Репетитор

Я не заметила, как пролетел следующий день. Но, еще с утра того дня, когда я должна была ехать в бункер, настроение у меня было потрясающее. Я не заметила, как пролетели пары в колледже, не заметила дорогу домой. Скидала в рюкзак тетрадку с конспектами и, даже не переодеваясь, в брючном костюме, белой рубашке, пиджаке, надела шлем и поехала за Кевином. В прихожей у него я стояла, нервно прихлопывая ладонями по бедрам, поторапливая Трэна. - Кевииин, быстреее. - Да куда ты торопишься-то? Я сама не знала, куда я тороплюсь, но мне хотелось как можно скорее оказаться в бункере. Через 10 минут мы уже летели по дороге, ветер развевал мои волосы, а я только сильнее сжимала ручку газа. Скорость дала знать о себе, красиво затормозить не получилось. Однако я, после того, как слетела с Сузуки, приземлилась на корточки, а вот Кевин лежал, распластавшись, на земле. Я подошла к нему. - Эй, парень, ты как? - Чтобы я еще раз, да с тобой, да ни за что. Я усмехнулась. - Ну это мы еще посмотрим. Я помогла ему подняться. Потом привела себя в порядок, отряхнулась и поправила волосы. Мы взяли рюкзаки и зашли в бункер. Сэм вышел нам навстречу. Обнял меня и пожал руку Кевину. - Вы чего такие растрепанные? Кевин усмехнулся. - С мотоцикла слетели. Глаза Сэма увеличились в три раза. - Всмысле?! Как? Я пожала плечами. - Неудачно тормознула, бывает. А где все? - Лиза одевается, Дин спит. Вы как, нормально? Мы кивнули. Вышла Лиза. Обняла меня и кивнула Кевину. Мы сразу пошли заниматься. Я дала ребятам самостоятельную и проверяла их домашние сочинения. Но думала я отнюдь не о Николае Ростове. В своей тетради, где я отмечала успехи ребят плюсиками, на последнем листе я, размышляя, что-то рисовала. Очнувшись, я посмотрела на рисунок. Пара глаз, до чертиков похожих на глаза Дина. Я быстро захлопнула тетрадь и выдохнула. Чтож такое то... В дверь постучали. Я вышла. Там стоял Дин. Сонный, но с улыбкой на губах. Мы обнялись. Не размыкая рук, мы шепотом разговаривали. - Как ты? - Хорошо. А ты? - Тоже. Как занятия? - Нормально. Они самостоятельную делают, я их сочинения проверяла. - Умница. - Иди в пень. Он отпустил меня и посмотрел мне в глаза. Улыбнулся и поправил прядь моих волос. - Ладно, иди, а то там уже что-то невообразимое творится. Действительно, из комнаты уже слышался громкий смех и разговоры. Дин тронул меня за руку. - Жду на чай. Я улыбнулась ему и кивнула. Зашла в комнату. Лиза и Кевин тут же приняли серьезные выражения лиц и занялись самостоятельной. - Как дети маленькие, кот из дому - мышки в пляс. Они хихикнули. - Через 20 минут сдаем. Притихли. Вот так-то. Я поставила оценки за сочинения и стала ждать, когда они закончат. По завершению работы ребята попросили обсудить с ними ошибки в их сочинениях. Я разложила им все по полочкам. На это у меня ушел час. Наконец, я закончила. - Поняли? Они кивнули. - Ну что, печеньки мои. Хватит на сегодня. Кстати, вы, наверное, заметили, что мы с вами подходим к концу. Еще неделю, и все. Ребята кивнули. - Дома дочитываем четвертый том, там немного осталось. И всю неделю мы его с вами разбираем. А в конце - итоговый тест. Ой всё, я уже устала говорить. Пошлите чай пить. У меня реально пересохло в горле. Лиза быстренько накрыла на стол. К нам вышел Дин и сел рядом со мной. - Уже закончили? Я кивнула. - Через неделю занятия закончатся. Он не ответил. Пришел Сэм, и начал что-то рассказывать. Я отрешенно слушала его, думая о своем. Дин под столом взял меня за руку и легонько сжал ее. Я улыбнулась. Мы долго сидели за столом, разговаривая, споря и смеясь. Мне было хорошо с этими людьми. Я раньше не жаловалась на свою жизнь, я хорошо жила, у меня было все: собственный дом, перешедший мне от бабушки, мотоцикл, отличная учеба и любимое хобби. Но вот таких людей в моей жизни не было, и благодаря им моя жизнь стала еще лучше. На протяжении всего разговора Дин держал меня за руку под столом. Я уже не обращала на это внимания, да и он не зацикливался на этом. Просто держал и все. У меня зазвонил телефон. Я тут же взяла трубку. - Да. - Таня? Это мистер Голдвиг. - Да, я слушаю. - Месяц подходит к концу, у тебя по итогам колледжа красный диплом. - Я знаю. - По распределению ты едешь работать не в Оклахому, а в Ванкувер. - Как в Ванкувер?! За столом все притихли. Дин сжал мою ладонь. - Твоими документами заинтересовался лингвистический институт углубленного изучения литературы, расположенный в Ванкувере. Я выдохнула. Все молчали. Директор продолжил. - Так ты как? - Как-как... Согласна я, что мне еще делать. - Хорошо, тогда я отвечаю согласием на их предложение? - Подождите, а заработная плата в каком размере? Директор усмехнулся и назвал мне число. Я охнула. - Так что? - Да, отвечайте согласием. - Ну и хорошо. До свидания. - Угу. Только я положила трубку, как на меня уставились 4 пары глаз. - Чего вы так уставились? Уезжаю я через две недели. В Ванкувер. Работать. Я прикрыла глаза свободной рукой и собиралась с мыслями. Стояла тишина. Лиза заговорила. - Но ты же будешь приезжать? Хотя бы раз в две недели? Раз в месяц? Я пожала плечами. - Ничего не могу обещать. Девушка встала из-за стола, подошла ко мне сзади и, положив голову мне на плечо, обняла за шею. - Ну куда я без тебя? - Дальше учиться. - А я? Кевин. Я улыбнулась. - То же самое. И не дай Боже вы мне академиками не станете. Они рассмеялись. - А я как? - Сэм, а тебе-то я каким боком? - Как это? А с кем я буду спорить о древних манускриптах? А кто будет мне косички заплетать? Было дело. Я молчала, улыбаясь и разглядывая стол. И тут над моим ухом прозвучал вопрос, заставивший все внутри меня перевернуться. Приглушенный шепот Дина заставил меня покрыться мурашками. - А как же я? Я уткнулась ему в плечо и спрятала лицо в его рубашке. - Я не знаю. Мы молчали. У Кевина зазвонил телефон. - Да, мам. Хорошо. Да. Всё, выезжаем, да. Скоро буду. Я подняла голову с плеча Дина и посмотрела на Трэна. - Что там? - Простите, но мама зовет домой, там гости приехали, ей одной не справиться. - Значит, выезжаем. Я осторожно высвободила свою руку из ладони Дина и вышла из-за стола. Уже на улице в голову Сэма пришла гениальная идея. - А давайте вот как сделаем. Если вам занятия проводить не через день, а каждый день? Тогда вы за неделю все пройдете, и у нас останется неделя чтобы просто тусить всем вместе. Я, стоявшая до этого в объятиях Дина, подняла голову и посмотрела на Винчестера-старшего. Он пожал плечами. Лиза и Кевин усиленно кивали. Я вздохнула. - Ну давайте так. Значит, завтра снова ждите. Винчестеры кивнули. Мы с Кевином сели на мотоцикл и надели шлемы. Теперь, когда из-за тонированного стекла моего шлема никто не мог видеть моего лица, по щекам побежали слезы. Я сморгнула и нажала на газ. Дома я, приняв душ, развалилась на диване в одном нижнем белье и думала. Как быть дальше? Ехать в Ванкувер необходимо, чтобы начать зарабатывать и самостоятельно себя обеспечивать. Но как же мои гонки, моя банда, Марк? Как будут учиться Лиза и Кевин? Как же Дин? Я села на диване и сдула челку со лба. Это верный признак того, что я в замешательстве. Я не знаю, буду ли я приезжать сюда, смогу ли вырываться с работы и находить свободное время для ребят и гонок. Вот и закончилась моя детская жизнь, когда на все хватало времени, даже свободное оставалось. Теперь же только дом - работа - дом. Естественно, у меня будет выходной, воскресенье, но он же один. А за один день я не успею не то что ребят навестить и погонять с бандой, я не успею даже доехать до сюда! Сложнооо блин, сложнооо. Две недели. Осталось две чертовых недели. Надо как-то офигенно их провести. Так, чтобы запомнилось. Причем не только мне. Включила музыку в наушниках и села за домашнюю. Колледж завтра никто не отменял. После колледжа мы с Кевином снова были в бункере. Парней дома не было, Лиза сказала, что по делам уехали. Ну ладно. Ребята прочитали все, что я им говорила. Поэтому на занятии больше говорили они, чем я. Они снова начали спорить из-за чего-то, а я наслаждалась. Лиза хлопнула ладонью по столу и резко встала. - Я не могу! Таня! Я, улыбаясь, повернулась к ней голову. - Чего? - Кевин! Давай спорнем? Парень усмехнулся. В большинстве споров на наших занятиях побеждал он, поэтому он был уверен, что выиграет. - Давай. На что? И тут вмешалась я. - Если выигрывает Лиза, ты подстригаешься. Если ты, то она... - Помогает мне с математикой. - О, молодец, придумал. Лиза стояла, вся красная от гнева, скрестив руки на груди. Сквозь зубы выдавила: "Ладно". Я подсела к ним. - Что у вас? Они рассказали мне о их вопросе и каждый высказал свою точку зрения. - Кто прав? А то мы уже заколебались выяснять. Я сделала умное лицо. - Вы не поверите, но Лиза права. Девушка взвизгнула и на радостях опрокинула стул. Кевин сидел в шоке. - Как?! Я пожала плечами. - Вот так. Так что завтра чтобы был с короткой стрижкой. Я долго ждала момента, когда можно будет тебе сказать, чтоб ты подстригся, а тут вон как удачно. Парень был в растерянности и накручивал на палец прядь волос. Мы еще долго разговаривали о проблематике произведения. Наконец, когда ребята выдохлись, я их отпустила. Лиза налила нам чай. Я сидела и, думая о своем, смотрела на то место, где обычно сидел Дин. Дни шли за днями, занятия подходили к концу, а Винчестеров все не было дома. На мои вопросы Лиза только пожимала плечами и говорила, что они уже мальчики большие, за ними ухаживать не надо, как приедут, так приедут. Настал черед последнего занятия. Мы с Кевином, который, кстати, выполнил условия спора и подстригся, зашли в бункер. Парню шла короткая стрижка, прям вах как шла. Лиза так та вся млела перед ним. Длинные темные волосы оттеняли глаза парня, при взгляде на него внимание зацикливалось на волосах, а не на глазах. С кротким ёжиком волос оказалось, что у Кевина огромные глаза цвета крепкого черного кофе. Мы сидели в зале, за большим столом, так как был иготовый тест по всем занятиям, и нужно было больше свежего воздуха и света. Ребята сидели напротив друг друга, каждый во главе стола, так что списать не было никакой возможности. Да я еще и не поленилась, сделала им каждому свой вариант. Поэтому, особо не парясь, я сидела в середине стола и читала учебник по древней литературе. Где-то на середине, когда у меня от древних иероглифов уже голова шла кругом и в глазах пестрило, дверь бункера открылась. Я подняла голову. Вошел Сэм, взлохмаченный, пятна крови на руках и одежде, хотел что-то сказать, но не смог и, потеряв сознание, скатился по стене на пол. Лиза завизжала и расплакалась. Я быстро сориентировалась, хотя у самой внутри похолодело от ужаса и страха. Я была старше своих подопечных, я несла за них ответственность. Поэтому велела Кевину отвести Лизу в ее комнату и не выпускать оттуда ни под каким предлогом. Они ушли, а я подбежала к Сэму. Села над ним, похлопала его по щекам. Безрезультатно. Сбегала на кухню за стаканом воды и, набрав полный рот, брызнула ею в лицо Винчестера. Тот закашлялся и, жадно глотая воздух, открыл глаза. Я поспешно сползла с него, и парень сел, глубоко дыша. Я дала ему попить. - Сэм, что случилось?! Почему на тебе кровь? Ты ранен? Где Дин? Сэм махнул рукой на дверь бункера. - Там... В Импале... Позови Кевина... Одной не дотащить... Все мои внутренние органы словно сжал один огромный кулак. Слезы подступили к глазам, но я держалась. Он не мог умереть. Просто не мог. Я помогла Сэму добраться до стула и посадила его. Позвала Кевина. Парень тут же оказался возле меня. Мы вышли из бункера. Импала стояла на обочине дороги. Дин сидел на пассажирском сидении, запрокинув голову назад и, казалось, не дыша. Я, еле сдерживаясь от истерики, подбежала к машине, открыла дверь. И застыла. Кевин, подбежавший следом за мной, охнул и, согнувшись пополам, отдал свой обед земле. Грудная клетка и брюшная полость Дина были растерзаны, ошметки кожи болтались, все было залито кровью, внутренности вываливались наружу. Я осторожно, двумя пальцами, дотронулась до артерии на шее Винчестера. Пульс был, но такой слабый... Кевин возник за моим плечом, бодрый, но чуть позеленевший. - Его в больницу надо... Я, недолго думая, захлопнула дверь со стороны Дина и села за руль Импалы. Никогда прежде мне не доводилось водить машину, но сейчас выбора просто не было. - Я позвоню. Кевин кивнул. Я вдавила педаль газа в пол. Я вбежала в больницу с криками о помощи. Тут же выбежали несколько медбратьев, принесли носилки и, погрузив на них Дина, унесли куда-то вглубь больницы. Вот тогда-то я и дала волю своим чувствам. Разревелась так, что аж голова заболела. Медсестры отвели меня к себе в сестринскую и начали отпаивать валерьянкой и прочей ерундой. Дверь распахнулась и зашел высокий лысый мужчина, в хирургической шапочке, перчатках и маске. Перчатки врача были в крови. Он что-то быстро сказал девушкам, одна из них начала также быстро писать то, что он говорил, на бумаге, вторая убежала в коридор, третья осталась сидеть около меня и успокаивающе гладила меня по плечу. Врач нахмурился. - А кто его привез? Медсестра посмотрела на врача. - Не знаю, мистер Хэнк. - Как не знаю?! Кто привез молодого человека с разодранной грудью и брюшной полостью?! Я очнулась. Голоса у меня почти не было, весь выревела. - Я привезла... Хэнк посмотрел на меня. - Сообщите медсестрам его данные, ФИО, дату рождения, место жительства. При каких обстоятельствах этот молодой человек получил такие раны? Я пожала плечами и рассказала врачу, что произошло и как мы сюда попали. Он слушал, скрестив руки на груди. - Вот и все. Доктор, а он...? - Все в порядке. Ну, относительно. Мы сделали все, что было в наших силах. Значит так. Сообщите данные, и Энжи вас проводит к нему в палату. Он еще не очнулся, да и вряд ли очнется сегодня, но я вижу, что вам необходимо убедиться, что с ним все более менее хорошо. Я кивнула. Доктор вышел. Я сказала медсестрам все, что знала о Дине. Дин Винчестер, родился 24 января 1979 года в Лоуренсе, штат Канзас. Он сам рассказал мне это, когда мы гуляли. Как только медсестра все записала, мы пошли к нему в палату. Девушка указала мне на нужную дверь и, одобрительно улыбнувшись, ушла. Я глубоко вдохнула, собралась с мыслями и вошла. Небольшая, одноместная палата. У окна - койка. На ней, лежа на спине и запрокинув голову, лежал Дин. Глаза парня были закрыты, дышал сквозь кислородную маску, но он был жив. Я медленно подошла к самой койке. Руки Винчестера были вытянуты вдоль тела, в вену на левой руке шла капельница. Одеяло закрывало тело Дина только до пресса. От груди и до самых больничных штанов торс парня был перебинтован на несколько десятков слоев. Я замерла, смотря на его ресницы. Глаза Дина были неподвижны, однако ресницы чуть дрожали. Я тихонько, одними кончиками пальцев дотронулась до его руки. Кожа парня была прохладной. Я осторожно взяла его за руку и чуть сжала. - Дин, ну как же ты так... Балбес. Довел меня до истерики. Тебе тут месяц валяться, если не больше. И знаешь что. Вот хер я теперь куда уеду. Пусть переносят мой график, пусть что хотят, то и делают, хоть увольняют. Но пока ты не поправишься, я не уеду. Я еще долго задумчиво гладила руку Дина, рассматривала кольцо на его пальце, изучала линии на ладони. Наконец, когда врач уже второй раз заглянул, я поняла, что пора уходить. Еще раз тихонько сжала руку Дина. - Я завтра утром приеду. Поправляйся и жди меня. Легонько поцеловала его в висок и вышла из палаты. Вернувшись в бункер, я даже не сразу поняла, что происходит. Кевин и Лиза сидели за столом и дописывали тест, как будто ничего и не произошло. Сэм сидел в центре стола и, читая мою книгу, пил кофе. Парень был недавно из душа, его шикарные локоны были прилизаны. Когда я вошла, все трое, как по команде, повернули ко мне головы. Я позвала Сэма с собой, и мы ушли в его комнату. Села на кровать. Он заглянул мне в глаза. - Ну? Рассказывай. Я все выложила, вплоть до того, что ревела в сестринской. Он кивнул. - Ну ничего. Он поправится. Здоровья у него больше, чем у всех нас вместе взятых. Да и Бог его бережет. Уже который раз на волоске от смерти... Я посмотрела на него, ожидая продолжения, но Сэм продолжать явно не хотел. - Ладно, пошли к ребятам. Мы вышли на кухню и стали ждать, когда Лиза и Кевин закончат. Когда ребята сдали мне тесты, на улице уже смеркалось. Я тут же достала из рюкзака ежедневник, где были записаны ответы, и начала проверять. Надо мной нависли три головы и следили за каждым движением моей красной ручки. Я, довольно улыбаясь, вручила ребятам проверенные работы и, откинувшись на спинку стула, закинула ноги на стол. - Всё, бичез, я свободен! Ребята внимательно изучили свои оценки. Посмотрели друг на друга, дали пятюни и, завизжав, кинулись друг другу на шеи. У обоих была 100% пятёрка. Недолго думая, мы с Кевином решили ехать домой. Отмечать оценки ребят мы не стали. Дин в больнице, а мы тут чаи распиваем. Решили, что когда выпишется, тогда и посидим. Я пока не сказала ребятам, что никуда не уезжаю. К слову не пришлось. Потом как-нибудь скажу. Уже на улице, около мотоцикла, я впомнила. - Кстати, завтра с утра кто свободен? Все трое помотали головами. Я посмотрела на Сэма. Тот мельком взглянул на Лизу. - Дело есть. Кое-что нужно закончить. Я, приподняв бровь, посмотрела на Кевина. - Зачет по литературе. Лиза. - Репетиция к выпускному. Я прищелкнула языком. Сэм наклонил голову на бок. - А что? - Значит, к Дину я одна поеду. Они кивнули. - Я уже думал об этом, когда мы ждали, пока ребята напишут тесты. Можно попросить тебя присмотреть за Дином, там, в больнице, некоторое время? У меня дела, у ребят выпускные. Я могу оплатить твою отсрочку на работе. Я помотала головой. - Вот этого не надо. Оплатить это пусть директор решает. Я завтра поставлю его перед фактом, пусть бегает. - Так ты согласна? Я кивнула. Ну вот, все само собой рассосалось. Я хлопнула Кевина по плечу. - Ладно, парень, поехали. - Поехали. Мы обнялись с Винчестерами и сели на мотоцикл. Надели шлемы и, помахав Сэму и Лизе, поехали домой. На следующий день я, быстренько переодевшись после колледжа из брючного костюма в джинсы и топ, собралась к Дину. Купила апельсинок по дороге, так как вообще не представляла, что ему можно, а что нельзя. Медсестры узнали меня. - Вы к Дину? Я кивнула. - Очень приятный молодой человек. Вежливый такой, улыбается. Мне на плечи накинули больничный халат и довели до двери палаты. Энжи, та самая, которая вчера привела меня сюда, постучалась и заглянула внутрь. - Мистер Винчестер, к вам посетитель. Из-за двери послышался такой родной баритон. - Пусть войдет. Энжи, подмигнув мне, пропустила меня в палату и ушла. Я скромно стояла около двери, сжимая в руках несчастный пакет с апельсинами. Дин лежал на кровати, закинув руки за голову и прикрыв глаза. Торс парня все также был перебинтован. Когда я вошла, он открыл глаза и, увидев меня, улыбнулся. - Привет... Я разучилась дышать. Просто... Блин... Что-то непонятное происходило со мной. Еще вчера этот человек сидел в машине с разодранной грудью и животом, лежал на этой кровати без сознания, а уже сегодня он смотрит на меня и улыбается мне так, что невозможно не улыбаться в ответ. - Привет. Он чуть пододвинулся на кровати и призывно похлопал по ней рукой. - Иди ко мне. Я села на край кровати. - Ну ты чего как не родная. Взял руками меня за талию и притянул ближе. Я тут же шлепнула его по руке. - Винчестер! Тебе нельзя напрягаться! Дин усмехнулся. - Никто и не напрягается. Я щелкнула его по носу. - Задница. Он улыбнулся и взял мою руку в свою. - Ну как ты? - Лучше. Мне утром сказали, что ты вчера тут была. Я опустила взгляд. - Плакала, сидела возле меня, пока я в отключке был. Я вздохнула. - Было такое. - Глупышка. Чего плакать-то? Жив и ладно. Я влепила ему подзатыльник. - Балбес. Я тебе тут апельсинчиков принесла. - Спасибо. Я устроилась поудобнее. - Что врач говорит? Дин, смачно жуя дольку апельсина, показал большой палец. - Вот так вот всё. Через месяц буду как новенький. - Ну и хорошо. - Кстати. Ты когда уезжаешь-то? Чтобы мне отпроситься на пару часиков, проводить тебя. Я взлохматила ему волосы. - Пока ты не выйдешь из больницы, я никуда не уеду. Дин вскинул брови. - Всмысле? А работа? А тот шикарный институт в Ванкувере? Я помотала головой. - Никакого института, пока ты в больнице. Дин сжал мою ладонь. - Не надо ради меня идти на такие жертвы, не стою я того. - Ну-ка цыц. Сказала остаюсь, значит остаюсь. Дин улыбнулся. - Ну и хорошо. Я сидела на его кровати, сам Дин лежал, приподнявшись на одном локте. Мы еще долго разговаривали обо всем на свете. Когда мы вместе, время летит так стремительно... Казалось, вот только я вошла, моргнула, а за окном уже вечер. К нам пару раз заходил врач, говорил, что пора бы уже и уходить, но мы никак не могли наговориться. Я уже лежала головой на бедрах Дина, сам парень, закинув одну руку за голову, другой рукой держал меня за руку. - Дин, мне пора. - Ну эээй. - Я это "ну эээй" уже в 10 раз слышу. - Ну не уходи. - Пора. И так весь день тут. Я встала с кровати и подтянула джинсы. Дин грустными глазами смотрел на меня. Я мягко улыбнулась и взъерошила его волосы. - Всё будет хорошо. Я завтра еще приду. Только ненадолго, у меня гонка завтра. Дин пошло улыбнулся. - Будешь секси, как в тот раз? Я влепила ему подзатыльник. - Иди в пень. Он улыбнулся. - Да ладно тебе. Я же шучу. Я надела рюкзак на плечи. - Ладно, Винчестер, пойду я. - Целуй. И подставил щеку. Я, улыбаясь, чмокнула его в щеку. Винчестер потянул меня на себя и чмокнул в ответ. - Привет нашим передавай. - Обязательно. Я, улыбнувшись парню на прощание, вышла из палаты. Мдас. Неждан, неждан. Я, пока шла до парковки, позвонила Лизе и все ей рассказала. Она порадовалась за брата и рассказала, как прошла репетиция выпускного. Сказала, что сейчас же позвонит Сэму и Кевину. Я усмехнулась. - У тебя есть номер Кева? Девушка замялась. - Нуу, даа... - Поздравляю. - Иди в манду. На этом и закончили. Я вернулась домой, налила себе кофе и села за домашнюю. День не задался с самого утра. Я вылила горячий кофе на белую рубашку, подскользнулась в ванной и обожглась утюгом. Да так, что аж до мяса. Это он падал, а я его поймала, ну, не ладонями, а предплечьем, ибо сама в тот момент тоже падала. Наскоро забинтовав это дело и слегка подвывая от адской боли, я надела синюю рубашку и, заправив ее в брюки, пошла в колледж пешком. С моим сегодняшним везением за руль лучше не садиться. На первой паре у меня начал кровоточить ожог ровно в тот момент, когда я стояла у доски. Просто сквозь рубашку кровь закапала на пол. Преподаватель охренел, начал паниковать и отправил меня к медику. Там ожог обработали и велели идти домой. Ну я и пошла. Испекла блинчиков с вареньем, ибо делать было нефиг. Вспомнив, что вечером у меня гонка, а до вечера еще дохрена времени, я пошла к Дину. Майка-борцовка, джинсы и кеды. Тоже пошла пешком. Постучалась в палату и открыла дверь. Винчестер, голый по пояс, сидел на кровати, врач его осматривал. Я замерла около двери, слушая. Меня никто не замечал. - Кожа восстанавливается. Она будет стягиваться, будете чувствовать легкое покалывание и дискомфорт. Шрамы, конечно, останутся... Ну если вы захотите, мы можем сделать пластическую операцию... Дин усмехнулся и перебил врача. - С задницы кожу мне на живот натянуть? Ну уж нет, спасибо. Я улыбнулась. Засранец. Врач забинтовал Дина и, обернувшись, кивнул мне, приветствуя. Я кивнула в ответ. - Только не засиживайтесь до поздна, как вчера. - Хорошо. Услышав мой голос, Дин поднял голову. Улыбнулся. - Привет. Я растаяла. - Привет. Врач, незаметно улыбаясь, вышел. Я села на кровать Дина. Парень сел рядом. - Ну как ты? Он пожал плечами. - Хорошо. Только вставать не разрешают. Сидеть можно. Вдруг он нахмурился и своими теплыми пальцами дотронулся до бинта на моей руке. - Это что такое? Я махнула рукой. - Утюг поймала. Парень иронично изогнул бровь. - Утюг? Поймала? Я кивнула. Он улыбнулся и щелкнул меня по носу. - Чудо ты. Я смущенно опустила глаза. И тут-то вспомнила про гостинцы. - Я ж тебе блинчиков принесла! Глаза Дина засветились счастьем. - Блинчиков? Мне? Я кивнула и достала из пакета завернутые в фольгу блинчики. Винчестер чуть не описался от счастья. - Дай-дай-дай. Взял блинчик и откусил. Зажмурился от удовольствия, как кот на солнышке. - С вареньееем... Я, улыбаясь, кивнула. Дин обнял меня одной рукой за плечи и, прижав к себе, чмокнул в щеку. - Спасибо, солнышко. Мои щеки моментом вспыхнули. Дин, заметив это, усмехнулся, но промолчал. Он лопал мои блинчики, а я, улыбаясь, смотрела на его счастливую мордаху и не могла насмотреться. Так как его рука по-прежнему обнимала меня за плечи, я удобно пристроила свою голову на его ключице. Дин глубоко вдохнул. - Я сейчас реально замурчу. Я рассмеялась. Блинчики закончились. Дин, облизывая пальцы, вздохнул. - Вот что бы я без тебя делал? Я пожала плечами. Рука Дина все еще обнимала меня за плечи. Своим виском я чувствовала его ключицу. - Ну как там дома? - Все хорошо. Ребята доучиваются. Сэм какие-то там дела доделывает. Дин кивнул. - Тебе во сколько идти-то? Я посмотрела на наручные часы. - Через полчаса. Дин уткнулся носом мне в макушку. - Мало, малооо... Я улыбнулась. - Сегодня банда из Чикаго. Уух, жарко будет. Дин застонал мне в волосы. - Я тоже хочууу. - Не судьба. Сиди, лечись. Сам виноват. Кстати, что случилось-то? Дин странно посмотрел на меня, потом перевел взгляд в угол. - Не важно. У меня пропал дар речи. - Всмысле "не важно"? Важно. - Нет. - Да. - Я сказал, нет. Это суровое мужское "я сказал" опять выбило меня из колеи. Я даже спорить перестала. - Ну ладно. Не важно, значит, не важно. Дин кивнул. Мы помолчали. - И все-таки ты должна ехать. Я вздохнула. - Винчестер, мы это обсуждали. Никуда я не поеду, пока ты не вернешься домой. - Ты понимаешь, что из-за какого-то там меня теряешь работу? - Ничего я не теряю. Я уже договорилась. Мне дали отсрочку по семейным обстоятельствам. Дин приподнял бровь. - По семейным обстоятельствам? - Да. - Оригинально. И все равно... Я пихнула его в плечо, заваливая на кровать. - Никаких "все равно". Я сказала, что не еду. Дин, пошло усмехаясь, смотрел на меня. - Ишь чего, раскомандовалась. - В пень иди. А то уйду сейчас от тебя. - Эй-эй-эй. - Вот и все тогда. Мы снова сели и тихонько разговаривали о чем-то. - Ладно, Винчестер, пошла я. Я поднялась и, подтянув джинсы, чмокнула парня в щеку. Он, улыбаясь, чмокнул меня в ответ. - Ну беги. Завтра расскажешь, как все прошло? - Обязательно. Я вышла из палаты. Дома я быстренько переоделась: очень узкие черные брюки, белая майка-борцовка, сверху - короткий, до груди, черный пиджак, белые ботинки на большой подошве. На голове - высокий хвост. Набрала Марка. - Маркус! - Торетто, блин! - Сам ты нехороший человек. Ну как там, все в силе? - Доо. Уже народу толпа. Скоро из Чикаго должны подъехать. Ты как, скоро? - Я уже почти. Сейчас подъеду. - Давай. Маркус-Маркус. Шалопай ты. Я завела мотоцикл и, надев шлем, покатила к месту сбора. Проезжая мимо больницы, где лежал Дин, я резко тормознула. Почему бы и нет? Набрала воздуха в легкие. - Винчееестеееер! Окно на втором этаже распахнулось, оттуда высунулся голый по пояс Дин. Присвистнул. - Ну хорошааа, хорошааа... Я усмехнулась и сняла шлем. - Спасибо. - Уже поехала? - Да, там уже почти все в сборе. - Удачи. Долго не гуляй, завтра в колледж. - Хорошо. Ладно, иди давай, простудишься еще, тебе нельзя. - Как-будто тебе можно. - Иди. - Ушел, ушел. Окно закрылось. Еще он мне тут будет стрелки переводить. Под ор толпы я припарковалась и слезла с мотоцикла. Ко мне подбежал Марк, мы обнялись. - Ну что, где они? - Вон стоят. Марк махнул парням, стоявшим неподалеку, и они подошли к нам. Низкий коренастый парень с темными волосами посмотрел на Марка. - Ну, где ваш Торетто? Заколебались ждать. Марк усмехнулся и кивнул на меня головой. - Прошу. Коренастый перевел взгляд на меня. - Ты? Серьезно? Где настоящий Торетто?! Я скрестила руки на груди. - Не истери. Я Торетто, тебе же сказали. - Девка?! Серьезно?! Торетто это баба?! Я, ни секунды не раздумывая, сделав короткий замах, ударила его кулаком в челюсть. Парень откинулся назад и взвыл. - Никогда не называй меня бабой. Коренастый исподлобья смотрел на меня. - Гонять будем? - Если не боитесь проиграть. - Это тебе следует бояться. - Мои ребята сделают твоих в два счета. - Э, нее. Говорят, ты больно хороша. Ставлю всю свою банду против тебя. Я задумалась. Целая банда против меня? Хотя... Что мне терять? Оторваться все-равно надо, последние разы гоняю. - Ставка? - У тебя таких денег нет, каких я хочу. - Плохо ты меня знаешь. Ставка, спрашиваю? Коренастый назвал мне цифру. Я присвистнула. - Нормально. Пойдет. Ну что, поехали? Марк подошел сзади, пробурчав что-то вроде "Извините, мы на минутку", уволок меня за дерево. - Ты вообще понимаешь, что ты делаешь?! - Прекрасно понимаю. - Чтобы выплатить им эти деньги, всей нашей банде придется продать мотоциклы и с каждого по почке! - Марк, ээй, тише. Кто сказал, что мне придется платить? Я подошла к нему влотную и чуть понизила голос. - Ты сомневаешься во мне, Марк? - Нееет, ничуть. Ты победишь... - Вот и чудно. Я вышла обратно к коренастому. - Я согласна. Сам-то поедешь? Или будешь наблюдать за поражением своих ребят на стороне? - Я просто посмотрю. - Ссышь. Ясно. Марк, где мой Сузуки? Марк подвел мне мой мотоцикл. - Ну что, погнали? На старте нас было около дюжины. Все парни из Чикаго были как один бородатые и на коричневых мотоциклах. Мой ярко-зеленый Сузуки выделялся среди их кучки говна. Я надела шлем и поставила одну ногу на подставку. Я стояла в центре шеренги. Кивнула Марку. Тот, тяжело вздохнув, развел руки в стороны. Толпа засвистела. Я пробежалась взглядом по зрителям и нашла коренастого. Он, сидя на своем мотоцикле, смотрел на меня. Я усмехнулась. Марк поднял руки вверх. Завелись движки, дым стоял от всех мотоцилов, мама дорогая... Марк еще раз посмотрел на меня, взглядом спрашивая: "Может, не надо?". Я крутанула ручку скорости, мотор издал рев, и Марк понял, что я не пойду на его уговоры. Вздохнул и резко махнул руками вниз. Я позволила двоим или троим обогнать себя. Спокойно ехала в паре метров от них. Ну, как, "спокойно"... Скорость была такая, что без шлема кожа слетела бы с моего лица. И тут у меня зазвонил телефон. - Я всех в рот... Нельзя ругаться. Литераторам не положено. Я, достав из кармана брюк телефон, засунула руку с ним под шлем и, управляя мотоциклом одной рукой, взяла трубку. - Да? Под шлемом не было слышно ни ветра, ни визга колес на поворотах, поэтому мой собеседник ни о чем не догадывался. - Таня? - Даа. - Это мистер Голдвиг. Да что ты будешь делать! Как всегда вовремя. - Да, я вас слушаю. - Не отвлекаю? Я, ловко вывернув руку, обогнала второго. Передо мной ехал еще один. Я была вторая. - Не, ничуть. Что вы хотели? Постепенно наращивая скорость, я нагоняла своего противника. - Когда вашего родственника выпишут из больницы? - Поправочка: он не родственник, он друг. - Ну да. Так когда? - Недели через две, не раньше. А что? Мы сравнялись с претендентом на первое место. - В Ванкувере бьют тревогу, им нужен преподаватель. - Все будет хорошо, через две недели я уеду в Ванкувер. - Не подведи меня. Ты знаешь, да, что тебе будет предоставлено жилье? - Оппа. Нет, не знала. Круто. - Да. Зашибись, у меня есть квартира в Ванкувере. - Точно через две недели будешь там? Я крутанула ручку до предела и обогнала своего противника. Не выдержав, вскрикнула от радости. - Тань, вы чего? Я выехала на финишную прямую. - Простите, я в видеоигру играю просто. Да, через две недели буду там. - Ну хорошо. До свидания. Я пересекла финишную черту под громкий ор толпы, красиво затормозила и оперлась одной ногой на землю. - До свидания. Засунула телефон в карман. Шикарно прокатились. - Бабооосики. Я, довольная до ушей, завязывала пакет с деньгами. Коренастый стоял рядом и, скрестив руки на груди, наблюдал за мной. - Спасибо за отличную гонку. Приезжайте к нам еще. И денег берите с собой. Я, закинув пакет на плечо, помахала коренастому и пошла к Марку. - Торетто, ну ты дааа. - Спасибо. Ладно, я домой. Завтра в колледж. - Лан, давай. Мы обнялись и я уехала. Дома я, слушая музыку в наушниках, вышла из ванной и вспомнила про пакет. Взяла его и, напевая песню, пошла наверх. Открыла третью дверь от лестницы и включила свет. Моя спальня. На стенах - постеры, и огромные, и микроскопические. За одним большим постером из "Форсажа" с Вином Дизелем и Дуэйном Джонсоном и таился мой маленький домашний банкомат. Я аккуратно отогнула угол плаката. Металлическая дверца размером с небольшую книгу. Отпечаток пальца, и дверца открывается. Вот и мои "миллионы". Ну, один миллион тут точно есть. Аккуратные пачки долларов, перевязанные ниточками, по 10 тысяч долларов в каждой пачке. Я таким же образом рассортировала деньги из пакета. Теперь миллион и триста тысяч. А кто сказал, что стритрейсинг на мотоциклах - не прибыльное дело? Дни шли за днями, Дин шел на поправку. Я каждый день приходила к нему в больницу и сидела с ним по нескольку часов. Однажды, когда мы сидели на его кровати, он взял меня за руку. - Знаешь, мне так нравится общаться с тобой. У меня еще никогда не было такого друга. Я засмущалась и что-то пробубнила ему в ответ. Сегодня у него выписка. Я сижу и жду его внизу, около регистрации. - Морковка! Я подняла голову на голос Дина. Он стоял в дверях со спортивной сумкой на плече и улыбался. - Какая морковка? Ты о чем? Он подошел ко мне и обнял. - Ты морковка. - С чего бы это? - На кофту на свою посмотри. Мой пуловер был смачного морковного цвета. Я цокнула языком. - Точно. Ну что, ты свободен? Дин раскинул руки в стороны и запрокинул голову назад. - Ооо дааа. Обнял меня одной рукой за плечи. - Ну что, пошли? Я кивнула. Мы вышли на крыльцо. - УРАААА! Лиза, Сэм и Кевин горланили что есть сил и хлопали в ладоши. Лиза отпустила в небо воздушные шарики и повисла у Дина на шее. Он обнял ее одной рукой за талию и прижал к себе. - Тих-тих, систр, все нормально. Я тоже скучал. Все по очереди обняли Дина. Сэм посмотрел на меня. - Тань, спасибо тебе большое. Я приподняла бровь одновременно с Дином. - За что? Спросили мы тоже в один голос. Усмехнулись. - Пока у нас не было возможности, только она с тобой проводила твои скучные больничные будни. Дин, прищурившись, посмотрел на меня. - Я-то думал, она сама приходит, а ее попросииили. Яяясно все с вами. Я пихнула его в бок. - Винчестер, иди в пень. Никто не просил. Нет, просили, чтобы я каждый день к тебе ходила, но я и без просьб собиралась это делать. - Да конеееечно. - Конюшня. Я серьезно. - Да ладно-ладно. Верю. Ну что, куда? Я похлопала в ладоши. - Внимание: сюрприз! Сейчас все грузимся по своим транспортным средствам и едем в кафе, отмечать возвращение Дина! Лиза потерла большой и указательный пальцы, спрашивая, где мы найдем деньги. - О, на этот счет не волнуйтесь. По дороге заедем ко мне, я возьму энную сумму денег и мы гульнем. Только культурно гульнем, кое-кому не позволяет здоровье, кому-то возраст, кому-то положение в обществе, а Сэм не будет пить за компанию. Все рассмеялись. - Сэм за руль, остальные - в машину. Я на мотоцикле, показываю дорогу. Дин хотел было сказать, что знает дорогу, но я, посмотрев на него, дала понять, что им не нужно этого знать. Еще не заглушив мотор мотоцикла, я уже спрыгнула с него и, бросив шлем около него, побежала к дому. Времени открывать дверь у меня не было, ребята ждали, поэтому я, с кошачьей грацией взобралась на подоконник и, открыв окно, залезла внутрь. - Но...? Сэм не понял. А вот, фишка моя. Там кнопочка на раме есть, я всегда, когда тороплюсь, через окно в дом залажу. Я, схватив из сейфа пачку долларов, захлопнула его и также через окно вылезла на улицу. Надев шлем и помахав ребятам пачкой с деньгами, я поехала к кафешке. Там мы проторчали до позднего вечера. Пили безалкогольное пиво, разговаривали, смеялись. Я, сидя рядом с Дином и чувствуя его руку на своей талии, понимала, что так хорошо и тепло мне не будет больше ни в какой компании. Послезавтра я уезжаю, директор колледжа уже оплатил билет на поезд. Но сказать об этом ребятам означало испортить вечер. Поэтому я молчала, положив голову на плечо Винчестера-старшего, и смотрела на лица дорогих мне людей, стараясь как можно лучше их запомнить. Кто знает, встретимся ли мы еще? Увижу ли я их? Как бы близка я ни была с Кевом, Сэмом и Лизой, Дин был мне ближе. Не в обиду ребятам, нет. Просто я понимала, что с ним прощаться будет тяжелее всего. Думая обо всем этом, я не заметила, как заснула на плече у Дина. Парень, до этого что-то увлеченно рассказывающий, замолчал. Посмотрел на меня, сопящую на его плече, и улыбнулся. - Кажется, нам пора по домам. Морковка уже спит. Ей в колледж завтра. Давайте ее до дома довезем. Лиза кивнула на окно. - А как же ее мотоцикл? - В багажник уберем, не закрывая. - Но там как бы чемодан? - Значит, на крышу. Сэм, Кев, идите забросьте железного коня на крышу. Лиз, помоги ребятам, привяжи Сузуки к машине. А я займусь самым главным грузом. Говоря последние слова, Дин осторожно убрал мои волосы с моего же лица. Сэм скрестил руки на груди. - Тебе нельзя перенапрягаться. - Не, ну давай я мотоцикл на крышу закину. Он же легче, но. - Ну нет. Неси её лучше. - Вот именно. Лиза и парни вышли из кафе и принялись устраивать мотоцикл на крыше Импалы. Дин оплатил счет, написал официантке на салфетке номер Сэма вместо своего и, посмотрев на спящую меня, улыбнулся. - Ну что, Морковка, пошли. Осторожно, чтобы не разбудить, взял меня на руки и встал со стула. - Перенапрягаться-перенапрягаться. Кто бы напрягался. Я нахмурила лоб во сне, чем-то недовольная. Дин усмехнулся, идя по коридору. - Не-не-не, это я не тебе. Не сердись, тебе не идет. Спи. Вышел из кафе. Ребята уже примостили Сузуки на крышу Импалы и ждали Дина. Помогли ему сесть в машину со мной на руках. Как ни странно, я ни разу не проснулась. Просто вырубилась и все. Кевин сказал, что доедет до дома сам, попрощался с ребятами, что-то прошептал Лизе на ухо и ушел. Сэм, смотря на дорогу и моргающие фонари, иногда поглядывал в зеркало заднего вида на своего брата. Тот сидел, держа на руках меня и, задумчиво улыбаясь, смотрел в окно. Я во сне пошевелилась. Дин взял мою ладонь в свою, чуть сжал ее, давая понять, что все хорошо, что он рядом. Я успокоилась и засопела дальше. Дин, по-прежнему держа меня за руку, улыбался и гладил мои пальцы. Сэм улыбнулся своим мыслям и обратил взгляд на дорогу. - Морковка, просыпайся, приехали... Я приоткрыла один глаз и обнаружила, что лежу на руках у Дина. - Боже, прости... Надо было разбудить, ты чего... - Чего началось-то? Все нормально. Парень улыбался, невольно улыбалась и я. Я села у него на коленях. - А где мой мотоцикл? - Бож, еще не проснулась, уже мотоцикл! Это Лиза повернулась ко мне с переднего сиденья. - На крыше он. - Ааа, ну ладно. Ой, темно как. Дин кивнул. - Тебе завтра в колледж. Давай, домой и спать. Я, зевая, кивнула. Сползла с колен Дина и вылезла из машины. Сэм помог мне снять Сузуки с крыши и достал из багажника мой шлем. - Спасибо за вечер. - Вам спасибо. Ладно, завтра увидимся. Всем пока! Я помахала рукой Дину и Лизе. Дин кивнул, улыбаясь, Лиза помахала в ответ. Я отвела мотоцикл к крыльцу и зашла в дом. Импала отъехала от моего дома и покатила по дороге. Ну как я им завтра скажу? Сказать - значило испортить всем настроение. Я скажу им. Завтра. Вечером. Чтобы утром приехали попрощаться.