23 недели

      — Алло? Да, это я. Вы получили деньги?       С раннего утра Кашин был на ногах. Лиза, порядком вымотавшаяся после тяжёлого дня, должно быть, ещё спала, когда он, нервно нарезая круги по комнате, делал очередной звонок её квартирной хозяйке. Вчера, перед тем, как Лиза легла спать, Даня взял у неё хозяйкин номер и уже в глубокой ночи разговаривал с сонной и недовольной женщиной, договариваясь о переводе денег за квартиру на карту и об ещё одном, последнем, визите, который был необходим для того, чтобы вернуть хозяйке ключи и забрать кое-какие Лизины вещи, оставшиеся в квартире.       Даня понятия не имел, что за человек была эта Надежда Сергеевна (так, кажется, её звали), но — то ли голос её был противный, то ли противным показался тон, — уже после первого разговора эта женщина стала вызывать у него стойкое чувство неприязни, так что Кашин даже удивился, как эта девчонка умудрялась находить с тёткой общий язык. Впрочем, судя по тому, что её выселяли, подумал он, никак.       Решили, что он заедет за вещами сегодня. Один. Кашину почему-то очень хотелось как можно скорее избавить и себя, и Лизу от общения с этой женщиной. Довольный тем, что диалог всё же состоялся и, что немаловажно, ему удалось убедить хозяйку встретиться в удобное для себя время, Кашин спустился вниз, в гостинную, совмещённую с кухней, в относительно хорошем расположении духа.       Лиза уже проснулась, когда он, по привычке, шумно спускался по лестнице, и теперь лежала, нежась в мягком, уютном одеяле и сладко зевая.       — Доброе утро, — буркнул он.       Засмущавшись чего-то, Лиза при виде Кашин натянула одеяло повыше, до самого подбородка. Сидеть в одном белье перед парнем, которого знаешь едва ли сутки, было некомфортно.       — Да что я там не видел, — фыркнул Кашин, замечая Лизины действия и, тем не менее, чувствуя какую-то неловкость, которую он попытался скрыть за наглой ухмылкой. Делить с кем-то — а тем более с девушкой — квартиру было непривычно и, как ему показалось, жутко неудобно. — Ладно, вставай давай, — коротко бросил он, — в холодильнике нет нихрена — поедем завтракать.       Лиза не сдвинулась с места, буравя Кашина напряжённым взглядом исподлобья. Ему понадобилось немного времени, чтобы понять, в чём дело.       — Ой, да выйду я, выйду, — закатил он глаза. — Сумка твоя вон, возле дивана стоит, — напомнил он, вновь исчезая на втором этаже.       Собралась Лиза очень быстро: достала из сумки первую подвернувшуюся под руку футболку зелёного цвета, сняла с кресла джинсы, нащупала ногами кроссовки, валявшиеся возле дивана. По привычке сунула в задний карман студенческий билет — в некоторых кафе по ним делают скидки.       Даня к тому времени уже ждал её в прихожей, нервно барабаня пальцами по дверному косяку — больше всего на свете Кашина раздражало ожидание чего-либо или кого-либо. Видимо, ожидание длинною в сознательную жизнь всё-таки наложило свой отпечаток. Когда в дверном проёме появилась Лиза, он кинул беглый взгляд на светящийся дисплей смартфона и довольно улыбнулся — только что полученное смс-сообщение оповестило о том, что внизу их ожидало такси.       — Идём, — коротко бросил Даня, открывая дверь и пропуская Лизу вперёд.       Практически всю дорогу они ехали молча. Даня увлечённо листал что-то в телефоне — должно быть, проверяет свои соцсети, подумалось почему-то Лизе, которая всё это время меланхолично смотрела в окно. Мимо мелькали машины, люди в цветастой одежде, разноцветные вывески, магазины, витрины… Всё это напоминало один бесконечный водоворот, безвозвратно засасывающий любого, кто в него попадёт.

Город сказка, город мечта, Попадая в его сети, пропадаешь навсегда…

      Кашин невольно вздрогнул, услышав в голове оглушительно-громкий Лизин голос. В том, что голос принадлежал именно ей, Даня ни секунды больше не сомневался, ведь, несмотря на то, что Лиза, сидевшая рядом, даже не пела, а еле слышно мурлыкала что-то себе под нос, Кашин слышал каждое её слово так, словно к уху его подставили колонку. Слова давно забытой им песни пульсировали в голове, и, не удержавшись, Даня, изо всех сил пытавшийся не подавать виду, что что-то было не так, покосился в сторону Лизы.       — Что? — нетерпеливо спросила она, чувствуя на себе тяжёлый взгляд и косясь на Даню в ответ.       — Ничего, — рассеянно ответил тот и зачем-то потряс головой. — Скоро приедем.       — Куда мы едем-то хоть? — подала голос Лиза после минутного молчания.       — Завтракать, — пожал плечами Кашин.       Через десять минут они стояли на пороге симпатичной кофейни, которая приглянулась им сравнительно небольшим количеством народа.       — Доброе утро! — поприветствовала их миловидная официантка с дежурной улыбкой. — Добро пожаловать! Вы можете занять любой свободный… — её дежурная улыбка сменилась вдруг на восторженную, а взгляд застыл на лице Кашина.       Лиза тоже взглянула на него, ища ответа на невысказанный вопрос — чем была вызвана подобная реакция на их появление?       — Спасибо, — быстро ответил Даня, спешно хватая Лизу за руку и ведя её вглубь зала.       По одному только виду Кашина Лиза поняла, что внезапное внимание со стороны той девушки не только не льстило ему, но и доставляло какой-то дискомфорт. «Что это он?» — подумала она про себя и только после Даниных объяснений поняла, что дело было в его творчестве, а точнее в известности, которую это творчество принесло ему в Интернете, и как следствие недостатке личного пространства в общественных местах. В любой другой день Кашин отреагировал бы на такое внимание к себе совершенно спокойно. В конце концов, ему не привыкать. Но сейчас ему было абсолютно не до этого: голову занимали отнюдь не радостные мысли о его — и, видимо, не только его — туманном будущем, мелкие заботы, как-то все разом свалившиеся на его голову, мысли о девушке, сидевшей за столиком напротив него.       — Сколько же у тебя подписчиков, что тебя вот так вот запросто в кафе узнают? — спросила вдруг Лиза, косясь на официантку, которая в свою очередь с любопытством поглядывала в их сторону.       — Чуть больше двух миллионов, — Даня неопределённо махнул рукой в воздухе, задумчиво рассматривая меню.       — Ого… — только и смогла ответить Лиза. Теперь во все глаза пялилась на него уже она сама. Удивительно, что она раньше не встречала его физиономию в сети. Впрочем, это было вполне ожидаемо, учитывая, что в отличие от большинства её знакомых, Лизу мало интересовали медийные деятели.       — Что будешь? — спросил Даня, не обращая внимания на её удивлённый взгляд. — Заказывай всё, что хочешь.       — Я… — Лиза замялась. — Я даже не знаю.       — Любишь вафли?       — Ну… да, — она неуверенно кивнула.       Лиза вдруг почувствовала себя страшно неловко. С собой у неё — как и в принципе — не было ни копейки, — и она залилась краской смущения, осознав, что Кашин, который уже, кажется оплатил её квартиру, будет платить за неё и в кафе. Даня сразу же понял, в чём было дело.       — Да ты не стесняйся, — небрежно сказал он, — я заплачу, — и прибавил задумчиво. — Всё равно в могилу всё не утащишь — так какого чёрта надо отказывать себе в удовольствии?       Из его уст эта фраза не звучала так непринуждённо, как должна была, и Лиза невольно поёжилась, слова Кашина имели двойственный смысл. Однако секундное наваждение прошло и, немного расслабившись, Лиза уткнулась носом в меню, делая вид, что внимательно его изучает.       Снова подошла симпатичная официантка и спросила, готовы ли они сделать заказ.       — Мне бизнес-завтрак с американо, и эклер, пожалуйста, — недолго думая, заказал Кашин и выжидательно посмотрел на Лизу.       — Я буду то же самое, — выпалила та, краснея.       Даня закатил глаза.       — Для девушки завтрак с вафлями, каппучино и фруктовую тарталетку, — обратился он к официантке. Та улыбнулась и, задержав на мгновение на Лизе внимательный взгляд, удалилась.       — Не стоило… — тихо пролепетала Лиза, когда они остались одни. Кашин, казалось, пропустил это мимо ушей.       — Слушай, мы с тобой вчера так по-человечески и не познакомились, — спохватился он. — Глупо вышло, мой косяк. Я Данила Кашин… Короче, просто Даня.       — Лиза Неред, — робко представилась она. — Лиза.       — Да я в курсе, — усмехнулся он и прибавил в ответ на удивлённый Лизин взгляд, — в записке было написано.       — А, ну да, точно… — Лиза не знала, что сказать. Между ними повисла неловкая пауза.       — Ну чего мы, как дебилы, молчим? — воскликнул Даня. — Расскажи о себе, что ли? — он внимательно посмотрел на неё.       — Да я не знаю, что рассказать… — Лиза опустила глаза. Вываливать все свои печали на первого встречного совсем не хотелось, да и вообще подобные разговоры у неё никогда не клеились. — Ну, мне двадцать один, я из Чайковского — город такой на Урале…       — От родителей, значит, съехала, — ухмыльнулся Кашин. Что-то это ему напоминало. — А как с квартирой прокололась?       Кашина, по правде говоря, разговоры вроде «расскажи что-нибудь о себе» раздражали не меньше, чем Лизу, но ему — хоть он и убеждал себя в обратном — отчаянно хотелось узнать, что привело Лизу на место их первой встречи, а для этого заходить нужно было издалека.       — Ну… — начала Лиза, — я учиться приехала, мать осталась в родном городе, там с работой-то так себе, а у меня здесь запара случилась… ну, стипендии, понятно, всё равно не хватило бы, да и не даст мне её никто… — сбивчиво рассказывала она.       — На кого учишься? — машинально спросил Кашин.       — На программиста. Училась…       «Это хорошо, — мелькнуло у Дани в голове, — пригодится». В нём росла всё большая уверенность в том, что Лиза справится с уготовленной для неё ролью.       — То есть, как это «училась»? — переспросил он.       — Попрут меня скоро из универа — вот как, — нахмурилась Лиза. — Что за допрос? — вопросы об учёбе всегда нервировали её, вопросы же Дани, напоминавшие о том, в каком дерьме она находится, и вовсе вгоняли в тоску.       — Что, долгов много? — догадался он.       — Угу, — буркнула Лиза, — по самое не хочу.       Принесли их заказ. Только сейчас Лиза поняла, какая же она на самом дела была голодная. Она с удовольствием ела аппетитные оладьи, запивая их ароматным кофе, но в её голове роилось множество мрачных мыслей, в том числе и об универе, про который ей до последнего не хотелось вспоминать. Ей бы по-хорошему взять себя в руки, напрячься да и закрыть все свои задолжности — что ей, впервой, что ли? И не из такой задницы выбиралась, пока училась. А курсач и купить можно. Вот только, что дальше, Лиза представляла себе смутно. Когда она ехала в Питер, ей казалось, что она точно знает, чего хочет; сейчас же она вообще не была уверена, ту ли стезю выбрала для себя и что собирается делать, закончив учиться. Уже после второго курса университета профессия «айтишника» вдруг перестала казаться ей привлекательной, и Лиза чувствовала себя потерянной, словно заблудившейся в тумане многочисленных возможностей и лабиринте дверей, которые, как ей обещали, должны были быть перед ней открыты.       Из задумчивости её вывел голос Кашина, который уже не в первый раз обращался к ней по имени.       — Ну ты чего? — Даня легонько коснулся её руки, которую Лиза, вздрогнув, тут же отдёрнула.       — Ничего, — ответила она, хмуро уставившись в свою тарелку. — Ты говорил, что хочешь, чтобы я была… кем там, помощницей?       — Менеджером, — поправил её Кашин.       — И что нужно делать? — спросила Лиза без особого энтузиазма.       — Помогать со съёмками, если что куда позвонить надо или договориться… — перечислил он. — На стримах присутствовать будешь, то да сё — короче, на месте разберёмся.       — Ну, ладно, — неуверенно протянула Лиза. — А как же…       — Ни о чём остальном тебе беспокоиться не надо, — подхватил её мысль Даня. — В общем-то, моё дело видосики на ютуб пилить, а твоё — выполнять обязанности менеджера, когда я скажу. Дальше — делай, что хочешь. У меня — работа, проекты, у тебя — учёба, друзья, дела какие-то, или что там. Считай, что вне работы у меня своя жизнь, а у тебя своя.       Кашин поймал себя на мысли, что первоначально хотел сказать вовсе не это, но в какой-то момент почувствовал, что дистанция, установленная между ними, была необходима и ему, и Лизе. В конце концов, у него будет время всё обдумать, у неё — возможность свыкнуться, настроиться на другой лад. Может, так оно и лучше, рассуждал он, боясь признаться себе в том, что на самом деле понятия не имеет, что делать дальше и к чему это всё приведёт. Даня взглянул на Лизу, читая в её глазах нечто очень знакомое. Боязнь неизвестности. Они не говорили об этом, даже не пытались затронуть эту тему, словно нарочно обходя её стороной, но в глубине души понимали — им обоим было невыносимо, до одури страшно.       Принесли счёт. Расплатившись банковской картой, Даня снова обратился к Лизе:       — Поеду скоро к этой твоей грымзе, — так они называли хозяйку меж собой, — за вещами. Тебя подбросить?       — Куда? — не поняла Лиза.       — Как куда? В универ.       — А… — задумчиво протянула Лиза, опуская взгляд в пол. Она совсем потеряла счёт времени и забыла, что сейчас самый разгар рабочей недели. — Да я опоздала уже, — уклончиво ответила она. — И вещей у меня с собой нет.       — Просто не хочешь ехать, — холодно бросил Кашин, попав в точку.       Лиза недовольно поджала губы.       — Слушай, ну один год остался, хули бросать? — Даня театрально развёл руками, всеми силами пытаясь убедить Лизу в своей правоте. Любое занятие, даже такое, как посещение университетских лекций, — он по опыту знал, — может вывести из состояния оцепенения, а это, как ему показалось, было именно то, что нужно Лизе здесь и сейчас. — Для меня человек, который не просто шарит в этой сфере, а шарит профессионально, вообще на вес золота, — серьёзно сказал он. — Что, зря в Питер, что ли, пёрлась?       — Ладно, может, успею ещё ко второй, если подбросишь, — усмехнулась Лиза. Может, так оно действительно будет лучше.       Даня снова вызвал такси, указав конечный адрес — бывшую Лизину квартиру — и добавив промежуточный пункт — её институт. Ждали минут пятнадцать и почти всё это время сидели молча, каждый думая о своём.       — Смотри, — сказал вдруг Даня, глядя в большое панорамное окно, открывашее вид на оживленный проспект.       Яркое утреннее солнце раскинуло свои золотые лучи, и его тёплый свет развивался по улице, словно вышедшая из берегов река. Казалось, не было ни одного уголка, куда он не смог бы проникнуть: вездесущий, он играл солнечными зайчиками в витринах, бросал отблески в незажёных фарах автомобилей, ласкал плечи, руки и шеи спешащих куда-то людей, которые все как один высыпали вдруг на улице побежали куда-то, крутясь пёстром водовороте будничного питерского утра. Казалось, недостающий кусочек паззла был наконец найден, и теперь город окончательно проснулся, вдыхая жизнь полной грудью. Впервые за долгое время Лиза почувствовала, что находится внутри, а не вне этой жизни — в самом её эпицентре. На её губах расцвела тёплая, как утреннее солнце, улыбка.       — Красиво.       Даня разглядывал Лизу, как не разглядывал в первые часы их встречи. На секунду ему показалось, что перед совершенно другой человек. Лиза не была красавицей в общепринятом понимании этого слова. Её черты не были утончёнными, а кожа не сияла, как у фарфоровой статуэтки. Но глаза её в этот момент светились каким-то удивительным блеском, какого Кашин не замечал ни в чьих взглядах уже очень давно.       «Если бы внешность имела запах, Лиза пахла бы свежескошенной травой и гречишным мёдом», — зачем-то подумал он про себя.       Не говоря ни слова, Даня достал из кармана завалявшийся ещё с прошлого мероприятия маркер.       — Дай руку, — сказал он Лизе. — Нет, другую, — Даня взглядом указал на ту руку, где вчера было больше глубоких порезов и которую он на всякий случай забинтовал, запретив Лизе снимать повязку первое время, пока хоть немного не заживёт.       Лиза послушно вытянула вперёд левую руку, с интересом наблюдая за тем, как Даня, открыв колпачок зубами, стал рисовать на белой повязке тонкую палочку.       — Что это? — Лиза удивлённо вскинула брови.       — Ты просила, чтобы я назвал тебе двадцать три причины, — тихо произнёс Даня. — Это — первая. Возможность не только наблюдать за тем, как жизнь вокруг тебя бьёт ключом, но и самому быть её частью. Держи, — он дал ей маркер, — будешь рисовать себе палочку каждый раз, когда появится новая причина. Считай это частью игры, — Даня улыбнулся уголком губ, Лиза ответила ему тем же.       Когда после нескольких дней отсутствия Лиза появилась в университете, никто, казалось, не обратил на это никакого внимания. «А стоило ли ожидать чего-то другого?» — усмехнулась про себя она. Всем было плевать.       Войдя в аудиторию посреди лекции, она тихонько села где-то на заднем ряду и достала из кармана телефон с наушниками. Тот факт, что её появление не вызывало у одногруппников никаких эмоций, Лизу уже не волновал, во всяком случае не так сильно, как раньше. Они всегда были какими-то аморфными, думала она про себя, чего с них взять, зато у неё теперь был какой-никакой стимул постараться разобраться со своими институтскими делами. В конце концов, как бы неохотно она это ни признавала, в чём-то Кашин был прав, и в глубине души Лиза даже была ему благодарна за то, что он появился именно в тот момент, когда она почти сдалась, и впрягся за неё — пусть даже она не совсем понимала, зачем.       Пары пролетели практически незаметно, то ли потому, что Лиза не на всех присутствовала и её учебный день вышел короче, чем у остальных, то ли потому что практически всё время, что она провела в институте, Лиза почти незаметно сидела где-то в конце аудитории с телефоном в руках и смотрела видео с канала Данилы Кашина, который оказалось нетрудно найти. Периодически она прыскала от смеха, и ей даже приходилось зажимать рот рукой, чтобы ей не сделали замечание, до того смешными оказались большинство его роликов.       — Видела твой канал, — улыбнулась Лиза, когда Даня встретил её у входа по окончании занятий.       — Сочувствую, — усмехнулся тот. — Прогуляемся?       Домой они решили поехать на автобусе — Лизе хотелось понять, как добираться отсюда до Даниного дома. Они неторопливо шли к остановке, наслаждаясь приятной погодой, установившейся в Петербурге в последние несколько дней. Высоко стоявшее над горизонтом солнце приятно ласкало кожу, чувствовалось, что весна уже подходит к концу, и лето вот-вот вступит в свои права. Они остановились напротив палатки с мороженым, где купили два клубничных рожка. Неожиданно Даня спросил:       — А если серьёзно, как тебе?       — Что «как»? — переспросила Лиза, высвобождая мороженое из обёртки.       — Ну, видео.       — Не думала, что тебя так сильно волнует то, что я думаю, — ухмыльнулась Лиза.       — Просто интересно услышать твоё мнение, — пробормотал Даня, — всё-таки ты мой менеджер.       — Мне понравились пародии, — весело сказала Лиза, — давно так не ржала. Подержи, — она сунула ему свой рожок и стала рыться в карманах джинсов. Отыскав в одном тот самый маркер, что дал ей сегодня Кашин, Лиза нарисовала у себя на руке ещё одну небольшую палочку, рядом с той, что оставил ей утром Даня.       Чувство, будто кого-то всерьёз интересует то, что ты думаешь — ещё один повод полюбить их игру.