Пятна света на паркете

— Итак, давай разберемся, — Джексон нервно вздыхает и упирается взглядом в сидящего на стуле напротив кота. — Ты как бы гибрид, что ли? — Я бы попросил повежливее, молодой человек, — Ван только отвернулся, а на месте кота уже сидит Марк в своем человеческом обличье, — оборотень я, чистокровный, между прочим. — Я же просил быть просто котом! Марк тихо посмеивается с того, как Джексон в приступе отчаяния падает головой на стол и на обнаженного него совсем не смотрит, а после так вообще резко встает и бежит куда-то. Слышится скрип, а затем и шорох напополам с чертыханием. Через секунду в Марка прилетает стопка одежды, состоящая из огромной белой футболки, боксеров и шорт. Марк косится на это все, пока Ван стоит к нему спиной и явно ждет. — Ты оделся? — Кайе садится на свое прежнее место и смотрит на Марка, который, как он надеется, уже не светит всем, чем только можно. Вроде все закрыто, теперь Джексон может дышать уже спокойнее. — Так вот, что ты вообще здесь делаешь? И почему своей жертвой выбрал меня? — Ты не жертва~, — тянет довольно Марк, пока играет с собственным хвостом, — это честь для тебя! Марк плавно поднимается и подходит к Вану. — Я же просил одеться! — Джексон визжит, когда наглый кот, что, оказывается, надел только футболку, которую хвост приподнимает выше дозволенного, садится к нему на колени. — Ваша одежда такая неудобная, — мяучит жалобно Марк и трется о грудь Вана, — хвосту неудобно, — выбивает того из колеи, а потом вообще добивает. — Почеши меня, Джексон. Кайе вот так смотрит и понимает, насколько он идиот. Надо было просто забыть, позвонить в приют, да спилить это чертово дерево, что стало путем для Марка в его квартиру! Но ушки у того очень даже мягкие, как и волосы, даже в человеческом обличье. Хоть и тяжеленький котяра, но все такой же тактильный. А когда Марк начинает громко мурчать, как старый автомобиль, Джексон так вообще умиляется. Чисто из интереса Ван ведет рукой ниже по спине замершего Марка и аккуратно касается хвоста, которым тот медленно махает в воздухе. Из-за такого прикосновения Марк подрывается и шипит прямо в лицо: — Еще раз тронешь мой хвост, и я расцарапаю тебе лицо. Марк встает с чужих коленей и вальяжной походкой, сверкая задницей из-под задранной футболки, уходит в одну из комнат. Чуть позже Джексон находит в гостиной кота, нежащегося в пятне солнечного света. Таким Марк нравится ему больше, и Ван с легкой улыбкой усаживается за рабочий стол, начиная негромко печатать, в тайне надеясь, что Марк не задымится от того, что очень долго лежит на палящем солнце. Тихо и спокойно, никто не тревожит, и в квартире сквозит тепло и уют. Мысли наконец не забиты ненужным, и в голове теперь лишь некоторая неопределенность. Все-таки с Марком будет намного больше проблем, чем с обычными котами, да и слишком безрассудно это. «Вот до чего доводит одиночество и отсутствие нормальных отношений» Кот неслышно фырчит и жалобно попискивает во сне, привлекая к себе внимание. Такой маленький и хрупкий комочек, что хочется просто прижать к себе и не отпускать никогда. Но потом Кайе вспоминает более наглую сторону этого создания и давит в себе ненужные порывы, полностью уходя в работу с головой. На комнату медленно накатывает вечер, приятным полумраком ложась на плечи. Ван замечает изменение времени суток совершенно случайно, когда глаза устают пялиться в экран, и он отрывается немного размяться. Стоит ему только потянуться, с удовольствием прикрыв глаза, как на колени прыгает кот, заметивший копошение со стороны «хозяина». — Что делаешь? — Джексон пугается неожиданно раздавшегося голоса и чуть не скидывает кота на пол. — Черт, ты даже так можешь говорить? — Кайе разочарованно вздыхает под звонкий смех Марка, что устраивается на коленях. — Работаю я. Рука сама ложится на мягкую шерсть животного и аккуратно поглаживает, на что кот жмется ближе, радуясь чужой ласке. Марк снова засыпает, мерно сопя, пока Джексон уже на автомате гладит его по спине и, не удержавшись, целует между ушей. Ощущения очень приятные, и Ван ставит галочку повторить так снова. Общество пушистого комка расслабляет и повышает настроение, несмотря на невозможность сменить позу — будить Марка в планы Джексона не входит. Он продолжает так же работать, чувствуя тепло тела на своих ногах. А потом как-то слишком резко на коленях оказывается уже обнаженный юноша, на которого Ван смотрит шокировано. Хрупкий, даже когда человек. Марк обнимает всеми конечностями, но потихоньку скатывается вниз, вынуждая Кайе принять сложное решение. Он поднимает того на руки и очень аккуратно несет в свою комнату; видимо, покупать для него спальное кошачье место бесполезно, если Марк собирается каждый раз перевоплощаться. Самое сложное — не бегать взглядом по нежной коже и изгибам, с этим он справляется почти идеально. Джексон кладет Марка на кровать и уже хочет уйти, но тот обвивает хвостом во сне чужую ногу, не давая так просто покинуть комнату. Он выглядит так трогательно, что будить его Вану кажется кощунством. Размышляет он довольно недолго, осознавая, что это начало какого-то нового этапа в его жизни. Что с ней сделает Марк, Джексон не знает, не может даже предугадать, но чувствуется что-то такое в этом коте, что невольно просыпается желание окружить Марка заботой и… возможно, любовью, но заикаться о таком все же рано. Хвост, обмотанный вокруг джексоновской ноги, все еще держит его, а сам Марк причмокивает во сне, лишь разрушая любые мысли о том, чтобы сейчас просто уйти. «Я и так сегодня много поработал». Ван укладывается рядом, наслаждаясь приятным фырчанием, позволяет обнять себя и тут же погружается в сладкую дрему, где на полянке около сотни котов цвета кофе с молоком.