Свадьба по приказу Её Величества.

      Это утро в поместье Дартмут выдалось на удивление солнечным —  и дело было даже не в голубом ярком небе, а в присутствии милой пожилой дамы, которая отличалась от своей молодой дочери лишь тремя десятками лет. Хотя по озорным голубым глазам ей можно было дать не больше сорока. Леди Катерина любила свою единственную дочурку и именно поэтому сейчас вместо слуг подливала горячий кофе в маленькую чашечку молчаливого зятя.       Дочь в это время тихо помешивала сахар в своей чашке и молила бога, чтобы все обошлось и матушка не перестаралась с заботой.       — Уолтер, дорогой, вы выглядите таким уставшим. Вам нужно больше времени проводить дома и отдыхать. Анна, душенька, ты совсем не заботишься о супруге!       — Не стоит переживать, леди Катерина, я хорошо себя чувствую, а после вашей заботы так и подавно.       — Ну, какая я леди Катерина? Просто мама! … Съешь еще один пончик, дорогой.       Дама придвинула тарелку со сладким поближе к хозяину поместья и с улыбкой вернулась на своё место, рядом с дочерью. Мужчина занял свой рот сдобой, видимо, чтоб не сказать ничего лишнего, а молодая девушка, напротив, чуть не подавилась горячим напитком.       — Ну, рассказывайте… — начала гостья, лишь попробовав чай на вкус, — … чем вы тут занимались весь месяц?       «Ругались. Купались в бассейне. Дрались», — начала в уме перечислять молодая графиня. Ее муж, будучи более взрослым человеком ответил иначе:       — Гуляли, знакомились с соседями. Анна даже нашла тут друзей. Правда, дорогая?       «Правда, мы чуть глаза друг другу не повыцарапали, а так да, нашла».       — Конечно, дорогой. Твои друзья — мои друзья.       — А вы уже решили, как назовете первенца?       Девушка все-таки подавилась от неожиданного вопроса.       — Мы не…       — Мы не могли решить без вас… матушка, — в очередной раз вмешался мужчина, улыбаясь своей самой счастливой улыбкой.       — Вот и правильно, дети. Я давно уже все придумала. Если будет мальчик, назовете Альбертом, а если девочка — Гваделикой…       Через пять минут граф, ссылаясь на дела, покинул поместье и вернулся только поздно ночью.       — Уил?       — Да, это я.       — Ты где был? Я переживала, — сонно пробормотала девушка, переворачиваясь на бок, чтобы освободить одну половину кровати для мужа.       — Твоя мама еще не уехала?       — Понимаешь, тут такое дело…       — Энн, только не говори, что она у нас останется…       — Она решила, что я жду ребенка и мне нужно помочь с поместьем…       — Да ты наверное шутишь, — простонал граф, хватаясь за голову…       Весь объем помощи молодые супруги смогли оценить только утром следующего дня. По дому, помимо слуг, блуждала уйма незнакомых людей во главе с леди Катериной. Со стороны они выглядели как маленькая армия с генералом.       — Что здесь происходит? — задал вполне здравый вопрос хозяин дома, повстречав данную процессию возле своей спальни рано утром.       — Доброе утро, дорогой. Это плотники. Они займутся ремонтом детской!       — Какой детской?       — Для Альберта, конечно! Тут же совершенно нет условий для жизни детей. Пролеты на лестнице слишком широкие, некоторые окна не закрываются, шкафы шатаются… Ой, сколько дел, но не волнуйся, я всем займусь.       Женщина, не ожидая ответа от побледневшего мужчины, уверенно пошла дальше и не слышала его слов «Будь проклят тот день, когда я согласился на этот брак!»       Стройка закончилась только спустя две недели. Нет, все остались живы, и даже зять начал относиться к тёще более благосклонно. Все-таки именно благодаря этой активной женщине он смог заключить выгодный контракт. Если раньше барон Ристолли считал его наглым мальцом, то теперь он в его глазах превратился в достойного семьянина. У леди Катерины была одна золотая черта — она умела достигать своей цели и, конечно же, как и любая мать, желала только счастья своим детям, которых сейчас у нее стало на одного больше.

***

      Однажды вечером, когда вся семья собралась за обеденным столом, произошла одна интересная беседа.       — Уолтер, дорогой. А твои родители живы? — спросила его названная матушка, накладывая в свою тарелку гарнир из спаржевой фасоли и кабачка.       Сейчас у них дома была только здоровая еда.       — Моя мать умерла при родах.       — О Боже, мне так жаль. А отец? Ты знаешь своего отца?       — Он не стремится к общению, а я уже вырос из того возраста, когда есть острая потребность в старшем родственнике.       — Не говори глупости, дети всегда остаются для нас детьми, даже если у них самих рождаются дети. Может быть, я бы смогла с ним поговорить?       — Это бесполезно. Думаю, его заинтересует только моя кончина.       — Ох, думаю, ты слишком сгущаешь краски. Возможно, у тебя есть другие родственники? Тети? Дяди?       — У меня нет других родственников.       — Не расстраивайся, сынок, зато теперь у тебя есть мы!