Hey, get off of me!

See a young girl so soft and blonde Doesn't attack me but she did once Intoxications in her veins Sweet young boy plays with her brain

      Полудрёма, контроль пространства и уровня опасности, и связь со соулмейтом, ставшая почти незаметной, едва ощутимой. Воображаемая дверь пропала и вариантов, как вернуть всё на свои места, в голове нет. Ни одной даже идиотской идеи, кроме совсем уж отчаянной, но для того, чтобы давать в газету объявления по типу: «потерялся мальчик, итальянец, мафиози, примерно за двадцать годиков, ревнивый…» явно не дошла.       Тихо и странно. Слишком тихо и идеально. Активные носители Пламени не могут быть настолько покладистыми и тихими… Знания, доставшиеся от Вуди, пасуют. Хранители какие-то зашуганные и нервные.       Трое Хранителей рядом: Солнце — восторженное и милейшее существо, на вид семилетняя девочка, которая с такой радостью на лице резала и выковыривала из меня лишнее, будто подарок рождественский получила; Туман — серьезный, ранимый и нежный парень, внешне хрупкий, на его теле невероятно легко появляются синяки, после того разговора будто в голове поставил галочку и занёс в список своих; Дождь — питон, этакий Каа из мультика о Маугли, только молодой, у него даже внешность такая, видно как мышцы под кожей двигаются и хочется пальцем потыкать, но качком его при этом не назовёшь…       Бесит.       — Что во мне такого интересного, чтобы столько рассматривать? — приоткрываю глаза и рассматриваю кучку якобы профессиональных киллеров несколько лет находящихся на службе государства. Не тянут они на киллеров, вокруг них только цветы не распускаются, и это пристальное внимание…       Не то, чтобы постоянная слежка была для меня в новинку, но довольно странно, что за время, пока из меня вытаскивали лишнее, а потом и от препаратов чистили, Туман и Дождь ни разу от меня взгляда не отвели, про Солнце вообще молчу… И они молчат. Всё это время молчат и просто делают своё дело. А еще сияют аурой и того гляди начнут втирать про магию дружбы.       — Нельзя? — спрашивает спокойный Дождь.       «Скажу «можно» и с таким зверем как «личное пространство» попрощаюсь навсегда» — мелькает в немного гудящей после «очистительных процедур» голове.       — Не знаю, — зеваю, потягиваюсь, наслаждаясь тем, что нет необходимости ломать лезущие на поверхность рефлексы подаренные мне Вуди. — Бесит, когда не могу контролировать ситуацию. То, насколько слаба сейчас по сравнению с каждым из вас. Небо должно быть сильным, а не прятаться за Хранителей.       — Думаешь, это так просто? — раздаётся от двери хриплый от усталости голос, меня обдаёт чужим бешенством.       «Хоть кто-то!» — радостно скалюсь, изучая взглядом новоприбывшего Хранителя. — «Хм…, а злость-то вялая, словно по привычке испытывает. Да что они все такие плюшевые?!»

Lydia'll bring to life What are your chance not to oblige Putting his hand on her thigh Ability has now been ripped Take it away, I'd rather sit

      Облако. Девушка с короткой стрижкой, от которой несёт гарью, кровью и смертью, то, как я оказываюсь рядом, заставляет её вздрогнуть и широко распахнуть глаза в удивлении. Облако заметно выше, массивней и взрослее меня, итальянская кровь заметна невооруженным взглядом. Киваю сама себе, признавая не только, что стоящая передо мной красивущая девушка мне нравится, но и то, что приём с перемещением с добавлением пламени вышел несколько неуклюжим и рваным, но для первого раза сойдёт.       — Мне нужна практика, — информирую Облако, стирая кровь со щеки, недовольно хмурюсь, понимая, что это её собственная. — Надеюсь, они не выжили?       — Н-не знаю, — краснеет от злости этот черный перчик. «Миролюбивое Облако» — отстукивают морфики.       — Ненавидишь пистолеты, — констатирую очевидный факт, склонив голову на бок. — Убивать не любишь.       — Можно подумать ты любишь убивать! — взрывается Облако и опять-таки вяло, причем явно не из-за усталости.       — Нравится побеждать, сражаться, раздвигая границы возможного… Я не милая, доброй назвать язык не повернётся, если кто-то сунется ко мне, когда я не смогу себя контролировать, рискует быть убитым или покалеченным, — девушка направляет мне пистолет прямо в лоб.       Выстрел уходит в потолок, а Облако шипит, пытается вывернуться из захвата.       — Если так не нравится возможность защитить себя, пустив пулю, поживёшь без этого оружия, — легко освобождаю Перчинку от амуниции. Сдерживаясь от того, чтобы шлёпнуть по заднице, предупреждаю. — Увижу в твоих руках огнестрел, сломаю руки.       — Какого… — пытается возмущаться не в серьёз сопротивляющееся Облако, убираю захват, просто растекаясь сверху на девушке и наслаждаясь ощущением от чужого пламени. Моё Пламя выходит наружу, создавая ауру по типу тех, что были мной замечены у Хранителей и Перчинка моментально успокаивается.

Sweet children, sweet children, sweet children Remember when?

      И где конфликт? Где противостояние за лидерство с Облаком?       Незаметно появляется Гроза, протискивается тихонько к другим Хранителям. Тихушники какие-то. Ничего, я их еще расшевелю.       — Захочешь меня припугнуть приставляй пистолет к своей голове, но последствия этого я тебе уже озвучила, — хмыкаю, сползая с чужой спины и отправляясь обратно на единственную койку в этом небольшом бетонном убежище, с сожалением оставляя приятную тяжесть чужой амуниции рядом чуть поодаль от её хозяйки. — Кстати, а зачем ауру пламени постоянно поддерживаете вокруг? В чем смысл? И… ребят, незачем так на неё смотреть, если бы за руку не дернула, выстрел бы не прозвучал. И еще, кто-нибудь объяснит мне, почему вы настолько… тихие? Словно от одного неосторожного слова или действия я рассыплюсь?       Устраиваюсь на койке прикрывая глаза и пережидая приступ головокружения, лба касается маленькая ладошка Солнца разгоняя намечающуюся головную боль.       — Настоящая… — всхлипывает Облако, на языке начинает крутиться ворох различных колкостей, но рывком установившаяся связь, а точнее восстановившаяся и бальзамом омывшее мои растревоженные нервы чужое присутствие четко ощутимое по связям, приводят в благодушное состояние.       Фраза о том, чтобы познакомиться поближе так и остаётся непроизнесённой, потому, что я точно знаю, что мне достались те еще типы, у которых уровень белопушистости сегодня побил все возможные рекорды.       — Это место скоро вычислят, — прислушавшись к сигналам ксеноморфов морщусь, понимая, что именно сейчас надо будет вставать, собираться и валить.       Все подрываются начиная исполнять мой недоприказ. Миленько, бл*ть! ***

Johnny's playing fun and games, or else he's in the storage shed Running from the light of day, or maybe lie and celebrate

      Ни перестрелок, ни погонь, путешествие на новое место жительства произошло как по маслу, по ходу пара Туман+Дождь несколько раз отлучались, чтобы вернуться с еще несколькими «членами семьи». Итого к нам прибавились: благообразный старичок с добрым взглядом откликающийся на «Акаги-джи», десятка два мрачных типов в военной форме в которых я узнала своих товарищей по детским играм в лесу, троица гиков с ноутбуками с Мидориямой во главе…       «Табор, мы ведь смываясь даже «коней» увели, прямо как цыгане», — думаю, сумев только несколькими фразами перекинуться с членами семьи, через баррикаду из нервных Хранителей. — «Пару сумок с деньгами вроде видела, но на такую ораву долго бабла не хватит, а бухгалтера я что-то тут не заметила, придётся прикидывать, как заработать самой… Вуди, я тебя точно в щеку чмокну при встрече даже, если ты темной ночью с расстояния в пару километров за Алена Делона не сойдёшь».       Нас пропускают в Намимори без вопросов, даже приличный дом для Семьи оказывается уже подготовлен, пусть и документы передавал немного заикающийся риэлтор.       Всё было тихо и миленько.       — На-тян! — полыхая радостью и по давней привычке кидаясь тискать, вопит Кен-тян, беззвучно плачет, судорожно цепляясь за одежду никого не стесняясь, а получая неловкую попытку утешить в виде похлопывания по плечу начинает реветь как маленькая девочка. Кен-тян мой лучший друг и Ураган, но нервы у меня далеко не казённые.

The funny circus from his head Follow me if you understand I'll trick her so she'll do it Then I'll sing and now we run

      — Продолжишь рыдать — стукну, — предупреждаю я, получая сияющую улыбку и взгляд, глажу по голове, потому что он всё еще плачет. — Пф, рыдай уж, так и быть, но передо мной рожи не корчь.       — На-тян, — не имей я навыки использования пламени и Кен-тян меня сейчас раздавил бы, переломав все кости. — На-тян!       — Я тоже скучала, друг, — слабая улыбка сама появляется на лице, потому что застарелому горю и одиночеству Кен-тяна на смену приходит радость и воздух наполняется привычной трескотнёй друга, больше половину которой и дешифровщик со стажем мозг свихнёт раньше, чем поймет, в чем дело.       — Ты слишком шумный, — произносит Дождь, прикрывая умыкнувшего меня из объятий Кен-тяна Туман, создавая вокруг себя какую-то гипнотическую ауру и становясь похожим на кобру с раскрытым капюшоном.       — Ты мог её раздавить, — становится на сторону парочки Облако, явно вызывая удивление у всех Хранителей, к Облаку присоединяется и мило улыбающаяся Солнышко.       — Давайте не будем делать поспешных выводов, — становится на сторону Урагана Гроза, ситуация накаляется. Вот только дело далеко не только в том, что Кен-тян мог мне навредить.       — Я вас чувствую, — раздраженно цежу сквозь зубы, получая радостно-умильную реакцию от своих хранителей. — «Когда они уже начнут адекватно на меня реагировать?»

Sweet children, sweet children, sweet children Remember when? Sweet children, sweet children, sweet children Remember when?

      — На-тян классная! — орёт друг, от чего ближайшие стёкла трескаются, из груди вырывается усталое:       — Хаос… _________________ * Green Day — Sweet Children