во всех школах, и его выступление можно было назвать образцом для ученика любой европейской школы. Но оценки было решено выставлять всем сразу в конце испытания.       После выступления каждого участника министерские служащие сразу же убирали с полигона следы разрушений и заменяли всю обстановку на новую.       Выступление Пьера было так же эффектно, он выпустил так же серию обычных боевых заклинаний, как и его предшественник, но закончил с ними он быстрее, так как показал меньший арсенал заклинаний. Шатильон не стал использовать следом трансфигурацию, так как похоже плохо владел ею. Зато этот ученик Шармбаттона быстро перешел на самые разрушительные заклинания светлой магии. Пламя чистилища и огонь возмездия не уступали по силе заклинанию высшей темной магии адского пламени, эти чары оставили вместо четверти полигона выжженную землю. Когда же Шатильон направил против одного из строений «гнев солнца», всех зрителей ослепила вспышка магии и оглушил страшный грохот, но когда к ним вернулось зрение, на месте дома была воронка. После этих заклинаний участник с трудом стоял на ногах, его лицо блестело от пота, он тяжело дышал, эти чары серьезно истощили его, не каждый взрослый маг смог бы их применить.       Следующей выступала Флер Делакур, ей сильно не повезло с заданием, нельзя было сказать, что она слабее своих соперников, но она гораздо хуже их владела грубой боевой магией. Флер могла усыпить дракона, могла очаровать, околдовать разум, могла создать иллюзию, но грубо разбивать каменные и деревянные фигуры она не привыкла. В реальном бою она бы предпочла использовать проклятья, которые действуют только на живых существ, но у нее был не богатый арсенал, подходящий для этого испытания. Делакур показала все, что могла, ведь она отлично знала школьную программу, но все же она значительно уступала остальным участникам.       Выступление Виктора Крама во многом было похоже на выступление Диггори, но только он подготовил еще один номер, чтобы впечатлить зрителей. Крам использовал частичную трансфигурацию, чтобы превратить себя в слона, но покрытого крепкой чешуей, которую он трансфигурировал в сталь, и став таким жутким огромным монстром, принялся собственноручно крушить все на своем полигоне. Зрители встретили с восторгом такое преображение. А когда Виктор махал зрителям огромной лапой, ему аплодировали стоя. Показывая огромную физическую силу в этой монструозной форме, он сгибал и закручивал в узлы металлические объекты.       Выступление Гарри было эффектно одновременным использованием и светлой и темной магии. Гнев солнца, созданный Поттером был несколько слабее и хуже выполнен, чем у Пьера, но зато следом за ним последовала всепоглощающая желчь и адское пламя. На место золотистых искр светлых атакующих чар быстро приходили заклятья пустоты и разложения. С черномагической атакой, требующей использование собственной крови, чередовалось заклинание копья справедливости. Пару целей он уничтожил трансфигурацией и лишь под конец использовал очередь из простых заклинаний, но они получались у него медленнее, чем у более старших соперников. У Гарри было перед всеми ними огромное преимущество, его магию быстро восстанавливали силы родовой магии, а так же его слуги опять создали для него резервное хранилище, как на битве с драконом, хотя, может быть, это было нечестно, но никто и не требовал от него честной игры. Завершил выступление Гарри взрывом нейтральной стихийной магии и высшими чарами искривляющими пространство, заставившими несколько домов и статуй просто разорваться на части и изогнуться.       Вигдис Ольсен столкнулась с той же проблемой, что и Флер, ее таланты просто не подходили для этого задания. Чары некромантии Вигдис могли бы помочь ей против живых противников, но от ее магии статуи, дома и манекены покрывались плесенью, гнилью, ржавчиной, но оставались стоять. На этом полигоне не было трупов, чтобы она могла поднять себе помощников. Как и Делакур, Ольсен знала хорошо школьную программу, поэтому все же смогла применить довольно приличный для ученика арсенал и разрушить несколько целей.       В итоге первое место делили Шатильон и Крам. Следующим был Поттер, ему занизили слегка оценку так как Дамблдор, мадам Максим и представители министерства в целом не очень одобряли темную магию, по этой же причине Вигдис заняла последнее место. Флер досталось предпоследнее место, ну, а Диггори фактически оказался посередине. ***       После очередного урока Защиты от темных искусств Аластор Грюм попросил Гарри задержаться. — Ты неплохо себя показал, парень, довольно неплохой арсенал и большой объем магии, — заметил профессор Грюм. — Спасибо, сэр, — кивнул Гарри. — Ты уже посмотрел в омуте памяти, как выступали твои конкуренты? — спросил Аластор. — Да, сэр. — И ты заметил, что они гораздо быстрее тебя используют магию! Да, ты использовал мощные чары, но тот же Диггори может успеть выпустить в тебя несколько заклинаний, пока ты только палочкой будешь взмахивать. А Шатильон так же показал, что может бить мощной магией, да и опять же быстрее тебя, — заметил профессор Защиты от темных искусств. — Да, я работаю над этим, — серьезно кивнул юный лорд. — Хорошо, это правильно. Я, кстати, заметил, что ты уже начал использовать невербальные чары, молодец, — похвалил его учитель. — Кстати, я заметил, что миссис Поттер отсутствовала на последнем испытании. — Да, мы решили, что дома безопаснее, сэр. Время неспокойное… — Она в положении? — спросил неожиданно профессор.       Гарри Поттер кивнул. Грюм ухмыльнулся, из-за чего лорд Поттер слегка смутился. — Не волнуйся. Да, постоянная бдительность превыше всего, ты правильно сделал… Но сейчас ситуация под контролем, это тебе говорю я. Я уже близок к раскрытию личности врага, мои люди устроили несколько облав в Лютном переулке, наш злоумышленник сейчас занят спасением собственной шкуры, ему не до тебя. Министерские крысы, которые оказались в этом замешены, теперь сидят тихо, это все провернули из-за каких-то политических целей. Так что пусть Дафна приедет на последнее испытание, тебе понадобится ее поддержка на этом турнире, а я лично сяду рядом с ней и буду ее охранять, можешь на меня положиться, Поттер, — сказал Грюм и криво улыбнулся, на его испещренном шрамами лице улыбка выглядела еще более жутко, чем его обычное недовольное и подозрительное выражение лица.       Поттер невольно тоже улыбнулся, этот учитель внушал ему доверие, да и Дафна тоже сильно жалела, что не может присутствовать на его испытаниях. — Вы уверены, сэр, что все будет спокойно, и ничего не будет угрожать? — спросил Гарри. — Ну, насчет тебя, неуверен, ты окажешься в компании своих соперников, а о них мы уже говорили. А вот на трибунах зрителям ничего не угрожает, по-крайней мере пока я рядом, — ответил Аластор. — Хорошо, Дафна будет рада об этом знать, спасибо, сэр, — радостно сказал Гарри. — Отлично, рад слышать, — сказал Грюм и даже будто бы облегченно вздохнул. — Подождите, сэр. Я тут кое-что вспомнил… Игорь Каркаров сказал, что Темный Лорд может вернуться, что его метка пульсирует, она стала ярче, а еще что некоторые предсказатели и аналитики Дурмстранга предсказывают возвращение Волан-де-Морта, — неожиданно спохватился Гарри Поттер. — Да, я не хотел об этом говорить, так как тебе лучше думать о своем турнире. Но опасность возрождения Волан-де-Морта остается, к этому надо быть готовым. Но только он вряд ли решит первым делом появиться на турнире, его сейчас волнуют другие вещи… Маловероятно, что его возвращение совпадет с последним испытанием, да и будут его интересовать сторонники, деньги, узники Азкабана, место для базы и многое другое, но уж явно не школьные соревнования, — спокойно ответил Аластор. — А Каркаров — трус и паникер, ему не следует доверять. — А я думал, что это Волан-де-Морт стоит за моим участием в этом турнире, — признался Гарри Поттер.       Тут Грозный Глаз расхохотался, громкий хриплый смех заполнил весь кабинет. — Парень, ты думал, что сам Волан-де-Морт подстроил твое участие в школьных соревнованиях. У него других дел нет по твоему? — все еще посмеиваясь, сказал профессор Грюм. — А я еще себя считал параноиком.       Гарри и сам засмеялся, ведь действительно глупо получилось, в самом деле, зачем бы Волан-де-Морту пытаться заставлять его участвовать. Чтобы убить? Слишком сложно, есть и другие способы, да и вообще покушения иначе должны происходить. — Что, Поттер, самому смешно стало? — ехидно заметил Грюм. — Ладно, в общем, приводи свою Дафну, я за ней прослежу. Обещаю, что с ней ничего не случится. ***       В гигантском кресле, созданном трансфигурацией, сидел тролль с монструозной кривой раздутой головой, у тролля был явно болезненный вид, ему было очень плохо, на его теле были следы гниения, с которыми не справлялась знаменитая регенерация этих существ. К троллю подошли несколько магов в черных мантиях. — Господин, с вами все в порядке? — спросил Рудольфус Лейстрендж. — Это тело вполне сможет дотянуть до нужного момента, а остальное неважно, — прохрипел тролль. — Вы справились с заданием? — Да, милорд. Кости здесь, — ответил Рабастан.       Волшебники взмахнули палочками, и перед креслом появилось несколько мешков, наполненных костями. — Но в Азкабане нас, кажется, заметили, — испуганно добавил Питер Петегрю. — Плохо, но, я думаю, что это не испортит наших планов, — ответил Волан-де-Морт. — Господин, мы должны освободить наших друзей, — заявила Беллатрикс. — Всему свое время, Белла. Сейчас новый побег из Азкабана вызовет ненужную нам шумиху, — ответил Темный Лорд. — Наше время уже близко. Август боится вести переписку, он очень осторожный, но я чувствую через его метку, что все идет по плану, он скоро присоединится к нам.