My life with Holmes

Джон Ватсон устало шел по полутемному коридору к двери с ничем не примечательной табличкой «25». Две цифры, простое число. Обычный номер в дешевом отеле, дававшим приют самой разнообразной публике. Привычно оглядевшись, Джон негромко постучал и прислушался. Как он и ожидал, сначала послышались приглушенные голоса, потом тихие шаги, остановившиеся перед дверью и, наконец: - Кто? - Помощь от Билла. Перед ним тут же распахнулась дверь, за которой скрывалось полутемное помещение с неясными силуэтами. Джон с трудом протиснулся мимо внушительных размеров парня, который бдительно обыскал его в узком коридорчике номера и только после этого пропустил дальше. Уровень подозрительности и конспирации заставлял невольно задуматься, но ему уже некуда было деваться. Джон, насколько позволяла нога и трость, уверенно направился на голоса. При его появлении разговор стих, глаза всех присутствующих подозрительно принялись шарить по его лицу, рукам, по трости и по непримечательному чемоданчику, что он всегда брал с собой на подобные вызовы. Одного он даже знал, уже приходилось сталкиваться. Беглый осмотр комнаты рассказал ему о многом, но главное, о неприятностях, в которые он вляпался, если судить по взвинченной публике. Джон заставил себя расслабиться и спокойным голосом спросить: - Так кому здесь нужна помощь? Его проводили в соседнее помещение к неподвижной фигуре на застеленной кровати. Он привычно поставил чемоданчик на пол и грузно опустился на край кровати, помогая себе тростью. Мужчина. За тридцать. В непозволительно дорогом костюме для подобного места, да что говорить, для этой части города в принципе. Темные волнистые волосы, слишком бледная кожа. Джон нащупал пульс, проверил зрачки и невольно поморщился. Передоз. Очередной наркоман. - Ну что, док? - раздался над самым ухом нервный вопрос. Он слышал за собой тихие шаги, слышал сдерживаемое дыхание. Джон заставил себя вздрогнуть, словно чужие слова были неожиданными. - Что он смешал? – странный какой-то наркоман. Классические признаки передоза, и если бы в армии ему не пришлось сталкиваться с определенного рода практикой, будучи военным врачом, он бы в этом не усомнился. - Нанюхался новой дряни, чертов наркоша. Он будет жить? - Если еще не отдал концы, значит, выживет, - Джон брезгливо передернул плечами, отложил трость и открыл свой рабочий чемоданчик. Что же, у него была возможность убедиться в своей правоте. Элементарная проверка неконтролируемых рефлексов, и он будет точно знать, что здесь происходит. - Сгинь, нам с доком кое о чем перетереть надо, - в комнате бесшумно материализовался тот самый парень, с кем ему уже приходилось сталкиваться. Тот довольно бесцеремонно вытолкал приятеля и запер за ним дверь. - Док, какая приятная встреча. Джон подобрался, все пути к отступлению для него были перекрыты. До ванной он не успеет добраться, да и кому звонить оттуда, не в полицию же. Билла пока он точно ни во что впутывать не хотел. В окно прыгать не имело смысла, а за соседней дверью его ждали вооруженные перепуганные юнцы, которые при малейшем намеке на опасность начали бы палить по всему живому. - Чего тебе? И если ты опять предложишь то же, что и в прошлый раз, я затолкаю тебе это предложение в глотку вместе с моим кулаком. Дон. Он прекрасно помнил, как того звали еще с прошлого вызова. В тот раз он еле сдержался, чтобы не открутить ему голову. Вечер явно не задался. Мало того, что Билл вытащил его из бара на вызов, хотя прекрасно знал, как он не любил работать с наркоманами и словом не обмолвился об этой незначительной детали, так еще и этот мелкий засранец нарисовался. Он не любил опускаться до банальных угроз, но в этом случае, ничто другое не помогло бы. Парень подошел слишком близко и, наклонившись, теперь жарко дышал прямо Джону в шею. Судя по частому дыханию и расширившимся зрачкам, не только его случайный пациент решил скрасить себе вечер белым порошком. Или иной химией. - Сделай так, чтобы он больше не очнулся, и выйдешь отсюда живым. Всего то, он уж переживать начал, что ему опять предложат отсосать за полтинник. - И как же ты мне это организуешь? – усмехнулся Джон, неторопливо занимаясь своим делом. Мужчина на кровати еле заметно дернулся и даже очнулся. Как и подозревал Джон, ему попался не совсем обычный наркоман. И сегодня в его планы не входило помогать кому-либо, отправиться на тот свет. - Твои приятели, конечно же, не подозревают, о чем ты сейчас меня просишь… - Все может быть. Джон мельком глянул на часы и нахмурился. Билл его не хватится еще как минимум полчаса. - Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен ему помогать, и я подумаю. - Господин Моран будет тебе очень благодарен. - Себастьян Моран? – с удивлением переспросил Джон. А он-то надеялся, что больше никогда не услышит этого имени. Вечер грозил перерасти из разряда неудавшихся в категорию абсолютно провальных, потому что теперь он серьезно рассматривал перспективу перестрелять всех находящихся в номере. Иначе его просто не выпустят отсюда живым. Или этот засранец попытается убить его или его приятели. В соседней комнате неожиданно послышалась какая-то возня и знакомые приглушенные хлопки, что стало решающим фактором для Джона. Он просто сделал вид, что тянется за чем-то в саквояже, тело действовало само, на рефлексах. Сделать подсечку, завалить на кровать, попытаться выхватить пистолет из-за чужого пояса. Поправка, выбить пистолет, оглушить противника, дальше действовать по обстоятельствам. Тихий щелчок предохранителя над ухом заставил его невольно замереть. Он даже не понял, как мужчина до этого лишь слабо откликавшийся на внешние раздражители, изменил положение и перехватил пистолет и приставил к его виску. Джон медленно выпрямился и выставил руки перед собой в универсальном жесте ладонями вверх. Его внимательно разглядывали серые глаза с расширившимися зрачками наркомана. Слишком внимательные и пытливые, чтобы их владелец был под кайфом. Было неудобно стоять, привалившись боком к кровати, но выбора у него не было. Под ним слабо ворочался оглушенный и дезориентированный противник, что только добавляло неудобства. Медленно, избегая резких движений, Джон оттолкнул слабо шевелящееся тело в сторону. Он так и не успел решить, что ему делать в сложившихся обстоятельствах, как мужчина на кровати резко дернул его и подмял под себя, заслоняя собой от возможной угрозы. Как сильно подозревал Джон, не сделай тот этого, и он, Джон Ватсон, мог встретить свой неожиданный и безрадостный конец. Резко распахнулась выбитая точным ударом дверь, и послышались уверенные шаги нескольких пар ног в армейских ботинках. Ему был знаком и легкий шелест трущейся о бронежилеты форменной одежды, и тихий лязг передергиваемых затворов. Чужие глаза внимательно продолжали изучать его, даже когда в комнате после стихших шагов послышался стук женских каблучков. Джон невольно скосил глаза и с удивлением увидел очень красивую женщину в деловом костюме с двумя мобильниками, один из которых она вложила в протянутую руку его невольного спасителя. Если не считать, конечно же, дуло пистолета упирающегося ему в шею, то можно было бы сказать, что ему повезло выбраться из этой передряги целым и невредимым. Пока целым и невредимым, если он еще что-то понимал в качестве и быстроте проведенной операции. Ощутимое постукивание дулом по подбородку напомнило ему вернуть взгляд к серым глазам. Незнакомец требовал постоянного зрительного контакта, от чего становилось уже физически некомфортно. Джона не покидало чувство, что его обстоятельно анализируют и раскладывают по полочкам. - Да?..., - на том конце, судя по молчанию мужчины, начался затяжной монолог. - Какого черта, Майкрофт! У меня все было под контролем, пока твои люди не вмешались!... Прекрасно!... Я буду не один. После окончания разговора дорогая игрушка полетела в стену. Джон невольно вздрогнул от неожиданного броска и глухого удара. - Знаешь, этот пистолет все еще снят с предохранителя, - шепотом заметил Джон, не решаясь отвести взгляда от чужого лица с высокими скулами и чувственными губами. Нависающего над ним мужчину нельзя было назвать красивым, но в нем, несомненно, было что-то притягательное. Сердце все еще бешено билось подгоняемое всплеском адреналина в крови. С тех пор как он вернулся в Лондон после ранения и продолжительного восстановления, его не покидало чувство, что он просто попал на другую войну. Войну с другими правилами и на иной местности, но все так же требующую постоянных жертв. После знакомого щелчка, Джон невольно вздохнул с облегчением и смог пошевелиться, без риска быть пристреленным. Первым делом он почувствовал колено, упирающееся ему в пах. - Тебе придется поехать со мной, - чужой тон не подразумевал дискуссии, но Джон и не посмел бы возражать. Не тогда, когда он слышал, как в соседней комнате работает команда чистильщиков. - Шерлок, машина подъехала, - поразившая его своей красотой женщина даже не оторвалась от экрана мобильного. Шерлок легко соскочил с кровати и протянул ему руку. Джон с опаской воспользовался предложенной помощью и аккуратно опустил ноги на пол. Он поднял упавшую трость и с легким щелчком захлопнул так и не пригодившийся ему чемоданчик. Он прекрасно мог обойтись и без трости, просто хромой невысокий человек в мешковатой куртке с неприметным чемоданчиком вызывал, как правило, чувство сочувствия, а не опасение. И чем неприметнее ты кажешься в этом районе города, тем больше вероятность, что на тебя не обратят никакого внимания, а Джону совсем не нужно было лишнее внимание. Пока они шли по залитому кровью номеру, он старался лишний раз не смотреть по сторонам. Джон предпочел рассматривать спину в дорогом пиджаке, поражаясь чужому росту. Он всегда считал себя среднестатистическим британцем, и высокие индивидуумы вызывали у него чаще всего чувство удивления, нежели зависть. Он никогда не грешил на свой рост, который во многих случаях был скорее преимуществом нежели недостатком. На улице чуть поодаль от обшарпанного отеля их ждала черная неприметная машина, к которой они и направились. Джон огляделся по сторонам, если бы не темные силуэты, расставленные по периметру, он бы, наплевав на все, попытался сбежать, вырубил бы тростью этого Шерлока, а сам бы свалил и залег на дно. Но интуиция подсказывала ему не делать ничего необдуманного, он заприметил как минимум две отличнейших обзорных точки для снайперов, и ничто не мешало им там находиться. Только разместившись с комфортом на заднем сиденье черного седана, не без помощи своего спутника, Джон вспомнил, что ему нужно было позвонить и предупредить о случившемся Билла. Обыскав карманы в поисках сотового, Джон с подозрением уставился на сидящего рядом мужчину. Он точно знал, что мобильник был при нем, когда они покидали злополучный номер, так как по привычке похлопал себя по карманам. - Мне нужно сделать звонок. - С этого? – ему продемонстрировали его же телефон. Джон нехорошо прищурился, впредь пообещав себе быть настороже рядом с этим типом. Он молча протянул руку, впрочем, не ожидая, что ему тут же вернут пропажу. Серые глаза смотрели на него с интересом и вызовом. Как бы то ни было, но позвонить ему нужно было обязательно. Не хватало еще, чтобы Билл сам сунулся в этот злополучный номер или послал туда кого-нибудь из ребят. Как теперь сильно подозревал Джон, этот Шерлок умел превосходно изображать наркомана, что могло прийти только из личного опыта, а это не добавляло тому плюсов в воображаемом списке качеств, которые в первую очередь оценивал Джон. К тому же это означало, что пока тот притворялся, то слышал весь разговор. Конечно, информации Дон выдал немного. В основном, что Джон, как доктор, бывал как минимум еще на одном вызове. А вот он сам прокололся. Только удивление от упоминания имени человека, которого он никогда бы не хотел больше встречать на своем жизненном пути, могло привезти его туда, где он сейчас находился. Когда Джону надоело рассматривать проплывающий ночной Лондон за окном, он повернулся к своему спутнику, чтобы обнаружить, что тот бесшумно придвинулся ближе и, похоже, все это время развлекал себя, наблюдая за ним, одновременно набирая кому-то сообщения. С сотового Джона. Верх наглости. - Верни мне мобильник, и я не буду выбивать тебе зубы – попробовал Джон. Ловкие пальцы еще не означали преимущества в рукопашной, но Джон не мог рисковать. Никогда не стоило недооценивать противника. - Разреши мне прикоснуться к твоему лицу, и я его отдам. Его еще никогда не просили о чем-то настолько странном. Джон поджал губы, с другой стороны, ничего особенного от него не требовалось. Просто посидеть и потерпеть. - Я правильно тебя понял, ты хочешь прикоснуться к моему лицу? Рукой? - получив на все утвердительный кивок, Джон решился. Даже если его ждал подвох, особого выбора у него не было. - Не больше трех минут, - предупредил он. – И может, уже представимся? - Договорились. Шерлок Холмс. Джон быстро спохватился: - Джон. Джон Ватсон, - он не стал добавлять дежурного «приятно познакомиться». Так как, как никогда считал эту фразу неуместной. В том, что для Шерлока Холмса не существовало концепции личного пространства, он уже смог убедиться и ранее, но все же ему пришлось заставить себя сидеть неподвижно и не пытаться уклониться от пытливых настойчивых пальцев. Его не покидало чувство, что он сидит в опасной близости от действительного ненормального человека, но сделать с этим ничего не мог. Чуткие длинные пальцы начали свое исследование с его скул, переместились к бровям, разгладили лоб, пробежались по плотно сжатым губам, снова вернулись к скулам. Чужие действия казались ему хаотичными и необдуманными, словно за отведенные три минуты Холмс хотел охватить сразу все, а в итоге не знал с чего все же начать. Когда подушечки больших пальцев прошлись по его ресницам, Джон невольно прикрыл глаза. Он терпеливо отсчитывал про себя секунды и обдумывал, что скажет Биллу. Он бы с радостью сообщил бы другу, куда его везут, если бы только сам это знал. Утешало только одно, у него всегда оставалась надежда воспользоваться спрятанным в потайном дне чемоданчика пистолетом. - Время вышло, - Джон с облегчением отодвинулся, насколько позволяло заднее сиденье, подальше от теплых пальцев, которые он до сих пор чувствовал на своем лице. Холмс молча протянул ему его сотовый и, наконец-то, отодвинулся на свою половину сиденья. Голос Билла звучал встревожено, но без ноток паники: - Джон, где ты? Что случилось? - Mən bütün sağ oldum. Mən kimi bir əlaqələr həyata gedin. Zəng haqqında heç bir şeyunutmaq(1). На этот раз Джон бдительно спрятал мобильный в передний карман потертых джинсов, проверив отправленные сообщения, и мельком глянул на своего спутника. Холмс сложил руки в молитвенном жесте под подбородком, и выглядел задумчивым, что, в общем, Джона устраивало. Ему самому было о чем подумать, помимо чужого странного поведения. Например, о том, что они уже выехали в пригород, или что он пропустил ужин. Или что сегодня может и не попасть к себе домой. Задумавшись, он даже не обратил внимания, как машина начала сбавлять ход, пока плавно не остановилась перед не примечательным домом. Одним из многих на спокойной тихой улице. Что им могло понадобиться в доме среди всего этого благополучия, Джон мог только предполагать. Он почему-то ожидал чего-то вроде заброшенного склада, чего-то темного, сырого и неуютного. Джон предусмотрительно захватил из машины свой чемоданчик, но охранник на входе вежливо попросил его оставить его на столе в холле. У него осталась только бесполезная трость, хотя при случае и ей он мог воспользоваться как оружием. Он нервно оглядывался по сторонам, отмечая входы и выходы для возможного тактического и, что более вероятно, поспешного отступления. С каждым пройденным ярко освещенным коридором, каждой закрывающейся за ним дверью он все больше начинал нервничать. Наконец, они вошли в полутемную гостиную, которая, судя по всему, и была конечной целью их путешествия. За круглым накрытым для чая столом их ждал, как предположил про себя Джон, тот самый Майкрофт, с которым Холмс разговаривал по телефону. Дорогой костюм, обручальное кольцо, ухоженные руки с красивыми длинными пальцами. В полумраке ему было четко не разобрать черты лица, но, судя по надбровным дугам и форме носа, перед ним сидел родственник Шерлока. Хотя с такими именами, они могли быть только из одной семьи. Если, конечно же, учитывать, что эти самые имена настоящие. - Здравствуйте, - Джон считал, обязательным придерживаться общепринятых правил и норм поведения, и как вежливый и воспитанный человек, поздоровался первым. И теперь оказался под прицелом уже двух пар внимательных изучающих глаз. - Майкрофт. Мой брат, - все-таки посчитал нужным представить своего родственника Шерлок. – Это Джон. Твои люди избавили его от необходимости делать всю черную работу. Джон нервно облизнул губы, привычка оставшаяся с ним после пыльного засушливого Афганистана. Он постарался, как ни в чем не бывало, оглядеться. Крепкие двери, зарешеченные окна, богатая, но невычурная обстановка. Возможно, он даже дождется приглашения присесть. Хотя сейчас это волновало его меньше всего. - Афганистан или Ирак? – Шерлок замер возле брата. Теперь обоих скрывала полутьма, поэтому Джон, не смотря на отличное зрение, мог только угадывать выражение их лиц. И если лицо Холмса младшего было действительно выразительным, когда тот этого хотел, то старший брат был для него закрытой книгой. - Что, прости? – Джон невольно обернулся, чтобы точно убедиться, что ему за спину никто не зашел, пока он задумался. Никого. Вопрос действительно предназначался именно ему. - Афганистан…. Но как ты узнал? - Я не узнал, я увидел. Твоя стрижка, твоя выправка говорят о том, что ты военный. У тебя загорело лицо, но нет загара выше запястий. Ты был за границей, но не загорал. Ты действительно сильно хромаешь, когда ходишь, но не попросил стул. Как будто ты позабыл об этом. Как минимум отчасти это психосоматическая реакция. Это говорит, что обстоятельства ранения были травмирующими. Значит, ранен в бою. Ранен в бою плюс загар, значит или Афганистан, или Ирак. И принимая во внимание обстоятельства нашего невольного знакомства, военный медик. - Что-то еще? - теперь ему действительно было интересно. - Ты слишком спокойно ведешь себя в стрессовых ситуациях для обычно военного хирурга. В какое бы помещение ты не зашел, то первым делом отмечаешь расположение дверей и окон, составляя возможный маршрут отхода. К тому же, там в номере ты сразу заподозрил что-то неладное и первым делом проверил мою реакцию. Только знающий медик мог распознать мой блеф, и в дешевом отеле в не самом благополучном районе города я не должен был встретить такого. - Это было…. Поразительно, - Джон был удивлен. И если опустить несколько незначительных деталей, этот Шерлок все сказал верно. - Ты так думаешь? - Конечно. Это было удивительно. Это было очень удивительно. Что впрочем, не объясняет моего присутствия здесь. Шерлок осуждающе глянул на него, это Джон уже привыкший к полумраку видел теперь ясно как днем. Ему на мгновенье даже стало стыдно. Но всего на мгновенье, после чего он расслабил мышцы лица и чуть наклонил голову в бок. Обычно это срабатывало стопроцентно. Джон называл это: «посмотрите-я-такой-безобидный-как-можно-позодревать-меня-в-чем-то». - О, этот взгляд мог бы обмануть меня, если бы у меня было меньше времени, чтобы понаблюдать за тобой. - Шерлок, - оборвал брата Майкрофт, привлекая их внимание к себе. - Джон, присаживайтесь, я и так пренебрег всеми правилами приличия, чтобы мой брат мог покрасоваться. Джон благодарно кивнул. Он даже не считал зазорным выбрать стул, с которого просматривались дверь и окна. У него не было основания чувствовать себя в безопасности в компании этих людей. - Итак? – теперь уже обращались не к нему. - Я удивляюсь тебе, Майкрофт. Я думал, ты дашь мне что-то более интересное, чем… Наркотики? Наблюдая за вялотекущей перебранкой между братьями, Джон не мог отделаться от чувства, что присутствует при многократно повторяющемся разговоре, тема которого не менялась, как минимум, несколько лет, если не больше. Оставалось неясным, зачем было впутывать его. Джон нерешительно поерзал на стуле. Он порядком устал. И теперь, когда адреналин не гнал кровь по венам, ему приходилось прикладывать немало усилий, чтобы оставаться собранным и внимательным. Все же он уже стал староват для подобного времяпрепровождения. Дождавшись кратковременного затишья, он все же решился вмешаться: - Извините, конечно, не хотелось бы нарушать семейную идиллию, но может, уже скажете, что вам надо конкретно от меня, и покончим с этим. Братья обменялись одним им понятными взглядами и практически синхронно повернулись к нему. - Я хочу его, - Шерлок не сводил с Джона странно мерцающих глаз, от чего ему стало неуютно. Он с возмущением подобрался. Это было так по-детски, словно младший Холмс просил у брата купить ему щенка. - Я до последнего был уверен, что это твой человек. - Джон, вы должны простить моему брату его бестактность. Боюсь, это полностью моя вина. Я всегда потакал его желаниям…. И вот он результат. - Это, конечно, печально, но…? Майкрофт плавным движением извлек из кармана пиджака телефон, демонстративно пролистал несколько файлов и с чувством выполненного долга и удовлетворения передал тот раскачивающемуся от нетерпения Шерлоку. После чего вынес свой вердикт: - Судя по вашему послужному списку и полученной квалификации, вы являетесь идеальным компаньоном для моего брата, будучи не только прекрасным врачом, но и солдатом. - Я запомнил, где выход. Приятно было познакомиться. Провожать не надо. Всего доброго, - Джон встал и даже успел сделать несколько шагов по направлению к двери. - О, не будь таким! – Шерлок преградил ему дорогу и теперь нависал над ним с высоты своего роста. - У тебя не причин отказываться, кроме надуманного возмущения. Не считая брата-алкоголика и оставшихся после армии немногочисленных связей, круг твоего общения ничтожно мал. Случайные знакомства в барах и на подпольных драках не считаются. Ты ищешь адреналина, рискуя попасться на подпольных операциях или быть убитым в случайной ночной перестрелке. Со мной тебе будет иначе. Еще лучше. - Какого черта! Но как ты…? - Да, Джон, мне достаточно было увидеть твой мобильный телефон, чтобы узнать, что твой брат пьет. И я смог прочитать, что ты военный по твоему лицу и ноге. И ты бы не оказался в том номере, если бы не искал возможности привнести в свою жизнь опасности. - Тогда ты с таким же успехом мог увидеть, что я презираю наркоманов, и не соглашусь добровольно работать с одним из них. Всего доброго. - Я… - Шерлок. Доктор предельно ясно выразил свою позицию, - в голосе старшего Холмса послышались угрожающие нотки. Люди умеющие звучать убедительно, не повышая голоса, всегда вызывали у Джона невольное уважение. - Но… - Всего доброго, Джон. Было приятно познакомиться. Джон практически вылетел в коридор, и насколько позволяли нога и трость, поспешил к выходу. Если бы не камеры, отслеживающие каждое его движение, он бы с радостью отбросил конспирацию и покинул бы это здание еще быстрее. Он с опаской ожидал, что охрана на входе не выпустит его, но все обошлось. Ему даже вернули его чемоданчик. И подали машину со словами: - Вас подвезут. Джон с облегчением перевел дыхание, он уже прикидывал, как будет бродить по ночным спящим улицам в поисках ближайшей станции, чтобы утренним поездом вернуться обратно в Лондон. На его счастье эти Холмсы были выше мелочной мести. Обратная дорогая показалась ему практически бесконечной. Он как можно более незаметно достал упакованный в потайное дно пистолет, и спрятал его за пояс. На тот случай, если конечной остановкой в их маршруте все же будет не улица, до которой он попросил его подбросить. Только когда подвозившая его машина скрылась из виду, он позволил себе шагнуть в спасительную тень переулка и перевести дыхание. До его небольшой съемной квартирки было шагать еще два квартала. И хотя он подозревал, что его нежеланные знакомые знали не только, где жил он, его сестра (а не брат, как неверно предположил Шерлок), где жили Билл и его действительно немногочисленные приятели, для собственного успокоения он все же решил перестраховаться. Дом встретил его привычным шумом ругающихся в два часа ночи соседей, басами музыки и глухих стонов. Джон устало прислонился к запертой двери. Пистолет знакомым силуэтом вжался в спину. Он, наконец-то, был дома. Махнув рукой на голод, Джон стянул куртку, сбросил ботинки и рухнул на по-армейски аккуратно застеленную кровать. Перекатившись на бок, он не без усилия извлек сотовый из кармана джинсов и медленно набрал сообщение Биллу. Ответный звонок раздался практически сразу же. - Джон? Все в порядке? - Я практически сплю на ходу… Жив, здоров, позвоню завтра. Отбой. - Отбой. Джон смотрел на знакомый экран, пока тут не потух и в его глянцевой поверхности не стали отражаться ночные огни города, заглядывающие в его незашторенное окно. Через несколько минут бездумного лежания он все же решил сделать над собой усилие и стянул одежду, свалив ее прямо на пол. Пистолет отправился под подушку вместе с мобильником. Сон пришел не сразу. И только умение засыпать в любое время, в любом месте и в любой позе, пришедшее к нему после долгих дежурств в полевых госпиталях, наконец-то позволило Джону дать телу долгожданный отдых. И если ему снились стрельба в пыльных ущельях Афганистана и крики раненных солдат, он блаженно не помнил этого, проснувшись по привычке на рассвете. Джон потянулся, боль в плече напомнила о себе легким покалыванием. Но, несмотря на это, он позволил себе насладиться редкими минутами спокойствия и тишины. Ни грохота музыки, ни ругающихся соседей, только обычные звуки просыпающегося города. Он не любил эту квартиру и эту часть города, но никогда бы не променял Лондон на более спокойный и доступный для проживания пригород. Если бы только ему удалось найти подходящую работу. Но не с его тремором, который пропадал только в стрессовых ситуациях, и штампом о профнепригодности на личном деле. На худой конец, он мог бы поискать сносного соседа…. Но пока Джон не готов был делить крышу еще с кем-либо. Занимаясь привычной утренней рутиной, он то и дело мысленно прокручивал в голове события прошедшего вечера и ночи. Ни полиции, ни лишней шумихи. Странный заложник, который нужен был живым настолько, чтобы рискнуть пригласить доктора. А с другой стороны, нужен был мертвым без лишних подозрений. Не очень походило на разборки местных наркоторговцев. Не тот уровень, уж слишком профессионально все было проведено. Он не без основания полагал, что при таком раскладе от него так легко не отстанут. Можно было бы залечь на дно. Но не со столь печальным состоянием финансов, как у него. Если бы только не его пристрастие к азартным играм, то наличности в его кошельке было бы куда больше. Возможно, он был не совсем справедлив к этому Холмсу. У всех свои пагубные привычки. Просто с некоторыми он согласен был мириться, а с некоторыми – никогда. Наспех позавтракав яблоком и чаем, Джон быстро оделся, не забыв спрятать за пояс пистолет, подхватил привычную трость и с тихим щелчком закрыл за собой дверь. На ходу набирая номер Билла, он никак не мог решить, что же из случившего мог бы без оглядки рассказать, а чего стоило не упоминать. - Ты сейчас свободен? – вместо приветствия сразу же спросил он. Услышав утвердительный ответ на том конце, он немного успокоился и сбавил шаг. - Скоро буду. Ему постоянно казалось, что за ним наблюдают, но, сколько он не приглядывался, никого так и не смог засечь. Пройдя вместо утренней пробежки три квартала, Джон еще больше проголодался и решил, что ему все же не помешает подкрепиться перед предстоящим разговором. Вряд ли в холостяцкой дыре Билла его ждал сытный завтрак. Уныло пересчитав наличность, Джон заскочил, как он точно знал, в довольно приличное заведение и заказал омлет с чаем. Возможно, сегодня ему стоит вновь испытать удачу и попытаться отыграться за прошлый проигрыш. Это или набрать смен у Билла. Хотя в свете последних событий от последнего ему, скорее всего, пока стоит воздержаться. Он долго мучил дверной звонок, пока ему открыла какая-то сонная девица со спутанным темными волосами и некрасиво размазавшимся по лицу макияжем. - Кто это? – послышался знакомый голос откуда-то из ванны. - Твой приятель! Симпатичный! – прокричала в ответ девица и шлепнула Джона по ниже спины. Билл тут же выскочил в одном полотенце, мокрый и свежевыбритый, чмокнул подругу куда-то в район уха и подтолкнул в сторону кухни: - Займись завтраком. После чего потянул Джона за собой в ту самую ванну, из которой только что появился. Запер дверь и включил воду. - Рассказывай. - Рассказывать нечего. Я так и не дошел до того номера. Какие-то серьезные ребята меня завернули и вежливо отправили, откуда явился, - отчитался Джон, прислонившись к двери. Билл молниеносным движением прижался к нему всем телом и жарко задышал в шею: - А теперь, что произошло там на самом деле. Сегодня пара мутных типов уже наводили о тебе справки. Кто такой, где вчера был, где сейчас… - А было там вот что, - зло зашептал Джон, - ворвались вооруженные до зубов и обученные профессионалы, перестреляли там нахрен всех, по-тихому зачистили номер, как будто и не было никого. А мою задницу спас тот самый накроман, к которому меня и вызывали. Как тебе такой расклад? - Хреновый расклад, Джонни. Вызов был стандартный. Обычный передоз. Билл неожиданно поцеловал его в шею. - Что… Зачем?! - Джон даже возмутиться не смог, настолько был ошарашен. – У меня теперь засос останется. - Для конспирации. - Блять, какая нахер конспирация?! - его начало потряхивать от возмущения. Не каждое утро заканчивается тем, что стояк друга упирается тебе в бедро. - Ну, тогда можешь считать, что я воспользовался возможностью пообжиматься с тобой, - оскалился Билл и недвусмысленно потерся об его ногу. - Ты опять за свое? - Я никогда и не прекращал. Джон всматривался в карие глаза человека, который на себе вытащил его из-под шквального огня, и пытался понять, как он умудрился оказаться в столь паршивом положении. В армии было легче. Каждый день они жили под угрозой быть убитыми или раненными. Или протянуть еще неделю и перебраться на другую базу, где их ждали отсутствие горячей воды, отвратительная еда и сон урывками под аккомпанемент разрывающихся снарядов и стоны раненных. Там все было проще и честнее. - Джонни… прости, - Джон терпеть не мог, когда его так называли, но Билла никогда не поправлял. Теперь это была сырая неприветливая Британия вместо пыльного неприветливого Афганистана, а у него было чувство, что ничего так и не изменилось. И иногда это пугало его до дрожи в коленях. - Проехали. Он просто открыл дверь и прошел на кухню, где во всю хозяйничала молодая и, если смыть косметику, довольно симпатичная девушка, с которой Билл без сомнения кувыркался всю ночь. Она окинула его оценивающим знающим взглядом и подмигнула. - Пахнет чем-то вкусным, - следом вошел Билл, успевший натянуть штаны. Завтрак прошел ожидаемо уныло. Джон не смотрел на друга, а тот не сводил с него глаз. После он скомкано попрощался и направился к входной двери. На пороге Билл перехватил его, подперев дверной косяк плечом и не давая Джону пройти дальше. - Ты что-то решил. Я знаю это выражение лица. - Ты ошибаешься, - соврал Джон. – Мне кое-что надо сделать, поэтому ты должен меня отпустить. Он опять соврал. И Билл это знал. Он слишком хорошо знал его. - Хорошо. Хорошо, Джонни, как скажешь. За порогом дома, в котором жил Билл, его встретил обычный лондонский день. Не успел он пройти и двадцати метров, как услышал телефонный звонок. Потом еще один, и еще. Не выдержав надрывных трелей, доносящихся со всех сторон, он зашел в ближайшую телефонную будку и поднял трубку. - Да? - Здравствуйте, Джон. Сейчас рядом с вами остановится черный седан. Прошу вас сесть в него. Какой-то блик привлек его внимание, Джон присмотрелся к камере соседнего здания, та была направлена на него. Он огляделся. Камеры со всех ближайших к нему домов повернулись в его сторону. Джон похолодел. Рядом действительно остановилась черная машина и мигнула фарами. И ему ничего другого не осталось, как сесть внутрь. - Здравствуйте, Майкрофт. Знаете, вы слишком настойчивы. - Я просто очень хочу, чтобы вы согласились, Джон. И был бы счастлив, выплачивать вам солидную сумму на постоянной основе, чтобы облегчить вашу жизнь. - Почему? - Потому что вы не богатый человек. - Я не об этом, но ладно. В обмен на что? - На помощь. Вы могли уже убедиться, что Шерлок не всегда может позаботиться о себе сам. Кто бы знал, насколько он нуждается в постоянном присмотре. Вы его удивили. И вы ему понравились, а ему за редким исключением никто не нравится. - При всем уважении к вам Майкрофт, я не изменю своего решения. - Если единственной причиной вашего отказа является неприятие определенных его привычек…, - старший Холмс как можно более тактично пытался обойти одно единственное слово. Ключевое слово. - Нужное вам слово - наркозависимость. - То он чист. Уже пять лет не принимает ничего сильнее никотина. - Мне нужно время, чтобы обдумать ваше предложение, – новая информация действительно давала повод задуматься. - Куда вас подвезти? – быстро сориентировался Майкрофт. - Высадите здесь, пожалуйста. Проводив взглядом полированные бока черной машины, Джон растерянно огляделся. Пусть смотрят, пусть видят, ему нечего было скрывать. Он на самом деле выглядел так же, как и чувствовал себя. Хреново. Джон весь день бесцельно прошатался по городу, пока нога не стала болеть по-настоящему, напоминая о давней травме. Он сидел на автобусных остановках, когда натруженные ноги требовали отдыха, и разглядывал прохожих. Люди вокруг куда-то спешили, занятые повседневными делами. Отдохнув, он продолжал бродить, сливаясь с толпой и заглядывая в красочные витрины. От обилия лиц и цветов кружилась голова, но он с жадным вниманием всматривался в прохожих и пытался понять, что же с ним не так. Почему он не мог жить, как другие, спокойной размеренной жизнью, без опасности и постоянного стресса? Почему он не мог отпустить прошлое, хотя столько раз обещал себе сделать это и просто жить? Мобильник ожил в кармане, оповещая его о новом сообщении. Он специально остановился прямо посреди улицы и теперь слушал недовольное бормотание проходящих мимо. Бейкер Стрит 221 В. Приходи сразу, как сможешь. ШХ. Так просто. Он не собирался отвечать, не видел смысла, но текст следующего сообщения заставил его невольно улыбнуться. Если не можешь сразу, все равно приходи. ШХ. Он так устал бесцельно бродить по этому городу. Для чего бы он не понадобился обоим братьям, у них точно была какая-то цель. Поэтому знал, что Шерлок еще не закончил с ним. Может быть опасно. ШХ. И Джон решился. (1) - У меня все в порядке. Выйду на связь, как смогу. Про вызов забудь, ничего не было.