Черное знамя

Багровое поле битвы помнит каждую каплю крови. Те, кто выжил, не забудут имена павших. Здесь каждый силен и каждый умел. Но среди прочих простолюдины и короли выделяют Героя. Того, кто несет мир друзьям и смерть врагам, кто идет в самую неравную битву и побеждает. Он существует во все времена, но имеет разные лица. Союзники зовут его Паладином, недруги трепетно величают «alba messor» - белый жнец…

***

Белые мраморные ступени освещало солнце, теплое и приветливое. Тяжелые звуки метала эхом отскакивали от стен. По ступеням поднимался воин, закованный в броню. Светлее первого снега с золотыми узорами, символами солнца и льва, она ни разу не подвела владельца. За его спиной, бережно спрятанный в ножны, висел Экскалибур. Наконец перед рыцарем открылись массивные двери. За ними восседал король. Воин прошел еще пару шагов и почтительно приклонил колено, затем снял тяжелый шлем. Под ним оказался юноша лет семнадцати. Черные волосы, слегка взъерошившиеся во время скачки, и добрый взгляд синих глаз выдавали в нем великого воина хуманов – Ланселота. Он редко бывал в замке. Чаще на поле битвы или, иногда, дома. Но каждый раз успевал поражаться его величию. Мраморный пол и стены, огромная история войн и сражений, от всего этого веяло устрашающим величием. Несмотря на всю свою силу, ему никогда не удавалось пересилить дрожь. - Я пришел по вашему зову, Владыка, - парень тревожно посмотрел на собеседника. Король Генрих давно уже был немолодым, его длинные волосы и борода посивели, руки покрывали морщины, на коже появились темные пятна, но он не утратил своего величия. Иногда казалось, что он некое продолжение замка: такой же старый и величественный. Его одежда была богата, расшитая золотом и драгоценными камнями, на каждой руке находилось по нескольку золотых перстней, а взгляд, некогда острый, теперь был рассеянный и скучающий. - Ты знаешь, зачем я тебя вызвал? - Нет, Владыка. Король тяжело вздохнул. - Ты ослушался приказа, Ланселот, и этим разгневал Солнце. В глазах юноши промелькнуло непонимание. Его последним заданием было убить банду девилов, прячущихся в трущобах столицы. На самом же деле рыцари пытались убить ни в чем не виновных детей, к тому же хуманов. Конечно же, Ланселот не позволил этому случиться. - Но, Владыка, приказ был убить девилов… - Твое дело убивать врагов, девил это или хуман, на разборки нет времени. Ты же пощадил их. Тех, кому не было пощады. Ты - меч королевства, а не его щит. Щит - презренное орудие: он для тех, кто боится убивать, а значит, и умереть, и щит, в отличие от меча, не защитит всех. Вот правда этого мира, Ланселот, и ты ее нарушил. Более ты не имеешь права держать Экскалибур. Я лишаю тебя титула Паладина… Твоя рука дрогнула, не желаю ждать, когда это случится снова. Уходи.

***

- Лан! Как только юноша вышел из замка, к нему подбежала девушка в легких железных латах. Это была Широ. Ее доспехи не блестели от украшений, а за спиной висело копье. Лучший друг Ланселота, если у него вообще были друзья, тем более одногодки. Она происходила из богатой семьи и обладала исключительным талантом. В армии было не так много девушек, но умение Широ владеть копьем открыло ей дорогу вплоть до авангарда. - Чего нос повесил, великий герой? - ее улыбка могла затмить даже солнце, но юноша этого не замечал. - Больше не герой. - Что? - на мгновение девушка опешила, но быстро уловила суть, вспомнив последние события. - Да ладно, подумаешь, зато теперь вместе в авангарде будем. - Нет, так не пойдет. Я… я должен разобраться, что сделал не так, - Лан не находил себе места, - Прости. - Ты не передумаешь? – спросила Широ с грустью в голосе. - Нет, - парень одел шлем, сел на коня и поскакал куда глаза глядят.