Hey, get off of me!

      ***Реборн***       Лучший в мире киллер — мишень во всё мелкое тельце едва возвышающиеся над землёй на манер мелкой кочки — 40 сантиметров это не рост. Слабые ручки, ножки, неспособная повзрослеть тушка, желтая пустышка, которую возможно будет снять только с трупа, милое детское личико с пухлыми щечками и черными бусинками глаз. Соответствующий внешности набор гормонов, желаний и слабостей под властью холодного, расчетливого разума стремящегося помахать ручкой и свалить.       Лучший в мире киллер — двухлетний карапуз в дорогом классическом костюме, шляпе-федоре и хамелеоном на плече. Шепотки за спиной, недоуменные взгляды, вопросы ответом на которые может быть только горячий свинец, бьющий без промаха в цель. Шаткий пьедестал, качающийся под ногами и норовящий скинуть и раздавить.       Лучший в мире киллер — всемирно известный переводчик языков на язык насекомых и на животных, что заставляет нервничать очень многих и думать о том, какие секреты хранятся в крохотной голове. Несколько научных степеней в разных сферах, магистерская степень в области математики и запредельная скорость и точность стрельбы, а конкретно умение из любого положения выпустить пулю с точностью в 1-2 мм в течение 0.05 секунды. И при этом абсолютно не имеет значения, что вес итальянца при этом не дотягивает и до четырёх килограмм.       Лучший… когда-то это значило собственный закуток в Палермо, вечную карусель из погонь, ожидания и яростных попыток получить от жизни, как можно больше лучшего: оружия, женщин, выпивки и табака. Противники сами находили его, чтобы доказать, кто искусней, сильней, удачливей, но лучше всегда оказывался он.       Киллер так и не узнал, что заставило Оттава Вонгола вступиться за беспризорника, может быть хвалёная интуиция или жалость, но после встречи с пылающей внутренним огнём женщиной старый и довольно бесполезный человек перестал существовать, уступив место ему — Реборну, сумевшему прогрызть себе путь к вершине под грохот взрывов второй мировой войны и повторить этот путь на бис, когда проклятье Аркобалено превратило его в жалкое подобие карлика, а по сути живой батарейки для тянущей пламя как не в себя пустышки.       Быть лучшим стало привычкой, отлично справляющейся с порывами пустить пулю в висок и помочь закончить весь этот балаган под названием «жизнь» собратьям по несчастью. Как-никак они были частью одной Семьи, пусть это и оказалось больше фикцией, чем чем-то реальным, но смириться с этим итальянец не мог, а потому все Аркобалено оставались живы, не считая изначально ведущей их в ловушку Луче, вот только это был её собственный выбор, а не чей-то расчет.       Сильнейший мафиози мира — испепеляющее Пламя Солнца с каждым годом становящееся всё более смертоносным и иссушающим, утрачивает способность исцелять кого-то кроме своего хозяина. Ворох сожалений, упущенных возможностей и босс Семьи Каваллоне в качестве личного ученика на счету, а дальше в том же качестве и Десятый дон Вонгола. Маленькое кладбище из пытавшихся сыграть на его естественном для любого мужчины желании иметь наследника, неудачников за спиной. Но идиоты не переводятся, а потому появлению похожей на него девочки-куклы с проблемами с психикой и фальшивой улыбкой Реборн не удивляется, только восхищается тонкостью чужой работы над Пламенем, пластикой движений и внешностью куклы.       — Истинный хаос, не правда ли? — слова, сказанные куклой, задевают что-то глубоко внутри, рвут, заставляя крепче сжимать челюсть и прятать взгляд за полями шляпы. — Не хотелось бы мешать вашим играм, но якудза из клана Хибари сообщил, что один из моих собратьев был передан ими Вонголе для её Наследника. Один из членов моей Семьи был передан Вонголе якудза в качестве Хранителя.       — Это серьёзное обвинение, — словно со стороны слышит собственный голос Проклятый Младенец.       — Поэтому я здесь. Своего собрата с собачкой якудза не перепутаю, — взгляд киллера пересекается с взглядом куклы, слишком достоверной, чтобы он мог не задумываясь пустить ей пулю в лоб.       — Будешь мешаться — пристрелю.       — Своё портить не дам, — предупреждает слишком похожий на него самого призрак, фактически вырывая из глотки вместе с кивком:       — Договорились.       — Договорились, — безумно радуется кукла и сама настораживается от собственной реакции, хмурится, пытается расправить завивающиеся на висках короткие пряди волос, подозрительным взглядом косится на Аркобалено пытаясь понять, что с ним не так. Открыто и искренне не доверяет.       — Да кто это вообще такая?! — отвлекает от изучения куклы Гокудера, получая смачный подзатыльник от Реборна.       — Не обращай внимание. Считай её здесь нет, — озвучивает принятое, несколько мгновений назад, решение киллер.       — Н-но, Реборн, может она и может выглядеть довольно пугающей, но она девушка и… Ай! За что?       — Никчемный Тсуна, представь, что это массовая галлюцинация.       — Она кого-то мне напоминает, — с прекрасно понятным им обоим намёком говорит Скорпион, получая предупреждающий взгляд Реборна.       — Ха-ха, и правда, — смеётся бейсболист, почесывая затылок. — Незнакомка-сан, а вы с малышом случайно не родственники?       — Понятия не имею, — легкомысленно пожимает плечами кукла, следующей своей фразой ухудшая и без того не радужное настроение Реборна. — Существование подобного родства крайне сомнительно.       — Почему? — удивляется Никчемный Тсуна, а та очень своеобразно переводит тему.       «Работает с Мукуро или Емицу постарался?» ***       Доверчиво льнущее к его собственному чужое Пламя. Податливое, послушное, родное, словно растворяющееся в его собственном, из-за чего подспудно заставляющее считать его хозяйку неотъемлемой частью киллера. Присутствие, опьяняющие покоем и казалось бы давно забытым чувством семейного уюта из детства.       «Так вот как люди сходят с ума… как и думал, ничего особенного», — отстранённо отмечает лучший в мире киллер, усиливая нажим Пламени Солнца на лучшую из приманок, которую ему когда-либо приходилось видеть, но оказавшуюся недостаточно хорошей чтобы сохранить свою волю под давлением воли Реборна.       Уверенность в проигрыше неизвестного противника крепнет с каждой минутой наблюдений за тихой и покорной куклой, почти не обращающей внимания на происходящие вокруг события и тем неожиданней становятся дальнейшие действия. То, с какой лёгкостью «кукла» сбрасывает влияние Аркобалено с себя, и оказывается рядом с Хибари Кеей, выпуская наружу холодное и яростное Пламя Неба. То, как реагирует Пламя выбранного в Хранители Десятому Вонголе Облака на это Небо.       — Ку-ку-ку-фу, кое-кто смелый решил отойти от роли наблюдателя?       — Я пришла в Кокуё ради собрата, судьба кого-либо из Вонголы безразлична, у них есть репетитор — его и доставай, — отмахивается девчонка, не отрывая пристального взгляда от лица Облака.       — Оя, как грубо, — неодобрительно качает головой иллюзионист, и едва уворачивается от сгустка пламени выпущенного с пальца совершенно по-детски сложенного на манер пистолета. Крохотная часть стенки, с пятном оставленное снарядом на стене крошится и с ледяным звоном рассыпается.       «Неплохой контроль Пламени, но это явно далеко не всё, на что она способна», — делает мысленную заметку Реборн.        — Хии?! Что это было?       — Собратьям моё Пламя не вредит, а проблем с пропускной способностью и скоростью реакции нет, — мило поясняет причины своего выступления мелкая пигалица, которой от силы лет четырнадцать.       «Интересно, какие криворукие придурки занимались её воспитанием? Кто же настолько легко и бездарно будет светить своими козырями?»       — Да ты чокнулась, ведьма! — «Дымовому мальчику явно не хватает тренировок, нужно это исправить»        — Я не нуждаюсь ни в чьей помощи, — скалит зубы на протянувшую ему руку помощи девчонку ГДК.       — А я её и не предлагаю, — не собирается спорить и что-то доказывать мелкая, но стоит их взглядам пересечься, как радужку Облака окрашивает в цвет Пламени, черные глаза девчонки становятся темнее. — Ставлю тебя в известность, что ты не один, что ты часть моей семьи.       Молчаливое противостояние Облака и Неба выливается в то, что пламенные ауры становятся физически видимы.       — У тебя есть Облако.       — А я в Хранители и не вербую. Выберешь Небо, поддержу, — ГДК облегченно выдыхает, успокаиваясь, и вырубается. Мелкая чуть придерживает падение, не давая навредить сопляку себе еще больше, едва касаясь, проводит пальцами волосам.       «Кто же ты такая?» — думает Реборн ощущая, как из Пламени мелкой выветриваются остатки его собственного.       — Поймал! — радостно вопит подросток с Атрибутом Грозы, сияя глазами и немного искря, затаскивая в помещение тщательно связанного якудзу, явно недовольного подобным раскладом. — Его свои чуть не кокнули, когда поняли что за информацию он по дури слил, но их иллюзионистам до нашего далеко, так что ловить в Аргентине они этого типа будут долго.       — Сваливай в уголке, нам это не интересно, а людям Вонголы будет важно послушать о связях клана Хибари с правительством и сколько мафиози ради блага Японии они сдали, — мелкая девчонка даже не пытается скрыть злую радость и желание оказаться подальше от сюда. — О, видимо кого-то, просвещая о «тупом зверье» забыли упомянуть, откуда оно вылупилось и в каких условиях его держали. Чудно. Запись его откровений тоже в уголке оставь, чтобы добрым мафиози было с чем сравнить.       Реборн пытается подавить волю мелкой и закономерно не добился ничего, но вместо досады или хотя бы легкого разочарования испытывает гордость. Изучающий взгляд черных глаз итальянца, с многообещающей нежностью скользит по якудза из клана Хибари — Реборну крайне не нравится ощущать себя идиотом и чего-то не знать.       ***Гокудера Хаято***       Появление, сходство с Реборном, необычное Пламя не похожее ни на одно с которым он сталкивался, телепатический разговор с этим ненормальным ГДК, оговорка про «собратьев» и «вылупились»… Они точно инопланетяне!       ***Скуало Суперби***       Капитан Варии многое повидал на своём веку, хотя с учетом того как ему приходилось впахивать итальянец назвал бы это эпохой — один год за десять шел минимум — и чертов босс умудрившийся докопаться до соулмейта, будучи вмурованным в лёд, даже удивления не вызвал. Не после того, как Занзас заявился на своих двоих в Варию, расхерачив якобы неразрушимую технику Первого Вонголы.       Нет, Император Мечей, как только услышал слово «неразрушимая» относительно той сосульки в которую законопатили босса, понял, что тот её расхерачит, но место расположения сосульки найти не удавалось, Вонгола давила на Варию, мелкая шушера видя отношение «гиганта» зубы скалить пыталась… Суперби уже даже смириться успел с тем, что после разморозки встретится с неуравновешенным, озлобленным в край подростком, с сомнительным уровнем адекватности, и это в лучшем случае.       Повзрослевший и заметно поутихший Занзас стал тем еще сюрпризом для всех. Конечно, чертов босс никому и никаких объяснений не давал, и уж точно не орал на каждом шагу о том, что где-то по земному шарику бродит «половинка Занзаса», но само наличие её было очевидно, как и то, что босс отказываться от подарочка судьбы не станет. И нет, мечник на том, что это «половина» лучшая в отношении характера, вредных привычек и прочей фигни даже не мечтал. Частично шрамированная, частично целая (как он вообще этого добиться умудрился?!) метка, которую отморозившийся босс прикрывать даже не думал, надежд на подобное не оставляла.       Вария вообще парила на крыльях, начиная от офицеров и заканчивая рядовым составом. Босс вернулся и явно собирался отыграть потерянные при проигрыше очки и прибрать к рукам Вонголу, и еще сильнее укрепить положение Семьи в мафии. Так что внезапный срыв вылившийся в нехилые разрушения и образование ненужных трупов вызвал у капитана Варии множество вопросов, но когда он зашел в кабинет и наткнулся взглядом на глушащего словно воду вискарь Занзаса остался только один:       — Вроооой! Что это за х*йня?       — Свали, пока не пристрелил, — сделав очередной глоток вискаря, цедит сквозь зубы чертов босс.       — Х*ли соулмейт еще не здесь? Не доверяешь нам? Бережешь психику офицеров?       — Нарываешься.       — Лучше сдохнуть сейчас, чем дожидаться пока ты рехнёшься из-за своего соулмейта.       Несколько часов спустя, после невъ*бенно душевного разговора с чертовым боссом капитан прекрасно осознал в какой заднице тот оказался, а в голове стал упорно складываться образ женской версии Занзаса, имеющей внушительный зуб на этого самого Занзаса. Зато Скуало, как давний, лучший, а заодно и единственный друг босса Варии мог быть спокоен, раз будучи в сосульке крышей не потёк, то и сейчас побесится, пар спустит и впряжется в работу с удвоенным усердием.       А как человек обладающий инстинктом самосохранения, Суперби старался не представлять встречу двух половинок Занзаса.       Не представлять.