Приручение

Холодная вода не приносила облегчения. Тэхён вновь расстегивает две первых пуговицы, которые совсем недавно собственноручно застегнул лидер. - Он лучше бы на этого мелкого соблазнителя паранджу накинул, - сдавленно выдыхает Тэ, сгибаясь, оперевшись на раковину. Возбуждение медленно утихало, в голове все яснее. "Хён" - Слышит он голос и снова сжимает веки. - С тобой все нормально? - с тревогой вопрошает младший. - Тэхён, да что случилось. Ты так посмотрел на меня. - Взгляд Тэ несколько минут назад немного напугал Чонгука. Ему показалось, что старший злился на него, только за что, он не понял. - Я что-то не то сделал? Почему ты злишься? Хён, обернись, я же с тобой говорю! - Кто-нибудь видел, куда ты пошел? - спрашивает Тэ, не меняя позы, и так низко, что у Гука волосы на загривке поднялись. - Не... Кхм... Нет, - голос подвел. Он терялся, когда старший говорил с ним так. Это бесило, потому что хён редко срывался и скандалил, но его голос... - Закрой дверь на защелку, - почти рычит Тэхён, поднимая голову и смотря на него через отражение. От этого взгляда Чонгука в дрожь бросило. Он тут же развернулся и щелкнул замком, закрывая. - Тэхён, ты меня пугаешь... - голос снова предательски задрожал. Как бы он не пытался бороться, в подобные моменты он сам себе напоминал кролика, которого парализует взглядом хищника. Тэхён не отводит глаз, и Гук заворожено приближается, не в силах даже слова выдавить. Старший дергает его на себя так резко, что он едва удерживает равновесие. В губы агрессивно "вгрызаются", и его ноги подкашиваются от энергии желания и власти, которая прорывается из Тэ, обрушиваясь на него. Первые секунды он еще помнит о прическе и макияже, но возбуждение уже туманит разум, а язык Тэ слизывает с его лица и шеи грим. Стон вырывается раньше... Он не может думать, не в силах анализировать - руки сминающие его половинки сквозь тонкую ткань легких брюк, губы высасывающие из него кислород, не позволяют этого. - Я тебя чуть там не уложил. Под этими чертовыми прожекторами и кучей народа. Что же ты со мной делаешь? - хрипит Тэ, вылизывая его ключицы. - Я... хён... ах... Ты испортил мне макияж. Нуна снова психова-а-ть будет. Не порви мне блузку. Тэхё-ё-н... - Руки ответно страстно скользят под футболкой старшего, а губы ищут губы. - Поцелуй... Тэхён возвращается к его губам, исполняя желание. - Хочу тебя так, что мозг отключается. Зачем она тебя так красит? И эта прическа... Я в ноты не попадаю. Дьявол! Я ни о чем думать не могу, кроме желания обладать тобой. Хочу. Безумно хочу тебя, - сбивчивый шепот и он просовывает колено между его ног, срывая стон. - Тэ-э, нам идти нужно. Сейчас искать начнут, - еле выговаривает Гук, мечтая, чтобы они оказались сейчас хоть в аду, только бы наедине. - Я не могу идти. У меня штаны на части рвутся. Ошибкой было идти за мной, Куки. Большой. Ошибкой. - Держаться нет сил. А Гук всеми силами старается не смотреть вниз, боясь окончательно потерять контроль. Тэхён достает телефон и трясущимися пальцами набирает сообщение лидеру: "Нам нужно двадцать минут, либо я не смогу работать. Хён, отвлеки остальных" В ответ спустя минуту пришло "ок", и Тэ, потянув уголок губ, томно выдыхает, опаляя шею Гука горячим дыханием: - Снимай штаны, малыш, у нас мало времени. Гук несколько секунд стопорит, пока Тэ, чуть ли не падая, стягивает брюки с себя. - Чонгуки-и, ты же не хочешь, чтобы нуна увидела не только подпорченный макияж. Снимай штаны, или я их разорву на тебе, а объясняться сам будешь, - басит Тэ, растирая естественную смазку по древку. Гук всхлипывает, сглатывая слюну, и нервно дергает за ремень, одновременно расстегивая ширинку. Полминуты, и он упирается в столешницу руками, выпячивая пятую точку. Тэхён, обильно сплюнув на руку, смазывает его вход и, медленно погрузившись, начинает поступательно двигаться. - Хё-ё-н, - выдыхает Гук, крупно подрагивая от пронизывающих тело ощущений, - быстрее. А-а-м... М-м... - Тихие стоны перешли в сдавленное подвывание. Тэхён почти лег на него и, потянувшись к крану, включил воду, чтобы перекрыть звуки шлепков и жарких стонов. Взаимное наслаждение отключает их от реальности, унося в мир блаженства. Тела сливаются в едином экстазе, воздух вокруг, словно искрится, накаляется. Гук выгибается, желая получить больше ощущений, а Тэхёну безумно хочется поцеловать каждый позвонок, проступающий сквозь почти невесомую ткань черно-белой блузки, но времени на нежности нет, и поэтому, ритмично двигаясь в нем, он думает о том, как восполнит этот пробел, когда они окажутся дома. Спустя минуты до Тэхёна доносится хрип Гука, что он "почти", и он, покинув его тело, разворачивает к себе лицом. Нервные, почти дикие поцелуи. Они доводят друг друга ладонями, не переставая целоваться. Долгий взгляд глаза в глаза, в котором сквозит взаимное обожание. - Тэхён, время, - шепчет Гук, спешно целуя и всовывая ему в руки брюки. - Теперь меня хватит на пару часов. Я надеюсь, - низко проговаривает Тэ, надевая их. - Хорошо, что это фотосессия, иначе, я бы тебе не дал, - посмеивается младший, заправляя блузку в штаны. Тэхён сгребает его в объятия, не давая привести себя в порядок: - А нечего за мной по туалетам бегать. - Стискивая его талию. - Она все тоньше, и эти блузки по фигуре, как издевательство... Я обречен умереть от перевозбуждения. Быстрей бы домой. Принять вместе ванну. Я бы тебе массаж сделал, чтобы поясница не болела. И любил... долго... - Ладони снова на аппетитных ягодицах. - Тэ, вот сейчас ты сам себя провоцируешь. Убери руки, и быстро работать, иначе я тебе воздержание устрою! И этот твой... голос... Под запретом! - Он шлепнул его по рукам и, с силой оттолкнув, одернул вновь перекрутившуюся блузку, поправил прическу и вышел из туалета, не оборачиваясь. Тэхён же вновь вернулся к дыхательной гимнастике, опуская взгляд на ширинку: - Этот шланг не дар, а проклятье. Не смей дрыгаться до дома, - гневно прошептал он и вышел следом. В двадцать минут они почти уложились. Ну, почти. Короткий вечно обеспокоенный взгляд лидера, и они вернулись к работе.