Ослепительный и ослепленный

— Вы так ловко со всем справляетесь, — по-доброму улыбнувшись, заметил Эггзи, грея руки о чашку свежезаваренного чая, сидя на диване около растопленного камина. Гарри вытер руки полотенцем и легко опустился в кресло напротив, взяв свою чашку. — Просто Гарри, Эггзи, — Харт мягко улыбнулся, сделав небольшой осторожный глоток. Анвину стало казаться, что этот человек почти всесильный, но к температуре чая он все равно относился осторожно. — Расскажи о себе, — попросил мальчишка, ничуть не смущаясь. — Хочу узнать о тебе побольше. — Это закрытая информация. Гэри различил в отблесках огня на чужом лице улыбку, тщательно упрятанную за фарфор. — Тогда, — подумав, парировал он. — Почему ты вообще впустил меня в дом? Кстати, без обид, но он похож на логово маньяка. Ты такой весь загадочный до задницы, кругом полно мертвых бабочек, ты живешь один, за окном ливень и молнии, и я жду, когда ты начнешь ко мне приставать. Эггзи усмехнулся под конец собственным словам. Внимательно выслушав, Харт, без тени обиды на лице, просто спросил. — А ты хочешь? — Хочу, — нагло ответил Анвин, откинувшись на спинку дивана. — Может, мне интересно, что ты прячешь в спальне. — Я пригласил тебя в дом… — медленно начал Харт, и у Эггзи появилось ощущение, что этот человек всматривается в него через темные очки такими же темными глазами насыщенного кофейного цвета — с другим цветом глаз, пусть и мутным, Анвин его не представлял. — Я пригласил тебя, — продолжил Гарри, и мальчишка сосредоточился на его глубоком голосе. — Потому что у тебя нет денег, чтобы вернуться обратно. Прогноз погоды я посмотреть не могу, а вот услышать — да. Гэри медленно моргнул, ощущая подкатывающее раздражение. Он дотянулся до столика и с громким стуком оставил чашку. — Когда тыкали в меня зонтом, вы задели карман, — Эггзи скрестил руки на груди. — И решили проверить, стану ли я вас грабить или клянчить деньги. Пожалели, как оборванного щенка, чтобы проверить, чист ли я на руку. А я то, ебать, губу раскатал! Молчание Гарри было для него кристально чистым. Вот как оно — каждое его слово подтверждалось тишиной в ответ. Харту просто стало скучно, поэтому он и решил развеселить себя по дороге. Да, это было чертовски глупо, унизительно теперь глупо, что он понадеялся на что-то, проникнувшись к незнакомцу за какие-то два часа. Но он надеялся совсем не на такой интерес, как к эксперименту. Анвин вскочил на ноги. — Эггзи, — Гарри осторожно, но цепко схватил его за руку, пытаясь остановить. — Не верну вам комплимент об омерзительности, Гарри Харт, — процедил Эггзи. — Но я не был рад знакомству. Анвин вышел в коридор и снял куртку с вешалки. Его снова окликнули. — Эггзи, — Гарри вышел следом. — Возьми зонт. Мальчишка остановился, а через секунду ядовито ухмыльнулся. — Конечно, возьму. Он уже держал ладонь на ручке двери, а теперь просто рванул ее на себя, заставляя в дом ворваться нечто наподобие морского бриза на несколько секунд. Гэри отбежал от дома почти до середины улицы и только тогда раскрыл над собой зонт-трость, затем быстрыми хищными прыжками перепрыгивая через большие лужи. Харт прикрыл дверь и снял обычные солнцезащитные очки, посмотрев мальчишке вслед. *** Эггзи прекрасно помнит, как добрался домой. Через слякоть, холод, мерзость, брызги из луж от машин и собственную горечь. Он ввалился домой грязный, с ознобом и дикой усталостью в ногах. Он прошел практически целую сторону света, чтобы оказаться сейчас у себя, один на один со злостью на свое самое глупое в мире сердце. Было просто невозможно влюбиться за такое короткое время в психа со служебной собакой, которая даже не смогла защитить хозяина. Ну и вещь эти чувства! В одну секунду он тебя раздражает своей манерой говорить, а через несколько часов ты убегаешь из его дома, как обиженная школьница, которой залезли под юбку. Можно себе только поаплодировать. А если бы этот Харт оказался маньяком и изощренно убил бы его на глазах у засушенных насекомых, Анвин и вовсе бы оказался в списке номинантов на премию Дарвина, а то и выиграл бы ее, оторвавшись от конкурентов с оглушительным успехом. — Просто охуеть, — простуженным голосом выплюнул Эггзи, плюхнувшись на диван с банкой теплого апельсинового сока и закинув ноги в мокрых носках на журнальный столик. Благо, матери и ублюдочного Дина не было сегодня в доме. Только он и Джей Би. Заслышав хозяина, мопс выкатился из спальни в полумрак общей квартиры, задорно похрюкивая и тихо взвизгивая, когда за окнами послышался раскат грома. — Да, приятель, неудачником тяжело быть, но кто-то же должен, — Анвин поджал губы, постепенно смягчаясь, забрав пса к себе на руки и начиная его ласково тискать. — Представляешь, влюбился в мужика, которого эти ублюдки чуть не убили. Что говоришь? Почему? Мопс если и выражал сейчас что-то, то лишь воплощение умиротворения, а никак не любопытство к откровениям. — Да потому что он охуенный, Джей Би, — Эггзи прижал пса к своей груди, утыкаясь подбородком в его голову и продолжая рассуждать сквозь зубы. — Да, слепой. Но это не самое худшее, что бывает с людьми, знаешь… Вот, к примеру, он просто провел меня за нос. Как-то, блять, наколдовал и все. Я улетел. Джей Би высунул голову и лизнул хозяина в щеку. — Скажи честно, мне не стоило уходить? — Гэри вытянул на руках перед собой пса, а тот раскрыл пасть, часто дыша. Эггзи вздохнул и отпустил малыша побегать по полу. Спать на просиженном не самыми приятными задницами диване в их обшарпанной гостиной ему не улыбалось, а потому Анвин одной силой воли заставил себя подняться и уйти переодеваться, чтобы вскоре завалиться в кровать. *** Дверь хлопнула, пёс угомонился, и звуковая волна на этом прервалась. Гарри скрыл вкладку воспроизведения аудио и плеснул в стакан скотч.