NIA and Sins

Тэхён шёл быстро, но расслабленно, а Чонгук почти бежал за ним. Он был довольно тренированным, но немного алкоголя сделало его чуть менее подвижным. И выглядел он при этом немного жалко. Кажется, Чон и сам это понимал, потому что через некоторое время взял Тэ за руку, прижал к ближайшей стене, которая так кстати оказалась рядом, и поцеловал. Не говорить же, что можно бы идти и помедленнее. А этот способ пришёлся по душе обоим. — Не дотерпишь? Хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо тут? Любишь рисковать? Тэхён, видевший, как Чон семенит за ним, давно ждал чего-то такого. Он вообще и шёл-то именно быстро, чтобы посмотреть, как Чонгук может ответить на такое слабенькое, но всё-таки унижение. Проверял, прощупывал почву, чтобы знать, куда можно и нужно давить, а куда — ни в коем случае нельзя. — А ты можешь? — Не сомневайся, — он положил руку на пах Чонгука. — Только точно ли ты хочешь этого? Увидит нас кто-то из твоих коллег — разве будет хорошо? Какая паршивая реклама: спецагент NIA трахается на улицах Сеула. С мужиками. — С одним мужиком, я верный, — шепнул Чонгук, расстёгивая свои брюки. — Докажи, что это не блеф. — А ты нравишься мне всё сильнее, — посмеялся Тэхён, убирая руку и становясь на колени. — Но ты не на того напал, чтобы дразнить и не получать обратно. Я даю тебе последний шанс, чтобы одуматься и всё-таки позаботиться о своей карьере, потому что потом ты меня не остановишь. Можешь орать, что тебя насилуют, биться, кусаться, царапаться — что угодно. Я трахну тебя. Прямо здесь. Прямо сейчас. И тебе будет хорошо от того, каким горячим и в то же время нежным любовником я буду. Так хорошо, что ты запомнишь этот раз, как самый лучший в своей жизни. — Каждый секс с тобой — такой, — дрожа от возбуждения вставил Чон. — Так что ты выберешь? Восхитительный трах, который сможет остановить только полиция — а она, кстати, вполне может прибежать на твои крики, — или немного терпения, которое поможет сохранить лицо государственного служащего? — Я ненавижу тебя за то, что ты прав, чёрт бы тебя побрал, — простонал Чонгук, топчась на месте. Тэхён поднялся. — Теперь я хочу тебя ещё сильнее. Особенно от… — он сглотнул в тысячный раз, — от твоих убедительных угроз. — Что я не остановлюсь и буду трахать тебя, даже если ты будешь умолять остановиться? Но тебе же будет хорошо — ты будешь умолять продолжать. — Боги, прекрати сводить меня с ума, — Чон печально посмотрел на расстёгнутую ширинку и всё-таки застегнул её. — Где там твой проклятый дом? Надеюсь, ты живёшь на первом этаже? Лестницу или лифт я не переживу. — Могу трахнуть тебя на лестнице или даже в лифте. Или и там, и там. — Чёрт бы тебя побрал! — хныча проговорил Чонгук, беря Тэ за руку. — Лучше всё-таки подальше от чужих глаз. И пошли уже скорее. — Ты как ребёнок, который просит конфету. — Я и прошу, если ты понимаешь, о чём я, — подмигнул Чонгук. Его телефон вдруг зазвонил. — Блть, — громко сказал он. — Ну блть, ну за что, — он даже не стал смотреть на номер звонящего. — Блть, — выругался он снова. — Возьми трубку и скажи, что меня сбила фура. — Фура не собьёт тебя на смерть и отпустит через полчасика. — Всего полчаса? — обиженно спросил Чонгук, но потом снова ругнулся. — Хотя у меня нет и этого времени. Раз они звонят, значит… — Опять труп? — догадался Тэхён. — Не твоё дело, — рыкнул Чон. — Не лезь в это. Не лезь. — Хорошо, хорошо, у меня есть другие клёвые места, куда ты позволяешь лезть. Даже не просто позволяешь — а так настойчиво просишь, что сложно отказаться. Чонгук закатил глаза и измученно простонал. — Блдская работа. — Как ты много ругаешься, когда зол. — Ещё бы, — прошипел Чонгук, отбивая звонок. — Так. План-капкан. Сколько до твоей квартиры? — Минут пять, думаю. — Пять минут, пять минут… — стал повторять Чонгук, смотря перед собой. — Давай поступим так… — Как пожелает мой господин, — проговорил Тэхён. — Да ты задрал! — Пока даже не начинал: ты же видишь, нам не дают. — Хватит, пожалуйста. Говори всё это тому, кто не готов отдаться тебе в каждом углу, как я. Мне это уже не надо. Хотя нет… — Чонгук вдруг нахмурился. — Никому это не говори, кроме меня. Понял? — Да, мой господин. — За что, господи, — вздохнул Чон, открывая сообщения и набирая какой-то текст. — Сколько у нас времени? — спросил Тэхён, когда Чон вернул телефон в карман. — Тридцать пять минут. Пять минут дойти, и ты обещал мне полчаса блаженства. Тэхён напрягся. «От меня его заберут на служебной машине? Это уже плохо». — А если тебе не хватит полчаса? — Я уже сейчас могу сказать, что мне не хватит. Но выбора нет. Придётся хоть так. Но эти полчаса ты отработаешь на 146%. — Да, мой господин, — очаровательно улыбнулся Тэхён, хоть его совсем не радовала перспектива раскрывать своё жилище для NIA. Скрывать ему, в сущности, было нечего — обычное холостяцкое жильё, в котором нет ничего интересного, кроме идеального порядка, который удивлял даже девушек, но, предлагая Чонгуку помощь, он всё-таки надеялся оставаться в тени. Так долго, как это будет возможно. Пока Чон созреет до того, чтобы обратиться за помощью, пока сообщит ему детали дела, пока Тэхён предоставит ему анализ — времени было много, но такое внимание к нему с первых же дней серьёзного знакомства портило идею скрываться. «Я должен что-то придумать. Всё должно идти по плану».