Мадам в камине

Самое глупое, что можно сделать, попавшись двум стремящимся тебя убить машинам – это подчиниться и не пытаться вырваться. Однако Роуз прошла весь лабиринт из комнат и коридоров станции, не сделав ни одной попытки сбежать. И не потому что она сдалась. И даже не потому что воспоминание о Докторе в объятиях Ренет то и дело маячило перед глазами. Просто девушка совершенно не понимала, что ей делать, едва она вырвется из хватки дроидов. Бежать к Тардис? Попытаться разыскать Микки? «Хорошо, что Доктор на свободе», - подумала она с радостью. Заметив его и маркизу еще до того, как Повелитель Времени вообще понял, что роботы вернулись, Роуз сумела предупредить Повелителя Времени, не привлекая лишнего внимания. Дойдя до очередной комнаты в тусклом коридоре, роботы остановились. «Морозильный зал», - едва прочитав, Роуз почувствовала, что зябнет. «Ну, хотя бы быть распиленной на части мне не грозит», - вздохнула она. За спиной послышался тихий скрежет. Поняв, что дроиды уже ее не удерживают, Роуз обернулась. - Переоденьтесь в это, - произнес робот, держа в руках темное пурпурное платье. Взяв его на руки, девушка наигранно придирчиво осмотрела одежду – все, лишь бы оттянуть момент заморозки и дать Доктору больше времени. И почему у Повелителя Времени вечная нехватка времени? - Не стопорите процесс подготовки выставки, - добавил дроид. - Как скажете, - вздохнула Роуз и принялась стягивать с себя кофту. – Вы бы отвернулись в другую сторону, а? - Опасность потери ресурса, - хором ответили ей роботы, оставшись на месте. Роуз снова вздохнула и продолжила раздеваться, стараясь проделать это как можно быстрее. Она вообще не была любительницей оголяться перед посторонними людьми, черт возьми, она даже мини-юбки не особо любила. А уж проделывать нечто подобное под холодными взглядами машин – нет, это точно войдет в список самых отвратительных моментов ее жизни. Главное, чтобы это не стало последним таким моментом во всей ее жизни. Наконец, злосчастное платье с миллионом оборок было надето. Приглядевшись, Роуз поняла, что оно неуловимо похоже на то, которое она носила в день, когда они с Доктором познакомились с Чарльзом Диккенсом. «И тогда я тоже думала, что вот-вот умру… Но все закончилось хорошо», - подумала она, следуя за дроидами, и эта мысль придала ей немного храбрости. Морозильный зал оказался – кто бы мог подумать – очередной обшитой серыми стальными панелями комнатой, с тем лишь отличием, что здесь их покрывала тонкая паутинка инея. Сами капсулы находились напротив входа – три высоких цилиндра. К ним протянулись переплетения гнутых труб, обратные концы которых вели к баку с фреоном. А еще тут было холодно. Очень. Едва войдя в комнату, Роуз почувствовала себя так, как будто после целого дня на пляже ступила в бар, где ни на секунду не выключали кондиционер. Хотя нет, пожалуй, даже хуже. Как будто ее затолкали в морозилку со льдом для коктейлей. В надежде хоть немного согреться Роуз обхватила себя за плечи и принялась растирать их. - Не уверен, что это поможет. «Микки!» - девушка оглядела зал в поисках друга, но так и не поняла, где он. Потребовалось несколько секунду, прежде чем она догадалась приглядеться к капсулам. - Как видишь, меня уже подготовили. Микки был в правой крайней камере. Как и Роуз, его заставили переодеться. Правда, его костюм показался девушке чересчур простым и открытым. «Ливрея слуги! - сообразила она. - Должно быть, эти дроиды учитывают даже цвет кожи. Эх, им бы хоть немного человечности». - Хорошо выглядишь, - продолжил Микки, когда Роуз подвели ближе к капсулам. - Ты тоже. - О, да. «Месье, могу я предложить вам канапе из лягушачьих лапок?», - оба засмеялись. Правда, смех утих практически сразу. Не та обстановка, чтобы веселиться. - Пройди в камеру, - обратились к ней дроиды. Девушка уже занесла ногу на подножку капсулы, но остановилась: «Время. Надо дать ему еще время». - А что именно вы собираетесь со мной сделать? – самым невинным тоном спросила она. - Вы мошенники. Мы используем вас для выставки. - Это понятно. Но как именно? - У нас нехватка ресурсов. Нам нужны манекены, - с этими словами один из роботов толкнул Роуз внутрь камеры. «Ну надо же, они начали соображать», - упершись руками в стенки капсулы, девушка продолжила: - Но я человек. Человек и манекен – совершенно разные вещи. - Манекен – неподвижный человек. Тебя можно сделать неподвижной, - еще один толчок в спину, и девушка буквально ввалилась в капсулу, отчего та пошатнулась. Не будь камера такой маленькой, Роуз непременно бы упала на пол. Но поскольку капсула была просто крошечной, девушка ударилась ладонями о стенку, отметив, что та была не ледяной, а лишь прохладной. Кое-как повернувшись, Роуз огляделась, пытаясь понять, откуда подается замораживающее вещество. Возможно, если она залезет наверх или, наоборот, пригнется, то сможет выгадать себе пару лишних секунд. К сожалению, форсунки располагались вдоль всей высоты стенок. Видимо, таким образом обеспечивалась равномерная заморозка. «И быстрая», - вместе с последней мыслью в голову Роуз стали одна за другой закрадываться страшные картины того, как ее заживо превращают в экспонат музея и оставляют навечно стоять среди других путешественников, оказавшихся не в то время и не в том месте. И без сопровождения Доктора. Роуз сделала глубокий вдох: «Нельзя сдаваться. Не сейчас. Никогда». Заметив, как один из дроидов подошел к панели с кучей рычагов и кнопок, она решила сделать то единственное, что еще оставалось: - Извините, а вы уверены, что ваш хозяин не хочет с нами поговорить? Да, отвлекать внимание бестолковых жестянок разговором. Годы эволюции, и это все еще лучшее, на что способен человек в подобной ситуации. - Приказ хозяина, - начал робот, дергая первый рычаг. Капсулы наполнил тихий гул. Стараясь об этом не думать, девушка продолжила: - А что если приказ изменился? Ваш хозяин мог передумать. Просто он не имеет возможности с вами связаться. - Хозяин всегда имеет такую возможность. - Но ведь за последние два года он этого ни разу не сделал, - подхватил идею Роуз Микки. Правда, пока идея выглядела скорее неудачной: робот невозмутимо нажимал на кнопки. Под полом уже ощущалась легкая вибрация. - Послушайте, он мог просто не подумать об этом. Пока что. А когда сообразит, будет уже поздно. Свяжитесь с ним. В конце концов, - закончил Смит упавшим голосом, - вы можете заморозить нас и на пять минут позже. Два дроида тут же вышли из комнаты. «Получилось!» - Роуз чуть не рассмеялась от радости. Однако робот, возившийся у панели, продолжил свою работу. - Эй, а можно узнать, куда направились другие дроиды? – спросил Микки. Судя по разочарованию в его голосе, он тоже успел на короткий миг загореться надеждой. Однако оставшиеся четыре робота не отреагировали. В частности, трое из них вообще не шелохнулись, продолжая сторожить капсулы. «Их же было девять, - вспомнила Роуз. – Где еще трое? Неужели продолжают искать Ренет в нужной временной точке?» Мысль вызвала новую волну отчаяния и новые, еще более страшные образы, принявшие вид картинок из учебника истории: «Французская резня бензопилой. Фантазия неизвестного художника»; или еще, на этот раз из учебника будущего – «Ледяная могила на заброшенной космической станции. Пятьдесят первый век. Фото в цвете и четырех измерениях». «Путешествия с Доктором на меня странно влияют», - однако настроение Роуз слегка улучшилось. Правда, после очередного щелкнувшего рычага ей снова стало не по себе. «Интересно, с чем они там так возятся? – сквозь стекло она попыталась разглядеть панель, у которой работал дроид. – Так много кнопок и рычагов, да и несколько дисплеев. Это что, разные режимы заморозки? Как микроволновка, только наоборот?» Роуз сразу вспомнила маму, делающую тосты в микроволновке «по своему фирменному рецепту». В ноздри как будто ударил легкий запах запекшейся хлебной корочки, и… Девушка помотала головой, прогоняя ненужные сейчас воспоминания, а заодно и наворачивающиеся на глаза слезы. Вновь вперив взгляд в панель, она с удивлением и радостью обнаружила, что один из дисплеев имел разноцветную шкалу: нижний конец был окрашен в темно-синий, в то время как верхний обозначался багровым. «Этот аппарат может не только замораживать, но и отогревать! Надо только найти способ сменить настройки…» Роуз надеялась высмотреть что-то еще, но вид загородил поток яркого света, в котором возник человек и сопровождавший его дроид. От удивления девушка отшатнулась назад. - Ту-дум-ц! – ответила ей капсула, слегка покачнувшись. - Спокойнее, спокойнее. Я вам ничего не сделаю. Голос незнакомца Роуз опознала сразу – он был почти таким же, как и на записях. Разве что не такой хриплый – должно быть, плохое качество записи делало звук более трескучим. - Пока я хочу просто с вами поговорить, - продолжил хозяин станции, делая акцент на слове «пока». Роуз поежилась: ощущение холода, окружавшее этого человека, вживую было неизмеримо сильнее. Да и исхудавшая фигура, на записях казавшаяся такой хилой, в реальности навевала жуткие ассоциации с вампирами из старых книг вроде «Дракулы». - Как видите, нам деваться некуда, - вступил в разговор Микки; лица его Роуз не видела, но звучал он так, будто ничего жуткого в облике и ауре их собеседника не было. – Для начала, может быть, представитесь. - Конечно же, - хозяин станции сделал еще шаг и поднял голову, так что девушка могла видеть его большие лихорадочно блестящие глаза. – Меня зовут Рене Поссэд. - Микки Смит, - ответил Микки, ощущая всю непритязательность своего имени. – Красиво вас назвали. Рене Пос…сед? - Когда-то давно мои предки жили на Земле, в стране под названием Франция. Подобные имена там были не редкостью. «Хе, не сомневаюсь», - подумала Роуз, вспоминая дешевые дамские романы, которые иногда читала, чтобы скоротать время в поезде. - И поэтому вы решили создать здесь музей, посвященный вашей Родине? - Не моей Родине, нет. Она прекраснее этого, - по тому, с каким придыханием Рене произнес это, Роуз поняла, о ком шла речь. Заметила она и еще одну деталь, а именно то, как потемнели глаза Поссэда, стоило ему вспомнить о Ренет: «Они часом не родственники?». Девушка попыталась рассмотреть его лицо, но не смогла: от одного взгляда на бледную, почти просвечивающую кожу и глаза, горящие лихорадочным огнем, ей становилось дурно. - А теперь расскажите, как вы смогли попасть в мой прекрасный музей. И не надо выдумывать сказки о том, что вы просто заскочили заправиться: возле станции нет ни одного транспортного средства. И, как будто ситуация не могла стать еще более неприятной, с этим вопросом он повернулся именно к Роуз. «И что я должна ему ответить? – думала она, старательно избегая пронзительного взгляда Рене. – Будь здесь Доктор, он бы придумал какую-то уловку, хитрость. А я? Впрочем, я точно знаю, что камер здесь нет, а значит, чтобы проверить любую мою теорию, ему придется уйти отсюда». Рене подошел вплотную. - Итак… И тут Роуз поняла, что любая ее выдумка будет бесполезна. - Что бы я вам не сказала, вы мне не поверите, верно? – озвучила она свою мысль. Ее собеседник качнул головой: - Если только ты не скажешь мне правду. Говорил он так безэмоционально, так холодно, словно его вовсе и не волновал ее ответ. Однако по алым пятнам на его щеках, по тому, как раздувались его ноздри при каждом вдохе, по стиснутым кулакам, наконец, девушка поняла, что он ждет. И тут ей ужасно захотелось поступить так же нахально, как и Доктор. - Не скажу, - ответила Роуз, смело встретив взгляд Рене. - На меня тоже не рассчитывайте, - вставил свое слово Микки. Поссэд скривился и отошел назад. - Ну что же, ваше пра… Закончить фразу он не смог, сорвавшись на хрип. Отступив назад, он согнулся в приступе сильного кашля. В этот миг леденящая аура вокруг него развеялась, и Роуз увидела бледного сгорбившегося парня лет двадцати семи; на тонких руках можно было отследить каждую вену, а в волосах не сосчитать колтунов. Это был человек, словно забывший о том, что у него вообще есть физическая оболочка. Странный человек. Роуз даже стало его жаль. Прокашлявшись, Рене снова повернулся к ним. И вместе с обжигающим взглядом вернулась и жутковатая аура вокруг него. - Тогда оставайтесь здесь. Вибрация под полом стала более ощутимой. Капсулы наполнило гудение приходящих в движение механизмов. - Стойте! – крикнул Микки. Бледные губы Рене растянулись в усмешку. Смиту это не понравилось, но он продолжил: - Вы, может быть, не знаете, но ваши роботы вот уже два года превращают посетителей музей в ледяные статуи. Какое-то время Рене не отвечал. Только беззвучно шевелил губами. - Я знаю. Я видел, - произнес он. Роуз показалось, что его голос дрожал. Еще немного помолчав, хозяин станции добавил: - И боюсь, что четыре лишних статуи меру наказания уже не изменят. - Четыре? – хором спросили Микки и Роуз. - Именно, - ответил им Рене, уже развернувшись в сторону выхода. – Мои дроиды сообщили о трех нарушителях. А вас тут только двое. - Похоже, считать ты не умеешь, - усмехнулся Микки. – Два плюс один будет… - Я думаю, маркизу он тоже посчитал, - перебила друга Роуз, глядя в спину Рене. Ссутулившийся, с прижатыми к телу словно одеревеневшими руками, он совсем не казался страшным. Но стоило ему обернуться, и девушка уже ощущала сильнейший дискомфорт. - Гин Пол, Чаунсей, Антоин, Гермайн, Людовик, за мной. Спустя несколько напряженных секунд дроиды и их хозяин вышли из морозильного зала. - Думаешь, они уже включили заморозку? – спросил Микки. – Даже несмотря на то, что нас здесь только двое? Роуз провела рукой по ободку одной из форсунок. Холодный. - Я думаю, да.

***

Уже проходя сквозь портал, Доктор вдруг понял, что оказавшись на станции, он тут же столкнется с дроидами. «Ну ладно, разберемся по ходу дела», - решил он, ступая на гладкую поверхность пола по другую сторону прохода. Однако роботы к тому моменту уже успели скрыться в проходе: на его глазах стена как раз скользнула обратно, скрыв из виду цветастые камзолы и высокие парики часовых дроидов. «Итак, из этого можно сделать два вывода. Во-первых, переход все же занимает некоторое время. К счастью, немного – буквально минуту. Во-вторых, в эту комнату действительно есть другой вход, - Доктор уже собирался изучить стену, за которой скрылись дроиды, но краем глаза заметил движение и повернулся. – А в-третьих…» Помимо камина, превратившегося теперь в высокое зеркало в золотой оправе, трансформировалась и соседняя стена. Теперь внутри нее располагалось широкое окно, ведшее в одну из комнат дворца. Сейчас туда зашли двое – молодая женщина, в которой Доктор сразу же опознал Ренет, и мужчина в бордовом камзоле и до нелепости широких светлых панталонах. «Король?» - не успел Повелитель Времени вновь выудить из памяти репродукцию картины, как Ренет дала ему ответ: - Благодарю Вас, Ваше Величество. «Кажется, на ней тот же наряд, что и в день, когда мы с ней виделись, - подумал Доктор, подходя ближе, чтобы лучше слышать, о чем говорят король и его будущая фаворитка. - Вряд ли такая модница позволила бы себе явиться на другое торжество в том же наряде. Значит, это все тот же день. Значит, портал не закрывается сразу после ухода роботов. Чудесно!» - О, не стоит благодарить меня за слова, они стоят крайне мало. Однако я не могу не спросить… До меня дошли слухи, что вы не раз отправлялись на долгий променад в Сенарский лес, надеясь на встречу со мной. Пара остановилась как раз напротив окна. Доктор подошел еще ближе, чтобы увидеть лицо Ренет в этот момент, но она смотрела куда-то в сторону. «Интересно, а они могут меня заметить?» – эта мысль заставила Повелителя Времени перебороть любопытство и отступить немного назад. - Более того, поговаривают, что вы сильно расстроили свое здоровье подобными прогулками, - добавил Людовик. Ответ последовал почти сразу: - Кем бы ни были те люди, что любезно донесли до вас эти слухи, они правы. Наконец, Ренет повернулась. И снова первым делом Доктор увидел ее глаза – насыщенно голубые, с тем самым огоньком на глубине. - Но разве не естественно для молодой особы желать встречи с тем, кто правит ее родной страной? Пусть это будет всего один мимолетный взгляд, - закончила она шепотом, не отрывая глаз от короля. На лице того расползлась улыбка, слишком широкая для невинной светской беседы. В следующую секунду окно вспыхнуло. Доктор отскочил назад, одновременно прикрывая глаза от яркого света. Свечение рассеялось быстро. Однако понять, что произошло с комнатой, Повелитель Времени смог не сразу: перед глазами плясали цветные пятна. На короткий миг ему даже показалось, будто он снова телепортируется, схваченный одним из дроидов. Однако это было не так. На самом деле, помещение ничуть не изменилось: те же голые стены, тот же портал в форме зеркала да еще одно смотровое окно в стене. Только вид за ним изменился: теперь за стеклом оказалась узкая практически пустая – зеркала и лепнина не в счет - комната, являвшаяся коридором или прихожей. И здесь снова друг напротив друга стояли Ренет и Людовик. - Мадам д’Этиоль, мне льстит ваше, эм, рвение, однако вы должны покинуть дворец и вернуться в свое поместье. «Так значит, ее тайный визит во дворец через несколько дней после бала – не дешевая выдумка какого-нибудь романиста», - подумал Доктор, наблюдая за диалогом. Король между тем продолжал: - И прошу вас, не спорьте. Ваш муж… - Месье д’Этиоль в отъезде. И если вы вдруг решили, что это единственная его отлучка, вы ошибаетесь. Он так редко бывает рядом, что я уже давно стала ощущать себя вдовой, - с этими словами Ренет подошла к королю так близко, что даже Доктору – галифрейцу свободных нравов – это показалось слегка неприличным. - Я искренне сочувствую вам. И все же, - твердо произнес Людовик; однако назад он не сделал ни шага. – И все же я хотел бы, чтобы вы уехали. Ренет потупила взгляд. - Знаю, вы сочли меня глупой – пойти на такое безрассудство, решив, что внезапное беспокойство и бессонница – это непременно признаки любови. Но я прошу вас, - с этими словами она бросилась королю на грудь, - не корите меня. Не заметить огонь, пылающий в ее глазах, было сложно. Покачав головой, Доктор развернулся и направился к противоположной стене. «Французы… Такие странные. Особенно женщины», - подумал он, уже осматривая панели. В этот момент к двум приглушенным голосам из прошлого добавился еще один. - Надеюсь, эти воры не сломали систему входа в портальную комнату. «Так, а это, похоже, гость из не такого далекого прошлого», - подумал Повелитель Времени, узнав хозяина станции. «Ну что ж, - продолжил он, в три прыжка оказавшись у боковой стены, - хотелось бы разобраться с выходом в центральный коридор, но и длинный узкий проходик имеет свои плюсы». Когда стена скользнула в сторону, открывая скрытый проход, он уже стоял за боковой дверью. Какое-то время в комнате было тихо. Относительно, конечно, но тиканье и тихое поскрипывание суставов дроидов Доктор в счет не брал. Их хозяин, кстати, передвигался практически бесшумно. Сейчас же, судя по всему, он стоял возле межпространственного портала. - Необходима проверка завершенности экспоната. Даже сквозь стену Повелитель Времени расслышал глубокий вздох, выражавший все огорчение владельца роботов. - Необходима? Да я даже отсюда понимаю, что она не готова. Гин Пол, ответь мне: вы проводили проверку завершенности после каждого нового открытия портала? - Именно так. Еще один вздох. Решив, что сейчас хозяин станции слишком сосредоточен на своих дроидах, Доктор решил приоткрыть дверь и заглянуть внутрь. К сожалению, сквозь щель он мог рассмотреть только вход в комнату. «Ну что ж подождем. В конце концов, я исключительно терпелив при определенных условиях*», - подумал он с улыбкой. Между тем за дверью снова раздался знакомый хриплый голос: - Слушаю, Чаунсей. Хочу ли я с ними поговорить? Хм… Да, пожалуй, их надо расспросить, пока есть возможность. Как ты это понял? Ах, вот оно что. «Роуз! Микки! - Доктор чуть было не рванулся в комнату, но вовремя овладел собой. – Надо уходить отсюда». В тот же момент стук шагов дроидов раздался и за дверью. Сквозь щель Повелитель Времени мог видеть, как роботы вместе со своим хозяином идут к выходу. «Опоздал» - с горечью подумал он. Оглядев напоследок владельца дроидов, Доктор заметил у того увесистый черный наушник – средство связи с машинами. - Значит так, - заговорил тот, стоя у открывающейся панели, - с этого момента слушаетесь только меня. В любой непонятной ситуации вызываете меня и спрашиваете меня. Вам ясно? Что бы ни говорил тот третий мошенник, не слушайте его. Сразу свя… Дверь скользнула обратно, и голос исчез вместе со своим хозяином. «А этот человек не такой глупец, как я сначала подумал. И намного более жестокий», - рассудил Доктор, вспомнив о жутком ощущении, которое навевала сгорбившаяся тощая фигура. «Впрочем, когда это меня останавливало?» Мгновение спустя он уже крался дальше по коридору.

***

- Есть идеи? – спросил Микки. Роуз, которая в этот момент все еще растирала пальцы о платье, ответила не сразу. - Даже не знаю, - она навела на дверцу звуковую отвертку. Ничего. Девушка с тоской посмотрела сквозь мутнеющее стекло капсулы в сторону входа. - Я надеялась потянуть время, пока не появится Доктор, но… - Понимаю. Я собственно тоже. Роуз удивленно изогнула бровь. Сообразив, что Микки ее не видит, она спросила: - Правда? А я думала, ты пытался придумать свой план. - Ну, и этим я тоже занимался, - уязвленно ответил Смит; впрочем, обида была скорее наигранная. – Твоя капсула ведь закреплена не прочно, или мне показалось? «Непрочно?» - Роуз вспомнила, как камера покачнулась от ее резкого движения. Чуть отклонившись назад, она с силой бросилась на стекло. - Ту-дум-ц! - Значит, не показалось. С моей то же самое. Думаю, если мы расшатаем их еще сильнее, есть шанс, что они выпадут. Если резко навалиться на переднюю стенку… В такие моменты Микки как будто поворачивался к миру другой стороной, более серьезной и решительной. Трудно было узнать в нем того беззаботного веселого паренька, с которым они с Роуз ели картошку фри у городского фонтана, приправляя процесс легкими поцелуями. Может, поэтому эта сторона ее друга нравилась девушке все больше – те бессмысленные деньки она уже давно перестала считать по-настоящему счастливыми. - Роуз, ты слышишь? - Что? Прости, я задумалась, - откликнулась девушка, с ужасом заметив, как изо рта вылетают облачка пара. – Так, значит, ты предлагаешь просто раскачать эти капсулы? - Ну да! – за ответом последовало гулкое «ту-дум-ц!». – Я думаю… Ту-дум-ц! Это сработает… Ту-дум-ц! Уф-ф-ф… Ты тоже не мешкай. Вместо ответа Роуз еще раз налетела на переднюю стенку капсулы. - Ту-дум-ц! - Ту-дум-ц! – ответил ей Микки из своей камеру. Еще один бросок. На этот раз Роуз уже ощущала, как ее капсула накреняется вперед. Ободренная этим успехом, она навалилась еще раз, стараясь не думать о том, что холод стекла уже ощущается даже сквозь толстую ткань платья. Еще один бросок, и еще, и еще. И еще. А результат все тот же – капсула накренялась, но сразу возвращалась на место. Насос продолжал тихо жужжать, и все также гудели трубы. - К-ха-х, - изо рта вылетело еще несколько белых сгустков. – Микки, ты как там? - Не слишком хорошо. Похоже, твоя камера расшатана сильнее моей. После этого раздалось очередное «ту-дум-ц!». Не было ни «Так что вся надежда на то, что ты успеешь выбраться до полной заморозки», ни «Но ты физически слабее, так что шансы наши крайне малы», ни «Жаль, что мы так положились на этого пришельца». Только «Ту-дум-ц!». И поэтому Роуз, без лишних огорчений и обид, поспешно сделала очередной бросок на стенку. Та наклонилась вперед еще сильнее обычного. «Есть! Получилось!» - Роуз навалилась на стекло всем своим весом, надеясь продавить капсулу вперед. Однако мгновение спустя та обрушилась обратно. Девушку бросило на противоположную стенку. Округлые выступы форсунок впились в спину, тело обожгло холодом. Вскрикнув от боли, Роуз мгновенно отскочила обратно. - Ты в порядке? Показалось, или голос Микки стал слабее? - Д-да. П-почти, - ответила девушка, стуча зубами от холода. – У м-меня почти в-в-в-вышло. Н-н-надо только поп-пробовать еще… Еще один бросок. Наклон капсулы вперед. Потом обратно. И еще раз. Бросок. Наклон. Обратно. И снова. Бросок-наклон-обратно. Как одно из тех дурацких упражнений, что давал на занятиях школьный тренер. Фиолетовое платье постепенно бледнело, покрываясь инеем. Руки растирать было не обо что, да и сил на это уже не оставалось. Глаза слипались из-за покрывшего ресницы льда, каждый вдох обжигал горло. Конечности немели все больше. - Микки? – позвала Роуз, с трудом узнавая в этом тихом хрипе свой голос. Нет ответа. - Микки! – за возгласом последовал приступ кашля. - Я з-з-здесь. Ж-ж-жив пока. «Еще раз. Я попытаюсь еще раз!» - и Роуз с силой навалилась на стенку. Наклон вперед… Обратно. На мысли уже не осталось сил. Поэтому девушка тут же повторила бросок. За голубоватой коркой льда на стекле ничего не было видно, и только вестибулярный аппарат подсказывал Роуз, что она наклоняется вперед. - Хлоп! – что-то порвалось. Труба или провод – не имело значения. Последовала целая симфония хлопков и треска. Правда, длилась она всего пару мгновений. Затем с оглушающим «Ту-дум-ц!» капсула грохнулась на пол. Роуз ударилась лбом о стекло. Голову словно проткнули иглой, в глазах зарябило. С гулким «бу-бух» камера прокатилась по полу, пока не замерла на боку. Девушку откинуло назад, отчего она ударилась еще и затылком. В ушах зазвенело, разум же окончательно отключился. - Роуз? Роуз? Ты в порядке? У тебя получилось? – слабеющий голос Микки доносился до нее откуда-то издалека, словно он стоял на берегу, а она погрузилась в темные глубины. Единственное, что не давало ей окончательно отключиться – это холод и осознание того, что этот же холод вот-вот убьет ее близкого друга. Перед глазами все плыло, однако Роуз показалось, что стекло от удара пошло трещиной. С трудом подняв руку, она навела на дверцу звуковую отвертку, надеясь выбить стекло окончательно. Но сил уже не было. - Роуз! Ро-о-о-оуз!