NIA and Sins

Хоть Чон обещал и себе, и Тэхёну, что в NIA у них будет время только для работы, он, нарушая своё же правило, наслаждался всеми прелестями служебного романа. Легкие невинные прикосновения, кажущиеся наблюдателю со стороны совершенно обычными, для них были почти знаком, что им срочно нужно уединиться где-нибудь в туалете хотя бы ради поцелуя. На что-то большее в условиях мифического цейтнота, который ощущали все без исключения, времени почти не хватало. Лишь раз за эту неделю они выделили пятнадцать минут для маленькой шалости. Стандартный поцелуй неожиданно переместился к ширинке Чона, и тот даже благоразумно пытался остановить Тэхёна. — А если кто-то зайдёт? А если нас будут искать? — занервничал он, надеясь, что Тэ придумает что-нибудь достаточно убедительное, чтобы уговорить его на продолжение. — Ты слишком любишь мои минеты, мы быстро, — подмигнул Ким, быстро расстёгивая чоновские брюки и спуская трусы. — Но постарайся стонать не слишком громко. Тэхён был прав. Перед его волшебным языком Чонгук становился беспомощным мальчишкой, неспособным сопротивляться. Первое прикосновение, всегда аккуратное, изучающее, мигом очистило голову от каких бы то ни было мыслей. Ничего, пусто. Почти как в расследовании, но не о нём думал Чонгук, совсем не о нём. Всё его существо занимало зрелище того, как любовно заглатывает его член стоящий перед ним на коленях человек. Как он вылизывает его, словно самую любимую и вкусную конфету, как помогает руками, касаясь бёдер и ствола, а потом тянется ими наверх, к соскам. Наслаждающийся своей властью Чонгук хватал Тэхёна за волосы и направлял, чувствуя, как живота слегка касается верхняя губа. Тэхён любил брать полностью, так, чтобы давиться и насиловать свою глотку, вызывая слёзы на глазах, и Чонгук всегда с удовольствием пользовался пристрастиями своего горячего любовника. Как и предсказывал Тэ, Чонгук кончил быстро. Шумно, всё-таки простонав так, будто из него вытрясли душу. Но она, белой слизью исчезая во рту Тэхёна, осталась никем незамеченной. Чонгук верил, что это не мешает расследованию, а наоборот, держит в тонусе. Он чувствовал себя на высоте и даже подкидывал новые идеи для поиска. Они искали химиков, которые могли бы сотворить неизвестный яд, людей, заказывавших ингредиенты для изготовления уникальных духов. И, хоть это никак не помогало, никто не сдавался. Но один человек всё-таки работал не достаточно внимательно и в итоге допустил серьёзную ошибку. Перерывший множество парков Джин отсеял лишнее, но как-то умудрился пропустить тот, в котором через полторы недели напряжённой работы был найден труп. — Седьмой… — мрачно сообщил Юнги на собрании. — Кажется, мы что-то делаем не так. — Как Джин умудрился вычеркнуть из списка самый подходящий парк и район? — не понимающе вопрошал Намджун. — Из-за этого мы не смогли поставить там офицера, из-за этого мы потратили время на те места, в которых было пусто! Из-за этого у нас ещё один труп! — Я не понимаю, почему так вышло… — виновато оправдался Джин. Все выглядели глубоко подавленными, но говорить или ругаться почти ни у кого не было сил. — К сожалению, арендаторы жилья рядом не сказали ничего нового, не дали никакой информации. Портреты снимавших квартиру людей слишком неточны и разнообразны. И у нас всё ещё нет уверенности, что это имеет значение, — задумчиво сказал Чимин, чтобы разбавить тишину. — А может, мы зря не подумали про четвёртого и пятого? Самым спокойным среди всех казался Тэхён, который, видимо, старался не терять самообладание. — Может, это какая-то загадка? — Наверняка кто-то из них просто стал случайной жертвой, вероятно, второй, — мотая головой, сказал Юнги. — Зачем вообще их связывать? Разве мы что-то упускаем тут? Почему, по-твоему, он это сделал? — Потому что могу? — сказал Джин и тут же смущённо пояснил. — Ну, в смысле, убийца так бы ответил: «Я сделал это, потому что могу». К нему обратились заинтересованные и вместе с этим непонимающие взгляды всех присутствующих. Чонгук тяжело сглотнул и, не моргая, посмотрел на Джина. Тот уже давно казался ему подозрительным. Он замалчивал слишком много деталей, которые наверняка видел. — А что ещё ответил бы убийца? — сощурился Чимин. — Ты, кажется, проник в его сознание достаточно глубоко, раз уже оговариваешься. Может, поделишься с нами? — Или он просто и есть убийца, — флегматично предположил Юнги. — Это было бы логично. Он знает, как ведётся расследование, поэтому не оставляет улики там, где мы будем искать. — Юнги, ты с ума сошёл, — Джин привстал со своего места и взволнованно огляделся. — Вы же понимаете, что это бред? — Бред ли? — сказал Чон, подходя к нему. — Мы ведь никогда не опрашиваем своих, потому что в голову не приходит, что убийца настолько близко. Что он настолько бесстрашен, что играет с нами на нашей же территории. Ты выглядишь безобидно, на тебя никто в жизни никогда бы не подумал. И это лучшее прикрытие. — Это бред, бред… — стал повторить Джин, а глаза его бегали с одного лица на другое, ища поддержки. — А мне кажется, звучит довольно логично, — поддержал Чона Тэхён. — Тебе поручили найти все парки, подходящие под описание «маленьких, неприметных, закрываемых на ключ», а ты «совершенно случайно» умудрился пропустить именно тот парк, в котором нашли седьмую жертву. Удивительное совпадение. — А зачем, кстати, он ищет именно закрываемые парки? — послышался незнакомый голос, и все обернулись. — Простите. Вы говорили, я не хотел отвлекать. Просили принести кое-какие старые дела. Перед ними стоял Хосок, державший в руках крупную коробку. В мрачной атмосфере комнаты его спокойное улыбчивое лицо смотрелось неестественно, но его это ни капли не смущало. — Зачем в цифровой век нужен бумажный архив? — хмыкнул Юнги. — Закройся, старая ведьма, — рявкнул Чимин, вставая и забирая у Хосока его ношу. — Спасибо, Хоби. Его серьёзное лицо мигом просветлело, и он улыбнулся так искренне, что Чонгуку стало неловко на это смотреть. «Вот же влюблённый придурок. Надеюсь, я смотрю на Тэхёна не с таким же выражением, а то лучше сразу застрелиться». — Всегда рад помочь, — улыбнулся Хосок в ответ, и все отвернулись. — Если бы Чимин сейчас думал головой, а не головкой, он бы выдал что-нибудь, типа «хватит размазывать свои ванильные слюни по нам», — сказал Юнги — единственный, кто продолжил смотреть. — Ладно, да, простите, — смутился Чимин. — Спасибо, Хосок, можешь идти, пока эти псы тебя не разорвали. — Я и сам могу защититься, — подмигнул тот. — К тому же я люблю собак, — и собрался уходить, пока впечатлившийся его очаровательной дерзостью Чимин не сделал ещё что-нибудь милое. — Стой, — вдруг остановил его Намджун. — Нам нужен свежий взгляд. Ты ведь наверняка знаешь, что происходит? — Я давно ничего ему не рассказываю, — обиженно возмутился Чимин. — Это же был камень в мой огород? Я — могила, в которую будет уложен любой, кто ещё хоть раз намекнёт на то, что я трепло. — Я в курсе, да, — Хосок мягко, успокаивающе положил руку ему на плечо, и Чимин послушно замолчал. — Вся служба говорит об этом. Плюс газеты. Тут хочешь не хочешь, а будешь знать. — И что же ты обо всём этом думаешь? — с горящими глазами спросил Тэхён.