Срывая маски

      Когда Эмили очнулась, то обнаружила себя в одноместной больничной палате. К груди девушки под сорочкой были присоединены четыре электрода, они контролировали и выводили на экран монитора её жизненные показатели. Хейз ничего не беспокоило, пока она не потянулась до панели кровати, и её сердце пронзила боль. Отдернув левую руку, она поспешила заглянуть под одежду и, оттянув ворот, увидела широкий пластырь. В этот момент дверь в палату открылась, и на её пороге появился Макс, со стаканом кофе в руке.       — Ты давно проснулась? Медсестра или врач уже приходили? Почему меня не позвали? — вначале его взгляд заметался по палате, в поисках медперсонала, но никого не обнаружив, Макс подошел к постели девушки, и пристально на неё посмотрел, ожидая ответа.       — И тебе привет! — Эми широко улыбнулась, обрадовавшись появлению Макса. — Нет, Ты мой первый посетитель!       — Так значит врач ещё не в курсе? Пойду, позову его! — Локвуду не понравилось, что его назвали посетителем. А еще проклинал, этот чёртов, кофе — он ждал, когда Эми очнётся и должен был находиться в палате, когда это случится, но всё произошло не так, как он себе представлял. Это его огорчило, и он поспешил уйти, чтобы не выдать своего разочарования. Но Эмили поддавшаяся своим чувствам, ухватилась за его руку.       — Постой! — она скривилась от боли, ведь останавливать его пришлось левой рукой. — Для начала объясни, почему ты пришел только сейчас? Я чувствовала себя одиноко, очнувшись совсем одна, знаешь ли!       И снова, выражение ее лица, искаженного болью, шквальным градом обрушило на него воспоминания вперемешку с чувством вины и сожаления. Стиснув зубы, так сильно, что на скулах заходили желваки, Макс сдерживал свои чувства, что рвались наружу. И ещё неизвестно, кто из них лучший актёр. Потому что, встретив холод грозовых глаз, Эмили оробела и поспешила отпустить его руку.       «Точно. Ничего не изменилось. Я просто призналась ему, снова, и на его чувства это никак не повлияло!» — Хейз отвернулась и задумчиво посмотрела в окно. Она никак не могла понять, откуда появились мысли о взаимности их чувств, ведь в тот день ничего не произошло. «Он просто выстрелил в меня, но откуда тогда это чувство?».

***

      Макс, заметив отстранённый взгляд Эмили, почувствовал, что вряд ли сможет себя сдержать и решил выйти покурить — успокоиться. Выходя из палаты, он столкнулся с врачом, и миленькой медсестрой, которая пожирала его похотливым взглядом, и уже несколько раз неприлично прямо намекала на секс. Может раньше Макс и воспользовался бы возможностью, но сейчас его поглотила апатия — не хотелось ничего. Весь мир вращался вокруг «спящей красавицы» и он считал секунды, ожидая её пробуждения.       А от мыслей, что девушка может так и не очнуться, мужчину спасала только детская вера в сказку — он поцеловал её. Поцелуй не сработал. Ни один из сотни. Легкое касание губ никак не повлияло на девушку. Но Локвуд не отчаивался, и продолжил ухаживать за ней, оставаясь, все время рядом. Просыпаясь, и перед тем как уснуть, Макс целовал Эмили, правда, не всегда в губы. Это были и лоб, и щеки, и ее руки. Руки он целовал куда чаще — в течении дня, сидя у её постели и перебирая маленькие тонкие пальцы девушки, Макс мог задумавшись уткнуться лицом в ее ладонь, и осыпать поцелуями часами.

***

      Из мыслей Эмили вырвал голос врача. Мужчина спрашивал её о самочувствии, а затем подошёл, чтобы осмотреть рану и послушать сердцебиение и дыхание. Доктор рассказал, что пуля не задела сердце, но пробила лёгкое, вызвав пневмоторакс. Операция прошла успешно, но девушка не приходила в сознание три дня, заставляя всех поволноваться. Когда врач ушел, медсестра осталась, чтобы заменить пластырь и обработать рану. Медработница оказалась болтливой девушкой, которая любила собирать и распространять сплетни. Посетовав, что у Эми очень заботливый жених, она разразилась тирадой о том, что у многих пациенток мужья — лентяи, которые не навещают своих жён. «А вот мистер Локвуд сидел у вашей постели все три дня, дожидаясь вашего пробуждения!» — томно вздохнула медсестричка и, закончив процедуры, ушла. Эми ещё несколько минут переваривала услышанное, когда к ней постучался очередной посетитель.       — Рад узнать, что ты наконец-то очнулась! — в палату прошел Рэвер, и положил на тумбочку букет цветов. — Заставила всех поволноваться. Признайся — ты просто устала и хотела выспаться подольше?!       Мужчина рассмеялся и признался — он не ожидал, что Эми очнётся к его приходу, и собирался просто оставить цветы. Но раз девушка в сознании, он решил её обрадовать хорошими новостями.       — Томас Бейли, хоть и посмертно, но был обвинен в похищении, насильственном удержании и убийстве трёх девушек. Точнее в убийстве четырёх, но об этом расскажу как-нибудь потом. Дело закрыто, а тебя, за успешное проведение операции, было решено наградить, и сократить твою стажировку! — мужчина довольно улыбнулся и продолжил. — Кстати, хоть у нас и был уговор на год, но раз такое дело, то выбирай, куда хочешь перевестись. Можешь выбрать любой отдел или другого напарника. Только реши это до нового года, ладно? И я слышал запись с операции — ты была потрясающей! Не удивительно, что у тебя так легко получилось одурачить Макса и проработать с ним полгода.

***

      Вернувшись с перекура, Макс застал очень интересный разговор Эмили с начальником. Точнее, говорил только Рэвер, а девушка — молча его слушала. Мужчина опешил от подслушанного разговора, и не мог пошевелиться. Когда Майкл выходил из палаты, он наткнулся на побагровевшего от злости Локвуда и тоже растерялся. Но первым очухался Макс — пихнув в плечо своего начальника, он прошел в палату, и заперся изнутри.       — Что это значит? Ты лгала мне и всё это время притворялась? — прорычал Макс, но всё же надеялся, что это ошибка и он неправильно всё понял.       Будь у нее хоть маленький шанс на взаимность чувств — Эмили бы солгала. Она бы выкрутилась и убедила бы напарника в обратном. Но шанса не было, только надежды. И пора было заканчивать с этой неразделённой любовью. Поэтому она сказала правду.       — Да, — прошептала она, — я притворялась!       — И зачем? Тебе было весело? Или ты патологическая лгунья? Без лжи не можешь? — её ответ резанул ему по сердцу, и Макс не сдержался, повысив голос.       — Я хотела получить эту работу, но мне сказали, что я должна отработать стажировку твоим напарником год. Не сбежав от тебя, и не дав тебе веской причины написать заявления о замене напарника. Поэтому я решила завоевать твое доверие. Это было легко сделать, достаточно притвориться влюбленной. «Я люблю тебя. Я последний человек, который предаст тебя. Доверяй мне!» — таков был мой посыл. Не ожидая ответных чувств, и не добиваясь тебя — я просто хотела работать с тобой, без всяких проблем. — Эмили давно мечтала рассказать об этом кому-нибудь, поделиться тяжкой ношей и облегчить душу. Но вот она рассказывает, но легче ей от этого не становится, только больнее.       — Доверие? Ха! — не сдержав нервный смешок, Макс скривился и посмотрел на девушку с отвращением. — Лицемерная сука! Поздравляю, ты получила работу своей мечты!       И он ушел.       По её щекам стекали слёзы, а из горла вырывались всхлипы, превращаясь в рев. Девушка перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку, чтобы заглушить стон боли и отчаяния.       Успокоил ее только укол седативного препарата. Почувствовав будто силы ее покидают, Эмили вернулась в прежнее состояние, и с удивлением заметила, что её окружает толпа медсестер и санитаров во главе с врачом. Хейз ничего не успела сказать, как её глаза закрылись, а сознание поглотила тьма.       Хейз проспала несколько часов, а очнувшись, вела себя тихо. Она погрузилась в размышления, анализируя ситуацию и отыскивая компромиссное решение. Но чувства не позволяли Эмили думать рационально, а желание исчезнуть — стало сильным, как никогда.

***

      Через несколько дней Хейз выписалась из больницы под свою ответственность, и отправилась домой собирать вещи. Она согласилась на предложение Аманды Стилл, а точнее академии, от чьего лица она вербовала девушку, и сообщила об этом решении Рэверу. Он был крайне недоволен этим, потому что терял крайне талантливого сотрудника, но ничего не мог с этим поделать. Эмили забрала свои вещи из кабинета, пока Макс отсутствовал, и ушла не прощаясь. Не с кем было. Дженни Чан и Энджела Свитс избегали её — придя к ней в больницу, проведать, от медсестёр девушки узнали о случившемся скандале между Эми и Максом, а так же услышали их исковерканный диалог. Они, конечно же, не стали верить глупым слухам, но Эми всё подтвердила и не стала объясняться. После никто из них не предпринимал попыток помириться, хотя девушки и продолжали сталкиваться друг с другом в офисе, пока Эми разбиралась с оставшимися делами, перед отъездом.       Локвуд на работе не появлялся, но раз Рэвер кипишь, не поднимал, значит, всё было на «мази». А Эмили могла спокойно перемещаться по зданию ФБР и не бояться столкнуться с ним. Она еще не была готова к встрече с напарником, и к его реакции. Поэтому завершив все дела, она оставила после себя пустой стол и ушла.

***

      Вернувшись из больницы, она первым делом выбросила все цветы и открыла окна для проветривания. Из-за мороза Хейз ходила по дому в теплой куртке и разбрызгивала освежитель воздуха, пытаясь избавиться от запаха роз, который пропитал её одежду. Эми радовалась, что так и не успела распаковать все вещи полностью, пока жила в маленькой квартире-студии, поэтому очень быстро их собрала обратно в коробки, и отправила по новому адресу.       Оставалось последнее, что не позволяло ей бесследно исчезнуть — ключ. Эми сидела в авто пока не стемнело, под окнами знакомой квартиры, выискивая следы присутствия хозяина. Но таковых не было — ни машины, ни света в окнах. Она долго не решалась сюда вернуться, но это требовалось сделать, поэтому Хейз зажала кнопку звонка, и услышала за дверью мелодичную трель. И тишину. Девушка выждала ещё пару минут, прислушиваясь, а затем решила воспользоваться ключом, ради которого сюда и явилась.       Она зашла в квартиру и, прикрыв за собой дверь, включила свет. Взглядом, зацепившись за крючок для ключей, Эми удивилась — один комплект уже висел. Избавившись от последней вещицы, девушка ухватилась за ручку двери и собралась уходить, как вдруг из гостиной вышел Макс.       — Ты дома? Я звонила, но ты не открывал. Вот, пришла вернуть ключ. — ситуация показалась Эмили неловкой, и она испугалась, почувствовав себя воришкой. И ей всё ещё было стыдно смотреть Максу в глаза. Но оказавшись с ним лицом к лицу, Эми решила извиниться. В последний раз.       — Мне очень жаль! Я считала эту ложь необходимостью, но с недавних пор она стала невыносимой для меня. Я больше не хотела тебе врать, но не знала, как прекратить всё это и выпутаться из этого лживого клубка. Прости.       — И почему же тебе стало невыносимо мне врать? Совесть проснулась? — его голос пробрал её до дрожи.       Хейз не слышала его несколько дней, а уже соскучилась, по этому низкому голосу с хрипотцой. Девушке приходилось сложно — мужчина перед ней стоял в одних домашних штанах. Сложно отвести взгляд от желанного тела, но Эмили справлялась, отвлекаясь и рассматривая его лицо — такое уставшее и помятое, словно он вагоны разгружал всю неделю, что даже не было времени побриться.       — Я влюбилась в тебя. По-настоящему. — очередное признание давалось ей сложнее, поэтому Эми не смотрела ему в глаза, когда говорила это. — Поэтому мне хотелось прекратить эту ложь. Но это было невозможно.       — Влюбилась? — искреннее изумление отразилось на его лице. — Почему же ты не рассказала об этом?       — Ты уже отказал мне. И зная о твоих чувствах, точнее об их отсутствии, зачем рассказывать об этом? — она не поднимала голову, рассматривая носки своих ботинок.       — Мне становилось всё сложнее находиться рядом с тобой, сдерживать себя. Я даже начала ревновать. Поэтому и решила покончить с этими чувствами.       — Ты идиотка! — Макс говорил тихо, словно сам с собой. — А я думаю о тебе. Постоянно. И не могу остановиться. Сердце замерло, когда пришлось выстрелить в тебя. Ничего не хотел, только чтобы ты очнулась.       Эмили посмотрела на него, не совсем понимая, к чему он клонит, и встретилась с ним взглядом. Макс медленно приблизился к ней.       — Ты хочешь избавиться от этих чувств, а что делать мне? Что делать идиоту, который влюбился в… Идиотку? — он наклонился и, прошептав ей в губы, поцеловал.       Признание Макса застигло Эмили врасплох, заставив сомневаться в реальности происходящего. Но прикосновение теплых губ, и колючей недельной щетины — развеяло все сомнения. Эми ответила на поцелуй, зарываясь пальцами в его волосы и привстав на носочки. В этот раз всё было по-другому — нежно, медленно, без резких движений и страстных вздохов. Казалось, будто они утопали в самой нежности. Совсем скоро мужчина почувствовал, что возбудился и решил двигаться дальше — он ухватился за ягодицы девушки, и поднял её, как пушинку. Эмили сразу же обвила его талию ногами, а когда их глаза оказались на одном уровне, она облегчённо вздохнула — отпала необходимость задирать голову верх, что крайне неудобно для длительных поцелуев.       Макс отнес ее в комнату, где опустил на кровать и начал раздевать. Сначала он стянул ботинки и, отшвырнув их, принялся стаскивать лосины. Девушка тем временем сняла куртку, а затем вязаную тунику. Оказавшись в одном нижнем белье, Эми стало невыносимо жарко. Всё из-за взгляда Локвуда, которым он обжигал, рассматривая каждый миллиметр ее тела. Стянув с себя штаны, мужчина уровнял «счёт» и, повалив девушку, нежно ее поцеловал. Макс рассмотрел рану напарницы, но осторожничал не по этой причине — просто не хотел по-другому. Он нависал над ней, облокотившись на локоть, а другой рукой нежно водил по хрупкому женскому телу, вызывая у неё мурашки.       Девушке хотелось отплатить, поэтому она правой рукой нащупала его член, и сжала через ткань боксеров. Реакция последовала мгновенно — Макс издал гортанный звук, напоминающий звериный рык и слегка прикусил шею Эми. Они посмотрели друг на друга, и девушке понравилось увиденное — возбуждённый мужчина, с глазами полными желания и любви, учащенно начал дышать, когда Эми стала двигать рукой, лаская его.       Никто из них не помнил, как последние преграды из их одежды оказались на полу. Но Эми хорошо запомнила пальцы Макса, влажные от её смазки, и дразнящие игры с клитором. А Макс запомнил, как было горячо и узко, когда он одним рывком зашёл в неё. Он двигался размеренно, кайфуя от того, как туго девушка сжимала его член, внутри себя, как стонала под ним, и шептала его имя. Макс ускорился, чувствуя, что скоро кончит. Стоны Эмили стали громче и чаще, вперемешку со всхлипами и рваными вдохами. Она крепче обняла его, оцарапав спину, и почувствовав, как её накрывает очередной волной оргазма, прошептала, что любит его. Закончили они вместе.       Эмили не заметила, когда Макс надел презерватив, но была рада, что не пришлось прерываться на это сейчас. Они тяжело дышали, измождённые, но счастливые. Эми положила голову ему на грудь, и почувствовала, как руки Макса сомкнулись на её талии, прижимая девушку к себе поближе. Когда они отдохнули, лёгкое покалывание в теле исчезло, а к ногам вернулась чувствительность, они направились в ванну, чтобы помыться, но всё закончилось сексом.       В этот раз девушка была сверху, а мужчина, сидя в ванной, с наслаждением наблюдал, как ее грудь подскакивает, вслед за хозяйкой. Он сжимал ее бёдра, оставляя красные следы своих пальцев, помогая девушке двигаться. Но по мере заполнения ванны, стали раздаваться шлепки по воде, которые смешили пару, и грозились сорвать секс. Поэтому было решено продолжить в комнате, но туда они так и не добрались. Макс решил взять ее там, где в прошлый раз не удалось — у стены.       Он снова подхватил её за попу и, приподняв, насадил на свой член. Прижав Эми разгоряченной спиной, к холодной кафельной стене, Макс почувствовал, как её ноготки впились в его спину. Маленькая месть. Это разожгло в нем задор, и мужчина начал резко двигаться, вдалбливая девушку в стену, наслаждаясь громкими стонами и шипением напарницы.       Локвуд оставил на её шее дорожку засосов, а кое-где даже прикусил кожу до крови. Ему хотелось её всю, полностью и без остатка. А самое главное — навсегда. И в тот момент, он не знал, как выразить это иначе, поэтому продолжал покрывать тело Эмили поцелуями и отметинами. Секс марафон продолжался ещё какое-то время, пару раз меняя свою дислокацию, пока Макс и Эми не свалились в постель без сил. Они засыпали в объятиях друг друга. Девушка уснула первой, под тихий шепот мужчины. Он говорил, как сильно любит её и что никогда не отпустит.       Но с рассветом сказка закончилась. Проснувшись один, Макс испытал дежавю — Эми рядом не было. Наспех натянув штаны, он бросился на её поиски, но в квартире не было даже признаков существования Эмили Хейз. Локвуд ударив кулаком по стене, вернулся в комнату, чтобы переодеться. Он всю неделю размышлял над своими чувствами, и решил для себя одно — даже если это было притворство, и она его не любит, он сделает что угодно, но влюбит её в себя. А сейчас, зная, что чувства взаимны, Макс точно не собирается оставлять это так. Он найдет Эмили и убедится в том, что она больше не сбежит от него!