Влюбленный. Без памяти

Мы в душе. Эдвард обследует меня намыленными руками. Его пальцы то и дело входят внутрь меня. Его объятия больше похожи на захват. Мои губы горят, член стоит от его прикосновений, слабеют ноги. — Сейчас умру… — Пойдём… На ватных ногах еле дохожу до кровати. Состояние: делай со мной что хочешь, только сними это напряжение! Сам становлюсь в коленно-локтевую: — Эдвард, не тормози. Его тяжёлое дыхание за спиной, прохладное масло на моём пульсирующем анусе. Скорей же, я почти невменяем. — Сейчас, сейчас, малыш… какой же ты сексуальный… Боль. Мерзкая боль. — Эд, помедленней, больно… — Оуу, ты такой узкий… Расслабься… — Ммм… не торопись же… — Не сжимай меня… Его пальцы ложатся на мой член и начинают движения. Задыхаюсь от боли. Взрыв в мозгу. За спиной слышу сопение Эдварда и облегчённый выдох. Какой кайф, что это наконец-то закончилось.

***

Я проснулся от настойчивых прикосновений губ к моей шее, затем эти губы переместились к мочке левого уха. Было немножко щекотно, и мурашки побежали по коже. Я улыбался, но не открывал глаза. — Джей, ты же проснулся, — его настойчивые пальцы скользнули вниз по обнажённому телу. — Не-а, — ответил я, не открывая глаз. — Ну, хорошо, — он начал ласкать промежность и сильно сжимать ягодицы. В паху отозвалось мгновенно. Затем я почувствовал прохладу лубриканта на своем анусе. Эд не торопился, он наслаждался процессом. Его руки продолжили мять мою эрогенную зону, а губы влажно касались спины и плеч. Наконец его палец скользнул внутрь меня. Я старался расслабиться. Вчера было больно, так как от непривычных ощущений я то и дело напрягался. Сейчас я старался расслабить все мышцы и отдать себя во власть умелого любовника. Лубрикант немного притуплял боль от вторжения Эда. Когда он кончил, возбуждение только-только овладело мной. Умоляюще уставился на снимающего презерватив Эдварда. Он улыбался как сытый кот, но понял мой взгляд правильно. — Сейчас помогу, малыш, — пообещал он, сдвигая меня за ноги на край кровати и приникая губами к головке. Его пальцы гладили промежность и яички, а язык скользил по стволу. Я закрыл глаза от кайфа и подался бедрами ему навстречу. Он впустил меня глубже. Я схватил его за затылок, задавая темп. От возбуждения я не смог удержаться, и моё семя вылилось ему в рот. Я не ожидал, что он сглотнет, но он это сделал. — Эд… прости… — А ты вкусный, малыш, — он облизнул тонкие губы.

***

Я провалялся в номере Эда до конца недели, сотрясение все еще давало себя знать сонливостью и непереносимостью резких запахов. В воскресенье он должен был улетать в Нью-Йорк, где его ждала работа. Все эти дни, точнее ночи, я старался держать его рядом с собой, иногда мне это удавалось. Он предпочитал меня пьянкам, но я был далёк от его мира. Кроме секса, у нас мало было общего. Всё дневное время я «лопатил» интернет в надежде хоть чуток понять тот мир, которым живёт он. Читал критические статьи, смотрел интервью, фильмы. И, конечно, у меня был соперник. Великолепный Стив Джойс. Сериалы с ним я обожал. Эд периодически созванивался с ним, и я уже начинал понимать, что этот соперник мне не по зубам. Эдвард разговаривал с ним подолгу, очень по-семейному. Но пока мне хватало того, что каждую ночь Эд кувыркается со мной. Не знаю, была ли это влюбленность. Мне нравилась его сила, уверенность, стиль. Не думалось о том, что он на двадцать с лишним лет старше меня. Все эти дни он заботился обо мне, не позволяя тратить из моих денег ни цента, он спрашивал про моё самочувствие, заказывал мои любимые блюда, следил за приёмом лекарств. Вечерами он рассказывал мне о фильмах, людях, книгах, странах… Он знал так много. — Завтра утром приедет Стив, — объявил мне Эд в пятницу вечером. — Оу-е! Наконец-то познакомлюсь! Но мне, наверное, стоит убраться из твоего номера? — Глупости, Стив мой близкий друг. — Такой же, как я «близкий друг»? — не удержался я от подкола. — Вовсе нет, а на твоем месте я бы меньше верил всякой ерунде из интернета. У каждого из нас есть личная жизнь, и нам не нравится пускать в неё чужих, — произнося это, Эдвард стоял спиной ко мне и выражения его лица не было видно. — Мне не афишировать наши с тобой отношения, так? — От Стива у меня нет секретов, Джей, но в остальных случаях, прошу, веди себя сдержанно. — Замётано, обещаю. В эту ночь, словно смертник, хватающийся за последнюю надежду, я ласкал Эда как никогда раньше. Перецеловал каждый дюйм его тела, попробовал на вкус самые интимные места, пил страстные стоны с его сомкнутых тонких губ. В награду за это я получил «шестьдесят девять» вместо болезненного долбления моего ануса. Это было уже что-то вроде маленькой победы. — Ты сведёшь меня с ума, малыш, — хриплый после секса голос Эда у моего виска и поцелуй, его пальцы в моих волосах. Накатило умиротворение. Я уснул, уткнувшись носом в его плечо.

***

Утром проснулся от вибрации двух басовитых голосов в гостиной. Конечно, проспал и пропустил приезд Стива, как похоже на меня. Встал, прихватил одёжку и потопал в ванную приводить себя в порядок. Выперся к ним минут через двадцать, в одних джинсах и с мокрыми волосами. — Стив, это Джей, — представил меня Эдвард. — Привет, мистер Джойс, рад знакомству! — Привет, Джей, взаимно, — пронзительные глаза Стива, казалось, прожгли меня насквозь. Скрепили знакомство рукопожатием. Стив старательно меня разглядывал, его лицо имело при этом выражение «интересно, что ты за фрукт?». Уставился ему прямо в глаза. Он загадочно взметнул бровями, а я демонстративно уселся на ручку кресла, в котором сидел Эд. Любовник притянул меня за талию и вполголоса сказал: — Я заказал тебе кофе, сок и круассаны, не забудь принять лекарства, — он кивнул мне на столик с таблетками и завтраком. — Спасибо, — я поцеловал Эда в висок и со смаком взялся за кофе. — Чем ты занимаешься, Джей? — спросил Стив, продолжая наблюдать за мной. — Я кондитер и пицмейкер в «Бургерах Теда» в Далласе. — Никогда бы не подумал, что ты техасец, — хмыкнул Эд. — Ты не похож на техасца, — заметил Стив. Он-то был как раз оттуда родом. — Я родился в Лейтоне, Юта. — А в Сан-Диего решил поменять профессию? — В словах Стива был сарказм. — У меня отпуск… был, — кофе вдруг потерял свой вкус.— Я завтра улетаю в Даллас. Эд вдруг ожил: — Я думал, ты полетишь со мной в Нью-Йорк, малыш. — Нет, Эдвард, прости, меня ждет работа. А сегодня я хочу попасть на Комик Кон, все-таки последний день. — Оу, ну хорошо, я думаю, тебе уже можно немного погулять. Мы со Стивом поехали отрываться, а Эд работать. Эда сразу же поймала его личный агент, а мы пофоткались с разными персонажами, причём я был без маски, а Стив парился в парике, очках и халате дока Брауна. «Он мой соперник!» - убеждал я себя, но в реальности был очарован его энергией, жизнерадостностью, креативом. Рядом с ним забылись все неприятности, пришёл расслабон и кайф от жизни. Стиву не понравилось сокращенное от моего имени «Джей» и я, очарованный им по уши, позволил называть меня ненавистным «Анж». Мы присутствовали на мероприятии Эда, Стив надоумил меня купить фотку, сходить взять автограф и сфоткаться как фанату со звездой. Это было забавно. К вечеру я осознал свою никчемность. Мне просто никогда не переплюнуть Стива по зажигательности, энергии, харизме, таланту… Да он состоит из одних достоинств. От осознания этого и усталости разболелась голова, начало мутить. Ко всему прочему я сорвался с диеты и нажрякался сладкого, пропустил два приёма таблеток, напился эспрессо. Было скверно. Стив заметил это и отправил меня в гостиницу на такси. Я не сопротивлялся. В номере, приняв душ, слопав положенные лекарства, я развалился в кресле гостиной. Кажется, отпустило. Итак, завтра днём я улетаю обратно в реальность. У Эдварда есть шикарный Джойс, и пусть не врёт, что они не вместе, у меня есть куча фоток и недолеченное сотрясение. С завтрашнего дня я — бывший любовник Эдварда Синглтона… Я заказал в номер шампанское, виски, сигары, фрукты и карты. Для всех это должно было выглядеть так, словно мы собираемся играть в покер. Пока не пришли парни, начал потихоньку накидываться виски, ибо с трезвой головой я не смогу решиться на то, что задумал. Я решил устроить себе грандиозную оргию на прощание. Когда они вернулись, я уже был хорош. — Анж, тебе же было плохо, зачем ты пьёшь? — это спросил Стив. — Мы ещё не пили за знакомство! — а это я с бутылкой шампанского и бокалами вышел их встречать. Они переглянулись, пожали плечами, но бокалы взяли. — Я не жалею, что въехал башкой в стекло, Эдвард, я рад, что познакомился с тобой, Стив! — Взаимно, Анж, — ответил Стив. Они выпили, я тут же налил им и себе ещё. Тосты пёрли из меня. Они переглядывались друг с другом, словно спрашивая: «И что нам с ним делать?», но пили. — Чуваки, играем в бутылочку! Глаза Стива сверкнули, и он хитро взглянул в сторону Эда, тот ответил ему тоже хитрющим взглядом. Я попал. Против меня, кажется, коалиция. За час, попивая холодное шампанское, они раздели меня до трусов, а сами едва сняли часы, галстуки и пиджаки. Шампанское быстро ударяло в голову, и на третьей бутылке они веселились, подкалывая меня. Я уже изобразил Pole dance у дверного косяка по задумке Эда. Теперь была моя очередь крутить. — Хочу английский поцелуй, — загадал я, с коварной улыбкой глядя на Эдварда и облизываясь. Но коварная бутылочка показала на Стива. — Джей, давай всё же я поцелую тебя, — Эд, кажется, всеми силами старался доказать мне, что Стив — натуральный натурал. Возможно, таким образом оберегал его. — О, оставь, Эдвард, это даже прикольно! — возразил Стив.— Сюда, Анж, иди ко мне. Я подошёл и провалился в серо-зеленые омуты дерзких глаз Стива. Я и раньше восхищался им, а с сегодняшнего дня боготворил. А теперь он поцелует меня. Длинные пальцы легли на затылок, губы приблизились, прикоснулись… ноги мои стали ватными, тело наполнило смятение и сладкое наслаждение от прикосновений губ этого чертяки. — Игра закончена! — не выдержал Эд. — Джей, ложись спать, Стив, тебе пора к себе. Его глаза метали в нас молнии, я боялся его такого. Но на лице Стива я увидел улыбку и какой-то весёлый бунт. Его бесенятки проснулись и требовали веселья. — Я не хочу к себе, Эд, у тебя тут большая кровать, все поместимся. — Стив, что ты делаешь? — спросил Эд почти беззвучно. — Я соскучился, Эдвард, — ответил Стив тихо. И вот я увидел расцветающего от счастья Эдварда. Улыбку, морщинки-лучики у глаз, сияющий взгляд. — Ты же только в понедельник уехал, моё солнце. — А ты тут уже столько всего натворил… Эти два парня так смотрели друг на друга… Я тут явно лишний. Потопал в спальню, забился на край огромной кровати и занялся размышлениями о собственной глупости. Я уже почти заснул, когда почувствовал, как сильные руки обнимают за плечи, поворачивают на спину, тонкие губы целуют лицо, щетина Эдварда колет мне щеки. В ответ взял его лицо в ладони, поцеловал в губы. — Ты плакал, Джей? — Нет, Эд, я спал. — Ты обижен, я же вижу, малыш. — Ты испортил мне оргию. Рядом в темноте вдруг раздался характерный ржач Стива: — Что он тебе испортил? — Оргию… Я думал в последний день набухаться и устроить групповуху. — Из трёх человек? — Эд включил лампу у кровати. Он тоже улыбался во весь улыбальник. Опачки, а парни-то, похоже, набрались вискаря, пока я тут страдал. — Блин, ну завтра уже домой, а я провалялся в койке весь отпуск, вот и хотел устроить себе день безбашенного отрыва с выпивкой и сексом. — Какой порочный ангел! — Стив склонился надо мной, пьяно улыбаясь и словно впервые видя моё лицо, осторожно коснулся губами губ. Я подался ему навстречу, обнимая его и притягивая к себе за шею. Однако Эд не был согласен с таким раскладом, он потянул меня за ноги на себя, перевернул и стянул с меня трусы. Это было унизительно и вместе с тем жутко возбудило. — Раздевайся, Стив! — последовал приказ, и Джойс стал неторопливо стягивать с себя одежду, поглядывая на нас с высоты своего роста. Он знал, какое впечатление это произведёт на нас с Эдвардом, мы разве что слюни не пустили. Эд указал Стиву на изголовье кровати, пристроил ему под спину несколько подушек, развел его ноги, гладя при этом внутреннюю сторону бёдер, но не прикасаясь больше ни к чему. Он смотрел на него при этом таким влюбленным взглядом, что мне стало больно. Потом он ухватил меня за волосы на загривке и, подтащив к промежности Стива, потребовал: — Бери в рот. — Эд, может не так? — Стив был смущён, но мне вдруг понравилась такая игра. — Пожалуйста! — прошептал я ему одними губами… И он откинулся на подушки, а я, встав над ним в коленно-локтевую и оттопырив зад для Эда, начал целовать еще висячий пенис. Эд тем временем надел презерватив, намазал мой зад лубрикантом и начал входить. Я втянул член Стива в рот. Похоже, Стива возбудил вид трахающего меня Эдварда, так как его инструмент затвердел, а дыхание участилось. Мне нравился его вкус. Пока я наслаждался десертом, Эд имел меня. Алкоголь слегка расслаблял и притуплял боль, но драл он меня жёстко, словно мстил. Чем больнее мне было, тем более глубоко я впускал Стива. А когда Эд вошёл по самое основание, моя карамель была у меня глубоко в горле. Стив застонал и, ухватив за затылок, отымел меня в горло так, что я не мог вздохнуть. Эд с рыком кончал сзади. Я, не задумываясь, проглотил то, что Стив выплеснул мне в рот. Мерзковато, словно сопли, но уже терпимо. Такая помесь алкогольного тумана, унижения, боли, наслаждения неожиданно вызвала кайф. Возбуждение накатило, но, сколько я не гонял шкурку, разрядиться не мог. Повернулся к Эду: — Эд, пожалуйста! — и глазами показал на возбужденный орган. — Я сначала в душ, — Эд прихватил свои труселя и ушёл. — Иди сюда, Анж-ж-ж, — пьяно сказало вдруг моё божество, указывая рукой рядом с собой. Я лёг рядом, он притянул меня к себе, обнял, и стал вручную снимать моё напряжение. Я забыл, как дышать… В этот момент его губы накрыли мои, его язык проник в меня и начал властвовать. Я умирал от кайфа, руки скользили по его телу. Я хотел раствориться в этом ощущении. Эйфория и оргазм накрыли с головой. — Спасибо. — Спи, ангел, — поцелуй в лоб и ласковые пальцы на щеке. И я уснул.

***

Самолёт до Далласа был утренний, поэтому я проснулся по будильнику. Парни спали, и я поспешил отключить звук. Ночью я так и заснул: на плече Стива слева, а Эд обнимал его справа. Сейчас, когда пьяная эйфория прошла, мне было жутко стыдно. А ещё больно от того, что я стал просто игрушкой в руках Эдварда, влюблённого в своего Стива. Возможно, я был нужен ему, чтобы вызвать ревность? Стив же остался спокойным как удав. Я закинул свои вещи в сумку, умылся, оделся, вызвал такси и только тогда разбудил Стива. — Мне пора, передай поцелуй от меня Эду. — Может, разбудишь его и поцелуешь сам? — Стив глянул на спящего Эда. — О, нет, я не выдержу. — Надеюсь, скоро увидимся, Анж, — он протянул руку для пожатия, и я стиснул её, медленно отпустил, резко повернулся и вышел. Хотелось вернуться и зацеловать его.