Чего же ты боишься, Валак?

Гулко забарабанившие по крышам домов и сточным трубам капли воды сообщили всей округе, что вот-вот их ожидает новое пришествие сильного дождя. К ним же присоединился и ветер. Под его напором все высокие деревья болезненно согнули свои спины в одном единственном направлении, в том, в котором располагался дом Милены и её семьи и некоторое количество других построек, перекрывающих друг дружку единым строем. Среди этих запутанны закоулков, Валак, ни на шаг не замедляя свой бег, следовал за единственной интересовавшей его на данный момент целью. За Миленой. Даже погодные причуды не смогли сбить его со следа, хоть и дискомфорта доставили не мало. С каждым преодолённым метром дождь усиливал свой поток, уже порядком намочив его волосы и одежду. Больше всего досталось кроссовкам. Прорезиненные подошвы пропитались грязевой влагой и с чавканьем прилипали к стопам. Белый материал вновь приобрёл черноватый оттенок. Напрасно те добрые люди, приютившие его, так старательно их очищали после аварии. Другого здравомыслящего подобное давно бы выбило из колеи и заставило поискать временное укрытие, но только не его. Переждать непогоду и продолжить путь было бы разумным решением, он это понимал, но не смог остановиться. Видимо, здравомыслием Губернатор сейчас не отличался. Осознание того, что у него под носом в открытую выкрадывают хорошую душу, такую желанную и нужную ему и его силам, к тому же не абы кто, а сам пламенный, мать его, Губернатор Ами, двигало его вперёд, придавая ускорения и выводя из себя ни на шутку. В подтверждение его гневу на небе вспыхнул разряд молнии, за которым прогремел оглушительный раскат грома. "Только бы успеть. Только бы не опоздать. Я не могу допустить этого," – вертелось в голове у Валака. Двигался демон строго по тому маршруту, который описал ему бармен. На свои силы он особо не полагался, доверившись исключительно памяти. Мог бы, но опасался, что последовав за магией потеряет сознание, вновь затормозит свои планы и проваляется неделю-другую в отключке. Нельзя было этого допустить. Сейчас нужно как можно реже их применять. Даже с самыми незначительно сложными заклинаниями придётся повременить. Потом он обязательно запитает себя достаточно для их использования, чтобы не испытывать острое побочное недомогание, но пока следовало попридержаться строгого табу. Дом девушки уже должен был замаячить на горизонте, но его до сих пор не было видно. Демону пришлось остановиться и осмотреться. Позади него виднелся полуперекрёсток. Три дома после него. Синий почтовый ящик около третьей избы вслед за ними, рядом с которым он затормозил. Проблема сложилась в том, что следующим строением был не обещанный дом с тёмно-зелёной крышей, аккурат за которым должен был стоять домик с флюгером петушка с отломанным кончиком клюва, а обветшалый сарайчик со стогами сена, укрытыми плёнкой. "Неужели я заплутал? – вздохнул парень. — Нет. Я точно следовал туда, куда мне сказали. Ошибки быть не может", – карие глаза сурово посмотрели на небо. Тучи начали сгущаться и темнеть. И чем плотнее они прижимались друг к дружке, тем сильнее капли дождя ударяли его по лицу. Валак решил более не задерживаться на пустом и продолжил двигаться прямо. Может быть он следовал верно, просто глупый бармен не обо всех домах ему поведал. Забыл про один-другой, и всего-то. С людьми такое часто бывает. Чем страше они становятся, тем забывчивее и глупее делаются. Так оно и оказалось. Вслед за сараем и ещё одним довольно неплохим и ухоженным на вид строением, показался дом с желанной тёмно-зелёной крышей, а рядом с ним – обиталище Милены, с вздымающимся к небу петушком, вращающимся со скрипом из стороны в сторону из-за вновь разбушевавшейся непогоды. Подойдя поближе, его удивило, что входная дверь была распахнута настежь. Под ручкой её бляцкала связка из трёх ключей. Видимо кто-то настолько был чем-то перепуган, что в охватившей его разум суматошной панике не позаботился даже о том, чтобы их забрать. Проведя рукой по ключам, заставляя их ещё громче зазвенеть, Валак ступил на порог. Внутри дома было тихо и довольно-таки темно. Ещё и очень зябко. Колкий мороз окутывал весь первый этаж. Ели уловимое взглядом белое облачком витало над полом, создавая некое подобие тумана. Словно где-то на верху, под крышей, либо же внизу, в подвале, хранились залежи ледяных пород. Поёжившись от холода, накинув капюшон на мокрые волосы, Губернатор направился к первой комнате, находившейся слева, ближе всего от выхода. Она тоже была распахнута настежь, как и окно внутри неё. Полупрозрачная занавеска плавно колыхалась на ветру. На полу Губернатор заприметил лужицу кровавой рвоты, от которой до сих пор несло неприятными зловониями. Это помещение его не привлекало. Оно было маленьким. Вмещало в себя лишь двухспальную кровать, два прикроватных столика и узкий комод. Так же небогато, как и в доме Паинсов, подлечивших и приютивших его на время. Окинув взглядом пол вокруг себя, демон обратил внимание на чёрные пятна и глубокие тонкие трещинки, царапины, тянувшиеся кривым следом от окна спальни и до гостинной. Сделав пару шагов, Губернатор подошёл к подоконнику и присел. Средним пальцем правой руки он принялся водить по одной из царапин от начала её и до конца, замыкая, и пытался сообразить, какому зверю они могли бы принадлежать. По размеру царапин походили на кошачьи, может быть на крысиные, или даже на енотовые коготочки, но никто из них не смог бы так глубоко их вонзить. Так что эти варианты вроде как и подходили, но не до конца. Валак угрюмо поморщил лоб, пытаясь припомнить ещё каких-нибудь человеческих зверей с подобными когтями и сильными умениями впридачу, но ничего не приходило на ум. Эту древесину царапали с таким рвением и упорством, словно тут была борьба, и царапали её уж точно не звери. Губернатор принялся за осмотр чёрных пятен. Коснувшись одного из них, он ощутил колкость и тепло на пальцах. Чёрный след сажи окрасил его бледную кожу. Эти следы были оставлены чем-то горелым, плавящимся. Тут было и дураку понятно. Единственная странность заключалась в запахе. Понюхав след на пальцах, Валак ощутил едкий химический оттенок с душком горелой плоти. Такое ощущение, что горела сера, вернее существо, обтянутое кожей, по веном которого текла сера. "Здесь успел побывать демон Ами, – уверенно заключил Валак. — Следы были оставлены кем-то из её прихвостней... Если не ей самой". Вытерев испачканные в саже пальцы о бок плаща, он направился в гостинную. Нужно было узнать, куда вёл след и где обрывался. Быть может он выведет его к чему-нибудь любопытному. В какой-то момент дорожка поделилась на две: одна вела на небольшую кухоньку, совмещённую со столовой, другая же – к дивану и телевизору. Сперва ему захотелось осмотреть кухню. От туда веяло набольшим холодом. Губернатору это кое-что напомнило. Обычно всегда во время демонического присутствия в помещении становилось невероятно холодно. Так говорили те, кто с ними сталкивался, а так же те, кто их изгонял, ибо сам Валак, как и все остальные обитатели Ада, своего влияния, вроде экстремальной жары, вони или чудовищного холода не ощущали. Вероятно потому, что подобные негативные эффекты были частью их самих. Вспомнив об этом сейчас, он окончательно уверился в том, что в доме побывало существо из-вне. Губернатор завернул за угол, желая поскорее осмотреть второе помещение, и с удивлением замер. Вся кухня была разгромлена в беспорядке хаоса. Залита тёмной кровью. В раковине и на полу её было больше всего, но и до верхних шкафчиков с посудой она тоже умудрилась дотянуть свои тонкие полосы. Все стулья были разбросаны, а мягкие сидушки на них – разорваны в клочья. Посуда разбита, осколками валяясь везде, где возможно было. Стеклянное окно духовки с трещиной взирало на обеденный стол. Белая скатерть, которая раньше застилала его, съехала на пол и встала на дыбы, образовав подобие сугроба. Под ней явно кто-то лежал, а виднеющиеся ему с прохода пальцы, на выпавшей из-под укрытия руке, были тому подтверждением. Медленно пройдя чуть вперёд, Валак с чавканьем наступил на скользкую липкую жижу, разлившуюся чёрной густотой по всему полу. Её было настолько много, что хоть в ладоши зачерпывай и утоляй жажду минуты три. Если бы не первые отголоски рассвета, усилившие видимость пространства, то в первую очередь он подумал бы о разлитой краске, которую рассеянные хозяева собирались наносить на стены, но опрокинули по неосторожности. Но увы, краской тут и не пахло. А пахло, как раз-таки, мёртвым полуразложившимся телом. Поначалу этого не улавливалось в воздухе. Он уж точно этого не уловил. Может быть из-за сильного нервного напряжения и бушующей внутри яврости у Губернатора просто притупился его врождённый острый нюх. Ему не хотелось думать о том, что он настолько начал походить на тех, кого презирал и тех с кем в сласть играл некоторое время назад, что стон недовольства с грозным фырком вырвался у него из глотки. Да так отчётливо, что он и сам этому удивился. Звук был похож на гортанное кроткое рычание с примесью недовольства и шипением в конце. Ощутить сей скверный смрад он смог в полной мере лишь тогда, когда присел над укутанным бренным телом на корточки. Поморщив нос, он бегло рассмотрел поверхностное одеяние мертвеца. Ничего необычного на нём обраружил. Ничего такого, что могло бы ему намекнуть на что-то потустороннее или магическое. Валак медленно стянул с тела скатерть. Когда белая ткань полностью сползла, ему открылость иссушеное, чёрное, жутку обугленное тело, с застывшей от ужаса гримассой. По змеиным формам и грудям Губернатор сразу же понял, что перед ним женщина. К сожалению, уже мёртвая женщина, обнажённая и согнувшаяся в три погибели. Любой крименалист констатировал бы, что она была живьём сожжена, но вот знающему и разбирающемуся в делах потусторонних ясно видно, что сожжение хоть и было, а было оно невероятно мощным, не совсем обычное, произведённо не по-человеческим стандартам. Кожа была обуглена до черноты, но вот кровь из дырок, в которых ранее присутствовали глаза, до сих пор струилась, хоть и вяло, явно свёртываясь и засыхая на воздухе. Да волосы, которые остались на трупе. Короткие, превратившиесяв уголь тонкие соломинки, ужасно обуглившиеся соломинки. Если бы кто захотел их сейчас потрогать, то смял бы их с хрустом в труху. Если сожжение было чудовещно мощным, то почему тогда крови вытекло так много и волосы остались на её голове, хоть и не все и не в первозданном виде? "Тело ещё довольно свежее", – утвердил Валак и поднялся. Судя по тому, что здесь побывал демон Ами, Милены в этом доме быть уже не должно. Осматривать остальные помещения не имело особого смысла, вряд ли он найдёт здесь хоть что-нибудь полезное. Всё, что нужно было, Губернатор уже разузнал. Этого ему хватило. Поёжившись от холода, Валак поспешил покинуть дом. Нельзя терять ни минуты. Они могут очень дорого стоить. "Какие же человеческие тела хрупкие и неустойчивые!" – возмутился про себя Губернатор, в очередной раз вздрогнув всем телом от невероятного озноба, пробивавшего его с того самого мгновения, как он ступил на порог этого дома. Встав на крыльцо, он опешил. С приобретением человечких чувств, слегка сохранив свои собственные, Валак практически перстал ощущать себе подобных на энергетическом уровне. Перестал находить их следы. Он понятия не имел, куда Ами могла утащить девушку. Вариантом было много. Но самым противным вариантом для него сейчас мог оказаться лес. Это не маленький домик, который можно обойти за несклько минут. Это чёртов огромный лес, который он даже не знал! Тут и месяца будет мало, чтобы плюс-минус запомнить и грамотно сориентироваться в его просторах. Внезапно тревожные мысли Валака оборвал донёсшийся шелест из кустов. Словно маленькое животное, вроде ёжика, выискивало где-то там насекомых, прорывая себе проход среди пожухлой травы острым носиком. Демон резко обернулся и подошёл к источнику шума, который тут же прекратился, словно издеваясь над ним и его чувствами. Губернатора это слегка разозлило. Он и так находился на нервах, ещё и это. Постояв ещё несколько секунд в полной тишине, под разбушевавшимся ветром, Валак с лезвенной резкостью раздвинул высокие кусты обеими руками и посмотрел вниз. Какого же было его удивление, что он обнаружил перед собой не ёжика или кролик, а тёмный крупный комочек – собаку. Она испугано сжалась в пушистый клубок, поджала уши и кротко посматривала на того, кто её нашёл. Шерсть была грязной, скомканной и с засохшей поверх чёрной кровью в области спины и морды. — Ричи? – Валак окликнул по имени казавшуюся знакомой ему собаку. Та сразу же оживилась и мигом вскинула голову к нему. Уши встали, как штыки, надеясь повторно уловить знакомую интонацию. — Ричи? – повторил имя пса демон. — Это ты? На сей раз пёс радостно гавкнул ему в ответ. Хвостик его лихо завилял. Подскочив на лапы он словно вытолкал демона-парня подальше от кусов, давая им больше расстояния, и принялся подпрыгивать и пытаться положить свои грязные лапы ему на плечи. Валак брезгливо старался укланяться, но почему-то отпихивать и прогонять его ему сейчас не хотелось. Да и потом, их встреча была сродне чуду. Как только демон начал сомневаться в себе и своих силах, как только начал терять надежду, как только ему потребовалась помощь, тут же появился он – нюхач! Немецкая овчарка по кличке Ричи, которую он с тоской уже успел похоронить в своей памяти. Невероятное совпадение. Валак присел и успокоил пса, придержав его двумя руками за плечи. Тот непонимающе посмотрел на него, высунув язык. — Не ожидал от себя, что скажу такое, но я действительно рад тебя видеть. Ты не представляешь, как вовремя появился, – сказал Валак и пригладил его вздыбившуюся шерсть. Кровь на ней успела засохнуть и намертво прилипнуть. Просто так не оторвёшь. Эту собаку необходимо хорошенько помыть и расчесать. Но это потом. Сейчас есть проблема поважнее, которую нужно разрешить как можно скорее, пока не стало слишком поздно. Придумав следующий план действий, Губернатор сорвался с места и быстрым шагом устремился обратно в дом. Пёс хотел пойти за ним, но тот его остановил, властно приказав сидеть и ждать. Ричи послушался и сел, но любопытство своё не мог унять. Его чуть ли не сдёргивало с места, когда он улавливал громкие звуки, доносящиеся из дома из-за бродящего там парня. Скрип досок особенно его заводил, так и вырывая из пасти сдавленные звуки "хочу". Но этому парню он доверял, успел его полюбить, поэтому не перечил, как бы не хотелось. Сидел и ждал, намокая под усилившимся дождём. Через некоторое время Валак возвратился с носком в руке. Собака радостно вскочила, гавкнула и принялась активно мотать хвостом. — Послушай, Ричи, – обратился к нему Валак. Да так, словно тот здраво должен был понимать каждое его слово. — Эта вещь принадлежит одной двушке... особенной для меня девушке. Мне необходимо, чтобы ты взял след и помог мне отыскать её. Я знаю, лучше собаки с этим делом никто не справится. Вашему обонянию завидуют все животные этой планеты. Несколько секунд Ричи словно прогружал своё сознание, пытаясь понять всё то, что этот двуногий мальчик ему сказал. Чуть погодя перестал махать хвостом, спрятал язык и принялся обнюхивать то, что было у него в руке. Валак кожей ощущал как его горячее дыхание вырывается из его ноздрей всё чаще и чаще с каждой секундой, а мордочка то отстраняется, то вновь приблежается братно к вещице. Втянув незнакомый аромат в последний раз, пёс развернулся и, пообнюхав сперва землю вокруг, ринулся по зову запаха куда-то за территорию участка. Валак спрятал носок в кармане и побежал за ним в догонку, совершенно не заботясь о том, что входная дверь, с торчащими из замка ключами, так и останется не запертой. "Уж чего, а за собаками по следу я никогда ещё не бегал. С одной стороны забавно быть поводчим, а с другой – какое-то странное ощущение терзает моё самолюбие. Словно я нахожусь не на своём месте... Пусть этим лучше занимаются другие демоны, которые обожают подобного род занятия. Если бы не обстоятельства, не сделал бы я ничего подобного," – возмущался про себя Валак, не отставая от собаки ни на шиг. Они с Ричи бежали на идеальном расстоянии друг от друга. Он не ускорялся, а Валак не замедлялся. Потерять его из вида было бы считай невозможным, если бы внезапно, почти на окраине поселения, его ушастая голова не сиганула в сторону леса. Губернатор немного напрягся и ускорился, стараясь выжимать из своих худых человеческих ног самый максимум. Дыхание с каждым метром становилось всё тяжелее. Всё-таки к такого рода пробежкам он не был готов, но отдыхать и жаловаться не было времени. Нужно продолжать, даже если тяжело. Прорвавшись в лес, одолев щель в заборе и небольшую тропинку из кустов, Валак остановился. К его счастью, посмотрев вперёд, он заметил, что Ричи тож остановился. Ему необходимо было поразнюхать следы, которые внезапно были утеряны, чем он весьма бодро и занялся. А может он и не трял их. Может быть он просто ощутил запах Ами и решил удостоверится в чем-то своём, собачьем. Но и ладно. Валак воспринял этот перерыв как сигнал к небольшому отдыху и прислонился к близкому к себе дереву, чтобы слегка перевести дух. До чего же плохо не владеть той силой, которой он владел будучи демоном. Ох, а какой же силой он владел будучи ангелом, даже не вообразить! Когда-то он дал себе слово заполучить её обратно. Как жаль, что в данную минуту он даже думать об этом забывает. Столько всего навалилось на его плечи, аж блевать тянет. Ещё и Милена... Вот повезло же найти самую неудачливую девушку с этом захудолом месте. Причём, если поразмыслить, ему постоянно с этим "везёт". Кого бы он не подчинял и не находил, всегда кто-то мешал ему спокойно довольствоваться найдённым и завладевшим, словно на нём висело какое-то древнейшее проклятие, которое уже не снять. Ричи звонко гавкнул, выводя Валака из мимолётных раздумий и побежал дальше, углубляясь в лес. Губернатор, слегка отдышавшийся, устремился следом. Силы были на исходе, особенно его природные, демонические. С каждым часом он становился всё слабее и слабее, и пока что он ничего не мог с этим поделать. Но вот Уоренны могли бы... Лоррейн... Как же он её ненавидел. Каждой клеточкой своей падшей души. Но почему его так тяуло к ней?.. Она что, его мистический артефакт, котрые должен помочь ему каким-то образом разгадать то, что с ним происходит? И почему он об этом особо не думал, купаясь в планах месте по отношению к ней и только сейчас взгялнул на ситуацию иначе? Адский Губернатор задумался. А вдруг и правда она сможет с чем-нибудь ему помочь? Помочь, к примеру, вспомнить прошлое и узнать правду? Она же особенная женщина, благославлённая святой Луцией, покровительницей слепых... От одной такой мысли Губернатору становилось хуже и больнее, но потеряв почти всё он понял, что даже к злейшему врагу обратится за помощью не так уж и зазорно, чем остаться навсегда в грязи, без нечего, и вечно мучаясь от физичеких недугов и от потерянной памяти, как дряхлый старик, медленно умирая... "А если я и вправду умираю? Вдруг, это мой конец и ничего уже не поможет мне вернуть то, что было утрачено?" – подобны мысли испугали Валака. Ему срочно нужно было добраться до Лоррейн. Сейчас он только с Ами разберётся, снова привяжет к себе наивную девушку, с которой он уже придумал, что сделает в будущем, и сразу же пустится в путь. Напряжение в воздухе нарастало. Гром усилил свои раскаты, сотрясая землю под ногами. Хдынул ливень, из-за чего смотреть не прищуриваясь сделалось уже практически невозможным. Но не смотря на всё это Ричи бежал по следу, устремляясь в глубь хранящего тайны древнего леса. Валаку это очень не нравилось. В груди начало предательски щемить. Приближалось что-то недоброе. Что-то такого, что люди обычно называют неменуемой трагедией.

*===*Чуть ранее*===*

Цепляясь за острые деревянные колышки забора, мужчина на последней оставшейся в его теле энергии чуть ли не доползал до Майкла, своего старого друга. Он понятия не имел откуда у него взялась вся та энергия и силы на бег, но был несказанно этому рад. Тот, к кому он так настырно устремлялся, должен был помочь исправить всё то безобразие, которое он учудил со своей рукой. Калитка его была низкой, поэтому перелезть через неё у него не составила особого труда. На подгибающихся ногах он обошёл кирпичный дом, остановился под окном его спальни и несколько раз постучал, стараясь не разбить тонкую и шаткую стеклину. Ему ответили не сразу. Лишь спустя минуту мужчина заметил как за стеклом зашевелились белые шторы. Затем в просвете между ними появилось перепуганно сонное лицо полного пожилого мужчины с лысой черепушкой и комичными чёрными усами, закручивающимися в две спиральки. — Ты что, совсем идиот? – возмутился мужчина, открывая окно. — Какого чёрты ты делаешь здесь в такую рань?! – Получше приглядевшись к виновнику своего сорванного сна, мужчина заметил тёмные пятнышки крови на его чёрной майке и почувствовал мерзкий смрад чего-то подкисшего. Чуть опустив взгляд, он в ужасе прокричал: — Что ты сотворил со своей рукой! — Послушай, Майкл, – начал мужчина. — Мне нужна твоя помощь. Ты же умеешь вправлять кости? Хотя нет, не отвечай. Я знаю, что умеешь. Я видел это собственными глазами. Мне нужно, чтобы ты вправил мне её. Да поскорее. Потрогав свои усы, пожилой человек округлил глаза. — Рик. Это не вывих. У тебя стопроцентный перелом! Мужчина отстранился и приоткрыл рот, переваривая полусонным мозгом услышанную информацию. Затем нервно усмехнулся, согнулся пополам и принялся истерично смеяться, не на шутку пугая Майкла. — Да неужели?! А я-то думал! – не прекращая смех, выдавил из себя Рик. — Забавно всё так вышло! Только что! Там, у меня дома... Та мышь... Я даже не уверен, что эта тварь была мышью! Я даже не уверен, что всё это было реальным! – Он выпрямился и посмотрел на слушателя своими заплаканными глазами, с некой мольбой. — Прошу тебя, Майкл... Я не понимаю... Пожилой мужчина ещё с минуту наблюдал, как некогда сильный и гордый собой учитель физкультуры, король местных собутыльников, хнычет перед ним как ребёнок, весь в крови, блевоте и со сломанной рукой. Он не понимал, что могло с ним произойти, но то, что случилось, наверняка было очень болезненным. У него промелькнула мысль о жене и ребёнке. А не сделал ли он чего с ними? — Рик... Ты что-то сделал с Дженнифер и Миленой? Но тот проигнорировал его вопрос, усиливая плач. — Рик! – строго сказал Майкл и снова спросил: — Дженнифер и Милена живы? Хлюпая носом, Ричард попытался ответить, но вместо слов с губ его срывались лишь всхлипы. Немного помедлив, собираясь с духом, он всё же заговорил: — Я... Я не думаю, что с ними могло что-то случится... Точно не уверен. Я сбежал сразу же, как у меня появилась такая возможность. Джен была на кухне, а вот Милена... Её не было дома... Ммм, как ж больно-то. Дождь начал усиливаться, а ветер завывать, как голодный и страшный зверь, расшатывая деревья в округе. Мужчине стало жалко своего друга. Он никогда не видел его в таком плачевном состоянии. Были моменты, когда тот влипал в неприятности, но чтоб настолько... — Ладно. Иди к двери. Пущу тебя внутрь. Посмотрим, что можно сделать с твоей рукой. Всё равно поспать уже не получится. Рик с улыбкой безумца и одновременно самого счастливого человека на Земле, ужасно благодарного, быстрым шагом заковылял в входу. Ему очень не хотелось торчать на улице. Ещё пара минут снаружи и он сам начнёт жалобно завывать, подражая ветру. Придчувствие чего-то страшного не отпускало его от самого дома. Чего-то, что преследует конкретно его. Всё это невероятно пугало.