Кофе с корицей

- Боже, ну за что! - возвела я руки к потолку, уже какой раз за сегодняшнее утро, как ни странно, идя по коридору и разговаривая сама с собой, - Почему именно я? Да, согласна, опоздала. Да, согласна, это неправильно и плохо. Но, блин, почему я? Неужели Дима и вправду надо мной издевается? Ведь знает, как я не люблю свою "подружку" Карину, да ладно Карина, но историк! После нашей ночной встречи, как бы странно это не звучало, прошло всего пару дней, да и то выходные, собственно, проявив немного мозговой активности можно сделать вывод - он еще на мне не отыгрался. Конечно, ответить ему такими же колкостями и подколами не трудно, я бы даже сказала - приятно, но. Всегда есть "но". Он ведь первым начнет, причем при первой же встрече, в этом можно не сомневаться. Но, честно, я совсем не хочу опозориться при другом классе, пусть даже и не факт, что это случится. Хотя если посмотреть с другой стороны, то все не так плохо. Если честно, я даже хочу этого. Всегда нравилось быть в центре внимания, причем еще и в каком внимании. "любимая подружка" обратит внимание, папаше своему расскажет. Нет, я определенно этого хочу. С такой, немного странной решительностью, я совершено без стука врываюсь в кабинет своего обожаемого учителя и на одном дыхании выдаю подготовленную фразу: - Здравствуйте, Антон Викторович! Просто не поверите, как рада вас видеть. Класс ошарашенно уставился на меня не мигая, а учитель, признаться честно, сначала немного прифигел, а потом, заметно пришедший в себя от небольшого шока, сказал: - Вы посмотрите кто пришел, сама Серебрянская. Что, опять с уроков сбегаешь? Всё тянет к истории, да? - Очень! - едко говорю я, обведя класс взглядом. Только сейчас заметила, кто же стоит у доски. Не поверите, жизнь меня сегодня любит - сама Карина Емельянова. Самая лучшая сучка, что я видела в своей жизни, честно. - Так с чем же ты к нам пожаловала? - интересуется учитель, совершенно забивая на свои прямые обязанности и не обращая на стоявшую ученицу у доски никакого внимания, - А то наверно на урок спешишь, да? - Ага, - вновь согласна киваю, не скрывая едкой усмешки, - вот, журнал вам принесла, чтобы вы свой храм истории не покидали, мало ли что произойдет. - Ну да, ну да. - согласно кивнул тот, от чего я невольно снова ухмыльнулась. - А ты что стоишь столбом, а Емельянова? - вдруг переключил он свое внимание на Карину. - Мы тут не на показе мод, сейчас никто тебя фотографировать со всех ракурсов не будет. Собираешься что-то отвечать или нет? Нет, несмотря на всю мою, можно сказать, врожденную ненависть к этому учителю, сейчас я его зауважала. Просто по-человечески зауважала, ведь еще никто не ставил эту сучку на место так, как это делаю я. Умело, что ли? - Ну нечего ответить, - по-своему расценив ее молчание сказал учитель, - значит два. Как я не пыталась это скрыть, но едкий оскал растянулся-таки на моем лице. Просто хотелось выйти за двери кабинета и громко проорать: " Да!" - Ну Антон Викторович... - о, Боже, она что, реветь здесь собирается, - я... я... - ее несвязная фраза прерывалась такими же неумелыми всхлипами, - ну я же... - Ку-ку. - любезно подсказала я и для убедительности покрутила пальцем у виска. - Да, - утвердительно кивнула она, видимо не вникая, но спустя несколько секунд ее разъяренный взгляд смотрел на меня, пытаясь прожечь дырку. - Серебрянская, ты охренела? - Фу, как некультурно выражаться, - ехидно улыбнулась я, - да еще и в школе на уроке. Гореть тебе в аду за грехи твои, дитя Божье. - хмыкнула я и все присутствующие в классе меня поддержали, кроме Кариночки, да и, собственно, учителя. - Ярослава! - прикрикнул на меня Антон Викторович. - Живо вон из кабинета. На что я лишь ухмыльнулась, вот это удача мне сегодня благоволит! Так классно опозорить Емельянову нужно было еще постараться. А у меня получилось. Да, возможно немного жестоко, но, блять, как же приятно. - Уже удаляюсь, - ухмыльнулась я и сделала пару шагов в сторону двери, как мой чуткий слух уловил проклятья со стороны Емельяновой: - Сучка. - Да мы уже знакомы, Кариночка, можешь не представляться. - хохотнула я и скрылась за дверью. Как только дверь за мной громко захлопнулась, я отошла на несколько шагов и широко улыбнулась. Нет, ну что за день сегодня такой хороший? Мне уже давно не было так приятно находиться в кабинете истории, вообще никогда в жизни. Очень странно. - Ярослава, ты что, обалдела? - вывел меня из размышлений голос историка, который прямо за мной вышел из кабинета, не забыв громко хлопнуть дверью. - Совсем не соображаешь, что делаешь и говоришь? - И вам здравствуйте, Антон Викторович. - нет, у меня определенно сегодня хорошее настроение. - Ты что творишь? - пропуская мою язвительную речь мимо, сказал он. - А я что, творю? - хмыкнула я, сияя обворожительной улыбкой во все тридцать два, - Не знала, что я такая творческая личность. А у вас какое хобби? - Ну зачем ты такое говоришь Карине? - упорно пропуская мои слова, спрашивает историк, а чуть не задохнулась от возмущения. Все мое хорошее настроение спало так же резко, как и наступило. Он что, издевается? Он так разозлился только из-за того, что я Кариночку обидела? Серьезно? - А я, что, матом ее благим послала? - мой голос не выражал никаких эмоций, кроме искреннего раздражения и... Обиды? Да, чёрт возьми, мне было обидно. Обидно, что он защищает ее, хотя она ни капли этого не заслуживает. Почему же сам так с ней разговаривает, а мне, что, нельзя значит? - Ну спасибо, Серебрянская, что не матом. - вдруг повеселел он, озаряя меня своей лучезарной улыбкой. Только вот от этой улыбки мне почему-то плакать захотелось. - А что это вы ее защищаете? - я решила сразу перейти в наступление, чтобы хоть как-то занять себя, только бы не дать волю слезам. Верно, ведь лучшая защита - это нападение. - А ты, что, ревнуешь? - невинно поинтересовался он с улыбкой на лице, все такой же счастливой, что ли. - Ага, больно надо. - я и не смущалась, ни капли. Просто такое чувство внутри поганое, неприятное, что как то не по себе, даже страшно как-то. - Да ладно, Серебрянская, сама себе то признайся. Ты ревнуешь. - вот чего он добивается? Чтобы я сказала "да". Так зря старается, не на ту напал. - Ага, - вновь будничным тоном сказала я, - и так ревную, что сейчас вас изнасилую. Слова как-то сами вырвались и я только потом поняла, что сморозила. Даже неудобно как-то. - Что сделаешь? - переспросил он, явно ошарашенный. - Ничего. Вам послышалось. - нашлась я, внимательно изучая свои кроссовки взглядом. - Schade, ich hätte nichts dagegen.* - пробормотал историк, а я так и застыла на месте. Что он сейчас сказал? Что он сейчас, мать твою, сказал? - Что? - мои брови как-то неосознанно взметнулись вверх от удивления, а сама я была, честно, в откровенном шоке. - Да так, язык практикую. - отмахнулся он, а меня осенило - да он же думает, что я не знаю немецкий? Ведь в нашей школе по программе мы его и не должны знать, но я же не как все, языки - моя страсть, поэтому я и немецкий, и английский изучаю. Но он то об этом не знает! - А это что за язык? Немецкий? - решила я сыграть дурочку. Уж больно интересно узнать, что сейчас он еще может мне рассказать. - А ты на редкость догадлива! - хохотнул он, на что я лишь закатила глаза. - Ну а можете еще что-нибудь сказать на немецком? - невинно поинтересовалась я, мило хлопая ресничками. - Ну а что тебе сказать? - усмехнулся он. - Что-нибудь. - я наивно отмахнулись рукой, будто мне и вправду без разницы что, главное- чтобы сказал. Но на деле то все наоборот. - Ich kann Ihnen sagen, dass Sie in dieser Shorts verdammt attraktiv sind, aber wenn Sie noch kürzer sind, würde ich mich nicht zurückhalten.*- его взгляд оставался таким же холодно-незаинтересованным, но то, что он сказал мне, буквально загнало меня в краску. - А что это значит? - все спросила я, хотя и так все прекрасно поняла, но всё же интересно, что же он мне скажет на это. - Что скоро уже звонок с урока, иди на урок, хоть домашнее запишешь. - хмыкнул учитель, на что я лишь скованно улыбнулась. - Ну вообще это и вас касается, Антон Викторович. - хмыкнула я. - Даже в большей степени. Почему-то его слова меня ни капли не напрягали, а тем более не задели. Было даже приятно, в какой-то степени. Всё-таки это историк такой странный и загадочный, что самой даже как-то страшно. Но захватывающе, до жути. - Ну до свидания, Ярослава. - прервал он мои размышления, осторожно кладя руку на плечо, от чего у меня по телу пробежали мурашки. - Auf Wiedersehen*, Антон Викторович, - отчеканила я, и напоследок добавила: - und ich habe nur tolle Shorts, kein Tropfen kurz.*