Ритуал

      Прошел уже год, как Тор вернулся из разрушенного Асгарда. Живёт в башне и постоянно напивается в барах отборным и качественным пойлом. Асы с радостью приняли предложение Старка, поселиться отдельно от чуждого им мира, на одном из его островов. Довольно большом и тёплом острове. Там они неплохо обустроились. Одинсон был счастлив, что Локи решил исправиться и, встать на путь истинный, присоединился к мстителям. Не все этому обрадовались, но в команду все же приняли.       Паркер был удивлён некоему интересу со стороны Тора. Всё началось с того, что Питеру стало настолько интересно новое оружие бога грома, что смело пристал к мужчине с расспросами. Его, действительно, интересовала секира. Она была круче молота. Но как-то увлекшись разговором Тор начал говорить о её изготовлении, о том, что случилось с тем же молотом и как так вышло, что Асгард уничтожен.       — Мистер Одинсон, для меня слишком много информации. Можно завтра ещё с Вами поговорить? Точнее, послушать… Мне, правда, интересно… — Начал Питер, но его перебил Тор.       — Да, Паук, хорошо. — Мужчина немного расстроился, но улыбнулся Питеру. Ему почему-то хотелось говорить, и говорить, с ним. Ему нравилась компания этого парня. Но, конечно же, он обрадовался, и искренне улыбался этому любознательному мидгардцу, когда тот, также искренне изъявил намерение продолжить разговор, но позже.       Паркеру нравились искренние улыбки людей, когда он спасал их, они счастливо улыбались факту, что сохранили жизнь или у них ничего не украли. Ему нравилась улыбка Стива, пожалуй, самого искреннего из мстителей. Роджерс всем сердцем верит в свои слова. Он легко прощает, открыт и добр практически ко всем. Тор же просто очень светлый, добрый и жизнерадостный… бог.       Юноше, действительно, было интересно слушать почти монолог Одинсона. Он слушал и запоминал, вникал и уточнял, что заметно выражало на лице мужчины, восторг: «его слушали не из-за того, что это нужно во имя науки, а просто так, из интереса». Всем богам и людям нравится, когда их не просто слушают, а участвуют в диалоге. Хоть с Тором это порой и проблематично, порой он так увлекался, что даже не замечал слов других, но Паучка было приятно слушать и отвечать на вопросы (даже больше, чем просто развёрнуто).       Сон окутывать Паука не спешил, а томил эмоциями пережитого дня. Но, в конце концов, морок забрал его в своё царство.       Сновидение было очень, очень, очень…странным! Паркер чувствовал обжигающие касания на своём теле. Влажные прикосновения губ на шее и плечах. Неизвестные руки скользили, собственнически, по груди и спине. Питер резко распахивает глаза, но никого за спиной нет. Все вокруг яркое, золотое… мокрое. Юноша смотрит вниз и видит огромное пространство с водой, которая отливает золотым, а сам он стоит по щиколотки в ней, обнаженным. Вдалеке, виднеется, силуэт статного, крепкого и крупного тела неизвестного мужчины, а на руке появляется некоторое тёплое покалывание. Он смотрит на руку и видит неразборчивую фразу из двух слов, а на запястье появляется обжигающий браслет с золотой цепью. Силуэт, стоящий с противоположной стороны, входит в воду, а цепь их связывает. Резко и неожиданно, он падает. Опора под ногами исчезает. Паркер даже не пытается задержать дыхание, он дышит под водой, но всплыть и не думает. Всё, что он видит это лишь тонкую, светящуюся, цепочку и плывёт в сторону силуэта.       Питер Паркер просыпается, вскакивая и хватая ртом воздух. Сидит он так минут десять и пялится в одну точку, размышляя о сне. «Кто был этот мужчина? Что за место ему снилось? Чьи прикосновения он ощущал? Что за цепь и что за неизвестная надпись?» — Думал юноша. Но сошелся на мысли, что это просто сон и пытаться его понять нет смысла. Юноша оглядывается, и как будто только очнулся, осознаёт, что лежит в мокрой кровати как будто ее облили очень большим количеством воды. Но кто это сделал?       — Пятница, кто облил меня? Почему я не проснулся из-за это? — Спросил паук, вставая с кровати.       [Мне не известно, Питер].       — Как это? — Немного, удивлённо, любопытствует парень, не понимая ИИ.       [Камеры на мгновение отключились, а после Вы уже лежали в мокрой кровати. Причины, почему Вы не проснулись, мне не известны. Мне сообщить о ситуации Мистеру Старку?]       — Нет! — Резковато, отрезал он, — не хватало, чтобы Тони шутил о мокрых снах, недержании или чего ещё. Да, он ни за что просто так, это не забудет, хотя мысль о том, что кто-то отключил камеры его точно удивит. Пятница, а камеры только у меня выключились? И сколько длилось выключение? Есть подозрения кто это сделал?       [Да, только у Вас. Примерно, 0,3 секунды. Подозрений нет. Следов взломов системы нет. Все мстители спали в этот момент].       — В общем, не докладывай Тони и остальным мстителям. Пусть останется между нами. Займешься постелью?       — Сказать, что Питер был удивлён, значит ничего не сказать! Он не знал, что и подумать. Сон всплывал в голове и настораживал…. Нет, будоражил. Питер, отойдя от шока, направился в ванную. Пятница, услужливо, направила в спальню роботов уборщиков.

✘✘✘✘✘

      К некоторому счастью Питера, Тора утром на базе не оказалось. Тони отправился с ним на какие-то разборки с какой-то внеземной тварью. Обычные будни. Сейчас Паук был поглощен размышлениями об утреннем происшествии. Все утро, после завтрака, он просидел в гостиной, но телевизор или что-либо другое не включал. Что не осталось незамеченным для бога лжи и обмана — Локи. Мужчина, в свете желания «исправиться», подсел к юноше и спросил:       — Паукообразное, что случилось? — Видя порыв Паркера сказать, что-то вроде «всё в порядке» остановил его и добавил, — обманывать бога лжи тщетно и глупо. Не находишь? — Локи буквально наслаждался рассеянным взглядом Питера. Эти мидгардские реакции несбалансированного подростка (хоть ему и девятнадцать лет) его забавляли.       — Ну… — Протянул паук, — я проснулся в мокрой кровати. — Смущаясь, чуть ли не шепча, выдал он.       — Мокрые сны? Ох, юноша, в твоём возрасте… — Лафейсон хотел что-то еще сказать, но его перебил Паркер.       — Не в этом смысле! — Покраснел он, — точнее мне, действительно, приснился сон. Я и силуэт незнакомого мужчины, странное золотое место, много воды, золотая цепь и какая-то фраза. — Человек-паук подумал, что, что-либо скрывать нет смысла от бога обмана. Может он знает, что это за сон и имеет ли он смысл. — А ещё, когда я проснулся, то понял, что нахожусь в мокрой постели. Как будто ее облили, окунули вместе со мной, а после вернули обратно. Жуть.       Локи лишь рассмеялся. Рассмеялся?! Что смешного то? Неужели не поверил. Мужчина прекратил смеяться, но, странную, улыбочку оставил.       — Ох, мальчик, ты скоро сам всё поймёшь. Не забивай сейчас этим голову. Это лишь означает, что ты связан с богом. — Говоря это Локи подметил, неподдельное, удивление на лице Паркера, — Асгардским богом. Не со мной или Тором, что, конечно, возможно, но более вероятно, что это означает скорую встречу с кем-нибудь из жителей Асгардского острова. Не парься, пацан. — Мужчина похлопал его по плечу и снова засмеялся. Мысль о том, что Паркер и Одинсон связаны не пришла ему в голову, что, возможно, зря. Лафейсон поймал неидентифицируемой взгляд, но мальчишка тут же отвернулся. «Что это было? Он что-то не сказал?» — Подумал бог обмана. Впрочем, спросить Локи не успевает, Пит уходит, на уединение в тренировочный зал. Переварить информацию. «Связан с богом? Что за хрень?» — Прокручивал слова Лафейсона Питер.       Во время тренировки мысли о его связи с богом Асгарда сильно отвлекают и не дают даже сосредоточиться на противниках, ботах Старка. Питера будоражило предвкушение узнать с каким богом он связан, но, в то же время, узнавать этого, почему-то не хотелось. А главное: «Почему у него связь с Асгардцем мужского пола? Хотя, да, женщины там, конечно, красивые, но смертоносные, однако не все ведь воины! Так почему мужчина?». Паркер никогда не интересовался парнями, все школьные годы он любовался лишь девочками: «Лиз, Мэри Джейн и Гвен». Парни не вызывали даже мыслей о том, чтобы заинтересоваться ими.       Так ничему и не придя, а лишь смирившись, после пятичасовой тренировки и приятного освежающего душа, юноша направился на кухню, перекусить. Наверху сидели Тор и Локи, что-то обсуждали и… дурачились? О, да, они явно дурачились, перекидывались едкими и ехидными фразами, но не чтобы обидеть, а как объяснил однажды Тони, чтобы поддержать тонус. Как Старк и Роджерс, только здесь оба кидают друг в друга фразочки. Паук зашёл на кухню и на него тут же отреагировал старший Одинсон.       — О, паукообразное, где пропадал? — Улыбаясь во весь оскал, и сверкающими от радости глазами, спросил мужчина. Почему в голове пронеслось сравнение Тора с ребёнком? Непонятно, но Питеру было всё равно.       — Тренировался, а Вы уже закончили с заданием, мистер Одинсон? — Подойдя к холодильнику, ответил он. Тору, явно, что-то не понравилось. Впрочем, он, как ребёнок, сразу сказал, что именно ему не нравится.       — Давай перейдём на «ты», мне не нравится обращение: «Мистер Одинсон».       — Хорошо. — Питер сел на дальний край стола и начал поедать свою пищу.       — Питер, ты обдумал то, что я тебе сказал? — Локи обратился к юноше.       — Да, я просто смирился, — немного небрежно и легкомысленно сказал Паркер. Он, действительно, смирился. Ну, связаны и связаны, что такого? Ладно. Что теперь? Об стенку биться?       — Быстро ты смирился. — Лафейсон посмотрел на, недоумевающего и ничего не понимающего, братца и ухмыльнулся, — не обращай внимания, Тор, просто немного личное, не для огласки, да, Паукообразное? — Локи, ехидно и немного лукаво, ухмыльнулся и вышел. Питер сидел, ничего не ответив, а Одинсон смотрел и пытался понять, что все же произошло? Но юноша молчал и жевал. Не обращая внимания на взгляд Тора.       Доев, юноша встал и отправился в гостиную. Следом за ним, пришёл Тор. Они сели на диван, по разные стороны. Одинсон выдержал минуту молчания, а после всё же спросил.       — Так, что у вас с Локи? — Мужчина подумал, что его братец снова начал предлагать смертным сделки. И это надо было выяснить. И лучше у мальчишки, потому как Лафейсон не скажет сам.       — Ничего? Что Вы… ты имеешь в виду? — Рассказывать про сон Тору не хотелось. Нет, он, конечно, выслушает, но вряд ли скажет, что-то новое. Мужчина немного нахмурился, ему не нравился этот ответ. Он уточнил.       — Он предлагал тебе сделку? Услуга за услугу. — Он сложил руки в замок, а локти устроил на бёдрах.       — Нет. — Просто ответил Паркер, не обращая внимания на серьёзность Тора.       — Тогда, что? — Он понимал, что юноша, что-то скрывает, и это тоже не нравилось богу грома.       — Он просто дал мне один совет… — Протяжно ответил Питер. Тор ещё больше нахмурился, но допрашивать не стал.       — Расскажите о Рагнарёке? — Перевёл тему мидгардец, а асгардец повёлся, и начал шарманку историй от дядюшки Тора. Так они провели и сегодняшний, и многие последующие вечера. Мысли о сне становились точнее и навязчивее, но такие больше не приходили. Тор также не затрагивал тему, понимал, что допрашивать кого-либо из этой двоицы бессмысленно. Один, не скажет из упрямства, а другой, из принципа.       Так и прошло около двух месяцев. Казалось, что Тор никогда не устанет рассказывать свои истории. А историй приключений у бога грома за полторы тысячи лет накопилось не мало. Хотя Одинсон начал проявлять интерес в беседе к жизни Паркера и ему было очень интересно. Питер рассказывал о жизни землян, их мире и его устройстве. Иногда Паука или Тора отправляли на различные миссии, а бывало, что и вместе. Мужчина не сразу заметил, как общение… нет, присутствие юноши рядом стало таким же естественным, как и дыхание. Он наслаждался его компанией. Питер из немного шумного соратника стал близким другом за пару месяцев, но Тор чувствовал нечто большее, чем просто дружба. Он ругал себя за непристойные богу мысли. Питер же как-то и не заметив смирился с некой симпатией к Одинсону. Локи, конечно, заметил некое подобие притяжения и даже не поверил, что его братец и это паукообразное связаны.       Время шло, пролетело несколько сложных для мстителей событий. То какие-то стремные и сильные инопланетяне напали на Землю, то какой-то безумец в железной броне и плаще решил устроить мировой переворот, то какой-то военный конфликт стран. После этих происшествий отношения и дружба Питера и Тора стала более близкой, а притяжение более сильным и даже Паркер уже осознавал это, а Одинсон принимал, но до сегодняшнего дня никто не пытался сделать первый шаг навстречу друг другу. Сегодня Тор совершил такое, что Питер аж упал со стула.       — Ну…эм… — Тор стесняясь, начал что-то говорить. Стесняясь? Что, что, а это удивляло юношу. — Пойдёшь со мной на свидание? — Так, а это уже убило. Питер смотрел на бога грома и пытался понять, шутит ли тот или нет? Было заметно, что Одинсон сейчас передумает и больше не сделает шаг первым. Надо было срочно что-то ответить. Но что? Конечно Паркер осознавал, что чувствует к мужчине. Поэтому впал в ступор и молча пялился на Тора. Тот, спустя пару неловких секунд, развернулся и собирался уже выйти из гостиной как замер, услышав оклик Питера.       — Конечно, — бог грома развернулся и увидел умилительную улыбку юноши, и ответил такой же счастливой ухмылкой, — когда?       — Если ты не занят вечером, то можно сегодня. — Улыбка не хотела сходить с лица, Питер кивнул и сказал заветное «хорошо». Тор вышел. Это было необходимо, по его мнению, им нужно было осмыслить и осознать произошедшее.

✘✘✘✘✘

      — Рад за тебя, братец. — Послышался смешок брата. — Думал, никогда не решишься позвать другого мужчину на свидание, ты же у нас консервативных взглядов, нет?       — Да, но он мне нравится, и что в этом плохого? — Тор продолжил следовать к лифту. Лафейсон рассмеялся, уже в голос.       — Да, верно, ничего плохого! Кстати, тебе снились странные сны? — Поинтересовался он.       — Странные сны? Постоянно! — Одинсон, неожиданно, замер что-то вспомнив. — В первый день знакомства с Питером мне приснилось странное место: «Всё золотое, вода в центре, какой-то силуэт и надпись на внутренней стороне локтя». Когда проснулся всё вокруг было… мокрым. — Мужчина посмотрел на брата и увидел ехидно лукавый взгляд. — Достаточно странно?       — Что ж… Вскоре я тебе расскажу очень интересную вещь, но это позже. — Сказав это, Локи растворился в воздухе, не дав брату что-либо вставить.

✘✘✘✘✘

      Свидание вышло неловким, но очень весёлым и интересным. Питер предложил сходить в парк развлечений. Бог грома забавлялся и веселился и… держал Паркера за руку. Никаких негативных эмоций это не вызывало, а лишь вызывало чувство комфорта, тепла, защищённости… нежности? Тор держал крепко, но ласково. Питеру это безумно нравилось. Прекращать держаться за руки не хотелось, от слова, совсем. Они не ходили по экстремальным аттракционам, а лишь на простые парные. Вечер в парке закончился колесом обозрения, где Питер неловко поцеловал мужчину, но тот не отстранился, а лишь увереннее ответил. Поцелуй из нежного и ласкового стал глубоким, страстным и жаждущим. В башню вернулись достаточно поздно, все мстители, кроме Тони мающегося в мастерской, сопели в подушки. В этот раз, выйдя из лифта на этаже юноши, Одинсон поцеловал первым, но более мягко и спокойно. Ничего лишнего. Пожелал спокойной ночи и вернулся в лифт.       На следующий день за завтраком, когда собрались все мстители, за редким исключением, Тор подошёл к сидящему, к нему спиной, Паркеру и поцеловал в шею положив руки на плечи. Прошептал тихое «доброе утро». Аромат утреннего, чистого, пахнущего спелой вишней Питера будоражил и возбуждал мужчину. Он не считал, что их отношения развиваются слишком быстро он просто делал то, что хотелось, а Питер был не против.       Подняв голову и открыв глаза, Паркер и Одинсон увидели разинутые рты мстителей, с замершим удивлением, разве, что Локи довольно ухмылялся и умилялся, одновременно, развернувшейся сцене.       — Нунихренажсебеж… — Подал голос Роджерс.       — А то ж… — Согласился Старк.       — Мило и сексуально смотритесь, — Подмигнув, заметила Наташа.       — Что-то не так? — Непонимающе изогнув брови, спросил Асгардец.       — Всё так, братец, но мидгардцы удивлены…. Такому странному и необычному союзу. Поговорим позже… с обоими. Кое-что скажу. Важное. — Локи подмигнул и принялся дальше поедать свой завтрак.

✘✘✘✘✘

      — О чем Вы хотели поговорить, мистер Лафейсон? — Поинтересовался Питер, садясь рядом с Тором. Тот аккуратно переплёл их пальцы и нежно сжал. Локи показалось это милым, а юноше смущающим.       — О ваших снах. Точнее, об одном и том же сне, но с разных ракурсов… — Начал бог обмана, но бог грома его перебил.       — Только не начинай вешать лапшу на уши. — Пригрозил Тор, и взглядом предложил продолжить, на что Локи лишь фыркнул.       — Так вот, вам снился сон, который приходит лишь когда смертный встречает свою судьбу в мире богов Асгарда и наоборот. Должен заметить, что это очень редкое явление, но спешу вас огорчить, что долго ваши отношения не продлятся. Максимум лет сорок. Да, для паукообразного это много, но для тебя, братец, это очень мало. Дело в том, что боги не бессмертны, однако живут они на пару тысяч лет дольше, а век мидгардцев не долог. — Он приложил руку к сердцу и сделал сочувствующее лицо, но лукавая улыбка выдавала в нем сокрытие чего-то важного. Очень важного «НО».       — Локи, что ты скрываешь? — Не сдержавшись спросил Тор у брата. Ему не понравилась часть заявления, в которой говориться о том, сколько они смогут пробыть вместе. — И что значит, один и тот же сон с разных ракурсов.       — Лафейсон разочарованно посмотрел на братца и продолжил лекцию.       — Эх, что за позор, Тор? Нам ведь говорили о ритуале Соулмейт. Если бог находит свою судьбу в мире смертных, то ему и его «судьбе» снится сон, в котором происходит обрывок этого ритуала. — Лица Паука и Тора вытянулись в удивлении и беззвучном «О», — Постараюсь объяснить доступным языком, что бы вы оба поняли. Фраза из двух слов это имя судьбы, цепь — это духовная энергия, что соединяет вас на веки вечные. Если один умрёт, то другой совершит суицид, то есть потеряет смысл жизни, но также, благодаря этой цепи мидгардец обретёт долголетие аса, но ты, Питер, даже сейчас имеешь замедленное старение из-за паучьей мутации.       — То есть, если этот ритуал произойдет с нами в реальности, то я буду жить тысячи лет рядом с Тором? — Изрёк предположение юноша.       — Да, но думаю волновать тебя должен тот факт, что… кхм… эрекция… Будет только на одного определённого человека. Точнее, на Тора. И также с его стороны, только на тебя. Место, где происходит ритуал называется «чашей духовного злата». Глупое название, но означающее, что духовная связь самое дорогое. Кстати, связь сохранится и после реинкарнации. То есть, она вечна. А находится это место в микро измерении, в которое я и некоторые другие мастера магии могут открыть путь. Это измерение нужно только для ритуала. — Собрался закончить он, но тут же вспомнил важную деталь, — Ах, да, забыл сказать, вам лучше не заниматься половым актом до принятия решения, выше вероятность успешного скрепления. — Солгал Локи ведь ритуал проводят только в случае если соулмейтам снился сон, а ритуал в таком случае всегда удачен. — Думаю, вам не стоит спешить с решением. Подумайте месяц. У вас, Тор и Питер, сейчас «конфетно-букетный» период, и вы лишь узнаете друг друга сейчас. Подумайте. — Пролепетав это бог обмана ушел.       — Я, даже, не знаю, как на это реагировать, — сказал Паркер.       — Я тоже, — согласился Одинсон.       Тор был готов прямо сейчас связать себя с Питером, но решил дать ему время всё обдумать. Да и, самому не мешало. Паркер же не понимал, что ему делать.       «Сказать да? И что тогда? А что если это сейчас Я счастлив рядом с Тором, а после тысячи лет? Будет всё по-прежнему? Сказать нет? А если Одинсон его истинная судьба и с ним он будет счастлив и через не одну тысячу лет?». — Думал Человек-паук. Надо было подумать, взвесить все «за» и «против».

✘✘✘✘✘

      Спустя месяц отношения Тора и Питера стали очень нежными и чувственными. Мстители разошлись на два мнения. Одни приняли и умилялись их отношениям, а другим не нравились их отношения, но пытались смириться и не замечать этого. Кто ж знал, что сын Одина не имеет совести и будет тискать паучка во всех местах: наедине, при людях, в общественных местах. Конечно, сначала Питера это смущало, но после, ему стало всё равно на всех, и он обнимал и целовал в ответ. За месяц Питер точно принял решение, собираясь озвучить его Локи и Тору. Тор, так, и не поменял своего решения даже и не задумывался о том, что ему это не нужно, а без Паука как-то проживёт.       За месяц их отношения не пересекли черты и обоих это вполне устраивало, но жаркое и тягучее, как нуга, томление в ожидании чего-то большего, чем просто страстный глубокий поцелуй. Держать себя, однако, было легко и не мучительно, им и так хорошо.       — Вы уже обдумали? Мне начинать подготовку к ритуалу или нет? — Спросил Локи, парочку, что мило сидела на диване, а рука Одинсона прижила Паркера к себе поближе.       — Я так и не поменял своего решения, братец…. Я готов связать с Питером свою душу и стать его соулмейтом. — Пролепетал мужчина и посмотрел на юношу задавая немой вопрос: «А ты?»       — Я так же хочу связать свою душу с душой Тора. — Ответил он, и поцеловал аса в уголок губ.       — Хорошо. Тогда я начну приготовления. Позже объясню вам все детали ритуала. — Локи снова исчез, не давая вставить и слова мужчинам. Тор, в общем-то, просто начал целовать Паркера глубоко и желанно. Ему как-то польстила решимость его мальчика. Локи вновь появился в комнате и напомнил. — Секс до ритуала запрещён. — И уже окончательно исчез.

♂♂✘♂♂✘♂♂

      Питер стоял обнажённым и ждал появления своей судьбы. Терпкое и томное предвкушение завершения этого всего и желание, вкусить наслаждения с богом грома билось во всех клетках и кричало в голове. Вдруг в дали показался знакомый силуэт мужчины и зашёл в воду, а на руке почувствовалось мягкое тепло. Юноша посмотрел на место возникновения странного ощущения и радостно улыбнулся, прочитав надпись: «Тор Одинсон». Написано очень красивым и аккуратным почерком, а также надпись отливала приятным оранжевым сиянием. На запястье появилось более обжигающее чувство: «тонкая цепь оплела его руку и направилась в сторону мужчины, и где-то на середине встретилась с цепью, идущей от мужчины». Они слились, и засияли в один тон и цвет — мягко оранжево-золотисто-желтый. Очень красивый.       Как и во сне, Паркер потерял опору под ногами и провалился в бездонную пучину воды, но дышать он мог. Решив поплыть в сторону силуэта, он заметил, что цепь уменьшается и вот, когда мужчина и юноша встретились лицом к лицу, цепь исчезла, а надпись почернела. Тор и Питер слились в самом страстном поцелуе из всех, самом чувственном и прекрасном.       Неожиданно, вся жидкость, окружавшая их, исчезла, а сами Одинсон и Паркер оказались в огромной кровати золотого цвета, но вокруг нее всё было белого цвета.       Тор прижимался обнаженным телом к телу Питера, так же, обнаженному и такому же горячему. Они стонали в поцелуе и наслаждались этим моментом. Мужчина отстранился и внимательно, насколько это возможно, посмотрел на юношу.       — Я люблю тебя. Я хочу тебя. — Томно прошептал он с хрипотцой. Очень возбуждающей хрипотцой.       — И я люблю тебя. И я хочу тебя.       — Чувствуется. — Хохотнул мужчина и примкнул к пульсирующей артерии на шее. Нежно прошёлся по ней, оставляя впечатляющие отметины от укусов и засосов.       Тор спускался всё ниже и ниже от шеи к ключице, наслаждаясь всхлипываниями и тихими стонами юноши. Он впился зубами в выпирающие косточки и прокусил до крови, отчего Паркер возмущённо… зарычал? Одинсон принялся вылизывать след, ощущая металлический привкус. После он опустился к правому соску, мимолетно поцеловал размякшими и красными от прилива крови губами, а после вцепился зубами в него, но не прокусывал, а нежно пощипывал и посасывал, отчего Питер уже всхлипывал и громко стонал. Мужчина отстранился от одного соска, посмаковав, и облизал кончиком языка, а через мгновение, проводя тонкую полоску влаги, к другому и так же начал обрабатывать его. Левый сосок оказался чувствительнее и ощущения окончательно затопили парня. Он прижимал Тора ближе, оглаживая его спину и обхватывая ногами поясницу бога молнии. Легкие движения, Одинсона, тазом вызывали трение пахом о пах и насыщали и без того сильные чувства.       Он отринулся от соска и спустился ниже. Мужчина вылизывал живот с кубиками пресса, оставляя отметины. Руки Тора блуждали по телу юноши, как какой-то кладоискатель, они проходились по выгнутой спине, оглаживали руки и шею с плечами, сжимали упругие ягодицы. Через пару мгновений Одинсон опустился еще ниже и поцеловал поочередно внутренние стороны бёдра, специально дразня эрегированный член Питера. Вскоре бог грома сжалился и вобрал в рот истекающую пред эякулятом головку. Терпкий и солоноватый вкус природной смазки сводил с ума и будоражил каждую клеточку Тора. Питер запустил руки в коротко стриженые волосы и застонал с редкими всхлипами. Для Одинсона эти звуки были, как песня. Он медленно начал насаживаться горлом на член, и в итоге заглотил его до самого основания. В конце паук сжал волосы и начал бесцеремонно толкаться внутрь. Полустон полурык «Торрр» раздался во время последнего толчка, после которого Паркер излил своё семя в рот мужчины. Бог грома, проглотив солоновато терпкую сперму, поднялся к красным губам за поцелуем и всем телом начал тереться о юношу, когда получил желаемое. Питер одной рукой прижимал Тора к себе за затылок, а другой начал ласкать крупный, горячий и пульсирующий член партнёра. Последний начал толкаться в кулак и тяжелее дышать, прямо, в рот не разрывая поцелуй. Вскоре ему позволили опуститься к манящей шее и продолжить оставлять на ней укусы и засосы.       Когда мужчина излился на живот юноши, Тор опустился, и, начал массировать ложбинку между ягодиц. Он собрал своё семя себя с живота Паркера и использовал его как смазку.       — Прошу… — Тихо простонал паук. Бог грома воспринял это неправильно и спросил.       — Мне остановиться?       — Нет. Прошу, не останавливайся. — Тор проскользнул пальцем на одну фалангу в колечко мышц. Послышался всхлип и стон. Тело юноши поддалось на встречу и протолкнулось на всю длину пальца.       Мужчина почувствовал, как его палец плотно обхватывают мышцы. Он начал двигать и изгибать его, а после добавил и второй, и третий. Питер чувствовал, как задевают его простату и в эти моменты громко вскрикивал и сжимал пальцы, чем вызывал восторг у партнёра. Он любовался тем, как его пальцы поглощаются и выпускаются из кольца мышц. После того, как Тор вытащил пальцы, послышался стон полный разочарования, но он быстро сменился на наслаждение, когда мужчина вошёл сразу на всё длину.       — Всё хорошо? — Спросил он, видя выступившие слёзы на уголках глаз и убирая их легкими и нежными движениями подушечек пальцев.       — Прекрасно… — Стоном ответил юноша.       Одинсон подождал пару мгновений, давая привыкнуть к своим размерам, а после начал совершать толчки, навязывая свой ритм. Питер поддавался навстречу каждому движению и кричал от каждого толчка, его руки сцепили и царапали спину, а ноги обхватили поясницу. Время от времени, Паркер кусал мужчину за шею и плечи, а тот лишь тяжело дышал /стонал на ухо и периодически целовал в скулу. Пошлые шлепки кожи о кожу заводили и возбуждали. Каждое движение и каждый звук воспринимались как нечто правильное как будто, так и должно быть, как будто они часть чего-то большего… целого. Излились Паркер и Одинсон одновременно с громким вскриком. Тор обессиленно упал рядом с Питером, предварительно выйдя из него. Они даже и не заметили, как оказались, в обычном мире, в спальне юноши. Затем уснули, находясь в нирване чувств.