NIA and Sins

Быстро застегнув ширинку, Чонгук парой широких шагов вышел из тесной клубной кабинки и беспокойно оглянулся. — Это уже третий раз, а я даже не знаю твоего имени. — Тэхён. Оттуда же вышел второй человек, выглядевший не таким взволнованным. Его движения были расслаблены, легки, соблазнительны. Глядя на него, Чонгук снова захотел затолкать его обратно в кабинку, стащить штаны и ласкать так долго, как только хватит терпения. Терпения Тэхёна, который каждый такой раз сдавался довольно быстро, поднимая Чона и поворачивая к себе спиной. — Хорошо, Тэхён. А фамилия? — Ким. Ким Тэхён, — Тэ размял шею и ненадолго прикрыл глаза, а потом пошёл к раковине, моя руки. — А как мне звать обладателя восхитительной задницы? — Мой господин? — хихикнул Чонгук, подходя к зеркалу и приводя себя в порядок. — Хорошо, — спокойно согласился Тэхён, подходя к сушилке. — Но это имя ты будешь носить только в постели. В остальное время так же не будем общаться? Приходить сюда по вторникам и пятницам, встречаться глазами и молча идти трахаться? В принципе, достойный план, меня всё устраивает, — он пожал плечами и собирался уйти, когда плеча коснулась рука. — Чон Чонгук. Тэхён удовлетворённо ухмыльнулся, но, поворачиваясь к Чону, спрятал ухмылку и смотрел равнодушно. — Что же, это можно считать знакомством и заявкой на что-то побольше, чем трах в туалете? — Ты не производишь впечатление человека, которого это интересует. На этот раз Тэхён оскалился открыто. — Ты, знаешь ли, тоже не похож на примерного семьянина. Помнишь первый раз? Ты просто взял меня за руку и отвёл сюда. — После того, что ты делал своим чёртовым языком с чёртовой коктейльной трубочкой — ты ещё удивляешься? — А помнишь, что было потом? — продолжал Тэхён. — Я помню, о, помню каждую деталь. Каждый стон и каждое твоё горячее, просто огненное «да». Как в немецкой порнухе: ты стонал так громко, что я почувствовал себя порноактёром, а тебя — симулянтом. — Я не симулировал, — облизнулся Чон. — А вот из тебя бы вышла звезда. — Польщён, — Тэ чуть поклонился. — Думаю, мы оба хорошо постарались, — он кивнул и задумался. — Сегодня вторник… Встретимся в пятницу? Или ты бываешь тут чаще? — Каждый будний вечер, — устало выдохнул Чонгук, опираясь на край раковин. — Работаешь где-то поблизости? — Тэ старался не смотреть в глаза Чона, чтобы тот не уловил неподдельный интерес. Не к нему, не к Чону, а к его работе, о которой Тэхён и так всё знал. — Типа того, — ответил Чонгук, пока скрывая свою профессию. — А ты? Почему приходишь сюда только в эти дни? — Традиция, — глаза, горящие любопытством, снова приняли обычный холодный вид. — Так сложилось. Но, если будет повод, я могу приходить и чаще. — Думаю, повод нашёлся, — подмигнул Чон, глядя на часы. — Было классно, спасибо за этот вечер, но мне пора бежать. Встретимся завтра? Тут? Или где-то в другом месте, где тебе будет удобно. — Работа? — не удержался Тэхён, задышав тяжелее. — Ага, — кивнул Чон, не замечая, как меняется поведение собеседника. — Вне времени и дней недели. — Но, должно быть, интересная? — О да. Иначе я бы не занимался ею, — Чонгук подошёл к Тэхёну и поцеловал. — Обычно мы не прощались, а просто молча расходились. Я рад, что сегодня всё иначе. — И я, — Тэхён выровнял дыхание, возвращая на лицо равнодушие. — Как насчёт свидания? Скажем, в парке рядом. Если станет скучно — можем зайти сюда. Если весело — я живу тут недалеко. — Звучит слишком соблазнительно, чтобы отказаться, — Чонгук поцеловал Тэхёна снова. — Но и согласиться я не могу. Не уверен, что работа меня отпустит. — Кем же ты работаешь? — на этот раз ни один мускул на лице Тэхёна не дрогнул. — Мне не придётся тебя убить, если я скажу? — пошутил Чонгук. Или не пошутил. — Не знаю. Это твоя работа — убивать людей? Тэхён был серьёзен, и Чонгук, видевший в работе свою стихию, свою жизнь, от такого разговора стал смотреть на него с налётом снисходительности. — Только плохих людей, — он положил руку на шею Тэхёна, и тот чуть поднял подбородок вверх, продолжая смотреть в глаза Чонгуку. — Ты плохой человек? — Я ещё не ответил, а ты уже готовишься меня наказать? — он приоткрыл рот, и Чонгук возбужденно сглотнул. — Профессиональная деформация, похоже, — он резко отпустил Тэхёна и отошёл. — Надеюсь, я не напугал тебя? — Я не из трусливых, — Тэ сделал глубокий вдох. — Так расскажешь, кем работаешь? Или это слишком большая тайна? — А почему ты так интересуешься? — сощурился Чон. — Ты случаем не из вражеского лагеря? — Лагеря плохих людей? Неужели я похож на плохого человека? — Плохие люди, похожие на плохих людей — дилетанты, которые оказываются за решёткой после первой же ошибки. А ты точно не похож на дилетанта. — На кого же я похож? Зрительная битва, начавшаяся с самого разговора про работу Чона, не прерывалась ни на секунду, но после этого вопроса Чонгук отвёл взгляд. — Не хочу везде видеть работу. Давай сменим тему. — Видимо, ни на кого хорошего, — сделал вывод Тэхён, подходя к Чонгуку и целуя шею. — Надеюсь, никогда не стать твоей работой, Чонгуки. — Хотелось бы и мне на это надеяться, но… — он взял его за руку. — Что ты знаешь? Мы трахались из-за этого? — Мы трахались, потому что твой зад нужно отлить из золота и поставить в моей квартире, чтобы я мог подрочить на него в любой момент, а не ждать оригинал, который пропадает на работе. — Что ты знаешь, Тэхён? — повторил Чонгук. — Что ты агент NIA. Что вы ищете недавно появившегося маньяка, который насилует и убивает юношей. И что я безумно хочу помочь. — Нам не нужна помощь любителей. — А кто сказал, что я любитель?..