Лорд и Леди Поттер

      Для второго испытания для Гарри было заказано специальное зелье из жаброслей, лягушачей икры, саламандр, тритонов и крови акул, рыбы меч и скатов. Правильно сваренное зелье позволяет человеку одинаково комфортно дышать и под водой, и на воздухе в течении нескольких часов, на это время у человека появляются ласты, плавники и перепонки на руках, а так же появлялись на руках и голове острые костяные отростки, жало, как у ската, появлялась способность ударить электричеством. Так же Гарри снабдили кучей защитных артефактов, еще профессор Реддл каждую ночь плавал в озере, исследуя его, чтобы потом в омуте памяти показать Поттеру наиболее важные места. Сразу после погружения в воду Гарри применил к себе дезолюминирующие чары, чтобы его никто не видел. Используя такие преимущества, Гарри пришел почти первым, но его опередил Пьер Шатильон, он, замораживая воду, добежал по льду до места, расположенного над поселением русалок, после чего трансфигурировал из воздуха огромный якорь, с которым он мгновенно пошел на дно. Пьер смог заполучить лучший приз, забрав самую ценную книгу, но ему сильно снизили оценку, так как якорь разрушил один из домов русалок, в итоге он делил второе место с Седриком Диггори, воспользовавшимся заклинанием головного пузыря. Следующим был Виктор Крам, он частично трансфигурировал себя в акулу. Вигдис Ольсен использовала жабросли, а так же окружила себя стаей из мертвых гриндлоу и рыб, эта нежить легко расправлялась со всеми препятствиями и разгоняла обычных гриндлоу, однако русалки были возмущены использованием некромантии на их территории. Флер совершенно не справилась с заданием, ей дали немного баллов только за удачно выполненное заклинание головного пузыря, но трофейную книгу она не получила.       В целом все испытание прошло спокойно, что очень удивило всех, ведь и Гарри с Дафной, и Дамблдор, и авроры, присутствовавшие на испытании, ожидали диверсий, каждый был готов броситься в воду. Больше всех суетился Аластор Грюм, он старался предусмотреть все, подготовиться к любым неожиданностям. Но второе испытание прошло совершенно нормально, никто не пострадал. В итоге министерство магии готово было лопнуть от гордости, во всех газетах писали о хорошо проделанной работе и личном участии во всем министра магии.       В итоге администрация турнира попыталась даже устроить дуэли между участниками, но тут Дамблдор воспротивился этому, заявив, что не допустит этого. Участвуй в турнире только первая тройка из Делакур, Крама и Диггори, он бы не волновался, но вторая тройка явно была не прочь подраться, не чуралась жестокости, могла использовать опасную магию и не боялась причинить вред сопернику. ***       Захария Смит принял решение присоединиться к Гарри Поттеру, ему не терпелось получить все, что мог дать такой союз, чтобы выйти из тени родственников. Род Смиттов хоть и не считался дворянским, не имел лорда, но все же был довольно богатым и влиятельным, к тому же он был большим, и сейчас главой рода являлся троюродный дядя Захарии. Но сам Захария не мог даже надеяться на то, чтобы получить место главы рода, ведь нынешний глава наверняка попытается оставить свое место старшему сыну, или главенство мог захватить кто-то из его младших братьев, но никак не троюродный племянник. Большинство относились к Захарии с пренебрежением и недолюбливали его за острый язык и скверный характер. Быть же свободным и независимым от главы так же было нельзя, так как без его разрешения нельзя было заниматься каким-либо предпринимательством или политикой, каждая крупная сделка или даже просто голосование проходило с его одобрения, ведь он должен следить за тем, чтобы члены рода не вредили друг другу и роду в целом своими действиями. И надо сказать, что нынешний глава злоупотреблял своим положением.       И вот Захария Смитт стоял в поместье Поттеров и торжественно произносил клятву, одновременно с этим Гарри проводил спиритический сеанс. Когда последняя клятва была произнесена, один из слуг неожиданно для Захарии достал из сундука золотую чашу и поставил ее в центр спиритического круга. Юный некромант брызнул в центр круга жертвенной кровью, магические символы на полу загорелись золотистым огнем. Затем всю комнату озарила вспышка света, после чего появилась высокая женщина в дорогой золотой мантии с мрачным черным узором. У нее было довольно грозное и строгое лицо, длинные светлые волосы, холодные серые глаза, а в руках она держала копье. Она не была похожа на приведение, лишь слегка была прозрачной, казалось, что она твердо стоит на земле, что-то в ней напоминало каменную статую, нежели невесомый дух. — Молодые ученики балуются некромантией, — строго заметила Хельга. — Леди Хаффлпафф, мы… — попытался что-то сказать Захария. — Молчать! Мне следует вас наказать, сурово наказать! — строго произнесла колдунья прошлого тысячелетия.       Все пораженно смотрели на нее, настоящая Хельга ничем не напоминала кроткую и добродушную волшебницу из легенд. — Я лорд Поттер Гриффиндор Певерелл убийца дракона, убийца василиска вызвал вас, чтобы… — начал грозно говорить Гарри, чтобы заставить дух уважать себя и слушать. — Так значит ты лорд… — насмешливо заметила Хаффлпафф, направив копье на Гарри. — Ты считаешь себя взрослым. Что ж, тогда я могу забрать твою жизнь, это будет достаточным наказанием для тебя за увлечение запретной магией. — Но…, но я читала о вас. Вы же были самой доброй из всей хогвартской четверки, — неожиданно вмешалась Гермиона, которую начали постепенно посвящать в некоторые тайны дома Поттеров. — Вы защищали всех детей, вы строили в Хогсмиде приюты, вы собирали сирот даже маглов. Вы останавливали сражения. — Верно. Но, девочка, в книгах пишут далеко не всю правду. Я всегда была беспощадна к взрослым и среди учеников старших курсов всегда поддерживала жесткую дисциплину. Я останавливала сражения, если опасность начинала грозить детям, находящимся в близлежащих поселениях, и я не просто разводила сражающихся в разные стороны, я наносила удары магией такой силы, что немногие выжившие разбегались в стороны. Меня боялись, за любое преступление на своих землях я карала жестоко. Причинившие вред детям умирали в страшных мучениях. И да, я старалась защитить детей, помочь им. Все те игры, в которые играли правители, не стоят ни единой слезинки ребенка. А легенды о моей доброте появились из-за отсутствия телесных наказаний среди учеников младших курсов и детей приюта. Страх не научит детей отличать добро от зла; кто боится боли, тот всегда поддастся злу. Запугиванием можно вырастить в ребенке только низость, испорченность, лицемерие, подлую трусость. В итоге выросшие под моим попечением дети рассказывали всем о моей доброте, а остальные просто боялись сказать обо мне плохо, так как за это я могла раскаленными щипцами вырвать язык, — поведала леди Хаффлпафф. — А знаешь, почему Салазар ушел из Хогвартса? Ведь у ваших историков на этот счет появилось много версий… — Нет, я не знаю, — тихо сказала Гермиона. — Я изгнала его! Когда он только заикнулся о том, чтобы не допускать детей к обучению в Хогвартс только из-за происхождения, Годрик и Равена возразили ему, но когда он стал упорствовать и угрожать, что сам очистит школу, я вышвырнула его из замка, — гордо сказала душа древней ведьмы. — А потом мне пришлось постараться, чтобы исправить его факультет, ведь избалованные и изнеженные дети, любые прихоти которых удовлетворяются, вырастают выродившимися, слабовольными эгоистами. А Годрик, этот солдафон частенько заигрывался, начиная обучать из детей воинов и готовясь уже использовать их в сражениях, тогда мне приходилось ему объяснять, что этого делать не стоит. Равена из-за своих исследований частенько забывала о своих подопечных, и в этом случае опять же мне приходилось вмешиваться. Пусть я и была добра к детям, но в целом я держала Хогвартс и свои владения железной рукой. А уж что я сделала с кентаврами, они до сих пор помнят мой приказ, что нельзя трогать «жеребят». Основатели называли мне не иначе, как Железная Хельга, — высказалась Хельга.       Повисла тишина, Гарри мрачно смотрел на Хельгу, ее копье по-прежнему было направлено на него. Конечно же, Поттер был живым, он был лордом и находился в своем доме, он являлся именно тем некромантом, что вызвал дух Хаффлпафф, но он все равно опасался ее, этот дух был очень мощным, пол вокруг нее уже начал покрываться трещинками, нарушающими целостность символов и магических кругов. — Думаете, что я не знаю, зачем вы меня вызвали… Может быть, вы думали, что я не знаю о ваших преступлениях, о крови на ваших руках. Вы уже не дети… — мрачно произнесла леди Хаффлпафф. — Мы предлагаем тебе сделку, — твердо сказал лорд Поттер. — Если ты не согласна, то так и скажи, и я изгоню тебя прочь. — Кто предлагает мне сделку? Ты? Или твоя супруга Дафна? Она талантливый кукловод, лишенный жалости и морали, она не остановится ни перед чем. Ты многого о ней не знаешь, Гарри… На ее руках гораздо больше крови, о которой ты не знаешь, ведь по ее мнению есть вещи, о которых тебе лучше не знать. Может быть, ты забыл, как она легко переступила через Рональда Уизли… — сообщила Железная Хельга. — Спроси у Дафны, скольких людей она убила ради ритуалов, магических обрядов.       Гарри мрачно посмотрел на жену, ему придется с ней серьезно поговорить, но это потом, сейчас им нужно разобраться с неистовым духом. — Ты хочешь возродить свой род? — спросил Гарри Поттер. — Так как-то… Дух сильнее крови, идеалы важнее рода, — пожала плечами Хельга. — Но мы могли бы с вами договориться. Вы уже взяли клятвы с этого дурачка, мне тоже нужны клятвы, что мои приказы будут для него выше и значимее ваших. Я не буду влиять на вашу политику, на ваши разборки с Темными Лордами, министерством и прочими мелочами. Но я буду следить за тем, чтобы мой род не сделал того, что мне не понравится, что будет противоречить моим принципам, а так же мой род будет заниматься благотворительностью, будет строить и делать то, что я прикажу. Если я прикажу тебе сорваться с места и отправиться на край света, то ты сделаешь это, ты отправишься и будешь выполнять мои приказы. Если я прикажу тебе убить кого-то, то ты это выполнишь без колебаний! — Я согласен, — кивнул Захария. — Да, мы согласны, — поддержала Дафна. — Ваша власть над ним будет выше нашей, но до тех пор, пока вы не прикажите причинить вред нашей семье. — Да будет так! — строго сказал Гарри.       Игнорируя защитную магию, блоки от духов, щиты некромантии, Железная Хельга вышла за пределы круга, держа в руках свою золотую чашу. При ее приближении против своей воли Захария Смитт упал на колени, леди Хаффлпафф поднесла к его губам чашу и дала испить из нее воды. Золотистый свет окружил юного хаффлпаффца, а из пола потянулись черные путы и начали его оплетать, через минуту Захария был одет в строгую золотую мантию, покрытую мрачными черными символами, а на его руке появился золотой перстень с черным камнем. — Вот еще подарок… — произнесла основательница Хогвартса и протянула Смитту еще один перстень. — Не надевай его, ты не потянешь власть над двумя родами сразу. Это перстень главы рода Мортенсенов, род моего мужа, в тебе течет и его кровь. Ты можешь отдать этот перстень своему второму сыну или выбрать кого-нибудь из своих родственников Смиттов. ***       Новый лорд Хаффлпаффа сидел в кабинете главы рода Смиттов — Гунар. Лицо Гунара Смитта выражало недовольство своим троюродным племянником. — Итак! — хмуро произнес Гунар. — Итак… — равнодушно повторил Захария. — Я хочу знать, что произошло. Сегодня я заметил на родовом гобелене изменения. Твое имя изменилось, вокруг него появился особый узор… — Тебя это не касается, Гунар, — спокойно сказал Захария, закинув при этом ногу на ногу. — Да как ты смеешь, щенок?! Ты обязан подчинять мне главе рода! Отвечай немедленно! — рявкнул глава рода Смиттов. — Лорд Хаффлпафф ничего не должен какому-то Смитту. И с каких это пор у тебя, старый осел, появилось право приказывать лорду? — нагло спросил молодой хаффлпаффец. — Да, Гунар, как только я испил из чаши Хаффлпаффа, я стал лордом этого славного рода. — Наглец, — покраснев от гнева, прошептал Смитт, однако глаза забегали. — Немедленно принеси мне чашу, пока я не приказал тебя выпороть. — Похоже ты ничего не понял. Чаша принадлежит мне. Смитты — это побочная ветвь, вассалы рода Хаффлпафф, и я могу приказать выпороть тебя, могу поменять главу подчиненного мне рода. Возможно, мне стоит сделать главой рода того щеночка, что недавно родился на твоей псарне. — Щенка? Псарне?! — непонимающе кричал Гунар. — Ну да, ведь в нем тоже течет кровь семьи, ведь это ты обрюхатил несчастную суку далматинца? — весело спросил Захария. — УБИРАЙСЯ ВОН!!! — закричал Гунар, одной рукой держась за сердце.       Захария не спеша вошел в камин, но, прежде чем переместиться, сказал: — Я жду тебя через два часа в своем кабинете с отчетами, чтобы ты передал главенство родом тому, кого я сочту подходящим. Если не выполнишь приказ, то новый глава лишит тебя имущества и изгонит из рода.       После этих слов Захария с удовольствием наблюдал побледневшее лицо родственника, а после бросил в камин горсть пороха. Как же он обожал бесить людей. Осталось только решить, кому отдать главенство над родом Смиттов: старшему брату, отцу или любимой бабушке, которая всегда кормила вкусными пирожными и вязала мягкие свитера.