Кто запал на Мерлина?

С неприятного инцидента прошло шесть дней. Лицезрев, как по воле Мерлина Артур превратился в жабу, рыцари быстро отучились шутить о любовном письме. Однако вскоре Мерлина замучила совесть, к Артуру вернулся прежний облик, и Его Величество набрался наглости для новых острот. Губы Артура исчезли прямо посреди собрания Круглого Стола... которое из-за плохо сдерживаемого смеха присутствующих тут же сошло на нет, превратившись в полный кавардак. И хотя вернувшиеся губы короля неумолимо продолжали вещать о письме, Мерлин был удовлетворен. Другое собрание уже подходило к концу, и Артур задал последний вопрос: - У кого-нибудь есть предложения или замечания? Ни от кого не скрылось, что Мерлин сидел на собрании очень угрюмым. Одной рукой он подпирал подбородок, а пальцами другой барабанил по столу, совершенно не замечая, как его магия слегка потрясывает землю. Тряска длилась на протяжении всего собрания, поэтому присутствующие говорили очень осторожно, следя за тем, чтобы в их речи не было ни малейшего упоминания о том любовном письме. Однако, услышав вопрос, Мерлин поднялся из-за стола: - Раз уж вы так мило поинтересовались, то позвольте и мне наконец узнать, кто все-таки стоит за этими дурацкими розыгрышами? Скалясь во все зубы, рыцари с интересом повернули головы к магу. - Мне это смешным не кажется, ясно? - всплеснув руками, взвился Мерлин. - Между прочим, мои покои захватила волшебная корова! - Что?! - спросили все в унисон, округляя глаза. - Вы меня слышали! - надломленным голосом воскликнул Мерлин, а затем печально продолжил: - В моих покоях находится волшебная корова, которая меня туда не пускает. Я даже не могу забрать свои исследования... - Только такого глупца, как ты, могло выгнать из собственной комнаты животное, - пряча улыбку подразнил Артур. - Как это произошло? Со вздохом Мерлин пояснил: - Сегодня утром я проснулся и почувствовал, как кто-то лижет мое лицо. Сначала я подумал, что это Айсуза, и не обратил никакого внимания. Но потом оно издало самое ужасное "Му!" из всех, какие я когда-либо слышал. Я подскочил на кровати и увидел светящуюся зеленую корову. Она размером с волка, и у нее золотистые глаза! Все ахнули, а Мерлин продолжал: - Это одна из тех волшебных коров, которые водятся лишь в стране королевы Маб. Не то чтобы я был против обычных коров из Элдора, но я всегда хотел себе именно такую. И все равно она меня ужасно напугала! - Ну что же, улучшения налицо, - усмехнулся Гвейн, и все тут же разразились хохотом. Элиан упал лицом на стол и весь затрясся от смеха. Леон положил голову ему на спину. Оба просто извивались от веселья. Единственным рыцарем, который не смеялся над бедами Мерлина был Мордред. Друид только улыбался, глядя на придворного мага, и тот почувствовал, как от этой улыбки его раздражение гаснет. Наверное, его другу-друиду понравилась идея обладания волшебной коровой. Это и в самом деле представлялось Мерлину интересным, вот только существо в данный момент продолжало разносить его комнату. Отводя взгляд от бледно-голубых глаз Мордреда, Мерлин приготовился к новой порции издевок и зубоскальства. - А еще... - начал он. Смех притих, и все подняли головы. Мерлин все так же одиноко стоял за столом и робко продолжал: - ... к ошейнику коровы прикрепили еще одно письмо. Рыцари замерли и приподнялись со своих мест, ожидая скорее услышать, что же было написано в этот раз. Мерлин откашлялся и продолжил: - Почерк тот же. Там было сказано... о, боже... там было сказано: "Теплое молоко для горячего парня". Поскольку все снова забились в истерике, Мерлину пришлось закричать: - Да я даже толком не понимаю, что это значит! И это вовсе не смешно! Корова шарится в моих вещах, когда я в последний раз был в комнате, она пыталась съесть мои шейные платки! - Слава тебе, господи! - меж смехом выпалил Артур. - Это, конечно, выдает ее дурной вкус, но зато корова окажет нам огромную услугу! - А я люблю свои платки! - с гордостью заявил Мерлин. Мысль о том, что его любимые вещи возможно уже съедены, придавала волшебнику несчастный вид. - Тогда носи те, которые подарил я! - ответил Артур, втайне планируя скормить корове всю ужасную одежду, от которой Мерлин никак не хотел отказываться. - Ничего твоего я носить не стану! - парировал Мерлин, бросив на Артура испепеляющий взгляд, и обратился уже к рыцарям: - Позвольте напомнить, что именно Артур разработал дизайн мантии для того праздника. Я уже не говорю об остроконечной фиолетовой шляпе, которую он хотел на меня напялить! - Все свободны! - быстро сообщил Артур. Рыцари нехотя покидали свои места, но Мерлин, не обращая ни на кого внимания, продолжал кричать: - Это у Артура дурной вкус! Он совершенно не понимает магический стиль. Боже. И ведь меня уже ожидают новые пурпурные мантии, но я не стану их носить! - Да? - обиделся Артур. - Что ж, я хотя бы стараюсь сделать для тебя что-то полезное! Зачем тебе подарили эту корову, к примеру? Чтобы ее сожрал Айсуза? Мерлин принял это к сведению и, не желая существу подобной кончины, воскликнул: - Храбрые рыцари! Если кто-нибудь желает помочь мне приручить эту корову, прошу следовать за мной! Храбрые рыцари - Артур, Гвейн, Ланселот, Мордред, Элиан, Леон и Персиваль - пришли на помощь несчастному Мерлину и готовые пуститься в это опасное приключение направились в его покои. Однако зеленая коровка церемониться с камелотской элитой особо не стала. Она лягнула Артура, попыталась куснуть Ланселота, одолела Леона, потаскала Персиваля и Гвейна по всей комнате, когда те вздумали на нее прыгнуть, и боднула Элиана. К счастью, никто не пострадал, но Персиваль, Гвейн и Элиан отлетели в сторону и теперь лежали в одной куче, мучимые головокружением, тяжело дыша, проклинали корову и мечтали пустить ее на шашлык. Для такого маленького размера коровка показала себя настоящим зверем, и Мерлин, который стоял в дверном проеме, гадал, как же ему держать животное, имеющее такую неприязнь к незнакомцам. Но когда корова увидела Мордреда... она совершенно переменилась и из злобного демона превратилась чуть ли не в милого щеночка, которого то и дело хочется брать на руки и сюсюкать. Мерлин предположил, что волшебная корова хорошо относится исключительно к обладателям магии... и в самом деле она была очень милой. Корова, а не магия Мордреда, быстро поправил себя Мерлин. Хотя... Мерлин наблюдал, как коровка лижет Мордреду ладонь и признал, что они оба выглядят очень мило. Не обращая внимания на кучку стонущих рыцарей, которые явно хотели, чтобы Мерлин вылечил их с помощью магии (обычно этой привилегией особенно злоупотребляли Гвейн и Артур), маг подошел к единственным, не считая его самого, волшебным существам в этой комнате. Когда Мерлин сел рядом с коровкой на колени и погладил ее по голове, лицо Мордреда озарилось улыбкой. А Мерлин с легкостью пришел к решению и знал, что это будет просто замечательно. - Я буду звать ее Муудред, - громко объявил он. От этих слов Мордред покраснел и отвел взгляд, Гвейн же издал стон и недовольно проворчал: - Мерлин! Ты не можешь ее оставить! Корову надо съесть! Остальные рыцари тут же поддержали идею, а Мерлин в ответ рассмеялся, зная, что уже не переменит решения. Он оставит себе Муудред, несмотря на то что до сих пор злился на милое животное за испорченные шейные платки. Но по крайней мере, заскучавшему Айсузе будет с кем играть в отсутствии мигрировавших виверн. Нужно лишь обустроить помещение и обзавестись необходимыми вещами. И все будет хорошо.