Влюбленный. Без памяти

Занятия в ICE занимали всё моё время, кроме вечеров. Мы созванивались с Эдом и Стивом, общались по скайпу. Одержимость Стивом возрастала, я ложился спать в его спальне, обнимая его подушку, всё время думал о нём. Он появился через месяц. Исхудавший, уставший. Я пришёл с занятий, а он сидит и подрёмывает в кресле перед включённым телевизором. Без слов подошёл к нему и прижался, обнимая. Стив встал молча, поднял меня на руки, утащил в свою спальню и задал мне жару за месяц воздержания. Наши стоны, наверное, были слышны на весь дом. Первое время после его приезда я был счастлив и летал без крыльев. Учился в удовольствие, вечерами с упоением готовил для него, каждый вечер ложился в его кровать. Сначала всё было супер. Секс, разговоры, совместные тренировки и пробежки. Я готов был облизывать его сверху донизу, быть в любой роли для него. Но спустя две недели, он всё реже бывал дома. Зато должен был приехать Эд. В тот день я не мог поехать в аэропорт из-за занятий в академии, но придя домой не обнаружил Эда. Позвонил ему, он был в Нью-Йорке, на пути к дому, самолёт сильно задержался. Я завалился в его спальне на кровать и незаметно задремал. Проснулся от горячих рук на теле и влажного прикосновения к губам. Эдвард. От него пахло дорогой и парфюмом. Мой нос уткнулся в его шею и наслаждался пьянящим запахом. — Привет, Эд, ты такой вкусный, просто ням-ням. Хочу… — Привет, малыш… пойдём сначала в душ, Джей, я грязный. — Да… грязный развратник. Он, улыбаясь, потащил в ванную. Оказывается, мне не хватало его. Сидя в джакузи, действовал ему на нервы, брызгаясь и толкаясь, за что получил увесистый шлепок по пятой точке. Стал дурачиться ещё больше, он схватил мои руки, прижал лицом к кафелю и налупил по заднице. Не очень больно, но задница горела от ударов, а член стоял колом, Эд до боли сжимал мои бока и трахал меня, входя резко и глубоко. А потом мучил меня губами и языком, скользя, посасывая. Смотреть в сталь его глаз и при этом кончать глубоко ему в горло — это наивысшее наслаждение. Вот это кайф! Круче Синглтона не трахается никто в мире! Он чувствует каждую мою мысль.

***

У Эдварда не намечалось никакой работы в ближайшее время, поэтому мы снова жили втроём. Стив сразу же стал ночевать дома после его приезда. От меня же он медленно отдалялся. Но Эд был со мной так нежен и внимателен, учиться в ICE было так интересно, что я почти не замечал этого. Мне нравилось жить обеспеченной жизнью, нравилось, что у меня такие крутые парни, я не задумывался о деньгах, которые они тратят на меня. Было прекрасно, что я пошёл учиться в академию, иначе стал бы постельной грелкой и совсем опустился. Моя мечта о ресторанчике не давала мне покоя, и я усиленно грыз гранит науки. В холле по утрам мне периодически встречался мужчина лет пятидесяти, с которым я здоровался, как и со всеми на бегу кидая «доброе утро». Он очень пристально всматривался в меня, наверное, был близорук. Однажды остановил и спросил: — Ты случайно не модель? Я был уверен, что знаю всех красивых парней в Нью-Йорке. Я Джулиан Килколлин, модельный промоутер «Вог Нью-Йорк». — Джей Виленски, начинающий повар, рад знакомству, — вежливо ответил я, протягивая ему руку. — По-о-о-вар? — удивился он, оглядывая мою тушку и пожимая ладонь слишком нежно. — Здесь, на Манхэттене? — Простите, мистер Килколлин, я тороплюсь, — и я сбежал от странного мужика. Джулиан не звонил и не стучал в нашу дверь. Он предпочёл ловить меня в холле почти каждое утро. — Джей, хочешь быть моделью? — Нет, мистер Килколлин. — Джей, тебя интересуют деньги? — Нет, Джулиан! — Джей… — Нет! Но некоторое время спустя, случайно, я подслушал тихий разговор в гостиной. — …Кто дал тебе право распоряжаться общими деньгами? — Стив, мы же пришли к соглашению… — Это ты накупил ему шмоток? — Нет, он сам, что за вопросы? — Он разведёт тебя на бабосы, вот увидишь! Зачем ему мы? Пойми, у нас есть деньги! А он никто. Красивый мальчик без образования, без поддержки родных, как ещё он может добиться успеха? — Нет… он не такой. Он так старательно учится. — Тебе страсть глаза слепит… Разбаловал мальчишку. — А тебе? Ты наигрался с ним, Стив? — Вполне. — Ненадолго же тебя хватило… — А тебя хватит надолго! Ты стареешь, Эд, хочешь спокойной жизни и кого-то, кто за твои бабки будет тебе подставлять свою молодую задницу. Тебя устраивает то, что ты его покупаешь. А меня нет. Хочу, чтобы меня любили ради меня, равные. Он совсем плохого мнения обо мне, какая уж тут любовь… Чёрт, Стив прав, я стал альфонсом, сел им на шею. Они ещё что-то говорили, но я больше не стал слушать. И так всё ясно. Утром у лифта снова встретил Джулиана. — Анджей… — он кивнул в знак приветствия. — Здравствуйте, Джулиан, сколько я могу заработать на фотосессии? — Ты согласен? — Не уверен, так сколько? — Зависит от того, кто тебя купит. До десяти тысяч. — Вау! — Обсудим это вечером у меня за рюмкой бренди? — О'кей! Джулиан довольно улыбнулся. Он без улыбки был приятней, а так —сытая жаба. Я вышел из лифта и убежал учиться. Вечером, едва я пришёл домой, меня поймал Стив. Серьёзный и грозный. — Анж, я вот не пойму, ты проститутка или геронтофил? — от оскорбления жар залил лицо. — Покраснел? Не нравится, когда правду в глаза? — Стив, я пока всего лишь альфонс, который тратит ваши с Эдвардом денежки. — О, как! Подслушивать некрасиво. — Я не специально. — А с Джулианом зачем собираешься трахаться? Деньги нужны? На что? Попроси у Эдварда, он даст. Или хочешь в модельный бизнес? Так он и туда пропихнёт. — Я не собираюсь с ним трахаться! Он предложил работу за приличные деньги! Стив издевательски улыбался, рассматривая меня, словно давно не видел. — О, мой бог, ты до сих пор такой наивный? Все знают, что Джулиан всех парней через свою постель пропускает, а потом ещё и подкладывает под кого надо из своих друзей. — Фак… — Не знал? Разве можно жить в Нью-Йорке с таким детским представлением о мире моды, шоу-бизнеса и прессы? Я не на шутку испугался. И, кажется, Стив понял это. — И что мне сейчас делать, Стив? Он ждёт, что я вечером приду… Стив покачал головой, вздохнул. — Мальчишка же ты ещё, Анж… Может, я в тебе и ошибся. Он вдруг притянул к себе и засосал так, как давно уже не делал, обнимая, прижимая к себе, запуская руку в мои волосы и отгибая мою голову. Стив всё же любит меня! Любит! Иначе он не целовал бы так. Вечером Стив позвал меня и Эда посидеть за чайком-кофейком. Я обожал такие посиделки за разговоры и домашний уют. Звонок. Эдвард на правах хозяина пошёл открывать. А я без задней мысли болтал со Стивом. Вошёл злой Эд. — Джей, это к тебе, ты назначил встречу и не пришёл, твой… сутенёр волнуется, всё ли в порядке. Я чуть не сдох от этих слов и презрительного взгляда. Презрение Эда… Бррр. — Эдвард, я сейчас разберусь, — мягко сказал Стив и вышел. Я пошёл следом, так как тяжелый взгляд Эдварда испепелял меня. —  …Джей не заинтересован в деньгах, уверяю вас, Джулиан, я забочусь об этом. — Мистер Джойс, я хотел бы услышать это от него. Я вышел в прихожую. Стив обнял меня за талию, потянул к себе, но смотрел при этом на Джулиана. — Прошу прощения, мистер Килколлин, за то, что обнадёжил вас по поводу моего согласия на фотосессию. Я решил свой финансовый вопрос. Рука Стива сжала крепче в знак одобрения, сам он, улыбаясь, дерзко смотрел на Джулиана. Тот, кажется, был раздосадован. — Я вижу, Анджей, как ты его решил, — саркастически улыбнулся тот.—  Но это уже не моё дело. Всего хорошего. Он ушёл. — Что, чёрт побери, вы творите? — львиный рык Синглтона раздался со стороны кухни. — Малыш чуть не повёлся на предложение старого пидора. Ты бы хоть рассказал ему о реальной жизни, а то он везде только розовые тучки и радужных поняшек видит, — зло предложил ему Стив. Четыре глаза сверлили во мне дыру. Зеленоватые с сочувствием, а сине-стальные с подозрением. Мне было обидно, что оба они в первую очередь подумали обо мне, как о продажном. — Зачем ты связался с Джулианом, Джей? Мне не хотелось говорить с Эдвардом, было обидно, уж от него совсем не ждал такого обо мне мнения. Пожал плечами неопределенно. — Он подслушал наш разговор и решил заработать деньжат, чтоб мы не думали о нём, как об альфонсе, — вместо меня Эдварду ответил Джойс. — Только вот он совсем наивный и верит в честных людей и любовь к ближнему. Синий взгляд потеплел. Лучики морщинок и кривая усмешка Эдварда. Обычно от его улыбки таял лёд, но не сегодня. — Я найду тебе работу, Анж. Нгуен МакАлистер скоро будет снимать для каталога отличные шмотки, запихнём тебя туда. — Спасибо, Стиви. Я демонстративно поцеловал его в губы и свалил допивать кофе. Эдвард вскоре явился с извинениями. — Прости, Джей. — О, ничего, мне не привыкать, что ты видишь во мне блядь, - да, я тот ещё кактус. — Малыш, я вижу столько продажности вокруг… Ты молод, хорош… Джулиан старый развратник, очень богатый… а ты полон желаний… — Каких желаний, Эдвард? Разве я прошу что-нибудь? Я был самостоятельным, когда встретил тебя и Стива, я отказался от своей жизни, чтобы быть с вами. — Но ты хотел денег… иначе, зачем связываться с Килколлином? — Вы считаете меня альфонсом, но моих денег не хватит, чтоб жить, как привыкли вы! Я трачу со скоростью света то, что собирал по крупицам годами! Не хотелось бы брать ваше, я хочу заработать своё! — Прости, Джей, прости… — он хотел поцеловать, но я ещё был обижен и вывернулся из его рук, отвернулся к окну. Он подошёл, обнял сзади, положил свои руки поверх моих: — С тобой всё так сложно, Джей. Я предполагал, ты всего лишь развратный мальчишка-альфонс, а ты оказался самостоятельным мужиком. Я думал, что буду иметь молодого и красивого любовника, а в результате ты поимел меня. Даже на моей территории ты не хочешь играть по моим правилам… и мне это нравится… Я влюблённый старый дурак, такой же, как Килколлин… — Нет, Синглтон, не такой… Ты трудяга и талант… — Хммм… ты согласен с тем, что я старый? — в его голосе слышалась улыбка. — Уложи меня спать, папочка. Я повернулся к нему и уткнулся в его шею носом. Борода кололась, от него пахло чем-то, чем, по моему мнению, должен пахнуть отец. Мы не занимались сексом, просто лежали на кровати рядом. Заглянул Стив, увидев сие зрелище, присоединился. Мы долго молчали, смотрели, как по стенам бегают отсветы огней ночного города, слушали шум улицы. И вдруг на меня накатило. — Эдвард, ты был не первым моим парнем. — Серьёзно? — Мне было семнадцать, я занимался плаванием. В нашей команде был Мика. Так вот… он был очень красивый… мулат… — Был? — спросил в темноте Стив. — Был… был красивый, умный и вообще самый-самый… Отношения у нас были странные, мы соревновались во всём. Я был мстительной мелкой заразой. Он выигрывал первое место, я бухал с его друзьями. Он отмечал с друзьями очередную победу, а я трахал его девчонку. Он трахал свою девчонку, я занимал первое место. Круговорот пакостей в природе. Он не злился, не мстил… раз за разом обходил меня в чём-то другом. — Он любил тебя? — это спросил Стив. — Как ты понял? — Знал такого же дурака, как твой Мика. И как всё было? Отвратительно? — Прекрасно. Мы заняли второе место и бухали вместе с командой. Он пил и не пьянел, только бес в его глазах просыпался всё сильней, видали такой взгляд… А вы знаете, какую огромную роль в нашей жизни играет туалет? — Это что за лирическое отступление про туалет? Хочу про Мику! — Сейчас… Я отлучился отлить. — Хах, и там всё произошло… — Стиви, не перебивай! Не так… я пошёл отлить, и он отправился за мной. Я уже почти завершил, когда хлопнула дверь. Повернул голову, на пороге стоит он, а я капли с конца стряхиваю. Мика смотрел на меня, как сам чёрт, точнее на мой член в руке. — Охо-хо, я тоже люблю смотреть на твой член, — заметил Эд. — Он трахнул тебя в туалете? — спросил Стив. — Почему он меня? Он признался что гей и давно хочет меня, мы были пьяны и целовались как черти. Вражде пришёл конец. Это был примирительный секс. Всего один раз. — Он уехал учиться? — Он умер. — Почему? — Отит перешёл в какое-то осложнение, я не силён в медицине. — Кхм… — Он замалчивал своё заболевание до последнего. — У меня была менее романтичная и более болезненная история любви. — Да, Стиви… знаю. — Почему ты вспомнил его сегодня? — спросил Эд. — В тот день, когда его хоронили, я так же лежал на кровати и смотрел на отсветы на стене.