Влюбленный. Без памяти

После вынужденного сеанса с Себастьяном и предательства Марика я уехал в свою квартиру. Точнее — в квартиру Эдварда, которую с некоторых пор мы занимали со Стивом вместе. Телефон пиликал без остановки, и я выключил его нафиг. Сел в спальне Эда, огляделся. На стене висел его меч. Я встал, взял в руки, погладил эфес. Меч был единственной вещью, что завещал мне Эдвард, всё остальное по наследству перешло Стиву и родственникам. Я уже простил Маркосу слишком многое, в том числе и Стива. Позволил ему сделать выбор вновь после аварии, ради его выздоровления пошёл на сделку с Себастьяном Кастором… Стоил ли он этого? Я спрашивал себя, как бы на моём месте поступил Эдвард, и вспоминал безумные дни моей первой страсти.

***

Тогда, после отъезда Эдварда из Далласа, я вздохнул свободнее. И хотя не считал наши с Эдом кувырки изменой Стиву, меня грызла совесть. Никто из нас никому ничего не обещал. Стоит ли ждать и надеяться? Наверное, нет. Убеждал себя, что мне всё равно, когда Стив выложил фотки в твиттере со своей партнёршей по фильму. Ну и что, что они так интимно обнимаются. И мне всё равно, что Эдвард в очередном интервью ласково улыбается крашеной чувырле-журналистке. Огонь в моей душе погас. Мне не хотелось задерживаться на работе сверх нормы, ничего не хотелось. Только сидеть в интернете и смотреть до одури интервью, фильмы, сериалы, сплетни. Когда видел их на фотографиях вместе, ревность вышибала мне мозг. Но уже не понимал, кого из них к кому я ревную. Так прошло полтора месяца. Эд иногда звонил, спрашивал, как дела. Его звонки отогревали немного душу, но тем острее чувствовалось одиночество и тем больше казалось, что люблю я все-таки Стива. Тед не вмешивался и не спрашивал. Он пытался увлечь меня новыми идеями, но мне стало пофиг. Я стал чаще соглашаться на вторую смену, так как вставать утром стало тяжело. Возвращаясь с работы, всё чаще заходил в бар и пропускал пару стопок. Однажды перед выходными набрался вискаря «по самое не могу». Домой шёл, пошатываясь, поднимаясь на свой этаж, вдруг увидел высокую фигуру в чёрном. Отшатнулся от испуга и чуть не загремел с лестницы. Стив метнулся ко мне. — Анж, чертяка, да ты на ногах не стоишь. — Стив? Нет, ты глюк, тебя тут не может быть. Где мой крест? — Да, да, я призрак,— он нашёл ключи в моём кармане и открыл двери. Затащил меня в коридор и облапал всего. — Сладкий мой мальчик… — Я изменял тебе, Стив… — С Эдвардом? — Да-а-а, с ним… больше ведь не с кем было… Ты же уехал и больше не вернёшься ко мне, ты считаешь меня шлюхой, Стив.… А я не такой! Я скромный парень, обычный и скромный. — Очень скромный… я помню, как ты скромничал с Эдом в Сан-Диего… — Эда я случайно трахнул… Просто очень хотел секса… Очень-очень, понимаешь? Он утащил меня в комнату. — Погоди, что? Трахнул Эда? Ты хотел сказать, он трахнул тебя? — Я всё сказал правильно! — То есть, ты был сверху? — он недоверчиво усмехнулся. — Я был… Да… И он был… Мы оба были то там, то сям… Он снимал с меня одежду. — Анжжжжж… Говори серьёзно! Ты его трахнул? Вот этим членом, что у тебя в штанах, в его неприступный зад? — он цапнул меня за пах. — М-м-ха… Да… Стив смотрел на меня в шоке. — Нет, не может быть… — пробормотал он, — Эдвард не мог… Если бы я был трезвее, возможно, засунул бы свой язык себе в зад, но меня несло. — Он, наверно, нечасто соглашается быть снизу, да, Стив? — Не часто? Блядь, Анж! Да со мной он никогда не был снизу! Я поэтому и налево… чтоб хоть иногда… — Да ну нах? — я недоверчиво нахмурился. Он схватил меня за грудки и потряс. — Откуда ты взялся, искуситель? Что в тебе есть? Просто смазливый мальчишка, каких тысячи… Как ты это делаешь? Моя рука сама ухватила его за загривок, хотел было поцеловать его в губы, но вспомнил про мой перегар и впился в шею моему красавчику. У него был чудный запах. Я погрузился в исследование его ароматов, ведя носом по обнажённой коже и расстёгивая всё, что попадалось и мешало на пути этого следования. Он начал возбуждённо дышать и лапать меня. Я скользил языком по его груди к животу и паху. — Оуееее, я, кажется, понял, ты просто, не спрашивая, делаешь всё, что тебе вздумается, — сказал он после того, как я, встав на колени, облизал его член, взял глубоко в рот и стал посасывать. — Да, я делаю то, что хочу, ничего не спрашивая, — ответил я спустя пару минут, поднимаясь, поворачивая его спиной к себе и нагибая.— Потому что если я начну спрашивать, то ты мне откажешь. А когда беру, не спрашивая, у тебя успевают отключиться мозги, и ты не думаешшшшшь… Погружение... Он умел получать кайф от анального траха, мне же сносило крышу от него. Но я быстро увял, так как вискарь не способствует эрекции. Потом уснул, как последняя пьянь. Но, кажется, во сне меня отымели и я кончил. Проснулся утром. Стив хозяйничал в одних труселях. Приоткрыв глаза, любовался его фигурой, кошачьими движениями. Он, словно почувствовав мой взгляд, обернулся. — Доброе утро, алкоголик. — Угу, и тебе. — Кофе будешь? — Сначала схожу утоплюсь, — ответил я и начал медленно сползать с кровати. Не голова, а бубен шамана. Первым делом почистил зубы, во рту был вкус, словно коты нагадили. Потом залез под тёплые струи. Ммм… хорошо. Полился шампунем. Стив тихо вошёл и наблюдал за мной. В выражении его лица я прочитал свой приговор. Замечательно. Протянул ему руку и втащил к себе под душ, прижался к нему, потёрся небритой моськой о его грудь, облапал зад. Затем повернулся, оперся руками о кафель и расслабился. — Ты дьявол, Анж, ты словно чувствуешь, чего и как я хочу, — сказал он, лаская мою спину и целуя за ухом. Его руки прошлись между моих ягодиц. Он вымазал меня лубрикантом и водил пальцем по анусу. Скользнул внутрь. — Стив, не тормози, вставь мне по-взрослому. Он только этого и ждал. Его вздыбленный член начал движения внутри меня. Я опять ловил кайф. Похоже, я пассив, мне нравится член в заднице. Не знаю, какую точку он массировал там, но я кончил раньше него. Дождавшись его сладкого «оуееее», повернулся к нему, схватил за затылок, пригнул к себе и, глядя в зелёные омуты, сказал: — Люблю тебя, Стив. — Вчерашний пьяный разговор не был шуткой? — Не был. Он усмехнулся: — Увольняйся, Анж, нас ждёт медовый месяц.

***

Уволиться получилось только через несколько дней. У Стива в штате Нью-Йорк было небольшое ранчо, и мы летели туда. Я был счастлив, влюблён и рядом с любимым. В Нью-Йорке пересели в машину и дальше путешествовали на колесах. Из окна автомобиля было интересно наблюдать за миром вокруг, но мои глаза и мысли были сосредоточены на зеленоглазом божестве. А на ранчо нас ждал Эдвард… Он старался уделить каждому из нас внимание и обнимал одинаково, но мне было не по себе, оттого что Стив не предупредил меня о его присутствии. Вечером на веранде пили чай с яблочным пирогом. Стив и Эд вели себя как примерные супруги, перемигивались, улыбались друг другу, подкалывали. Меня они как-то обходили приколами и общением, я был словно не нужен им. Измучавшись вконец, сказал, что мне нужно прогуляться и смылся в сторону кукурузных полей. Я бежал, выплескивая свою боль. Очень ещё надеялся, что Стив догонит меня и объяснит своё поведение. Но я бежал уже с полчаса, а никаких звуков на дороге не слышалось. Однако, когда я уже смирился и думал повернуть обратно, услышал звук мотора и меня обогнал автомобиль Эдварда. Он затормозил прямо перед моим носом, подрезав меня. Я отшатнулся и кинулся в поле. Не хватало ещё выволочку от Эда выслушивать. — Стой, Джей! — услышал я сзади. Это заставило припустить быстрее между рядами кукурузы. Когда же я совсем оторвался, то спрятался и затаился, сорвав парочку зрелых початков. Шаги Эдварда послышались совсем рядом. — Бессовестный мальчишка, я знаю, что ты где-то здесь! Выходи, хуже будет! Разломил початок и запустил кусочком в него. — Получай, папочка! — Мелкий пакостник! — он заржал и притаился, исчез из поля моей видимости. Верхушки нескольких стеблей качнулись. Я высунул руку и получил по ней кукурузиной, кинул в ответ. Ага, значит, он запасся снарядами. Я пополз к тому месту, где качнулись кукурузины. Эдварда не было. Потихоньку стал пробираться вокруг. Стебли чуть качнулись в другом месте, я тотчас запулил туда кусочком початка. Реакции не последовало. Пошевелил стебель. Опять безрезультатно. Я встал во весь рост и оглядывал поле. Эта подлюка швырнул початком мне в голову так неожиданно. Я упал, как подкошенный, и лежал не шевелясь. — Джей? — он выполз из кукурузы. Я не шелохнулся. — Джей, малыш…— он склонился совсем близко, я схватил его и повалил на землю рядом. — Попался? — моя лыба была до ушей. Я уселся на него сверху. — Юхху!!! Сдавайся в плен! — Какой же ты коварный! — он облизнул губы. — Я сдаюсь. Будешь сильно мучать? У него опять появился этот голодный волчий взгляд. Мне хватило, чтобы отрезветь. Я поднялся и стал отряхивать одежду. Мне-то что, а вот он в своем дорогущем прикиде изгваздался в земле и ошмётках кукурузы. Стал помогать ему отчиститься, но он прижал к себе. Мы были почти одного роста, только он шире, мощнее. Его небритая щека потерлась о мою, губы скользнули по шее. — Эдвард, прекрати. — Я жутко скучал, Джей,— он сказал это шёпотом в самое ухо. — Пойдём-ка отсюда, Эд,— я взял его за руку и потащил с поля. Выволочки не избежать, так хоть на дороге, а не в романтических кущах. Мы пошли по дороге, засунув руки в карманы, бросив на обочине машину. Я старался не смотреть в его сторону. — Эд, хочу быть честным с тобой, я люблю Стива. Всегда любил. — Я тоже люблю Стива, — ответил он спокойно. — Наверное, мне стоит вернуться в Даллас… — Ты всегда убегаешь от сложных ситуаций, Джей? Из Сан-Диего ты улетел, даже не попрощавшись. — Я был не нужен. Надо было подождать, пока ты выкинешь меня? — Ты был до такой степени «не нужен», что мы потом оба, как идиоты, летели к тебе каждую свободную минуту. — Эд, посмотрим правде в глаза, вы любите друг друга, вы равны, у вас столько общего. Я же простак, никто. — Джей, ты правда так глуп? — он развернул меня к себе и смотрел в лицо.— Мальчик мой, нежный, красивый, если бы ты захотел, тебя бы расхватали лучшие модельные агентства мира. Моя бы воля, запер тебя в своей спальне и никому не показывал. Но я хочу, чтобы ты любил меня, был счастлив со мной, даже если придётся делить тебя со Стивом. Мы пришли обратно к машине. Стив ждал нас там, тревожно поглядывая то на меня, то на Эдварда. Его собаки Карл и Пит бегали рядом. — Ты спросил его? — обратился он к Эду. — Нет ещё. — О чём речь? — не понял я. — Мы хотим тебе предложить жить втроём. Эта ночь стала незабываемой. Одна огромная кровать для троих. Кайф от одновременно вставленного в мой зад члена Эдварда и губ Стива, накрывших мой. Стив был счастлив, я зацеловал Эдварда и он в тумане страсти подставил ему зад. Но я видел как губы Эдварда в этот момент шептали «Люблю тебя, Джей». Мы кувыркались в койке две недели, за которые перепробовали все возможные позы, ходили с опухшими губами и сонными глазами, небритые. Моя шея покрылась засосами, я наелся спермы. У Эдварда от непривычки болел зад — Стив безудержно трахал его при каждой возможности, я заставал их то на кухне, то в ванной, ебущихся, как кролики. Эд при каждом удобном случае зажимал меня. Он ухаживал за мной, словно за молодой женой в медовый месяц. Дарил цветы, приносил кофе в постель, облизывал меня и целовал до изнеможения. Я же при каждом удобном случае зажимал Стива. А ночами был полнейший беспредел. Две недели на ранчо пролетели незаметно. Мы переехали в Нью-Йорк в квартиру Эда на Манхэттене. С его лёгкой руки, я пошёл учиться в ICE, выбрав самую интенсивную из возможных программ. Потом Эдвард уехал в Лондон репетировать спектакль в Олд Вике. Стив ещё немного побыл дома и свалил в Сычуань в пандо-питомник, он обожал медвежат, перед его отъездом я подарил ему серебряную панду, чтоб вспоминал обо мне.