Репетитор

На следующий день я, приготовив всем завтрак, пошла в гараж. Мне было скучно, я не знала, чем себя занять, поэтому, переодевшись в рваные джинсы и грязный серый топ, пропахший машинным маслом, я залезла под свой Ниссан. Тем временем наверху бункер сотрясался от басов музыки, которая исходила из динамиков моей машины. А я, притопывая ногой в такт песне, самозабвенно протирала подшипники. — No, you never be alone… Тут меня схватили за ногу и нагло выкатили из-под машины. Я скрестила руки на груди и посмотрела на Дина. Он улыбался. — Ты чего тут? — Скучно мне, подшипники протираю. А что? — У Лизки все чашки на кухне прыгают. — Дык. Я усмехнулась и снова залезла под машину. Дин сел рядом на бетонный пол. — Дома так уютно стало с твоим приездом. Я улыбнулась, но он этого не видел. — Тебе помочь? — Ну попробуй. Есть, на что лечь? — Да, у меня тоже старый скейт для этого есть. Винчестер отошел в угол гаража и добыл из кучи хлама скейт. Я выкатилась из-под Ниссана. — Иди с противоположной стороны, головой к моей голове, посмотри там кабель крученый такой, проверь, а то у меня стучит календвал. Винчестер, улыбаясь, закатился под машину и с размаху ударился головой об мою голову. Оба взвыли и рассмеялись. *** От лица Лизы Ну и где Танька? У меня тут сочинение не сочиняется, а она. Я пошла ее искать. Судя по грохоту снизу, она в гараже. Я спустилась вниз и замерла на лестнице. Её Ниссан стоял в центре гаража, из открытых дверей машины грохотала музыка. По бокам из-под машины торчало по две ноги, одна пара ног, торчащих справа — в рваных джинсах и кедах, вторая, торчащих слева — в джинсах и ботинках. Я усмехнулась и, достав телефон, сфоткала их. Для семейного архива. Из-под машины слышались разговоры и смех. Я, облокотившись на перила, стояла и смотрела на это. Всё-таки круто, что она приехала. Дин с ней живой. Не, я не имею ввиду, что он без нее трупак ходячий. Просто он… как бы… живой короче. Улыбается ходит, хорошее настроение у него постоянно, его к ней тянет. Вот мы с Кевом в кинооо ходим, гулять, а эти двое под машиной лежат и им нормально. Вот чего для счастья надо? Такого же чокнутого, как ты. Я загнула голову под определенным углом и посмотрела на Дина. Он сосредоточенно что-то делал с кабелем. — Дин. — Ау? — У тебя какое образование? Винчестер усмехнулся. — Среднее, а что? — 11 классов? — Ага. Теперь будешь попрекать меня неученостью? — Нет, я даже не думала. Просто интересно. — А у тебя? — Высшее. — Умница. — Ой всё. Мы молча копались в содержимом моей машины. Дин замер. — Что это? Я свесила голову со скейта и посмотрела на Дина. — Где? Он смотрел на углубление в дне машины, похожее на воронку. Я усмехнулась. — Помнишь, когда мы встретились первый раз спустя два года, пиво подскакивало на твоем столике? Дин усмехнулся. — Ты и это видела? — Я всё видела. Так ты помнишь? — Ну да. И что? — Догадайся, почему? — Ну, в твоей машине стоит офигенный усилок. — Ты его в салоне видел? — Эм, вроде нет. Я кивнула на воронку в дне машины. — Вот он. Это колонка. По всему дну их 8 штук. Они дают басы в землю, в результате чего подскакивают не только стаканы, но и маленькие дети. Дин широко раскрытыми глазами смотрел на колонку. Я, усмехаясь, продолжила копаться с подшипниками. — То есть всё зависит только от громкости? — Да, и от моего желания. Обычно я не включаю нижние колонки, когда езжу по городу, только иногда. — Когда понтануться надо? Я усмехнулась. — Есть такое. Выкатилась из-под Ниссана. На лестнице стояла Лиза. Я вытерла руки тряпкой. — Ты чего? — Помощь твоя нужна. — В чем? — Не могу определить проблематику сочинения. — Сейчас приду. Нам с Дином нужно кое о чем поговорить. Лиза вопросительно ткнула себя пальцем в грудь. Я кивнула. Она, захлопав в ладоши, убежала. Дин выкатился из-под машины и подошел ко мне, вытирая руки. — О чём нам нужно поговорить? Я села на капот Ниссана, поставила ноги на бампер и подманила Дина пальцем к себе. Он подошел. — Ближе. Дин, усмехаясь, подошел еще ближе, уперевшись тазом в капот машины между моих ног. Я начала разглаживать несуществующие складки на его футболке. — Тут такое дело… Дин внимательно смотрел на меня. — Понимаешь, когда парень и девушка нравятся друг другу… — Понимаю. — Им нужно иногда оставаться наедине… — Тааак. — Поэтому хочу кое-что предложить. — Предлагай. Дин упер руки в капот по бокам от меня. Наши лица были близко-близко. — Отпусти Лизу в кино с Кевином. Дин замер, недоуменно глядя на меня. На моем лице расплывалась улыбка. Дин не выдержал и рассмеялся, уткнувшись мне в плечо. — Вот ты ж… Аааа! Я хохотала, обняв его за шею. Руки Дина незаметно оказались на моей талии. Я своими руками взяла его лицо и, поставив его перед собой, посмотрела Дину в глаза. — Так отпустишь? — Отпущу конечно, в чём проблема. — Ну вот и чудненько. Я хотела спрыгнуть с капота, но Дин, стоящий передо мной, не давал мне такой возможности. Он смотрел мне в глаза, ожидая чего-то. — Что? — Ничего больше сказать не хочешь? Я помотала головой. Дин усмехнулся и отошел. Я поднялась по лестнице и вышла в бункер. Ничего я больше сказать не хочу. Хочу, конечно, но он не должен об этом знать. Я зашла к Лизе и упала на ее кровать. Она, сидевшая за письменным столом, сморщила нос. — Машинным маслом завоняло. Я подняла вверх руку с вытянутым указательным пальцем. — Не «завоняло», а «запахло». Елизавета, где твои манеры? Запах машинного масла — запах свободы. Когда никто и ничто не в силах удержать тебя, ты смело летишь к своей цели на огромной скорости, желая лишь одного — освободиться от груза внешнего мира… Лиза обернулась ко мне. — Стоооп. Свобода. Вот и проблема сочинения. Ты гений! Я пожала плечами. — Всегда пожалуйста. Видишь, я даже текста в глаза не видела, а уже определила проблему. Уметь надо. Лиза что-то сосредоточенно писала в тетради. Я нашла около кровати ее носки, свернула их в один и швырнула в девушку. Она обернулась. — Эй! — Я договорилась за тебя и Кева. — Правда? — Агась. Ты мой должник. — И чего ты хочешь от меня? — Мне нужно, чтобы ты поговорила с Сэмом и он обучил меня охоте. Лиза вопросительно приподняла бровь. — А почему не Дин? Вы вроде душа в душу. — Он не хочет, чтобы я охотилась. — А Сэм прям захочет! — А ты поговоориии с ним. — Я на них вообще никакого влияния не имею. — Это твои проблемы. Договорись. Я же договорилась. Можешь Кева подключить, я не против. Главное — результат. — Ну, я попробую. — Попробуй. Я села на кровати и потянулась. — Ладно, пойду, не буду мешать. Лиза что-то бурчала себе под нос, тут же записывая это в тетрадь. Я молча вышла из ее комнаты. Я приняла душ и, распустив волосы, надела широкие серые шаровары и черную майку. В наушниках, засунув руки в карманы шаровар, ходила по комнате, задумчиво смотря перед собой, но не видя. Куда катится моя жизнь? Училась, жила себе. А потом раз, и Винчестеры. И закрутилось… У меня завибрировал телефон, я нажала кнопку на наушниках. — Да? — Танюша, солнце! Я замерла, улыбаясь. — Мама! Вы вернулись наконец-то! — Да, солнце, мы в Канзасе. Только что зашли домой. — Ну как вы? Как папа? Бабушка с дедушкой? — Всё хорошо, все живы-здоровы. Папе дали звание майора. — Классно! — Дедушка ворчит ходит, говорит, мол, что это такое, на 5 лет уехать, внучку его единственную бросить. Я рассмеялась. Дедушка во мне души не чает. — Так что завтра ждем тебя, расскажешь все, как ты, где ты. — Почему не сейчас? Я соскучилась. — Маленькая, я понимаю, просто мы устали, сейчас в душ и спать. Завтра после обеда приезжай. — Хорошо. Тут в мою комнату с ором и хохотом влетели Сэм и Дин. Я вопросительно приподняла бровь. — Мы ненадолго. Щас Лиза успокоится, и все будет окей. Тут дверь открылась от мощного пинка. Братья, заорав, навалились на нее и закрыли. — Доча? Я опомнилась. — Да, мам. — Кто там? Я показала кулак парням, они захихикали. — Это мои друзья. — Ооо, у тебя появились друзья? — Да, представь. — Много их? — Три парня и девушка. — Отец, слышал? Пусть завтра с тобой приезжают! — Ну мам! — Нам интересно посмотреть, с кем ты общаешься. Не бойся, еды хватит. — Да зачем? — Так, не перечь матери. — Хорошо, они поедут со мной. Парни удивленно обернулись и хором спросили. — Куда? Я усмехнулась. — А вот. Ладно, мам, я не буду вас задерживать. Я вас люблю, скучаю, хочу увидеть поскорее. Завтра мы нашей веселой компанией приедем и съедим все, что у вас есть. Мама рассмеялась и, попрощавшись со мной, положила трубку. Я на пятках развернулась к братьям. — Ну что, хорошие мои. Попали. Ну-ка все на кухню. Дин навалился спиной на дверь. — Тань, нет! Нельзя на кухню! Там Лизун! Тут же в дверь с той стороны долбанули. — Точнее, за дверью. Нельзя выходить. Я оттолкнула Винчестеров от двери и распахнула ее. — Так, временное перемирие! У меня к вам серьезный разговор! Все на кухню! По пути я постучалась к Кеву. — Трэн! На кухню! — Иду! Я села во главе стола и стала ждать, когда придут остальные. — Чего случилось-то? Я постукивала пальцами по столу, глядя на ребят. — В общем, слушайте. Завтра мы всем составом нашей сборной «Берегите нервы» едем к моей семье. Все приподняли брови. — Да, у меня, как у любого человека, есть семья. Папа, мама, бабушка и дедушка. Сегодня они вернулись из пятилетней командировки в Бразилию. Ну, отправляли папу, с ним — мама, дедушка поехал с ними, ибо там у него сослуживцев много, а бабушка — подлечиться, курорты там завидные. Меня не взяли, ибо мне нужно было учиться, да и я сама не хотела. Они уехали, мне было 15. Лиза прервала меня. — Постой, ты же говорила, что твой папа разбился? Я кивнула. — Так и есть. Эдвард — мой отчим. Он хороший человек, и я люблю его, поэтому зову папой. Он — военный, строгих правил, всех ставит под сомнение и только в последствии общения меняет свое мнение. С ним ведем себя прилично, осторожно, лишнего не говорим и не думаем, он может прочесть все по вашим лицам. Мама — женщина веселая, добродушная, любит пошутить, вкусно готовит и обожает меня и каждого, с кем я общаюсь. Она бедного Марка с ума сводила своей заботой. Бабуля — божий одуванчик, но только наедине. При людях она ворчит, но чаще — молчит, и смотрит на всех так, как будто хочет спалить на костре. Это не так, просто она не любит людей. Дедуля мой — лучший человек на свете. Он был моей лучшей подружкой все мое детство. Мы играли, ходили на рыбалку, вместе с папой копались в мотоциклах, дедушка любит меня всей душой, никогда не даст в обиду и убьёт любого, кто только посмеет обидеть. Вот вам краткий экскурс по моей семье. Обдумывайте, анализируйте, фильтруйте речь. У меня все. Вопросы? Сэм поднял руку. — Это обязательно? Ехать? — Это не обсуждается. Он кивнул. — Еще? Дин поднял руку. — Во сколько? — После обеда. Лиза подняла руку. — В чем ехать? Я подняла вверх указательный палец. — Вот! Хороший вопрос. Выглядим прилично. Мальчики — джинсы-рубашки, Лиза — можно платье, но не яркое. — А ты? — А я… Я вздохнула. — Я поеду в брюках и свитере. Потому что именно в этом я их провожала. Лиза кивнула. Я потерла глаза. — Все? Прошу расходиться. Первая вышла из-за стола и пошла к коридору. — Лиза! — Ау? — А чего Дин с Сэмом накосячили-то? — Сперли мой телефон и смотрели фотки. — Аа. Минута тишины. — ТОЧНААА! Парни сорвались со своих стульев и пролетели мимо меня по коридору, каждый в свою комнату. Я, смеясь, пошла к себе. Утром я вышла из своей комнаты и, хлопая в ладоши, пошла по коридору. — Хорошие мои, выходим на досмотр! Я остановилась в зале, ожидая остальных. Ко мне вышли Дин и Сэм, за ними — Кевин, и последней выбежала Лиза, подтягивая колготки. Я усмехнулась, но промолчала. Подошла к Сэму. — Джинсы, ботинки, синяя в черную клетку рубашка. Хорошо. Дальше стоял Дин. Я, поправляя ему воротник, говорила. — Джинсы, ботинки, белая в черную клетку рубашка. Хорошо. Кевин. — Джинсы, красная в черную клетку рубашка. Хорошо. Лиза. — Бежевые капроновые колготки, темно-синее приталенное платье до середины бедра. Неглубокое декольте, распущенные волосы. Балетки. Хорошо. Подошла к зеркалу. — Белые узкие брюки, белые кожаные ботинки, белый свитер с открытыми плечами, распущенные волосы. Хорошо. Задумалась. Что-то я забыла. Хлопнула ладонями по бедрам. — Юпитер! Из коридора вышел мой лев. Вчера вечером я его вымыла, утром причесала его шерсть. Красавец. Юпитер подошел ко мне. Я присела перед ним. — Бархатная шерсть, подстриженные когти, невинные глаза. Так. Намордник и поводок. Нацепила все на льва. Он был недоволен, но не показывал этого. Я посмотрела на наручные часы. Пора. — На чем едете? Все переглянулись. — В Импале только трое, потому что там сзади сиденье ободрано, надо менять, назад один и вперед один, не считая водителя. Я пошла по лестнице, ведя за собой Юпитера. — Решайте, кто со мной поедет. Вышла наружу. Вчера же вечером я вымыла свой Ниссан, теперь он блестел на солнце. Дин подошел к нему и открыл дверь со стороны пассажирского сиденья. Я невольно усмехнулась. — Вот как. — Ну как-то так. — Ладно. Я впустила Юпитера на заднее сиденье. Мы с Дином сели. Я жестами приказала Сэму за рулем Импалы следовать за собой. Он, усмехнувшись, опустил ладонь вниз, прося о пониженной скорости. Я рассмеялась и кивнула. Мы ехали неторопясь, где-то 70-80 км/ч. Я постукивала ладонями по рулю в такт музыке. Дин смотрел в окно. Я то и дело поглядывала в зеркало заднего вида, следя за Импалой. Сэм не отставал. Наконец, мы приехали. Я красиво припарковалась рядом с папиным Land Crouser. Понты — это семейное. Дин с интересом осмотрел автомобиль отца. — Неплохо. Я усмехнулась и заглушила двигатель. Вышла из машины, выпустила Юпитера. Ребята вышли и подошли ко мне. Я перевела дыхание и поднялась на крыльцо. Позвонила в дверь. Юпитер нервно переступал с лапы на лапу. Дверь открылась. Я заплакала. Там стояла мама с маленькой девочкой на руках. На ее глаза тоже навернулись слезы. Я передала за спиной Дину поводок Юпитера и обняла маму. Маленькая ничего не понимала и своими большими глазенками смотрела на меня. — Танюш, это Анна. Твоя сестра. Я, плача и улыбаясь, взяла девчонку на руки. Она сначала недоверчиво смотрела на меня, а потом положила голову мне на плечо. Я гладила ее по спинке. Мама рассматривала меня. — Красавица моя… Ну-ка покрутись! Я послушно крутанулась. Мама усмехнулась. — Нет, ну даже белые ботинки, и те на подошве! Поскромнее никак? Мама в своем репертуаре. Она разрешала мне только черные ботинки на подошве, принимая это за подростквые выкрутасы. — Знаешь же, что нет. — Ну красавица, красавица. Я всегда говорила, что белый тебе идет. Послышались грузные шаги, и в прихожую вышел мой отчим. Он был высоким, лысым, мускулистого телосложения, и звали его Дуэйн. Поэтому между нами я звала его Скалой. Эдвардом при ребятах я его назвала, потому что это его второе имя. — Где моя малявка? Где моя принцесса? Он раскинул руки в стороны. Я передала Анну маме и кинулась к отчиму. Он, обняв, поднял меня и закружил в воздухе. — Выросла-то как, а! Не принцесса уже — королевна! Я, смеясь, обнимала его за шею. Дуэйн поставил меня на пол и еще раз окинул взглядом. — Хороша, хорошааа. Жених-то есть? — Папа! Он расхохотался и крикнул куда-то на второй этаж дома. — Тут чья-то внучка приехала! — Манюня! Я рассмеялась. Это дедушка. Он, довольно бодро для своего возраста, спустился по лестнице и прошел мимо меня к Лизе. — Манюнь, что с тобой? Ты ж вроде у меня выше была? Да и волосы-то у тебя светленькие были… Лиза, еле сдерживая смех, смотрела на меня. Я посмотрела на маму. Она — на Дуэйна. Он, кашлянув, подошел к дедушке. — Мистер Диксон, вы чуть-чуть ошиблись. Взял дедушку за плечи и развернул ко мне. Глаза деда прояснились и он заулыбался. — Вот где моя Манюня! Мы обнялись. Пять лет не прошли для деда даром. Он значительно потерял зрение и убавил в весе. — Бабка! Тут Манюня! Со второго этажа раздались проклятия. — Какая к чертям бабка?! Где Манюня?! Бабушка спустилась вниз, мы обнялись. Я стояла, обнимая одной рукой маму, второй — Дуэйна. Усмехнулась. — Моя достопочтенная семья, прошу, познакомьтесь. Моя банда «Берегите нервы». Ребят, заходите. Винчестеры и Трэн наконец-то зашли в дом, а то так и стояли на крыльце. Дин держал в руке поводок Юпитера, сам лев стоял за ребятами, его не было видно. Мама улыбалась, глядя на ребят. Отчим оценивающим взглядом окинул парней и улыбнулся Лизе. Я решила представить ребят. — Мам, пап, бабуль, дедуль, знакомьтесь. Слева направо. Сэм, Дин, Кевин и Лиза. Ребята кивали в ответ на свое имя. — Это мои родители — Кира и Дуэйн. Мама кивнула, а Дуэйн пожал руки парням и поцеловал руку Лизе. Мама шлепнула его по лысине, он усмехнулся. — Это мои дедуля и бабуля — мистер и миссис Диксон. Названные кивнули. Дуэйн хлопнул в ладоши. — Ну что, мы познакомились, прошу всех к столу! Не стесняемся, ребят, будьте как дома. Все пошли вперед, мы с Дином и Дуэйном были последними. Винчестер сунул мне в руку поводок. — Забирай свое. Я опомнилась и хотела было всех остановить, но Дуэйн, даже не глядя на льва, думая, что это пес, остановил меня. — Сядем за стол и представишь. Я пожала плечами. Дуэйн снова прижал меня к себе и чмокнул в макушку. — Я скучал по тебе. Я улыбнулась. — Я тоже скучала. Мы прошли в зал, где был накрыт огромный стол. Все расселись. Мама позвала меня. А я в то время стояла в коридоре и шепотом читала лекцию Юпитеру. — Да, иду. Я вышла в зал. — Прошу секунду внимания. Все обернулись на меня. Я дернула поводок, и в зал вступил Юпитер. Все охнули. — В суматохе я забыла вам представить. Это Юпитер. Дуэйн встал со стула и присел перед моим питомцем. Совершенно не боясь, взял его морду в свои ладони, повертел, посмотрел на клыки. — Молодой совсем. Сколько ему? — Два с небольшим. — Ну, я же говорю. Хорош. Мама недоверчиво посмотрела на меня. — Нельзя было собачку завести? Черепашку? Юпитер, чувствуя, что кто-то против него, прижался к моей ноге. Я потрепала его за ушами, успокаивая. Дуэйн посмотрел на маму. — Ты еще чему-то удивляешься? Лично я не удивлен. Он подмигнул мне, поддерживая. Дедушка привстал и через стол посмотрел на Юпитера. — Хороша киса, хорошааа… Манюнь, мне нравится. У меня отлегло от сердца. Если нравится Дуэйну и дедушке — понравится всем. Я села во главе стола, Юпитер лег около моих ног. Напротив меня сидел Дуэйн. Все принялись за еду. — Дочь, ну рассказывай, как ты, где ты, как с ребятами познакомилась? Я усмехнулась. — Давай с ребят начнем, чтобы потом их от еды не отвлекать. Мама улыбнулась. — Хорошо. Давайте, рассказывайте. Винчестеры переглянулись. Сэм пихнул Дина, Дин — Лизу, та — Кева, а Трэн — меня. Я рассмеялась. — Ладно, я начну. Начнем с того, что Дин, Сэм и Лиза — родные братья и сестра. Моя семья удивленно посмотрела на Винчестеров. — Да? А и не скажешь, что вы похожи. Сэм усмехнулся. — Мы и не похожи между собой. Я — на деда, Дин — на бабушку, а Лиза — в папу. Мама пихнула меня в бок и зашептала мне на ухо, пока Сэм говорил. — Голос какой хороший. Я улыбнулась. Она еще Дина не слышала. Дуэйн откинулся на спинку стула. — Чем вы занимаетесь? Тут уже говорила Лиза. — Я учусь, Кевин тоже, а братья работают. В ФБР. Братья глянули на Лизу. На ее лице не было и признака вранья. Дуэйн сделал «not bad». — Неплохо… А как вы с моей дочерью познакомились? Дин откинулся на спинку стула. — Она была репетитором у Лизы два года назад. Приходила на дом, так и познакомились. Пока она Лизу с Кевом учила, мы и сдружились. Мама дернула меня за рукав и зашептала. — Какой голоооос… Я усмехнулась и отпила из стакана, глядя на Дина. Он, смотря Дуэйну в глаза, рассказывал нашу историю общения. Дойдя до моего отъезда он замолчал и посмотрел на меня. Я взяла бразды правления в свои руки. — А теперь обо мне. Я закончила педколледж с отличием, меня взяли в Ванкуверский институт лингвистики и литературы. Я работаю там уже 2 года. Сюда приехала в отпуск, к ребятам. Мама улыбнулась. — А мотоцикл? — Стоит в гараже в Ванкувере. Дедушка нахмурился. — Ты бросила гонки? Дин улыбнулся, и я вместе с ним. — Нет, дедуль. У меня машина. Дуэйн улыбнулся. — Машина? — Даа. — Какая? — Nissan Skyline GTR. Отчим удивленно и радостно посмотрел на меня. — Серьезно? — Да. Вон, во дворе стоит. Дуэйн сорвался с места и выглянул в окно. И застонал. — Ооо Божеее… Я улыбнулась. Кто по-настоящему ценил машины, так это Дуэйн. Мама привлекла к себе внимание. — Значит, гонки ты не бросила? — Нет. Она кивнула. Она боялась, что моя жизнь оборвется также, как жизнь отца. — Замуж-то не зовут? Это бабуля очнулась. — Нее, бабуль, кому я нужна такая, ты чего. Дин при этих словах усмехнулся, но тут же запил чаем. Мама заметила это, но промолчала. Я довольно откинулась на спинку стула. — Хорошо-то как… Моя семья улыбалась. Мы до позднего вечера сидели у родителей. Юпитер сопел у меня под ногами, положив голову на лапы. Дуэйн посмотрел на него. — Ладно, ребят, езжайте уже. Да и Кире надо Анку укладывать. Пойдемте, я провожу. Все поднялись из-за стола и пошли к выходу. Мама ушла с сестренкой, чмокнув меня на прощание. Нас провожал отчим. Ребята попрощались с ним и сели по машинам. Дин впустил Юпитера на заднее сиденье. Я стояла в обнимку с Дуэйном. Он гладил меня по спине. — Всё будет хорошо. Знаешь что? — Что? — Мне нравится Дин. Толковый парень. Я улыбнулась. Отчим еще что-то говорил, но я в этот момент смотрела на Дина из-за плеча Дуэйна. Я видела его, ибо недавно сняла тонировку с лобового стекла, меня чуть не оштрафовали. Винчестер сидел на пассажирском сиденьи, локоть упер в окно и смотрел на меня, указательным пальцем упираясь в верхнюю губу и улыбаясь. Какой же он красивый… — Ладно, едьте. Ты же еще заедешь? Я уже спускалась по ступенькам крыльца. — Обязательно. — Спокойной ночи, принцесса. — Спокойной, пап. Я села в машину и завела мотор. Дин устало улыбнулся мне, а я ему. — Хороший сегодня день. — И не говори. Я бросила взгляд на Дуэйна. Он стоял, уперевшись плечом в косяк, и улыбался, глядя на нас с Дином. Я, усмехнувшись, завела мотор. Ниссан взревел, Дуэйн прикрыл глаза от удовольствия. Я развернулась и отъехала от дома родителей. Было темно, только свет фар освещал дорогу. Я вела машину одной рукой, устало положив вторую на сиденье. Дин, улыбаясь чему-то, взял меня за руку. Нежно перебирал пальцы, массажируя, гладил кожу и в конце коснулся тыльной стороны губами. Так и замер, смотря на дорогу, с моей рукой у губ. Я даже говорить не буду о том, что происходило внутри меня. Это не высказать. Когда дорога подходила к концу, Дин дремал, откинувшись на спинку сиденья и по-прежнему держа мою руку в своей. Я заехала в гараж и заглушила мотор. Осторожно вытянула свою руку из руки Дина. Парень пошевелился и открыл глаза. — Приехали? — Ага, приехали. Он, потирая глаза, вылез из машины. Ребята тоже уже с ног валились, поэтому мы еле поднялись наверх и тут же разошлись по своим комнатам. Я совсем уже хотела было заснуть, как ко мне постучались. — Да. В проеме показалась взъерошенная голова Дина. — Спишь? — Почти. А что? Он улыбнулся. — Просто хотел пожелать доброй ночи. Я улыбнулась. — Доброй ночи. Он вышел из комнаты и закрыл дверь. Я уткнулась в подушку и выдохнула. Какой же он классный… Утром я проснулась от того, что кто-то горячим дыханием щекотил мне шею. Я отмахнулась. — Юпитер, иди в пень, я сплю. Дыхание продолжалось. Вот же наглый лев. — Юпитер, если не прекратишь, кормить тебя будет Лиза. Снова ноль реакции. Я, не открывая глаз, перевернулась с живота на спину и приоткрыла одно око. — Юпит… Дин?! Парень, улыбаясь, полулежал на моей кровати, подпирая голову рукой. Я подтянула одеяло повыше. — Ты чего тут? Винчестер смущенно опустил глаза. — Бред скажу, но слушай. Я проснулся в пять часов утра, и понял, что хочу тебя увидеть. Пришел, сначала стоял около двери, потом сел на кровать. Юпитер ушел на пол, я лег рядом с тобой. Мне так хорошо с тобой, и я ничего не могу с собой поделать… От таких откровений мои глаза поползли на лоб. А Дин лежал и, смотря на кровать, выводил на ней пальцем что-то невообразимое. Я под одеялом ущипнула себя за ляшку. Нет, я не сплю. Тогда что, вашу мамашу, происходит?! — Ты не сердишься? Я улыбнулась и помотала головой. — Нет, что ты. — Я не могу это объяснить, честно. Я пытался как-то себе это обосновать, но не смог. Меня тянет к тебе. Прости. Я потрепала его по голове. — За что ты извиняешься, глупенький? Все же хорошо. Дин поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Я не знаю, что происходит, правда. Понятия не имею. Я так же смущенно опустила голову. Дин, улыбаясь, погладил меня по щеке. — Стесняшка моя. Я уткнулась щекой ему в ладонь. Прошло некоторое время. Минуточку внимания. Я была в своей шелковой сиреневой пижаме, состоящей из майки и шортиков, а Дин лежал в одних трусах. Дин так же лежал, опираясь на локоть, я подсела чуть выше на подушках. Винчестер лег на кровать по горизонтали и положил голову мне на бедра. — Почему мне так хорошо с тобой? Я пальцами начала перебирать пряди его волос. А он философствовал. Ну, пытался. — Боже, как классно… Почему я не знал тебя раньше? Тогда вся моя жизнь… Офигенно кааак, ааа… жизнь пошла бы совершенно по другому. Почему ты сама не нашла меня? Я усмехнулась. — Я? Почему я должна была тебя искать? — Я не знаю. Мы должны были встретиться раньше. Представь, сколько классных моментов было бы у нас, если бы мы узнали друг друга раньше? Я улыбалась, глядя на его счастливую улыбку и горящие в полумраке моей комнаты зеленым пламенем глаза. — Вот реально хорошо так… На душе спокойно, ничто не тревожит. Вечность бы тут с тобой провел… Дин прикрыл глаза, постепенно сходя на шепот. А я, уже не удивляясь ничему, пальчиками проводила по его бровям, разглаживая их, носу, щекам, подбородку. Винчестер наслаждался, а до меня медленно доходило, что я влюбилась. Влюбилась в эти веснушки на носу, в эти пухлые и притягательные губы, в длинные пушистые ресницы и в эти глаза, навсегда затягивающие в свой зеленый омут. Мне уже не выбраться оттуда, нет. Да я и не хочу… Еще около часа мы с Дином были в моей комнате, не меняя положения. Наши разговоры прерывались минутами, когда Дин внезапно начинал дремать. В эти минуты я смотрела на него, спящего на моих коленях, и понимала, что ничего важнее нет в моей грешной жизни, кроме вот этой сонной мордашки. Бункер начинал понемногу оживать. Захлопали двери, кто-то вышел в коридор и пошел на кухню, громко зевая. Дин дремал, но ничего не слышал. Я наблюдала, как за окном медленно светлеет, как восходит солнце. Его лучи медленно вкрались в мою комнату и поползли по полу. Забрались на кровать и, прошествовав по телу Винчестера, замерли на его глазах и носу. Он поморщился и зевнул. Я улыбнулась. — Доброе утро. Дин посмотрел на меня сонными глазами и нежно улыбнулся. — Доброе. Однако вставать никто из нас не собирался. Я все также возилась с волосами Дина, расчесывая их уже в пятисотый раз, а он смотрел на меня и улыбался. — Вот бы каждое утро так… Я усмехнулась. — Что тебе мешает? Он сделал движение бровями. — То есть ты не против? Я перевела взгляд на потолок. — Нуу, я не знаю. Дин заулыбался. — Да признайся, что тебе понравилось сегодняшнее утро. Ну признааайся. Я смущенно опустила взгляд на его волосы. — Ну, понравилось. — Ну вооот. А сам довольный, как кот, обожравшийся сметаны. Спустя полчаса ко мне в дверь постучались. Дин взволнованно посмотрел на меня. Я усмехнулась. — Сэм? — Да, это я. Можно? — Нет, я без одежды. Что хотел? — Прости, но какой сегодня день недели? Я посмотрела на Дина, тот губами прошептал. — Воскресенье, Сэм. — И на кой-черт я встал в семь утра? — Не знаю. — Ладно, я пойду еще посплю. К одиннадцати-то завтрак будет готов? — Разумеется. — Ну всё, я пошел. Извини еще раз. — Да ладно. Сэм ушел и хлопнул дверью своей комнаты. Дин выдохнул. Я усмехнулась. — Страшно? — Мне? Пфф. Я взъерошила ему волосы. — Да страаашно. — Нет, я сказал. — А я сказала, да. — Ты еще со мной спорить будешь? Я игриво склонила голову. — Почему бы и нет? Дин усмехнулся. — Засранка. Я показала ему язык. Он устроился поудобнее, переместившись чуть выше на моих бедрах. — Не давлю? — Нет-нет, все нормально. Винчестер довольно потянулся и подставил свое лицо лучам солнца. — Черт, как хорошо… Я, улыбаясь, гладила его по волосам, меняла пробор, расчесывала и укладывала его шевелюру, как моей душе угодно. Так прошло еще около часа. Дин снова дремал. Я погладила его по щеке. — Дин… — Ммм? — Хороший мой, пора вставать. Мне нужно идти готовить завтрак. Можешь доспать тут, я не возражаю. Дин приоткрыл один глаз. — Не, я с тобой пойду. Я потерял два чертовых года, надо наверстывать. Я улыбнулась и последний раз за это утро погладила его по голове. Дин сел на кровати, потянулся и повел мышцами спины. Мой взгляд мигом превратился в пошлый, но я скрыла его под ресницами. Винчестер поднялся с кровати и еще раз потянулся. — Каак хорошооо, мама дорогая… Подошел к двери, протирая глаза. — Жду тебя на кухне. Подмигнул мне и вышел из комнаты. Я тут же слетела с кровати, нашла Юпитера и, взяв его морду в ладони, тут же вывалила на него все эмоции, которые бушевали во мне. После этого я поскакала умываться. Расчесалась, заплела хвост и в одном нижнем встала перед шкафом. Тэкс. Мой выбор пал на джинсовый костюм из шорт и майки. Облачившись в сие великолепие, я стрельнула глазами в зеркало и побежала на кухню. На пороге зала я услышала, как хлопнула дверь комнаты Дина, и раздался тихий смешок. — Вот зараза, не успел. Я довольно прошествовала на кухню и открыла холодильник. Сзади подошел Дин и, положив руки мне на талию, а голову — на плечо, выдохнул. Я стояла и размышляла, из чего бы сделать завтрак. Это было сложно — не думать о Винчестере, который дышал мне в шею. — Может, рулетик сделаем? Дин облизнулся. — С вареньем? Я нахмурилась. — Не слишком сладко для утра? Дин улыбнулся мне в шею. — Думаешь, что-то может быть слаще нашего утра? Я, не в силах сдерживать улыбку, достала из холодильника варенье. Я любила готовить, но готовить с Дином я просто обожаю. Мы тихонько разговаривали, смеялись, кормили друг друга вареньем. Я сморщилась. Винчестер довольно достал ложку из моего рта. — Сладкооо… Дин неожиданно чмокнул меня в щеку. — Всё равно слаще тебя ничего нет. Я улыбнулась. Из духовки аппетитно запахло. Я взяла прихватки и, встав на колени перед плитой, открыла дверцу. Оттуда повалил жар и убийственный аромат вкуснейшего рулета. Голова Дина тут же оказалась рядом с моей, а его руки — поверх моих. Мы вместе достали рулет и поставили его на стол. Я прикрыла его, чтобы остыл немного и, облизывая нечаянно обоженный палец, повернулась лицом в Дину. Он стоял ко мне вплотную. Нахмурился. — Ты чего? — Да так, палец обожгла. — Дай. Дин отобрал у меня мой палец и, поднеся его к своим губам, тихонько дул. Когда я подняла на него глаза, он смотрел на меня. Мы встретились взглядами и не в силах были оторваться друг от друга. — Почему так происходит? Дин шептал. Я тоже. — Как? — Почему я не могу оторваться от тебя? Я пожала плечами. В глазах Дина творилось что-то невообразимое. Казалось, зелень медленно кружится и образует воронку, в которую меня затянуло уже по уши. Я сдалась. Прикрыла глаза и смущенно опустила голову. Дин улыбнулся и, притянув меня к себе, обнял. Положил голову мне на макушку и вздохнул. Я стояла и всем телом прижималась к Дину. Лбом я упиралась ему в плечо и часто-часто дыша. Я слышала, как бешено колотилось сердце Дина, в то время как внешне он был абсолютно спокоен. — ООООЙ МОРООООЗ МОРОООООЗ! Дин, едва заметно вздрогнув, медленно разжал руки за моей спиной и отошел на шаг. — НЕ МОРООООЗЬ МЕЕНЯЯЯЯ! Я взяла себя в руки быстро побелела обратно. — НЕ МОРОООЗЬ МЕНЯЯЯ! Дин сделал вид, что ему что-то необходимо в холодильнике, а я полезла в буфет. — МОООЕГООО КОООНЯЯЯЯ! Ну кухню зашла Лиза. — Доообррррейшего всем утречка. — Доброго. — Доброго. Она попила воды и села за стол. — И чем мы сегодня завтракаем? Я, пытаясь сдержать волнение, еле выдавила из себя. — Рулет. — Ооо, тема-тема. Че, идти парней будить? Дин кивнул. — Да, мы сейчас чай нальем и всё. Зови. Лиза послушно поднялась и вышла. Ее ор раздавался по коридору. — АЛЁЁЁ! ГУУУД МОНИИИН! ПОДЪЁЁЁМ! ЗАВТРАК НА СТОЛЕ! КТО НЕ УСПЕЛ — ТОТ ОПОЗДАЛ! Я улыбнулась, нарезая рулет. Дин подошел ко мне сзади и, положив свою руку сверху на мою, осторожно забрал у меня нож. — Я сам, а то порежешься. Наливай чай. Я послушно начала разливать чай по кружкам. Подтянулись ребята, сонные, но довольные тем, что сегодня никому никуда не нужно. За завтраком я сидела рядом с Дином. Я все еще чувствовала стеснение, Винчестер тоже. Мы молча пили чай, а когда встречались взглядами или одновременно тянулись за рулетом и дотрагивались друг до друга, то отводили глаза и одергивали руки. Постепенно напряжение спало, и мне стало легче. Я начала разговаривать с ребятами, они тоже оживились. Скоро я почувствовала, что и Дина тоже отпустило. Он включился в нашу беседу. Мы еще долго сидели за столом, обсуждая все на свете и радуясь тому, что сегодня выходной. — Как хорошо пинать хуи! — И выглядеть, как дед Луи! — А кто же этот дед Луи? — Да кто бы знал его вообще! Лиза с Кевином расхохотались. Я мыла посуду, Юпитер лежал у меня под ногами. Сэм после завтрака скрылся в своей комнате, Дин сидел в зале. Лиза с Кевом хотели сегодня пойти в кино, это я знаю точно. Но вот спросила ли она у Дина? Этого я не знала. Тем не менее, они, счастливые, лежали в зале на полу и орали какую-то фигню. — Если бы неебооо Двигалооось с нааами в таакт… Мне захотелось петь, и я тихонько мурлыкала себе под нос. — Если ты — моооре, то я твой ночнооой мааяяк… Я стояла спиной к проходу, и не заметила, как вошел Дин. Он, услышав мой голос, тихонько сел за стол и слушал. — Если бы птиицыы В даль унеслиии меняяя… Он не выдержал. — Если бы тыы… Я улыбнулась. — Если бы яяя… Дин усмехнулся. — Ну что, Золушка моя. Чего делать будем? Я пожала плечами. Тут на кухню зашла Лиза, за ее спиной маячил Кевин. Я улыбнулась и подмигнула Дину. Тот улыбнулся, но, повернувшись к ребятам, сделал лицо строгого старшего брата. — Что-то хотели, молодые люди? Лиза посмотрела на меня, я кивнула. Она выдохнула и на одном дыхании выпалила. — Дин, меня Кевин в кино позвал, можно я схожу, пожалуйста? Дин указательным и большим пальцем потер подбородок. — Даже не знааю… Лиза испуганно посмотрела на меня. Я подмигнула ей. Дин позвал Сэма. — Чего? — У нас тут небольшой семейный совет. Лизун хочет в кино с Кевом сходить, он ее пригласил. Отпустим? Сэм недоверчиво посмотрел сначала на Кевина, потом на Лизу, затем — на меня. Я посмотрела на него немигающим взглядом. Сэм перевел глаза на Дина. — Пусть сходят, почему бы нет? Кевина мы знаем давно, я ему доверяю. Дин кивнул и посмотрел на Лизу. — Можно. Идите. Дома к 11 часам! Девушка радостно закивала и бросилась на шею сначала Кевину, потом обоим братьям, а потом только мне. Вытолкала Трэна с кухни и побежала одеваться. Сэм кивнул на меня. — А вы чего тут? — Я посуду мою, твой брат меня развлекает. А что? — Я просто тоже уехать хотел. Дин нахмурился. — Куда это? И тут произошло то, чего я никогда не видела. Сэм, самый хмурый лосик на свете, смущенно опустил голову. — Надо там… Дин, улыбаясь, склонил голову набок. — Ути бозе мой, у нас появилась девушка? Сэм тер пол носком ботинка. — Нуу, не совсеем… Дин рассмеялся. — Да едь наздоровье, мне не жалко. Ты уже большой мальчик, разберешься, что куда. Уловив подтекст, я вспыхнула, поэтому сразу отвернулась. Сэм ушел, а Дин, улыбаясь, подошел ко мне. — Мы сегодня одни. Какие идеи? Я пожала плечами. Дин рисовал пальцем на столе. Я повернулась к нему. — Если честно, я не хочу куда-то идти. Давай дома? Винчестер улыбнулся. — Что дома? — Ну не знаю, фильм глянем, посидим, поговорим. Проведем время друг с другом. — Я не против. Я кивнула и вышла с кухни. Мы с Дином стояли в зале и провожали всех. Сэм обещал подкинуть Лизу и Кева до кинотеатра, поэтому они кучкой стояли и обувались. Дин стоял, скрестив руки на груди и внимательным взглядом изучил внешний вид сестры. — Лизун, платье не сильно короткое? Девушка одернула одежду вниз. — Не, нормально. — Ну ладно. Они обулись. Дин подошел к Сэму и Лизе, положил им каждому по руке на плечо и торжественно объявил. — Отпускаю вас, дети мои. Я рассмеялась. Кева Дин похлопал по плечу и шепнул пару слов на ухо. Тот кивнул и, взяв Лизу за руку, вышел из бункера. Сэм вышел за ними, помахав нам. Только звук мотора перестал до нас доноситься, Дин обнял меня одной рукой за талию. — Ну что? Я посмотрела на него. — Чтооо? Он рассмеялся. — Пошли кино смотреть. — Пошли. Дин взял меня за руку и повел в свою комнату. Я замерла перед дверью. — У тебя? Винчестер усмехнулся и открыл дверь. — Почему бы нет? Я посмотрела на него, а он на меня. Инстинкт самосохранения подсказывал мне, что не надо туда заходить. Не надо оставаться с ним один на один. Но почему? Именно это моя всезнающая задница и хотела узнать. Я шагнула в полумрак комнаты Дина. Когда глаза привыкли к темноте, я огляделась. За 2 года ничего не изменилось. Дин, улыбаясь, кивнул мне на кровать, а сам отошел к полке над телевизором. Я присела на край его широкой двуспальной кровати и провела рукой по покрывалу. Темно-зеленое, мягкое. Винчестер стоял ко мне спиной и перебирал диски. — Не то, не то… Ты что предпочитаешь? — Я? Фэнтези. Ну, с романтическим уклоном, конечно. Я же девушка. Дин полуобернулся ко мне. — Да ты что? Я тоже улыбнулась. — Даа. Он убрал в сторону еще с десяток дисков и присвистнул. — Смотри, чего у меня есть. Я вытянула шею, стараясь увидеть, на что он показывает. — «Путешествие к центру Земли». Это по Жюлю Верну, если я не ошибаюсь? Мои глаза загорелись. Дин заулыбался. — А как у нас глазки светятся… У меня перехватило дыхание, я шептала. — Это лучший фильм… Мне было 7 лет, когда папа показал мне его… Брендан Фрейзер, ммм… Я мечтала замуж за него выйти… Дин расхохотался. Я выхватила у него диск и посмотрела на обложку. — Боже, как я люблю его… Винчестер пошло усмехнулся. — Фрейзера? — Дурак. Фильм. — А я-то думал, придется тебя у Фрейзера отбивать. Я шлепнула его по макушке. — Включай давай. Дин, с усмешкой оглядываясь на меня через плечо, вставил диск в DVD. Я забралась с ногами на кровать Дина и в нетерпении закусила губу. Винчестер, ожидая, пока диск загрузится, задумчиво, но с долей иронии посмотрел на меня. — Ты так смотришься на моей кровати… — Как? — Как будто так и надо. Ты ей подходишь. Я рассмеялась. — Ах это я ей подхожу? Дин кивнул и, улыбаясь, отвернулся к телевизору, включая фильм. Я, прищурившись, смотрела на него. Фильм начался, Дин, играя на пальцах пультом, подошел к кровати. — Ты чего? — Думаю, каким образом отомщу тебе. — Ахах, да мы мстительные. — Ооо даа. — Так я сяду? Мой взгляд тут же сменился на пошлый, я сделала движение бровями. — Ну садись. Дин, с улыбкой поглядывая на меня, сел рядом и откинулся на спинку кровати. Я сделала то же самое. Между нами было около полуметра. Хорошо, что кровать широкая. — Подожди, это как? Дин поставил на паузу. Я, еле сдерживаясь, чтобы не накинуться на него с кулаками, выдохнула. Уже пятисотый раз он останавливает и что-то спрашивает. — Что? Дин улыбнулся. — Кто-то злится. — Есть такое. Так что? — Не, ну как можно было спуститься внутрь, потом полететь вниз, и оказаться у центра Земли? Он находится намного-много-много ниже. Я рыкнула. — Ты меня добесишь. — Я этого и добиваюсь. Я поджала губы и сжала кулаки. Тихо-тихо. — Винчестер, это гребаная фантастика. Тут возможно всеее. Это ты еще до конца не досмотрел. Там еще и динозавры будут. И тут же закрыла себе рот рукой. Мы договорились, что я не спойлерю. Дин посмотрел на меня так, как будто я съела его порцию. — Морковка… — Я молчу. Дин включил фильм. Спустя некоторое время он снова поставил на паузу. Я молча посмотрела на него. Он встал и вышел. Ага. Вот так. Ну ладно. Я потянулась на кровати. Хорошо-то как. Винчестер вернулся с тарелкой кукурузных палочек. — Я не могу смотреть фильм без еды. Я тут же пододвинулась к нему. — Я с тобой играю. Дин, довольно растянувшись на кровати, поставил тарелку себе на живот. Мне пришлось лечь еще ближе к нему, чтобы доставать еду. Винчестер усмехнулся и включил фильм. Я хохотала, когда герои врезались на огромной челюсти в дом какого-то старичка. Дин, еле сдерживая смех, старался не подавиться кукурузкой. Когда фильм закончился, пустая тарелка стояла на полу. Дин лежал, подложив руку под голову, второй обнимая меня за талию. Я лежала, положив голову Винчестеру на грудь и закинув на него одну ногу. — Эй, не спишь? Я помотала головой. Дин начал гладить меня по спине. — А где Юпитер? — Да. Где Юпитер? Я приподняла голову. — Юпитер! Послышался топот лап, и в комнату вбежал мой лев. Дин похлопал по кровати рядом с собой. — Иди сюда. Лев послушно запрыгнул и улегся рядом с нами. — Ну вот, теперь все в сборе. Я усмехнулась. Дин уже дремал, когда меня осенило. — Дин. — Ммм? — Поехали. Он открыл глаза. — Боже, куда? — Ты не представляешь, как офигенно кататься по ночному городу. Поехали-поехали-поехали! Я заплела волосы в хвост, надела узкие светло-голубые джинсы, голубую майку-борцовку с американским флагом, надела ярко-синие кроссовки на массивной подошве. Прихватила с тумбочки темные очки. Фары встречных машин часто слепят. Пританцовывая, вышла из своей комнаты. Дин в это время вышел из своей. Синие джинсы, черная футболка, джинсовка сверху. Посмотрел на меня, пошло улыбнулся. — Ну-ка покрутись. Я крутанулась перед ним. Дин одобрительно кивнул. Приобнял меня за талию и мы вышли из бункера. Я залезла в Ниссан и довольно улыбнулась. Люблю свою машину. Дин сел рядом на пассажирское. Я сдвинула очки со лба на нос. Завела мотор и отъехала от бункера. Дин усмехнулся. — Я не понимаю. Сначала ты сказала, что никуда не поедем. Потом ты срываешься с места и куда-то мчишься. Я усмехнулась, мельком взглянув на него. — Я сама себя порой не понимаю. Просто в голове промелькнула мысль, что ты навряд ли видел когда-нибудь красоту ночного города. — Я не обращал внимания. — Вот именно. Да и может, на гонку попадем. Дин рассмеялся. — Так бы и сказала, что на гонку хочешь! — Да я серьезно хотела прокатиться. А гонка это так, по пути. Я постепенно вдавливала педаль газа в пол. Скорость была около 180 км/ч. Я опомнилась и включила музыку. На всю машину заорал Лил Джон. — Get outta your mind! Дин потянулся к колесику громкости. Я думала, что он хочет убавить, но Винчестер наоборот, прибавил звук. Я кивнула ему на окно. Он выглянул. Я нажала на нужную кнопочку. Включилась синяя неоновая подсветка, пульсирующая в такт песне. Глаза Дина восхищенно засветились. — Охренеть… — Классно, да? — Вообщеее… Ближе к городу я сбавила скорость, потому что начали попадаться машины. Когда мы были в центре, я ехала почти на минимуме — 140 км/ч, в то время как ограничение стояло 60 км/ч. — Тебя не оштрафуют? Я рассмеялась. — Пусть догонят. Вывернув руль, я повернула на центральную улицу города, стараясь подстроиться под движение потока машин. Меня бесила их медлительность, я нервно сдувала челку и перебирала пальцами на руле. Дин не выдержал и взял меня за руку. — Успокойся. Я послушно выдохнула и смотрела на дорогу. Около 40 минут мы колесили по городу. Молча. В глазах каждого из нас замерло восхищение светом ночного города, его огнями. Я припарковалась около кафе и вышла из машины. Дин вылез за мной. Облокотился на крышу Ниссана. — Куда пойдем? Я потянулась. На улице была ночь. Около двенадцати. — Пошли гулять. — Пошли. Дин подошел ко мне и взял за руку. Мы неосознанно переплели пальцы и пошли по освещенной лишь светом фонарей улице. — Дин, я ведь скоро снова уеду. Винчестер смотрел куда-то в небо. — Не напоминай мне об этом. Я не хочу думать, что скоро снова буду жить без тебя. Мне сейчас хорошо, потому что ты здесь, со мной. Сейчас это — главное. Я, задумчиво улыбаясь, смотрела себе под ноги. Мы шли и шли. У Дина зазвонил телефон. — Да, Лизун. Дома? Молодцы. Как кино? Ммм. Я? А тебе зачем? Ну нет меня. Буду дома через… несколько часов. Нет, не на деле. Таня? Со мной. Хватит усмехаться, я вижу твою пошлую лыбу. На гонку скоро поедем [Я прикрыла ладонью глаза]. Все, ложитесь спать. Давай. Хорошо, передам. Все, спи, Лизун. Дин положил телефон в задний карман джинс. — Что там? — Из кино вернулись. Тебе привет. Я кивнула. Дин чуть крепче сжал мою руку. — Не замерзла? Я помотала головой. Мы пошли дальше. Завернули в парк. Там не было ни души. Только одинокая луна освещала нам дорогу. Не знаю, зачем, но мы остановились. Просто остановились и смотрели друг на друга, чуть щурясь из-за яркого лунного света. Дин молча снял джинсовку и накинул ее на меня, не убрав руки с моих плеч. Полностью повернулся ко мне и заглянул в глаза. — Я не понимаю, что я делаю, и не знаю, какие будут последствия. Но я просто хочу попробовать… Медленно наклонился к моему лицу. Я прикрыла глаза. Горячее дыхание Винчестера обжигало кожу, от него пахло моим любимым парфюмом. Губы Дина осторожно примкнули к моим губам. Его руки несмело обняли меня за талию, прижимая грубую ткань винчестеровской джинсовки к моей спине. Я дрожала, то ли от холода, то ли от чувства невероятности происходящего. Сама того не осознавая, я робко отвечала на поцелуй Дина, мои руки сами обняли его за шею и наклонили его голову еще ниже. Винчестер не усиливал ни напора, ни темпа поцелуя, смакуя каждую секунду. Мы оба не знали, зачем мы это делаем, к чему приведет наш поцелуй. Нам было хорошо в эти минуты, лично я была на вершине блажества. Хотелось еще и еще. Будь моя воля, я никогда бы не разомкнула ни рук, обнимающих Дина за шею, ни наших губ, которые танцевали свой первый несмелый танец любви. Я не знаю, сколько это продолжалось, но казалось, что прошло всего несколько секунд, а Дин уже медленно отстранился от меня. Уперся лбом мне в лоб и, наклонив голову и прикрыв глаза, глубоко дышал. — Прости… Я, также не открывая глаз, улыбнулась. — За что? — За это. Я не знаю, что на меня нашло. Просто… Этот вечер, я, ты… Я открыла глаза. — Всё хорошо. Дин сглотнул и тоже открыл глаза. Они были чуть мутными, как будто Дин потерял рассудок на некоторое время. На самой глубине его зрачков плескалось счастье. Я знала, что он видит то же самое в моих глазах. Поэтому он улыбается. И тут я проснулась. Да, просто взяла и проснулась. Мы сидели на лавочке в парке, моя голова лежала на плече Дина, он слегка обнимал меня за талию. На меня была накинута его джинсовка. — О, проснулась. — Как я вообще уснула? Сколько я спала? Дин рассмеялся. — Ну ты даешь. Мы сели на лавочку, я начал рассказывать тебе о Импале, и тут ты уснула на моем плече. Я тебя укрыл немного и ждал, пока ты проснешься. Ну минут 20-25 ты спала. Я растерянно смотрела перед собой на асфальт. И всмысле ничего нн было что ли? Мы не целовались? Да капец блин… — Тебе что-то снилось? Ты улыбалась во сне. Я поерзала на лавочке. — Я не помню. — Бывает. Ну что, домой? А то уже как-то слегка 4 часа ночи. Я зевнула. Впервые за вечер. Странно, обычно меня уже в 11 часов вечера начинает вырубать, а тут 4 часа утра и хоть бы хны. — Домой, наверное. Дин поднялся и потянулся. — Все-таки классный вечер… Я встала и поплотнее завернулась в его джинсовку. — И не говори… Еще бы поцелуй был реальностью, было бы вообще восхитительно! Мы сели в Ниссан. Я так и не сняла джинсовки, всю дорогу ехала в ней. Винчестер дремал на пассажирском. Ну почему это был сон? Все было так офигенно… Почему всё не реально?.. Я притормозила около бункера и заглушила двигатель. Дин открыл глаза. — Уже? Быстро. — Ну дак. Дин вышел из машины и посмотрел на небо. — Красиво… Я вышла, оперлась бедрами на капот и смотрела себе под ноги. Дин оказался передо мной. Пальцами приподнял мое лицо за подбородок. — Ээй… Ты чего? Что-то случилось? Я что-то не так сделал? Я помотала головой. У меня в глазах стояли слезы. Так хотелось, чтобы тот сон был реальностью… Дин не сдавался. — Говори. Я повернула голову. — Нет, Дин. Все нормально. Я устала просто, спать хочу. — По ушам мне так бррум-бррум. Хватит. Говори, что случилось. Я помотала головой. — Дин, не надо. Я сама. Пошли спать. Винчестер еще некоторое время посмотрел мне в глаза и отпустил. Я зашла в бункер, на цыпочках прошла в свою комнату и, не раздеваясь, легла спать. Я откинула покрывало и вздохнула. Всю ночь я спала беспокойно, вертелась. Даже не спала, а так, дремала. Джинсовка Дина валялась на полу, рядом с моими джинсами. Ну да, было что-то такое, что мне стало жарко ночью и я в полудреме разделась, оставшись в майке и плавках. Повернулась на бок и открыла глаза. Встретилась взглядом с Винчестером, лежащим на соседней подушке. Вчерашний сон тут же всплыл в памяти. Дин сонно улыбнулся. — Доброе утро. Я потянулась. — Ну можно и так сказать. Доброе. Винчестер приподнялся на локтях, являя мне свои бицепсы. — Может уже расскажешь, что случилось вчера? Я залезла с головой под одеяло. — Ой всё. Дин усмехнулся и, недолго думая, оказался рядом со мной под одеялом. — От меня не спрячешься. Рассказывай давай. Я скрестила руки на груди. — Не буду я ничего рассказывать. Под одеялом, в темноте, было жарко. Еще и Винчестер горячо дышал в висок, что напрягало еще больше. — Ты договоришь сейчас. Я показала ему язык, надеясь, что он ничего не увидит. Однако он увидел. — Эээто что такое? Я рассмеялась. Руки Дина в темноте нашли мою талию и начали щекотать. Я хохотала, отбивалась от него, но бесполезно. Одеяло ходило ходуном. Я попробовала начать мстить Винчестеру ответной щекоткой. Оказывается, он ее боится! Дин хохотал, как сумасшедший, отталкивал меня, но я все равно лезла к нему. Наконец, Дин спихнул меня с себя и скрестил руки в воздухе. — Всё! Всёёё! Хватит! Я сдула челку со лба. — Чейта? — Я не могу больше! У меня сбрякал телефон. Я полезла за ним через Винчестера и, разблокировывая, зависла над Дином. Мой живот был аккурат над головой парня. Моя майка висела на мне и падала Дину на лицо. Он отдувал ее и хохотал. — Ну чего там? — Обновление камеры. — Ооо. Го фоткаться. Дин выхватил у меня телефон, сгреб меня в охапку. — Ну-ка сделай моську. — Ты издеваешься? Я не причесана вообще-то! — Пофиг! Дин сделал пару фото. Я выхватила у него телефон. — Меня? Некрасивую? Фоткать? Винчестер расхохотался. Я снова начала его щекотать, он мстил, и одеяло над нами снова ходило ходуном. (От лица Лизы) Я проснулась и, как всегда, пошла на кухню, попить воды. Почему-то по утрам на меня всегда нападал дикий сушняк. Я, шатаясь от стены к стене, не разбирая косяки, шла по коридору. Где-то по середине коридора я замерла. Из комнаты Тани раздавался хохот и визг. Юпитер, наверное, решил ее разбудить, пожрать захотел. Бывает. Я добрела до кухни, на пороге споткнулась об спящего Юпитера. — Сорян, брат. Налила в стакан воды, начала пить. И тут до меня дошло. Я подавилась и закашлялась. ЧТО ЮПИТЕР ДЕЛАЕТ НА КУХНЕ?! С КЕМ ТАМ ТАНЬКА?! Я рванула к ее двери. Остановилась и припала ухом к двери. Внутренний голос подсказывал мне, что подслушивать — нехорошо, но тут было как-то не до него немного. — ОТСТААААНЬ! Послышался хохот… Дина?! Что мой брат делает у нее в комнате?! Я приоткрыла дверь. По всей комнате летали перья. Когда они немного улеглись, я смогла разглядеть сквозь щелку, что происходит. На кровати, под одеялом, катались эти двое. Судя по постоянно мелькавшим голым ногам моего брата, на нем были только трусы. Это меняет дело. Я по-тихому сбегала в свою комнату за камерой. Устроилась на полу, просунула объектив в щелку. Мне эту камеру Сэм подарил на 16 лет. Поэтому она была офигенной. Я нажала на кнопочку, и тут раздался звук затвора. Я зажмурилась. Из-под одеяла вынырнули две взлохмаченные головы. — Лизка! Я поймала момент и сделала еще кадр. Они были офигенными. Дин кубарем скатился с кровати. Я подскочила и побежала по коридору. Залетела в какую-то комнату и, закрыв дверь, оперлась на нее спиной. Дин ругнулся за дверью, но, как только Танька позвала его, тут же убежал и хлопнул дверью ее комнаты. Я выдохнула и обернулась. Моему взору предстала шикарная задница Кевина в трусах. Я охнула и тут же закрыла себе рот рукой. Дин ушел, и я могла спокойно покинуть эту комнату. Но я не могла. Просто стояла и смотрела. Тут дверь за моей спиной открылась, сильная рука схватила меня за шкирку и вытащила из комнаты. Я не до конца понимала, что происходит. Дин, уже в джинсах, стоял напротив меня. — Только попробуй кому-нибудь сказать о том, что видела сегодня утром — я тебя убью. Поняла? Я кивнула. — И фотку удали. Я снова кивнула. Удалять я ничего не собиралась, конечно. Но говорить ладно, не буду. Я пошло усмехнулась и кивнула в сторону Танькиной комнаты. — А че, че то есть что ли? — Ничего нет. Просто молчи. — Лан-лан. Дин кивнул и пошел в сторону Танькиной комнаты. Постучался. — Пароль? Брат усмехнулся. — Угараешь что ли? — Пароль, говорю. Дин улыбнулся. — Вин Дизель. Дверь открылась, и Дин зашел. Я, сама не зная почему, тоже улыбалась. Я по-быстрому оделась, не стесняясь Дина. — И что она сказала? Дин пожал плечами. — Сказала, что никому не скажет. — Ну ладно. Я закрутила шишку на голове и подошла к Дину. — Ну что, пошли готовить завтрак? Винчестер улыбнулся. — Пошли. Я взяла его за руку и потащила на кухню. Там мы быстренько развернули готовку на высшем уровне. Дин мял тесто, я замешивала начинку из малины и молока. Да, это будет пирог. С малиной. Я облизала палец и посмотрела на Дина. Винчестер стоял ко мне боком, в одних джинсах и мощными движениями мял тесто на столе. Я пошло улыбнулась. Дин услышал мою усмешку и посмотрел на меня. — Что? Я снова облизала палец. Дин моргнул, пряча искру пошлости под пушистыми ресницами. — Не, ничего. Винчестер усмехнулся и вернулся к тесту. Я еще немного позалипала на него и, взяв на ложку чуть-чуть начинки, подошла к Дину и втиснулась между ним и столом. — Пробуй. Винчестер, глядя мне в глаза, взял ложку в рот. Закрыл глаза. — Мммм… Я заулыбалась. — Вкусно? Дин открыл глаза и, с ложкой во рту, кивнул. — Ошень. Я попыталась забрать ложку, но Дин, хохоча, поднял голову. Я снова потянулась за ложкой, он снова поднял голову. — Дин, ну чего как маленький-то? Винчестер засмеялся и отдал мне ложку. Я хотела отойти, но он припер меня своим торсом к столу и положил руки по бокам от моих бедер на стол. — Куда это мы? Я невозмутимо посмотрела на него. — За листиком. Надо его маслом смазать. — Да ты чтооо… — Дааа. Мы смотрели друг другу в глаза. — Отпусти. — Нет. — Пожалуйста. — Нет. — Атпути. Дин расхохотался. — Не путю. Я начала тыкать пальцами ему в пресс. — Атпутиии. — Не путююю. Я рассмеялась и уперлась лбом ему в голое плечо. Дин, смеясь, поднял голову к потолку. И тут мы снова услышали щелчок камеры. Резко повернули головы. Лизка, лыбясь во весь рот, стояла в дверях и смотрела на получившуюся фотку. — Лизун, ты нарвешься, точно. Лизка хохотнула и убежала к себе. Я посмотрела на Дина. — И как это называется? — Это называется Лизун, привыкай.