Фермер

      Дерек давно понял, что является бисексуалом. Парни или девушки — пол не имел для него особого значения; привлекало и заводило совсем другое, нежели наличие вторичных половых признаков определенного типа.       Забавным кажется то, что его снова переклинивает на Стайлзе, совсем как тогда, в школе. Может, он его типаж или дело в чем-то другом, но сейчас Хейл понимает, что всегда выбирал похожих на Стилински людей. Худых, нескладных, с коротким ежиком волос и родинками по всему телу.       Взять хоть последнюю его девушку, Эрику. Характером она сильно напоминала Стайлза: веселая, задорная, и такая же неугомонная, как и он. Пробыв с ней довольно долгое время, Дерек понял, что больше не выдержит. Он водил ее в кино, рестораны, целовал в своей машине, но почему-то все чаще представлял вместо девушки Стайлза.       Это начинало угнетать.       Нужно было разобраться в самом себе, дать передышку от работы, на которой он буквально начал ночевать, забывая возвращаться домой. Эрика чувствовала его отчуждение и первой предложила разойтись, избавив от долгих и неприятных объяснений.       И Дерек решил воспользоваться предоставленным шансом.       Он давно подумывал купить дом в каком-нибудь уютном местечке подальше от города. Благо бизнес процветал, и финансовое состояние позволяло ему рассматривать самые разные варианты: от коттеджей до огромных усадеб, где даже пол был выложен караррским мрамором.       Через две недели поисков Хейл уже облюбовал для себя небольшую виллу, когда риелтор прислала на почту ещё одно предложение: её давние друзья продавали довольно большой участок, находящийся в двухстах километрах от города. Узнав, что совсем рядом расположено озеро, а около домика разбит сад, Дерек буквально сорвался с места, забыв про все прочее.       Он купил эту ферму, влюбившись в неё с первого взгляда.       Несколько гектаров земли расположились на отшибе от остальных владений, и, пожалуй, именно это во многом предопределило решение Хейла. Место было тихим, спокойным, а со второго этажа дома и вправду открывался изумительный вид на раскинувшийся неподалеку чистый водоем.       Документы он подписал в тот же день.       Риелтор успокоила его насчет единственного соседа, заявив, что лично продавала соседнюю ферму мужчине с ребенком около четырех лет назад — никаких инцидентов с их стороны не было до сих пор. Дереку это понравилось, и на следующий день после переезда он решил познакомиться с ними, чтобы наладить отношения и избежать в дальнейшем возможных недоразумений.       Какого же было его удивление, когда ему навстречу вышел Ноа Стилински.       Мужчина, кажется, был поражен ничуть не меньше Хейла, но их общение быстро приобрело доверительный характер. Именно от него Дерек узнал, что тот уже четыре года как покинул пост шерифа в их родном городке Бейкон-Хиллс и переехал сюда, на природу. С замирающим сердцем Хейл спросил про его сына, на что старший Стилински с отцовской гордостью ответил, что Стайлз только через шесть месяцев закончит университет и вернётся сюда на какое-то время. На этом Дерек успокоился, но, как оказалось, зря.       Полгода пролетели незаметно.       Одной встречи, одного взгляда хватило для того, чтобы прежнее влечение вспыхнуло с новой силой. Приходится признать, что выросший и похорошевший Стилински нравится мужчине ещё больше, чем тот подросток, которого он помнил со школы. Хотя и у того Стайлза было свое особенное очарование, которое притягивало к нему Дерека.       Конечно, можно было обозначить свои намерения уже тогда, но Хейл просто не смог заставить себя сделать это. Семилетняя разница в возрасте останавливала его куда лучше любого отказа, напоминая о том, что Стилински ещё совсем ребенок. Их родители неплохо общались, и Стайлз постоянно оказывался рядом, горя желанием подружиться со старшим товарищем, но Дерек неизменно отмахивался от него, будто от надоедливой мухи.       Он просто не хотел сорваться.       А потом все закрутилось так быстро, что Хейл не успел толком осознать произошедшее. Пожар, унесший почти всю его семью, и срочный отъезд, организованный Питером в попытке защитить единственного племянника от чужих пересудов. Дерек был благодарен дяде, который действительно заботился о нем и помогал встать на ноги, пока он не пришел в себя окончательно.       После началась взрослая жизнь, и Хейл просто позабыл обо всем, что не касалось его сегодняшней реальности.       По крайней мере, так он думал.

***

— Спасибо тебе, Дерек, ты сильно выручаешь нас. — Мне не сложно сделать это для вас.       Старший Стилински крепко жмёт Хейлу руку на прощание и садится в припаркованный около ворот пикап. Дерек краем глаза наблюдает за стоящим рядом Стайлзом, который машет вслед отцу и едва ли не хлюпает носом. В следующий раз Ноа приедет сюда только через несколько дней, и эмоции юноши мужчине вполне понятны — тот надеялся провести время с отцом, а в итоге вынужден ютиться в доме малознакомого человека.       Само собой, приятного здесь мало.       Жить с ним, пусть и временно, Стилински явно не хотел, Хейл ясно видел это по его лицу. Но не нашел там отвращения или чего-то подобного, а значит, причины, по которым Стайлз пытался отнекиваться, ему ещё предстоит выяснить.       День постепенно клонится к закату, и Дерек думает, что перед сном неплохо было бы почитать что-нибудь интересное. Его помощница, Лидия, в свой последний приезд привезла мужчине целую кучу книг, до которых у него пока не дошли руки из-за работы. Хейл вернулся к делам спустя пару месяцев отдыха, но занимался ими удалённо, берясь лишь за некоторые заказы.       На сегодня ему ещё нужно проверить макет здания мэрии и можно будет отправлять все документы Мартин.       Когда они возвращаются в дом, Дерек первым делом поднимается к себе, чтобы забрать ноутбук и новую книгу. Он долго изучает короткие описания, бережно касаясь потертых корешков, и в итоге выбирает фолиант с довольно необычным названием, надеясь, что горячо любимый ещё с юности Джек Лондон не подведёт его и в этот раз.       Когда он спускается в гостиную, Стайлз сидит внизу, на диване, обтянутом бежевым льном, накрывшись пледом, с дымящей чашкой в руке. Мужчину несколько удивляет присутствие Стилински здесь, на общей территории, но он не подаёт вида, направляясь к своему креслу. Наверное, он просто не хочет оставаться один. — Я сделал чай и тебе. — Юноша поднимает голову от книги, лежащей на его коленках, и указывает в сторону столика, на котором стоит большая кружка. — Правда не знаю, захочешь ты или нет. — Спасибо.       Неожиданное внимание к себе, выраженное таким приятным способом, расслабляет Дерека. Он устраивается в кресле и нацепляет на нос очки для работы, щурясь на обложку в руках Стайлза, которая выглядит знакомо. Хейл косится на свою книгу и коротко фыркает, качая головой. Надо же было взять одно и то же. — Э… Что-то не так? — Стилински внимательно смотрит на него, и мужчине не нравится, что тот рядом с ним выглядит таким напряжённым. Боится? Но ведь я не сделал ему ничего плохого. — Я собираюсь читать этот же рассказ. — Дерек указывает на темно-синий томик. — Правда? — Юноша искренне улыбается, и вздернутые плечи чуть-чуть опускаются. — И как тебе Волк Ларсон??? — Я же ещё не начал, Стайлз. — Хейл старается говорить как можно миролюбивее. — Приступлю после работы. — Оу, ну да. — Стилински мгновенно краснеет и опускает взгляд. — Ну, тогда не буду досаждать тебе своей болтовней. — Ты не мешаешь. — Дерек открывает ноутбук и нажимает на кнопку питания. — Если захочешь, можем после поделиться впечатлениями. — Круто! — Юноша приободряется от его слов и бросает на мужчину быстрый взгляд. — Просто мы с папой всегда так делали, и я привык с кем-то обсуждать прочитанное. — Хорошая привычка. — Хейл кивает. — А теперь извини, мне нужно поработать. — О, да, конечно! — Стилински сразу подрывается с места. — Наверное, мне лучше уйти, да? — Я же сказал, что ты не мешаешь, Стайлз. — Дерек отрывается от монитора и переводит на юношу внимательный взгляд. Тот теребит кончик одеяла, смущенно разглядывая мужчину из-под полуопущенных ресниц и выглядит в этот момент просто до ужаса милым. — Ладно, окей, я понял. — Стайлз снова устраивается поудобнее, поджимая под себя коленки. — Буду молчать, как рыба, честное слово, хотя не все они такие неразговорчивые, но я же пообещал!       Хейл ухмыляется, и в глазах юноши на миг вспыхивает ответный огонек, но тут же пропадает, скрываясь за светло-коньячной радужкой. Стилински утыкается в книжку, преувеличенно серьезно сосредотачиваясь на ней, а Дерек чувствует как в груди медленно разгорается зажженная искра, посылая тепло по всему телу.       Хочется надеяться, что это к лучшему.

***

      Дерек снимает очки и устало трёт переносицу, оглядываясь вокруг. Часы давно показывают за полночь, тихо отсчитывая новые секунды. Чай, принесённый Стайлзом, должен был давным-давно остыть, но мужчина все равно тянет руку к кружке, чтобы попробовать. Ему не хочется обижать паренька даже в таком пустяке. Однако на столике обнаруживается целых пять чашек вместо одной, и все оказываются пустыми.       Теперь ясно, почему во рту ощущается приятный привкус каких-то трав.       Очевидно, он и не заметил за работой, как пил одну кружку за другой, а Стилински делал ему ещё и ещё, ничего не говоря. И откуда только в этом стеснительном парнишке столько доброты?       Дерек переводит взгляд на диван и едва слышно усмехается. Книжка лежит на полу, а сам Стайлз спит на животе, придавив щеку, и из приоткрытого рта течет тоненькая ниточка слюны. Все это выглядит так по-домашнему, просто, уютно, что между ребер начинает болезненно тянуть, нехитрым способом напоминая о том, чего бы Хейл хотел на самом деле.       Чтобы Стилински спал на его диване вот так ещё не раз.       А лучше — в постели.       Мужчина проводит рукой по волосам, ероша отросшую челку и не двигается с места, продолжая смотреть на разомлевшего юношу. Как показать свои чувства таким образом, чтобы Стайлз не испугался и не сбежал от него при первой же возможности? Да и стоит ли показывать их вообще?       Было бы хорошо сейчас поднять его на руки и отнести наверх, в свою комнату, разбудить нежными, неторопливыми поцелуями, пересчитав все родинки на светлой коже. А после ласкать, долго, томительно, выискивая все самые чувствительные точки — и наконец сделать своим, не раз и даже не два.       Как жаль, что он не может даже этого.       Дерек поднимается на ноги и подходит к дивану, склоняясь к мирно сопящему юноше. Он позволит себе лишь одну вольность, всего одну, и после постарается забыть, что вообще когда-то думал о Стилински в таком ключе.       Мужчина осторожно проводит по нежно-розовой щеке костяшками пальцев, наслаждаясь ее мягкостью — словно персик, сочный и нежный. Тонкая скула, высокий лоб, изящная выемка переносицы, чуть вздернутый нос — Дерек невесомо касается каждого участка, отпечатывая в памяти все изгибы. Пальцы застывают около полных губ, и Стайлз шевелится во сне, по-детски причмокивая. Хейл быстро отдергивает руку, будто ошпаренный и отступает на шаг, сжимая ладонь в кулак.       Чуть не попался.       Он разворачивается к лестнице, спеша поскорее уйти, но останавливается, решив сделать ещё кое-что. Через несколько секунд рядом с лицом Стилински опускается белый лист с короткой надписью, а Дерек поднимается к себе, почему-то ощущая себя ничуть не меньше, чем преступником.       Нужно будет сказать шерифу, чтобы все же подыскал Стайлзу другое жилье.