Не гневите попугая!

      И правда, «сто раз подумай, а потом делай» — это не про меня. То, что я учудил в этот раз, можно заносить как новый рекорд в мою личную книгу рекордов Кирюши.       Цветы, что я сорвал до этого, росли на самом краю сада, практически на обрыве. Каково было мое удивление, когда я увидел, что они стали в разы больше, и их корни разнесли часть обрыва на летающие куски, которые держались только благодаря корням. Те, кстати, были очень необычные в том плане, что они были золотые. Даже не так. По ним, как в прозрачной колбе, текло жидкое золото, которое еще и светилось. Цветы же, что я «обкорнал», обзавелись новыми золотыми лепестками с алой каймой. Добавьте ко всему прочему ночной пейзаж звездного неба и далекой земли, над которой мы парим, прочие парящие облака, золотую луну, и картина вырисовывается сказочная. В этом и заключается рекорд. Я не только своей выходкой разнес половину острова, еще и сделал это красиво!       — А как это так? — изумленно спросил я, во все глаза смотря на Гирола.       — Это златоцвет. Тебе, наверное, ничего не говорит это название, потому что о нем говорят в начале семестра, когда ты успешно устроил забастовку.       Я отвел взгляд, чувствуя неловкость. Ну как неловкость. Осознание, что прогулы мне не забыли, свалилось на мою бедную тушку тяжелым камнем.       — Так вот. Златоцвет сбрасывает свои листья, когда готов к дальнейшему развитию. Его сок золотого цвета, оттуда и название. Сами лепестки никакими важными свойствами не обладают, а поэтому их никто не трогает и проблем не возникает. Ценность представляет сок в корнях, ведь он перерабатывает магическую энергию извне и преобразует ее в концентрат в виде золотого сока. Очень полезно в моем случае, как ты понимаешь.       Я внимательно слушал лекцию, пытаясь догадаться, что мне будет за содеянное, ведь не зря же он упомянул дважды, что лепестки трогать не стоило.       — Это прекрасный, неприхотливый цветок, о котором не сложно заботиться. Но если сорвать его лепестки, то… он развивается и ломает все, что ему мешает для этого. Как видишь, в нашем случае — остров. Вернее, его небольшую часть, но это неважно. Я высадил его сюда для красоты и силы. Но как я мог подумать, что тебе, родной мой, придет в голову сорвать эти (чирик) лепестки?!       Я съежился, готовясь к низвержению меня в ад. Но Гирол провел рукой, обращая меня в человека, и обнял за талию.       — Порой мне хочется тебя убить, — сказал он, глядя мне в глаза.       — Ну так и быть, я дам тебе в очереди первое место, — неловко засмеялся я, смущаясь от подобного положения.       Гирол усмехнулся на мои слова, но, больше ничего не сказав, притянул меня ближе и поцеловал. Я уже привык к искрам из глаз от его поцелуя, все же я с грозовым драконом целуюсь, но в этот раз их было определенно больше. Он вдруг поднял меня на руки, углубляя поцелуй, из-за чего я удивленно замычал.       — А знаешь, будет плохо, что столько сока пропадет зря, — шепнул он мне в губы.       Я понял его намерение, только когда он вместе со мной повалился на траву, покрытую золотой росой от златоцвета. Он накрывал мои губы поцелуями, а затем шею, плечи, в итоге уже целовал всего. В голове наступил туман. Думать о чем-то совершенно не хотелось. Только мы вдвоем здесь на обрыве, как в тот момент, когда только познакомились, и Гирол показал мне настоящего себя. Похоже, в этот раз все повторится, но несколько иначе…       

***

      Я говорил про искры из глаз? Вот теперь я искрился весь! Гирол облюбил меня всего и даже больше, и теперь я бил током все, к чему прикасался, кроме самого дракона. Голова шла кругом, и поэтому я положил ее на грудь тому. Гирол мирно дремал под ночным небом, а я проснулся слишком рано, возможно, потому, что до этого был в обмороке после седьмого неба. Мне не хотелось ни двигаться, ни думать о чем-то сложном. Хотелось находиться так как можно дольше. Удивительно, я смог повстречать своего ч… дракона, только в другом мире. Даже если передумает и будет гнать, не отпущу его и буду преследовать в облике попугая. Какой я стал маниакальный! Наверное, от Ашхана заразился.       В голове вспыхнула одна мысль. Я приподнялся и осмотрел грудь Гирола. Его сила. Неужели это никак нельзя восстановить, и он так и будет мучиться до конца жизни? Если задуматься, все ведь не случайно? Может, если судьба именно меня привела к нему, то я и найду способ? Как я ему сказал? Может, именно потому, что я не отсюда, вижу все иначе?       Я задумчиво рассматривал любимого дракона, оглаживая его тело рукой.       Дракона.       Точно. Гирол ведь пытался вернуть силу в облике человека. Что, если секрет таится в его драконьем обличии? Я ветеринар. Пускай мы не проходили драконов, но у меня в крови умение лечить животных. За что я, правда, поплатился, но все же. Кажется, у меня появилась гениальная идея, но пока я о ней Гиролу не расскажу. Не хочу его обнадеживать. Что, если я ошибаюсь?       Я лег обратно, углубляясь в свои раздумья.       — Ну что ты вертишься? — проворчал сонно Гирол, но его голос прозвучал с такой нежностью.       — Замерз немного, — сказал я, обвивая собой тело Гирола. Замерзнуть я и правда успел.       Тот улыбнулся и частично обратился, отчего появились огромные черные крылья. Внутри них гуляли молнии, отчего они были как печка. Он окружил меня ими не слишком близко, но все же достаточно, из-за чего мы оказались в теплом коконе, спрятанные от всего мира.       — Так лучше? — спросил он сонно.        Я улыбнулся и лишь прижался ближе. Уходя в теплую негу.       — Да, намного лучше, — шепнул я, засыпая. А ведь молнии — это тоже магия.       

***

      — Тебе так не терпится поехать в академию? С чего бы? — удивленно спросил Гирол.       — Ну так у нас все еще спор, помнишь? Или ты уже заочно сдался и проиграл? — ответил я, доедая свой завтрак.       — Какой спор? — недоуменно спросил Нейл.       — Что Гирол год проработает в академии.       — Один семестр, — уточнил Гирол, не отвлекаясь от чтения какой-то местной газетенки.       — У вас семестр как раз год и идет. Бедолаги! Как у вас тут еще не свихнулись от такой учебы?       На мой вопрос никто ничего не ответил.       — И на что спорили? — поинтересовался Ашхан. В его глазах играли заинтересованные искры.       — Все тебе знать надо, — насупился я, не желая выдавать секрет.       — На желание, — спокойно ответил Гирол. — И скрепили договор кровью.       — О, — протянул Ашхан. — Ну, Кирюша, кажется, скоро мои руки до тебя дотянутся.       — Нетушки! — завопил я. — Почему никто не верит в мою победу?!       — Потому что это нереально, — ответил Нейл. — Мы пытались его убедить. Преподавательство явно не его конек, сам видишь.       — А вот и не правда! Вчера он мне отличную лекцию прочитал, и я все запомнил! — возмутился я.       — Ага, мы слышали, — ответил Ашхан. И я, опомнившись, покраснел до кончиков ушей.       — Я не об этом, — неловко сказал я.       — Хотите поиграть в учителя-ученика? Жаль, что я не смогу этого видеть.       — Почему не сможешь? На один семестр я договорился, чтобы вас восстановили на учебе. Будете хорошо себя вести, глядишь, и на совсем оставят.       Послышалось падение столового прибора. Вилка, баба придет.       — А вы думали, я оставлю дом вам на растерзание? Вы его через неделю перевернете с земли на крышу, — строго заявил он.       Ашхан сделал недовольное лицо, хотя я видел, как у него зарделись щеки в предвкушении, ведь он был похож на человека, который любит учиться. Нейл же принял новость спокойно, точно ему объявили о завтрашней погоде, и она не сильно отличается от сегодняшней.       — Семестр скоро начнется. Каждый из вас должен хорошенько подготовиться к нему, — сказал Гирол и после своих слов вышел из-за стола.       Да, мне нужно тщательно обдумать, что поможет мне в моем деле.       

***

      Начался новый учебный семестр. В этот раз я возвращался в академию с совершенно иным настроением. Многое изменилось, ведь в этот раз я не был брошен, остальные пришли вместе со мной. А у меня, помимо прочего, была цель, к которой я подошел со всей серьезностью. Вы же не думали, что если я дурачусь, то не могу быть серьезным? Чаще окружающие именно так и думают, а потом удивляются, откуда у меня все то, чего я достиг, и пеняют на то, что я просто счастливчик и любимец удачи. Отрицать не буду, но вкалываю я за эту удачу не меньше прочих.       Вернувшись в академию, я попросил у директора, как у старого знакомого, который прекрасно знал, как я могу испортить жизнь в его академии, подобрать мне такую рабочую программу, чтобы я по возможности изучал строение волшебных существ, биологические особенности этого мира, а так же прошел повторный курс травоведения. Мне было необходимо собрать как можно больше информации о волшебных существах, циркуляции магии в них, а также о растениях, что восполняют или налаживают эту циркуляцию.       С каждым днем я все глубже уходил в свое исследование, засиживаясь в библиотеке до ночи, чем не славился прежде. Я делал множество конспектов, предположений, задумывался над тем, как лучше провести опыты. К середине семестра я обзавелся толстой тетрадью с огромным количеством записей.       Гирол при этом подумал, что я ради нашего спора решил удариться в учебу и не мешал этому. В отличии от меня, он обладал совершенным самоконтролем, поэтому легко разграничивал личную жизнь и академию, в которой теперь преподавал. Мне он, как учитель (к сожалению или к счастью) не достался. Он уделял мне много своего внимания и всегда приходил за мной в библиотеку, если я засиживался слишком долго. Свои записи я от него не прятал, ведь там все равно не понятно, к чему ведут мои поиски. И только краткие пометки между строк давали лично мне полную картину. Более того, важные пометки я делал на своем родном языке.       Что до исследования, оно продвигалось не слишком хорошо. Я чувствовал, что ответ где-то на поверхности, но никак не мог соединить те незримые нити, чтобы задача наконец-то нашла решение. Не хватало какой-то детали, после которой я бы вышел на след и быстро нашел ответ по уже составленным нитям.       — Ты вновь засиделся допоздна, — сказал кто-то, и это был явно не Гирол.       Я удивленно обернулся и увидел перед собой старого знакомого. Парень-космос, который когда-то напугал меня до икоты. После я успел привыкнуть к нему и даже в какой-то степени сдружился. Он оказался интересной личностью.       — Никак не могу решить задачу, — признался я, вздыхая.       — Может, не тем методом решаешь? — поинтересовался он, присев рядом со мной.       — В каком смысле? — не понял я.       — Ты ищешь головой. Но головой Гирол будет поумнее. Он бы уже все нашел, — сказал юноша. Я ничему не удивился. После общения с ним я привык, что он знает обо мне все, даже если я это не рассказывал.       — А как надо? Сердцем, что ли? Я ветеринар, а не гадалка! — взвыл я.       — С хорошей интуицией. Ведь порой нет времени искать причину, есть время только действовать, — сказал он, листая книгу передо мной.       — Может, ответ кроется не в теле и не в траве, — задумчиво сказал я, смотря на книгу.       — Возможно, — ответил космос, продолжая медленно перебирать страницы.       — Тогда… ночью ты что-то сделал с моей грудью. Что это было? — вдруг вспомнил я свечение.       — Кристалл души, — сказал он. — Сердце души, если угодно. Источник. Наша связь, — ответил он.       Я задумался, а потом присел прямее и спросил с еще большей задумчивостью.       — А можно ли ему навредить?       — Легко. Ты знаешь злодеев в истории, — сказал он, продолжая завораживающе смотреть на меня.       — А если не злодей? Может ли он влиять на источник магии? — выдвинул новую версию я.       — Возможно, все в нас взаимосвязано, — ответил он с улыбкой. — Но ведь у Гирола вырвали источник магии.       — А если это был не источник, а резервуар? Он пытался установить новый, но он не «подключался» к настоящему источнику?       — И какой новый источник? — с интересом спросил парень.       — Ты, наверное, меня за дурака примешь, но что, если это сердце и есть? Вернее, не источник, а что-то вроде катализатора. Вместе с текущей в теле энергией оно создает магию? Которая, в свою очередь, копится в резервуаре, а потом вы ее используете.       — Интересно, — с улыбкой сказал он, откладывая книгу и поднимаясь на ноги. — Кстати, знал ли ты, что у подобных мне резервуара нет?       С этими словами он ушел так же неожиданно, как пришел. А я погрузился в свои мысли, оценивая полученную информацию и ту, что узнал ранее. Я решил записать свое предположение и пойти спать, ведь голова уже раскалывалась. Я пришел как раз, когда Гирол собирался идти по мою душу в библиотеку. Увидев его, я замер на пороге.       — О, ты уже вернулся, а я собрался идти за тобой, — он улыбнулся, и в его глазах заиграли молнии.       «У нас нет резервуара».        Я прищурился. В голове каша стала формироваться в идею, которая одевалась во все новые факты. Я перевел взгляд на грудь Гирола, потом на его уже задумчивые вопрошающие глаза, в которых играли молнии, вспыхивая и пропадая снова. Внезапная догадка пронзила мое сознание, и я, вздохнув, заулыбался, хлопнув себя по лбу.       — Это было на поверхности… — сказал я, смеясь над самим собой.       — Может, тебе стоит передохнуть от учебы? — обеспокоено спросил Гирол, глядя на мое состояние.       Я замотал головой, улыбаясь. Мне не верилось, что я наконец-то нашел решение. Но оно требовало проверки, и все же…       — Гирол, ты не представляешь, что я только что придумал…