Репетитор

Готовилась я к явке с самого утра. Даже в душ сходила. Прикольно мыть голову металлической рукой. Я долго стояла перед шкафом с одеждой. Джинсы. Надо что-то вниз без рукавов, а наверх — с длинными рукавами. Вниз пошел белый топ, а наверх — джинсовый пиджак. Приталенное пальто сверху, на руки — перчатки. Все-таки я девочка. Мама с папой помахали мне с порога, и я отъехала от дома. Музыка в машине хоть и была моя, но мою стерео-систему не заменит ничто. Я подъехала к бункеру. Юпитера я не взяла с собой, Анка с ним играла, и мама попросила оставить его дома. Я вышла из машины, натянула перчатки и подошла к двери. Зашла внутрь. Вся община была на кухне и что-то бурно обсуждала. Я спустилась по лестнице, подошла к дверям кухни. Проход туда закрывала мощная голая спина Винчестера-среднего, поэтому меня никто не видел. А я видела всех. Парни, все, стояли в одних джинсах, Лиза сидела на столе и, размахивая поварешкой, что-то доказывала. — Нет, ну почему нельзя-то? — Лиза, это опасно, сколько раз говорить! О, это Дин. — Почему ей можно, а мне нельзя? — Она взрослый человек, решает все сама. Это Сэм. — Ну блин, ну не льва, ну собаку-то можно? И тут я поняла суть разговора. Лиза хотела, как я, завести домашнего льва, а ей не позволяли. Правильно делали, пусть начнет с собаки. В разговор вступил Кевин. — Лиза, любое животное — это ответственность. Поэтому ты подумай, может тебе вообще с морской свинки начать? Дин усмехнулся. — Лучше вообще с домашних муравьев. Я подала голос из-за спины Сэма. — Не, почему с муравьев-то? С собаки вполне нормально. Младший брат испуганно отшатнулся от прохода, являя всем меня. Лизка соскочила со стола и кинулась ко мне. Снести меня на пол у нее не получилось, ибо мой вес за счет руки превышал ее. Мы обнялись. Сэм пихнул Дина. — Иди. Дин, счастливо улыбаясь, помотал головой. — Я после всех. Я еще не понял, что она приехала. Кевин и Сэм один за другим обняли меня. При этом все что-то говорили, смеялись. Когда Сэм отошел от меня, я поймала на себе взгляд Дина. — Уезжала распиздяйкой, вернулась леди? Я улыбнулась. Он подошел ко мне и обнял. — Я скучал. — Я тоже. Мы отстранились друг от друга. И тут все в один голос задали вопрос. — Какими судьбами? Я рассмеялась. — Не рады? Ну и всё. И повернулась уходить. Кевин схватил меня за руку. Да, именно за левую. Я отдернула руку. Парень смутился, но ничего не сказал. — Так, Лиза, быстро, чай, кофе, парни, одеваться, а то смущаем даму. Да, у меня при виде голого Винчестеровского торса вспыхнули щеки, да. Парни разбежались. — Таньк, раздевайся, и ко мне, на кухню. Вот раздеваться-то я и не хотела. Вспомнив испуганный взгляд Трэна, когда он коснулся моей руки, мне перехотелось рассказывать обо всем ребятам. — Морковк, не спи, давай помогу. Дин снял с меня пальто. Рассмеялся, увидев мой топ и джинсовку. — Ан нет, распиздяйка никуда не делась. Мне стало легче. — Перчатки клади на тумбу. Я стянула перчатки, ожидая вопроса. Но его не последовало. Дин смотрел на мое лицо. Я улыбнулась. — Ты чего? — Я же говорю, что скучал. Он поманил меня за собой на кухню. Парни прибежали и расселись за столом. Дин присоединился к ним, мы с Лизой остались у стола. — На поднос, ставь на стол. А поднос берут двумя руками. Я, сжав внутренности в кулак, взяла поднос и поставила на стол. Парни что-то обсуждали, не замечая моих рук. Слава Богу. Мы с Лизой сели за стол. Я сначала брала рукой бутер, кусала, клала его на стол, потом бралась за кружку. Обычно люди это делают двумя руками. Трэн тоже обратил на это внимания, но виду не подал. Спасибо ему. Дин сидел слева от меня. — Ну, рассказывай, какими судьбами-то? — Да так. Больничный на время взяла да и приехала. Тут Сэм кинул в Дина чайной ложкой. Та отскочила от лба старшего брата и полетела на пол. Я инстинктивно поймала ее левой рукой, но в это же время ложку ловил Дин. Моя металлическая ладонь оказалась в его руке. Он сначала не понял, в чем дело. Поднял взгляд на меня. Я отвела глаза. Дин поднял мою руку над столом. Лизка, жуя бутер, подавилась. — Эт че? У Дина в глазах застыл тот же вопрос. Как, впрочем, и у всех. Пришлось сознаваться. — Я вот щас не поняла. Лизка поставила кружку на стол. — У тебя из-за того случая кисть отвалилась? Это был Сэм. Я, улыбаясь, помотала головой. Если бы. Дин, держа меня за руку, отогнул рукав джинсовки. Я усмехнулась. — Железо. Он мельком взглянул на меня и закатал рукав еще дальше, до локтя. — И снова железо. Лизка нахмурилась. — Всмысле радиация или че? Я отобрала у Дина свою руку. — Выпусти меня. Винчестер послушно отодвинул свой стул, и я вышла из-за стола. Расстегнула джинсовку и движением плеч скинула ее. Пиджак упал на пол. Я стояла перед ребятам в топе. Он был без лямок, держался на груди, поэтому было видно все, в том числе и ожоги. Ребята молча, с ужасом в глазах, смотрели на мою руку. Я начала говорить. — Нет, это не радиация, Лизк. Мне оторвало руку… Я посмотрела на Дина. — … во время гонки. Да, той самой, от которой ты меня так упорно отговаривал. Винчестер-старший закрыл глаза рукой. Я рассказала им все. И о предательстве Стефана, и о его сумасшедшей любви, о инженере и враче, о трех месяцах больничного. Я улыбнулась. — Ну, а дизайн руки, нетрудно догадаться, списан с Баки Барнса, Зимнего Солдата. Лицо Лизы озарила счастливая лыба. Дин сидел мрачнее тучи с момента упоминания имени Стефана. Ну ничего, я с ним отдельно поговорю. Сэм вышел из-за стола, подошел ко мне. — Можно? — Естественно. Парень вертел мою руку, рассматривал ее, поминутно восторгался работой, просил то поднять ее, то опустить, то сжать кулак. Все как я и думала: ему интересна инженерная сторона вопроса. Только Сэм отошел от меня, как подскочила Лиза и заорала. — ЭТО У МЕНЯ ТЕПЕРЬ ЕСТЬ МОЙ ЛИЧНЫЙ БАКИ? ОФИГИТЕЛЬНООО! ДАЙ ПОЩУПАТЬ! Под общий смех Лиза общупала всю мою руку, поминутно спрашивая, чувствую я или нет. — Не, ну я в восторге! Я снова села рядом с Дином. Парень изредка косился на мою руку, ничего не говоря и не задавая никаких вопросов. Не считая его, все приняли новую руку на «ура». Трэн, не смотря на то, что сначала испугался, теперь верещал о Баки вместе с Лизой. А с Дином мне предстояла беседа один на один. По окончанию чаепития я взяла его правой рукой за руку, по пути подобрала с пола свою джинсовку, и повела парня к нему в комнату под пошлыми взглядами остальных. Дин закрыл за нами дверь и вопросительно посмотрел на меня. Я указала ему на его кровать, он сел. Я встала перед ним и скрестила руки на груди. — Ну давай. Я слушаю. Дин встал и подошел к окну. — Во-первых, ты меня не послушалась. Во-вторых, соврала, что с тобой все хорошо. В-третьих, держала все в тайне. В тайне от меня. Ты мне не доверяешь? Вот сейчас я почувствовала себя виноватой. — Я доверяю тебе больше, чем себе. Я не хотела, чтобы ты, узнав все по телефону, сходил тут с ума. Я подумала, лучше будет, если ты увидишь. Дин хохотнул, стоя ко мне спиной. — Да, ты права, я бы сошел с ума. Просто было обидно, что я узнал обо всем со всеми. Обычно я первый. Я усмехнулась. — Первым был Дуэйн. — А, ну тогда ладно. Ему я уступаю. — Попробуй не уступи. Дин повернулся ко мне. — Значит, ты теперь у меня… Я закрыла ему рот левой рукой. — Только не надо шуток про Терминатора. Меня дед задолбал. Дин рассмеялся. Я убрала руку от его рта. — А она холодная. — Я знаю. И твердая. Дин не удержался и потыкал мне в плечо. — Ну да, твердая. А как ты дальше с ней будешь? Я не поняла вопроса. Парень замялся. — Ну, работа, отношения, семья, дети? Я впала в ступор. Серьезно, а как? Работа ладно, фиг с ней, студенты орать от восторга будут. А семья? А замуж как выходить? Платье с рукавами? Ладонь все равно ничем не закроешь. А с мужем как? Ну, если в быту она еще мне пригодится, то, простите за прямоту, в постели-то как с ней? А дети? Они ж маленькие, им тепло нужно. А она твердая и холодная. Тем не менее, лучше с такой рукой, чем совсем без нее. Я подняла взгляд на Дина. — Ну ты меня и озадачил. Он усмехнулся и погладил меня по щеке. — Не заморачивайся. Твое будущее — это моя забота. Я еще не вдумалась в смысл его слов, а парень уже обнял меня и что есть силы прижал к себе. — Я так скучал по тебе… Я обняла его и уткнулась носом ему в рубашку. Мой. Только мой. Плевать, сколько у него было до моего появления. Но больше не будет ни одной. К ребятам мы вышли, держась за руки и о чем-то разговаривая. Сели за стол. Я сделала вид, что не заметила взгляда Лизы и пинка под столом. Сэм довольно улыбался. — И ты теперь три месяца тут будешь? Я пожала плечами. При этом движении левое плечо издало характерный для металла звук. Я усмехнулась. — Планировала тут торчать. Кевин огляделся. Дин посмотрел на него. — Потерял что-то? — Что-то я не наблюдаю во-первых, Юпитера, во-вторых, кучи вещей, и в-третьих, мяса. Мы рассмеялись. — Я просто у родителей остановилась. Сэм нахмурился. — Ну ты же к нам переедешь? Я усмехнулась. — А вы хотите? Теперь Дин усмехнулся. — Она еще спрашивает. Я посмотрела на него. — С тобой-то все понятно. Ты тут не один живешь. Сэм хохотнул. — Я очень хочу снова твоей еды. Лиза треснула брата по голове. — Не, Таньк, а вообще он прав. Давай к нам, я устала на эту ораву мужиков готовить. Я рассмеялась. — Корыстные такие все, я не могу прям. Кевин кивнул. — Они тут все такие. Как говорится, с кем поведешься [обнял Лизу за плечи], от того и наберешься. Тань, у меня курсовая не идет. Тут хохотали все. Мы все еще сидели за столом, когда мне позвонила мама. Я еле как заткнула орущих в голос Винчестеров и Трэна. — Да, мам. — Ты скоро домой? Я услышала нотки тревоги в ее голосе. Резко выпрямилась, сбросив руку Дина со своего плеча. — Что случилось? — Юпитер… Все самое ужасное тут же пронеслось у меня в голове. И то, что он укусил Анку, и нападение на родителей… — Что Юпитер? Мама, не молчи. — Он сбежал, доча. — Всмысле сбежал? Лиза закрыла рот руками. — Его нет нигде в доме, он, вероятно, вылез через окно, Дуэйн выхлопывал коврик в окне, и он, наверное, выпрыгнул… До меня дошло. — Мама, следы! Снег на улице, посмотри на следы! Мама оделась и выбежала на улицу. — Следы, да… От окна и к дороге, а дальше нет, там голый асфальт… Я закрыла лицо руками. — Все, я еду. Выскочила из-за стола и побежала одеваться. Ребята что-то говорили, но я не слушала, все мои мысли были заняты Юпитером. Львенок мой, он же один никогда не был на улице, а если кто-то завизжит и напугает его? А если ударит? Он же зарычит, и тогда все… Я выбежала из бункера, ребята, раздетые, за мной. — Узнай, что там, и звони нам, поняла? Мы тоже будем искать. Дин засунул голову ко мне в машину. Я дрожащими руками не могла вставить ключи. — Какой искать, ночь на дворе, идите спите, я позвоню, как найду. — Дурочка что ли, одна будешь бегать по всему городу? Ну уж нет. Только позвонишь, мы сразу выедем. Может, он уже вернется к тому времени, как ты доедешь. У меня получилось, и машина загудела. — Очень сомневаюсь. Все, я позвоню. Дин кивнул и вытащил голову из окна. Снег полетел из-пол колес, и машина сорвалась с места. Я не помню, как доехала до дома. Помню только испуганные глаза мамы, отца, который постоянно висел на телефоне и Анку, плачущую от непонимания ситуации. Я переоделась в спортивные треко, футболку и жилетку. На улице начинается зима, но мне будет жарко в пуховике. Засунув телефон в карман, я выбежала на улицу. Как далеко мог убежать среднего размера лев за сорок минут? Я побежала по улице. Я бежала неторопясь, вглядываясь в каждый куст и сугроб. Со стороны могло казаться, что я свершаю вечернюю пробежку. Было много прохожих. Люди гуляли, не подозревая, что где-то бродит хищник. Маленький потерявшийся хищник. Моя левая рука блестела в свете фонарей, люди оглядывались, шептались, но мне было плевать. Я искала своего маленького львенка. Я пробегала мимо компании молодых людей моего возраста, когда краем уха услышала их разговор. — Прикинь, пока до вас шел, льва видел. — Гонишь? Живого? — Абсолютно, вот фотка, смотри. Я подбежала к парням. — Ну-ка покажи. Тот, у кого был телефон, прижал его к себе. — С чего бы это? Тут кучка начала шептаться. — Нихрена себе. — Это тату-рукав? — Или она рил железная? — Да не, это костюм. Помнишь чувака из «Мстителей»? С Кэпом еще ходил. — А, костюм, точно. — Косплей. Я протянула руку одному из парней, не сводя глаз с их товарища с телефоном. Парни недоверчиво посмотрели на меня но, видя, что они мне не интересны, принялись ощупывать мою руку. — Она рил железная… Я прищурилась. — Фотку покажи. — Зачем тебе? Я скрестила руки на груди. — Мой лев убежал из дома, понимаешь? Лев. Мой. — Какой идиот будет держать дома льва? — Заткнись и покажи мне фотку. — А то что? Я описала металлической рукой круг и сделала замах, но не ударила. Рука издала лязг. Парень показал мне фотку. Это был мой Юпитер. — Где ты его видел и куда он пошел? — С чего ты взяла, что я тебе скажу? Я левой рукой схватила парня за горло, подняла в воздух и приперла к забору. Он задрыгал ногами. — Я его… кххх… на Коррел-стрит… Он… шел в сторону банка… Я отпустила парня на землю и встряхнула рукой. Снова лязг. — Спасибо. И побежала в сторону банка. А вот и банк. Я остановилась перевести дыхание. Почему банк? Юпитер, если у тебя есть счет в банке… Тут что-то привлекло моё внимание. Я перевела взгляд с вывески банка вправо и хлопнула в ладоши. Гениально. Зоопарк. Объяснив охраннику ситуацию, я вбежала внутрь. Испуганный охранник побежал в администрацию. Гориллы, крокодилы, попугаи, обезьяны… О, пантеры, уже ближе. Около клетки со львами я, как и ожидала, увидела Юпитера. Он сидел на дорожке, а напротив него, за решеткой, в клетке, сидела львица. Я усмехнулась. — Вот же Казанова… Лев услышал мой голос и повернул голову. Я подошла к нему и погладила по голове. — Что же ты творишь, зараза? Папа вертолеты поднял, а ты. Он мяукнул и посмотрел на львицу. Она не сводила с меня глаз. Я присела на корточки перед ней, просунула правую руку сквозь решетку и, совершенно не боясь, погладила львицу. Я знала, что она меня не тронет. — Значит, у вас тут лямур… Мысли завертелись в моей голове. Тут прибежали охранники и директор зоопарка. — Что происходит? Я шикнула на них, додумывая. Идея сформировалась и я подняла глаза на пришедших. — Всё в порядке. Я потеряла своего льва, теперь нашла. Нацепила на Юпитера поводок и намордник и поднялась, намереваясь уходить. Юпитер дернулся на поводке к клетке. Я посмотрела на директора и охранников. — Я думаю, мы с вами скоро увидимся. Как зовут львицу? — Венера. Я усмехнулась. — Это судьба. До встречи. Я пожала руку директору левой рукой, тот аж похолодел. Я шепнула Юпитеру на ухо пару слов. Он лизнул мне нос и что-то промяукал Венере. Та довольно принялась скакать по клетке. Я не знаю, как Юпитер понял, но он понял. Мы вышли из зоопарка. Я обзвонила всех, велела папе отзывать вертолеты, Дину — успокаивать Лизу. Я не сказала Дину, почему именно в зоопарк пришел Юпитер, Винчестеры не знали о Венере. Мы с Юпитером прошествовали мимо компании тех парней, провожаемые их взглядами. Дома мама, чуть не плача, обнимала льва и кормила его с рук. Папа чесал его за ушами и рассказывал, как его ребята не с первого раза поняли, зачем им поднимать вертолеты. А я, сидя в кресле и смотря на своего льва, постукивая металлическими пальцами по подлокотнику, соображала, сколько мяса в год будут съедать два льва. На следующий день я собралась переезжать в бункер. Родители одобрили мою идею с условием, что два раза в неделю я буду приезжать к ним в гости. Но с утра мне нужно было сделать одно дело. Родители колебались, но, решив, что это моя жизнь, одобрили и это. Я, в строгих брюках, рубашке и пиджаке, пальто, с Юпитером на поводке, ждала приема у директора зоопарка. Нас позвали в приемную. Директор не нашел слов, увидев нас. Мы обменялись приветствиями и перешли к делу. — Я хочу забрать Венеру. Директор приподнял бровь. — Домой? Вы понимаете, что львы — это не домашние животные? — Посмотрите на льва на поводке около моих ног. Вы думаете, что я не понимаю? Мне пришлось предъявить документы на Юпитера. Директор ознакомился с бумагами, было видно, что он в замешательстве. — А ваш доход позволит вам содержать двух львов? Я протянула ему справку о доходах. — Позвольте спросить, а графа «Дополнительный доход», это что означает? — Какое из слов «дополнительный» и «доход» вам не ясно? — Каким образом вы его получаете? — Выигрываю. — Азартные игры? — Гонки. — Ставите на гонщиков? Тотализатор? Я помотала головой. — Участвую. — Не верю. — Торетто вам о чем-нибудь говорит? — Герой «Форсажа», и гонщица наша местная. Я выжидающе уставилась на директора. До него дошло. — Дак это вы… — Наконец-то. Так что не переживайте, доход у меня стабильный. — Но в последней гонке… Рука… Вчера вы мне пожали руку… Офигеееть… — Так я могу забрать Венеру? Директор не сводил с меня глаз. — Конечно… Сейчас я напишу приказ, оформим договор, и она ваша. — Благодарю. Давайте быстрее только, у меня еще дел много. Спустя полчаса я, ведя на поводках Юпитера и Венеру, вышла из зоопарка. Венера недоверчиво поглядывала на меня, иногда скалила клыки, но Юпитер успокаивал львицу. На заднем сиденьи машины эти двое перемуркивались, мой лев рассказывал ей о предстоящей жизни и обо мне. Мы подъехали к дому. Увидев двух львов на диване зала, бабушка чуть инфаркт не схватила. Дед ее успокоил известием о том, что я переезжаю. Я бегала по дому, собирая вещи. Особо разобрать их после приезда я не успела, поэтому погрузка прошла быстро. Дуэйн помог мне взять разбитый Ниссан на буксир. Я уже была в своей стандартной одежде: джинсах, пуловере и жилетке. Мы стояли на крыльце дома. Львы на поводках чувствовали перемены и беспокойно дергали хвостами из стороны в сторону. Родители и прародители обняли меня, Анка звонко чмокнула в щеку. Мы будем видеться два раза в неделю, поэтому слезного прощания не было. Уже в машине, по дороге, я позвонила Дину и сообщила, что еду. Львы на заднем сиденьи успокоились и лежали, положив головы друг на друга. Я тихонько включила музыку. В бункер я вошла одна. — Эй, сожители, выходите, будете с новым квартирантом знакомиться! Винчестеры и Трэн выбежали из коридора. Я спустилась по лестнице, меня обняли. — Каким квартирантом? Я кивнула наверх. Все дружно подняли головы. На лестнице стояли Юпитер и Венера. Львы были связаны поводком, чтобы мой лев учил новую жительницу общению с обитателями бункера, да и водил ее за собой, чтобы она не вытворила чего-нибудь. Я ведь ее совсем не знала. Надеюсь, за три месяца я выучу ее также, как выучила Юпитера. Я поманила львов рукой. Юпитер, привычный к этому жесту, пошел вперед, Венера же стояла на месте. Юпитер чуть дернул поводок, намекая ей, что надо идти. Она, боязливо глядя на толпу людей, спустилась вслед за своим «мужчиной». Львы встали перед ребятами, как когда-то Юпитер стоял перед ними. Только теперь Юпитер смотрел на ребят с любовью, а Венера испуганно жалась к нему и прятала взгляд. У всех ребят отвисли челюсти. Я подошла к Венере и присела рядом с ней. Львица поняла, что я — друг, Юпитер еще в зоопарке объяснил ей это, она начинала мне доверять. Я погладила Венеру и посмотрела на ребят. — Друзья-товарищи. Знакомьтесь, это Венера. Секунды тикали на моих наручных часах, ребята молчали. Все смотрели на Дина, как на главу семьи. Он него зависела судьба Венеры. Но вот на лице Дина появилась улыбка, парень подошел и присел рядом со мной. Юпитер что-то муркнул Венере. Винчестер-старший погладил львицу по голове. — Добро пожаловать, Венера. Все выдохнули и окружили новую обитательницу бункера. Львица испуганно смотрела на всех, кроме меня. Она жалась к Юпитеру, а тот пользовался любовью ребят. Дин наклонился к моему уху. — Это ты специально, да? — Ты о чем? — Мы только запретили Лизе заводить льва, мол, нам одного хватит, а тут ты с Венерой. — Я не специально. Юпитер к ней пришел в зоопарк. И ушел только после обещания, что мы ее заберем. Да и мне она понравилась. Винчестер усмехнулся. — Капец. Не, ну ты посмотри на него! Юпитер, лежа на спине, кайфовал от того, что ребята чесали ему живот. — Вот засранец. Венера смотрела на проявление любви ребят как на дикость, в ее взгляде читалось искреннее непонимание. Я позвала ее. Львица повернула голову. — Непривычно, правда? Ты привыкнешь, вот увидишь. Теперь мы — твоя семья. И Венера поняла меня. Она пододвинулась ко мне и потерлась мордой об мое плечо. Дин смотрел на нас, улыбаясь. Он понимал, что впридачу ко мне получал и мой зверинец. Однако это его нисколько не смущало. Он знал, что ни при каких условиях не отступит от своего решения. Он уже давно все решил, почти сразу. После их первого вечера он понял, что она будет с ним. Не важно, как долго, но будет. А после испытания разлукой мысль о том, чтобы быть рядом с ней всю жизнь, плотно засела в подкорке мозга парня. Ни ее увлечение гонками, ни металлическая рука, ни семейство львов в доме не помешают однажды прозвучать в их честь маршу Мендельсона. Вещи были на своих местах в комнате, которая в этом бункере принадлежала мне. Львы спали на моей кровати. Мы с ребятами, как всегда, сидели за столом и пили чай после плотного обеда. — Тань, зачем ты Ниссан притащила? Я посмотрела на Сэма. — Не, а чем я буду заниматься три месяца? Дин странно усмехнулся. — Найдем дело, поверь мне. Я не придала значения его словам. После чая все разошлись по своим комнатам. Я сфоткала спящих львов и выложила фотку в инсту. Приняла душ. Только я высушила волосы и переоделась в сплошную пижаму, или кигуруми, как их называют, в виде котенка, ко мне постучались. — Открыто. Я расчесывалась. Зашел Кевин. — Не помешал? — Нет, входи, садись. Парень присел на край кровати, чтобы не разбудить львов. — Ты что-то хотел? — Да, как бы это ни было корыстно, но мне нужна твоя помощь с курсовой. — А, дак это просто. Я спрятала расческу в тумбочку и пошла за парнем к нему в комнату. Там мы удобно расположились на кровати и начали работу над курсовой. У Кевина была похожая тема, что была и у меня когда-то, поэтому мы нашли общий язык и бурно обсуждали, что можно написать. Парень поставил точку в черновике и уронил голову на кровать. — Все, я больше не могу. Я соскочила с кровати. — А я могу. Поэтому я пошла приставать к кому-нибудь другому. Кевин усмехнулся. — Я вот как-то даже не сомневаюсь, к кому ты пойдешь. — Ой всё. И вышла из его обители. Я оправдала ожидания Кевина и пошла в комнату Винчестера-старшего. Можно? — Да, входи. Я вбежала в комнату и с разбега упала на кровать Винчестера. Он лежал там же, поэтому я упала на него. — Ооой Божеее… — Не кряхти, старый дед. Я удобно устроилась, развалившись рядом с Дином и положив голову ему на голый торс. — Чего тебе, козявка? — Слышь, сам козявка. Завязалась небольшая потасовка, в результате которой я оказалась прижатой к кровати телом Дина. Он навис надо мной. — И кто теперь козявка? Я щелкнула его по носу. — Ты. Дин прислонился губами к моей шее и начал дуть, как играют с маленькими детьми. Я захохотала. — Винчестер, идиооот… Он оторвался от своего занятия. — Сама идиотка. — Два сапога — пара. — И оба левые. Мы снова рассмеялись. — Ты чего такая веселая сегодня? Я начала тыкать ему в ключицы. — Не знаю. Просто хорошо мне. — А мне хорошо, когда ты рядом. Я показала Дину язык. Он усмехнулся. — Откушу. Я, улыбаясь с высунутым языком, помотала головой. Дин наклонился к моему лицу и щелкнул зубами. Я снова засмеялась, стараясь не прикусить язык. Я вертела головой, а парень пытался «откусить» мне язык. Наконец, ему это надоело. Он одной рукой взял капюшон от моей пижамы и надел мне его на голову, натянув до подбородка. — Всё, спи. Я снова засмеялась, Дин, не выдержав, тоже. — Ой, какие ушки классные. Винчестер щупал кошачьи ушки на капюшоне пижамы. При этом ему пришлось почти полностью лечь на меня, вверху опираясь на локти. — Слышь, козявка, я тоже такую пижаму хочу. У меня же под капюшоном была ночь. — Без проблем, завтра можем съездить и купить. — Только я тоже кису хочу. — Хорошо, будет тебе кошак. Винчестер торсом надавил мне на тело. — Не кошак, а киса. Ты же девочка. — Сам ты девочка. — Ты допросишь сейчас. Я показала ему язык, но он этого не видел. Я неожиданно уперлась ему левой рукой в плечо и, надавив с силой, перевернула Дина на спину, оказавшись сверху. Села на Винчестере, скинула капюшон, сдула волосы с лица. — Блин, я уже забыл, что ты у меня Баки. Я усмехнулась. — Я тоже, но вовремя вспомнила. Дин положил руки мне на бедра. — Я знаю, что повторяюсь, но с каждой секундой этого вечера понимаю, как я скучал по тебе и как мне тебя не хватало. Я, улыбаясь, взъерошила ему волосы правой рукой. — Взаимно. Винчестер дотянулся до тумбочки, взял свой телефон и протянул мне. — Сфоткай нас. На память. Я, как сидела на нем, полуобернулась, вытянула левую руку и сделала снимок. — Еее. Ляпота. Винчестер рассмеялся. Убрал телефон. Поерзал на кровати. — Тебе удобно? Я посмотрела на него. — А тебе нет? — Нет, что ты, все прекрасно. — Ну и всё. Винчестер прищурился и посмотрел на меня. — Козяяявка. Я посмотрела на него. — Чего тебе? Винчестер резко перевернулся, подмяв меня под себя. Мы уже были на краю кровати. — Ах ты. — Даа, детка, я такой. Он снова лег на меня, опираясь на локти. Щелкнул меня по носу. — Как я раньше без тебя жил? Я пожала плечами. — Ну явно не без женского внимания. — Ой, козявка, не начинай. Я даже думать о них не хочу. Я прищурилась. — А что так? — Что, что. Курицы они тупые, шмары размалеваные. — Я могу считать это комплиментом для себя? — Естественно. Я после знакомства с тобой вообще обо всех забыл. Удалил все их номера. — Ух ты. — Вообще-то, я ни с одной за это время. — Ой не вриии. — Ну, была одна, когда мы два года не общались, и та по пьяни. — Ой всёёё. Я пошла. Я дернулась было, но как будто и не двигалась. Винчестер усмехнулся. — Кто ж тебя отпустит, дурочка? Я отвернула от него голову и уставилась в сторону. — Козявка, я понял, тебе неприятна эта тема, больше мы ее не трогаем, никогда. Я не реагировала. Дин уронил голову мне на грудь. — Ну прости, козявка. Я серьезно после этого ни с кем. Потому что я… дорожу нашим общением и не хочу терять тебя. Прости меня, пожалуйста. Парень искренне раскаивался. Я положила руки ему на щеки и подняла его голову. Дин состроил грустную моську. Я свела его щеки вместе, сделав ему fish-face. Мы рассмеялись. С кровати мы все-таки упали. Под хохот и оханье забрались обратно. Я легла, развалившись в позе морской звезды. — Я устала. Дин лег рядом со мной. Я легла на бок и обняла парня. — Ты такой теплый. Винчестер прижал меня к себе. — Замерзла? Я поежилась. — Немного. Дин нашарил рукой плед и укрыл нас. Постепенно я согрелась. Винчестер начал мурлыкать какую-то песню. Я, сколько ни прислушивалась, не могла понять. — Слышь, козявка. — Чего? — Вот смотри. Вот Юпитер и Венера. Вот они поживут-поживут вместе, и у них появятся львята. И что ты с ними будешь делать? Я пожала плечами. — Оставлю у себя. Могу вам подарить. Дин хохотнул. — Не-не-не, не надо нам такого счастья. — Почему нет? Винчестер сморщился. — Я к твоему зоопарку еле как привык, а тут еще этот. Я цокнула. — «Этот». — Ну ты поняла. Я кивнула. Меня начало клонить в сон. Я плотнее прижалась к Винчестеру. Парень лег удобнее. — Спать будем? Я, зевая, кивнула. Я поздно осознала, что засыпаю в комнате Дина, на его кровати и в обнимку с ним. Я дернулась было, чтобы встать. — Я к себе… — Неа. — А ребята?.. — Это не важно. Спи, козявка. Поцеловал меня в затылок. Я выдохнула и вскоре заснула. Утром я проснулась от того, что мне лизали лицо. Открыла глаза. Около кровати стоял Юпитер, закинув передние лапы на плед, рядом с ним стояла Венера. — Вас же кормить надо… Я посмотрела на Дина. Парень спал, запрокинув голову назад, обнимая меня обеими руками за талию. Я осторожно, не касаясь его левой рукой, вылезла из объятий Винчестера и медленно встала. Он спал. Я укрыла его поплотнее пледом и, стараясь не запинаться об голодных львов, тихонько, на цыпочках вышла в коридор. На кухне что-то брякнуло, и я быстренько ретировалась к себе, ибо моя комната была рядом с комнатой Дина. Кто-то прошел по коридору обратно, зевая, и скрылся в своей комнате. Бункер вновь погрузился в тишину. Львы разбудили меня в восемь часов утра. В это время Юпитер всегда завтракает. Я достала из минибара два куска мяса, здоровых таких, и положила львам в миски. Они, порыкивая, принялись есть. Я села на кровати. — Варвары вы. Я так хорошо спала… Я откинулась на кровать. Она была холодной, ибо я на ней не спала всю ночь, а львы бодрствовали уже несколько часов. Надо идти завтрак готовить. Теперь же я тут главная по кухне. Сходила умылась, даже причесалась, заделала волосы крабиком. Взяла из шкафа, что первое попалось под руку: джинсовый комбинезон, состоящий из шорт и лямок, и черную майку с белой буквой «А» — символикой Мстителей. Покрутила левой рукой, приводя ее в порядок после сна. Мне нравился лязг металла, и мне начинала нравиться моя новая рука. Я пошла на кухню. Сегодня, дорогие мои, мы будем завтракать пирогом с клюквой. Развернув бурную деятельность, и при этом не поднимая шума, я чувствовала, что мне нравится. Мне нравится готовить на этой кухне, нравится готовить именно для этих людей, видеть их довольные лица. Львы, наевшись, тоже пришли на кухню и, развалившись на полу, заняли почти все свободное пространство на кухне. Я, перемещаясь медленно холодильником, буфетом и кухонным столом, на цыпочках ходила между их огромными лапами, стараясь не наступить на чей-нибудь хвост. Начинка была готова, я замешивала тесто. — А может, ты можешь Не делать чудеса А кто же поможет Тебе, если не я? Я вытерла лоб, оставив на нем полосу муки. Тут меня обняли за талию и уткнулись носом в шею. — Ты куда пропала? Я проснулся, а тебя нет… — Меня разбудили голодные львы. Дин усмехнулся мне в шею. Положил подбородок мне на плечо и посмотрел, чем я занимаюсь. — О. Это клюква? Я даже среагировать не успела, а он уже облизывал ложку. — Ну-ка положи на место. — Вкусно же. — Это не повод все съедать в одно… Пока я говорила, Винчестер набрал ложку клюквы и засунул мне ее в рот. — Теперь не в одно. Я не выдержала и рассмеялась. С горем пополам мы испекли пирог. Я поручила Дину наливать всем чай, а сама побежала этих «всех» будить. Просто забегать к каждому в комнату было скучно и долго, поэтому я спустилась в гараж к своему Ниссану. У машины пострадал только корпус, внутренняя система была цела. Я залезла внутрь и, сделав громкость на самый максмум, на который никогда не включала, ибо уши не выдерживают, пока песня загружалась, я вылезла из машины и взбежала по лестнице, закрыв за собой дверь в гараж. Только я это сделала, снизу грохнуло. — Life, life in da trash Give me my money Give me my cash Это было громко. Очень. Пока я бежала на кухню, из комнаты выглянул сонный лохматый Сэм. — Эй, стой. Что происходит? Я остановилась возле парня, от души чмокнула его в щеку. — Дооооброе утро происходит! И побежала дальше. — Всеее встаем, умываемся-одеваемся, завтрак готов! Зашла на кухню. Дин стоял, спиной ко мне, разрезая пирог на кусочки. Я приобняла его рукой за плечи и, встав на цыпочки, заглянула, что он там делает. Парень улыбнулся. — Будить ты мастер, конечно. — А ты думал. Львы как лежали под ногами на полу, так никуда уходить и не собирались. Подтянулись ребята, еще сонные, но довольные необычным пробуждением и известием о завтраке. Мы с Дином накрыли стол. Все умазались в клюкве. Кевин, смеясь, поцелуями собирал клюкву с лица Лизы. Братья напряженно смотрели на это. Сэма я пнула под столом, а Дина отвлекла, потянувшись к его уху. — Пс, парень. Кто-то вчера хотел пижаму купить. Давай после завтрака съездим? Винчестер отвлекся от парочки и улыбнулся. — Давай. И тут я увидела грустный взгляд Сэма. И впервые задумалась о нем. Каково парню жить с нами? Лизка с Кевом, я большую часть времени провожу с Дином, а он один. Он видит все это, видит нас, улыбающихся друг другу, видит целующихся Лизу и Трэна. Если мы проводим время друг с другом, то он все это время один. Мне стало больно от его взгляда, от того, что у него никого нет, даже просто друга. Я улыбнулась ему. Сэм горько улыбнулся в ответ и, не доев пирог, поблагодарил за завтрак и ушел к себе. Дин, не обращая внимания, уплетал еду, аж за ушами трещало. Я решила поговорить с ним по дороге. Мы решили ехать на моей машине, ибо в Импалу два здоровых льва на заднем сиденьи едва умещались. Юпитера и Венеру нужно было выгулять, ибо они уже два дня торчат в четырех стенах. Я левой рукой вела машину. Дин, улыбаясь своим мыслям, смотрел в окно. Я решилась начать. — Дин. Парень повернулся ко мне. Мне было нелегко, ибо эта тема была щепетильной. — Я поговорить хотела. Винчестер кивнул. — Давай поговорим. — Я о Сэме. Дин нахмурился. — А что с Сэмми? — Понимаешь, … Я рассказала ему то, о чем думала за столом. Дин озадачился. — И правда, у него никого, кроме нас, нет, а мы заняты друг другом. Я кивнула. — Поэтому я подумала, может нам провести с ним пару дней? Я могу с ним завтра в город съездить, сходить куда-нибудь. А вы бы могли провести время вместе, попить пива где-нибудь на берегу озера. Ну это так, к примеру. Что он любит? Как проводит время? Дин пожал плечами. — Читать любит, в книгах копаться. — Ну вот. Я могу сходить с ним в какой-нибудь книжный музей, на выставку там, а потом посидеть в кафе. Просто провести с ним время, чтобы он понял, что не одинок. Дин кивнул. — Я тебя понял. Тогда завтра твой день, а я что-нибудь придумаю. — Просто он так на нас и на Лизу с Кевом смотрел сегодня… Мне прям больно стало. Дин взял меня за руку. — Все будет хорошо. Мы оставили машину около закусочной. Нужный нам торговый центр был за парком, так что нам предстояла небольшая прогулка по парку. Я нацепила на львов поводки и намордники. — Дай мне Венеру. Я протянула Дину поводок львицы. Мы медленно прогуливались по парку. Он был заполнен людьми. Несмотря на то, что уже начало декабря, выпал снег, все всё равно выходят на улицу с детьми. Львы вели себя спокойно. Мда, со стороны у нас тот еще видок. Такое впечатление, наверное, возникает, мама не горюй. Обычный парень, в джинсах и черной куртке, ведет на поводке здоровую львицу. Рядом с парнем — девушка, в джинсах и бежевом пальто, в темных очках, в металлической ладони держит поводок, на котором идет огромный гривастый лев. Люди оглядывались, что-то говорили. Я уже привыкла, а Дину было немного некомфортно, хоть он и старался этого не показывать. Пройдя весь парк, мы вышли к торговому центру. Внутрь нельзя только с собаками, про львов никто ничего не говорил. Да и боялся что-то сказать. Мы сдали верхнюю одежду в гардероб, ибо внутри было тепло. Я, стоя в кофточке с открытыми плечами и коротким рукавом, передала поводок Юпитера Дину, ибо у меня замкнула рука. Крутанув ей пару раз, я вставила ее на место. Дин вернул мне поводок, взглядом указывая на пожилую гардеробщицу. Та побледнела и была на грани инфаркта. Мы быстренько ретировались оттуда. Я привела Дина в нужный магазин. — Ну что, готов? Парень, снимая рубашку и оставаясь в футболке, кивнул. Мы попросили девушку-консультанта показать нам кигуруми в виде котиков. Она принесла целую кучу. Я уселась на диванчик, львы легли у моих ног. Винчестер сделал мне пошлое движение бровями скрылся в примерочной. Я никогда в жизни так не смеялась. Дин, каждый раз выходя из примерочной, строил такую физиономию, что высказать нельзя. Причем каждый раз разную, все зависело от костюма. Он стоял передо мной в последней кигуруми, черного цвета с фиолетовой подкладкой. Мордочка кота на капюшоне, ушки, даже хвост сзади, все, как полагается. — У тебя же серая с белым, да? Я, хохоча, кивнула. Дин засунул руки в карманы. — Все, я выбрал. Эту берем. Мне нравится. И покрутился передо мной, вертя хвостом в руке. — Все, иди, переодевайся. Давай ее мне. Из примерочной в меня прилетела пижама. Я аккуратно ее свернула и ждала Дина. Разбудила львов, ибо они уже уснули за время, пока Винчестер модничал. Пришла девушка-консультант, которая втихоря наблюдала за нами все это время. Я заметила, но ничего говорить не стала. — Выбрали? — Да. — Давайте мне, я пока размагничу и пробью на кассе. Я протянула ей пижаму и она ушла. Винчестер вышел из примерочной, поправляя волосы. Я поднялась ему навстречу. — Дай я. Держа в правой руке два поводка, левой я зачесывала волосы Дину. Только я его коснулась, парень дернулся было, но потом словно опомнился. — Неприятно? — Непривычно. Холодно. Обычно у тебя руки всегда теплые. Я грустно улыбнулась. — Ну да. Дин улыбнулся мне. — Эй, ну не расстраивайся, пожалуйста. Я привыкну, честно. — Да, конечно. Я отдала ему поводок Венеры и пошла на кассу. Дин пошел за мной. Он расплатился и, забрав пакет, побежал за мной. Я уже подходила к машине, когда он преградил мне дорогу своим телом. — Послушай… — Как привыкнешь, потом поговорим. Я посадила Юпитера в машину, подождала, пока Дин запустит Венеру, и села за руль. Всю дорогу Винчестер пытался заговорить со мной, но я отмалчивалась. Мне было неприятно не то, что он не привык. Было обидно, что он отшатнулся, как будто от чего-то противного. Блин, ну мне тоже непривычно. Согласна, это странно, но зачем так вести себя, как будто моя рука это верх мерзости какой-то? Я включила музыку. Дин понял, что я не хочу его слушать, и оставил свои попытки поговорить со мной, отложив это дело до бункера. В бункер мы вошли молча. Я забрала у Дина поводок Венеры и пошла к себе. Следом за мной в комнату влетела Лиза. — Ало, че происходит? — Что происходит? Я взяла рюкзак и начала скидывать в него вещи. Запасные джинсы, пару футболок, нижнее белье. Лиза схватила меня за левую руку. Только она не дернулась, как ее брат, а даже на секунду улыбнулась. — Ты куда намылилась? — К родителям. Я обещала приезжать. Как раз такой случай. Лиза дернула меня за руку, дотащила до кровати, усадила, и встала прямо передо мной, не давая возможности встать. — Чего тебе нужно? — Вы зашли в бункер, и тишина. Обычно либо хохот, либо разговоры там. Че случилось? Поссорились? — Типа того. Все? Допрос окончен? — Из-за чего? — Лизк, мы сами разберемся, хорошо? Я расскажу, но не сейчас. — Окей. Девушка отошла, я дособирала вещи. Вспомнила кое-что. — Ты еще что-то хотела? Лиза помотала головой. — Нет. Тут ее позвал Кевин и она убежала. Я взяла львов и вышла из комнаты. Дошла до логова Сэма и постучалась. Мне ответили согласием и я вошла. Парень сидел на кровати и смотрел в пустоту. Дело совсем плохо. — Смотри, кто к тебе пришел. Я спустила львов с поводков, они подбежали к Сэму. Юпитер потерся головой об его колено, Венера лизнула руку. Сэм, улыбаясь, начал гладить их. Я села рядом с ним на кровать. Он посмотрел на меня. — Какими судьбами? Я вздохнула. — Давай завтра куда-нибудь сходим? Парень посмотрел на меня так, как будто я предложила ему улететь на Луну. — С чего это вдруг? Я подсела к нему ближе. — В центре открывается выставка, посвященная истории книг, там всё, начиная от первой книги и заканчивая видеоиграми по бестселлерам. Давай сходим? — А почему я? — А кто? Сэм замялся. — Ну, Дин? — Ну его в пень. Он не разделяет моего увлечения. Только ты меня понимаешь. Парню было приятно. — Ну давай сходим. Завтра? — Ага. Заедешь за мной? — Мы как бы живем через четыре комнаты, ниче, да? — Я сейчас к родителям поеду, пару дней у них поживу, обещала. — Ааа. Хорошо, я заеду. Во сколько? — Давай часов в 12. — Окей. Мы еще около часа сидели и просто разговаривали. Сэм немного оживился, даже улыбаться стал. Я обняла его и встала. — Ладно, поедем мы. — Давай. — Завтра жду. — Хорошо. Я взяла львов и вышла из его комнаты. Взяла рюкзак, вышла в прихожую. Стала одеваться. Немного подождала, может, выйдет? Нет. Он не вышел. Ну и всё. Я вышла из бункера. Погрузила львов в машину и поехала к родителям. Там я, естественно, разревелась. Я сидела на диване, слева — мама с пачкой салфеток, справа — папа с пистолетом, на руках — Анка, на ногах — львы, в креслах — бабушка с дедушкой. Я, захлебываясь, все им рассказала. Папа уже хотел ехать, но я левой рукой усадила его обратно. Дедушка сделал мне какао. И я постепенно успокоилась. Начала возиться с Анкой. Дети всегда успокаивали меня. До меня только сейчас дошло, что у меня есть сестра. Родственники постепенно разошлись от нас, мы остались вдвоем. Маленькая, она еще не знает, как тяжело жить на этом свете. Даже Анка не шарахается от моей руки. Мама забрала ее спать. Я пошла к себе. Проверила телефон. 15 пропущенных. Мда. Накормила львов и легла на кровать. Я долго не могла уснуть. Юпитер почувствовал это и залез ко мне, лег слева, прислонившись спиной к моей спине. Венера недолго думала и легла рядом со мной. Я обняла ее и наконец заснула. Около одиннадцати часов утра я все-таки соизволила проснуться. Быстренько позавтракала и оделась. — Дочь, ты куда? Я, расчесываясь, повернулась к маме. — Мы с Сэмом идем на выставку в центре. — Сэм это брат Дина? — Да. — А почему не с Дином? — Да вы чего все. Не хочу с Дином, хочу с Сэмом. Дин — пуп Земли что ли? — Все-все, понятно, не заводись. — Да я не завожусь, просто все этим Дином тыкают. И вообще, какие прогулки, я на него обиделась. — Мало ли, может, вы помирились. — Не помирились. Тут раздался звонок в дверь. Дуэйн пошел открывать. Я, одеваясь, слушала. — Здравствуй, Сэм. — Здравствуйте. Таня готова? — Да, одевается. Ты проходи. — Да я подожду тут, спасибо. Я сбежала вниз по лестнице, заматывая шарф. — Бегу-бегу. Подбежала к Сэму, мы обнялись. Я обулась. — Пап, не забудь львов накормить. — Обязательно, а то они покормятся нами. — Пааапаа. — Да все-все, накормлю. — Все, мы поехали. — Дома к шести. — Вот так. — А ты думала. Я чмокнула его в щеку. Мы с Сэмом вышли из дома. Как истинный джентльмен, он открыл мне дверь. Я села. Парень уселся за руль. — Ну, поехали? — Поехали. Импала, покряхтев, тронулась с места. Мы оставили машину неподалеку от выставочного павильона. Только мы вошли, у меня разбежались глаза. Мы с Сэмом переглянулись. Он понял меня без слов. Мы бродили по павильону, бурно обсуждая все, что видели, иногда спорили. Я бегала от одного экспоната к другому, в то время как Сэм звал меня к третьему. Сколько счастья, Боже… Винчестер-младший впервые за долгое время искренне улыбался. Мы шли между экспонатами, Сэм обнимал меня рукой за плечи, в то время как я левой рукой на что-то указывала и, выражая свое мнение, размахивала ей. Винчестер перебивал меня, вставляя свою точку зрения. Я его добесила, и он, за счет своего роста, силой уткнул мою голову себе в подмышку. Я, хохоча, пыталась вырваться, но он, смеясь, прижимал меня к себе сильнее. — Торетто! Я резко выдернула голову из хватки Сэма и оглянулась. К нам шел Марк. Подошел, мы обнялись. Парни кивнули друг другу. — Ты тут какими судьбами? — Пенни захотела морской капусты, я ее отправил в супермаркет, вон, через дорогу. Пока стоял на парковке, увидел, что ты своей железной рукой машешь, вот и подошел. А вы чего тут? — На выставке вот. — Яснопонятно. Ладно, она щас выйдет, не найдет меня, орать начнет. Это, я тебя вечером наберу, разговор есть. — Без проблем. Марк ушел. Сэм снова приобнял меня за плечи. — Так. Больше не вздумай со мной спорить. — Но… — Цыц, я сказал. Все, пошли. Мы пошли дальше. Пошли, пожуемся. Сэм кивнул на кафе, когда мы проходили мимо. Мы зашли внутрь. Разделись, сели. Заказали пиццу и попить. Мы с Винчестером-младшим ели, пили, и разговаривали. Очень много разговаривали. Сэм говорил и говорил. Все то время, что он один, ему не с кем было поговорить, некому высказаться, поэтому сейчас парня прорвало. Я отвечала ему, иногда спорила, но больше — смеялась. И в один из приступов хохота, когда Сэм смеялся, запрокинув голову назад и закрыв лицо руками, я же просто, уткнувшись в спинку диванчика, беззвучно тряслась от смеха, рядом со мной кто-то сел. — Торетто! Я, не смотря на подсевшего, ответила. — Ааа? Наконец, я повернулась. И, вскрикнув, бросилась обниматься. Рядом со мной сидела красивая девушка, с короткой стрижкой, как у Сэма, каштановыми волосами и зелеными глазами. — Ты тут чего забыла-то? Девушка аккуратно поправила волосы. — Меня сюда на практику отправили. — Ааа. Мадам стрельнула глазками на Сэма, который уже внимательно ее разглядывал. — Может, познакомишь? Я спохватилась. — А, да. Дорогая моя, это Сэм. Винчестер, скромно улыбаясь, кивнул. — Сэм, это Лорэн. Девушка кивнула Сэму. Тут у нее зазвонил телефон. — Да? А, ты все? Все-все, бегу. Она на ходу обняла меня. — Все, созвонимся. Сэм, пока. — Ага. И Лорэн убежала. Я повернулась к Сэму. — Так, о чем мы там? Винчестер смотрел вослед ушедшей девушке. Я пощелкала пальцами у него перед глазами. — Алооо. Вернись ко мне. Сэм перевел взгляд на меня. — Просто девушка красивая. — Ага. — А откуда ты ее знаешь? Я махнула рукой. — Полтора года как знакомы. Она младшая сестра Норта, главаря ванкуверской банды. Сэм кивнул. Я усмехнулась. — А что? — Просто интересно. Ну да, ну да. Знаю я ваше «просто интересно». Сэм подвез меня до дома. Мы попрощались, договорились созвониться. Он спросил, когда я приеду обратно. Я сказала, что, скорее всего, завтра. Только я вошла в дом, у меня зазвонил телефон. Точно, Марк обещался позвонить. Я, прыгая на одной ноге и разуваясь, взяла трубку. — Да, Маркус. — Торетто, еще раз так назовешь меня… — Знаю-знаю. О чем хотел поговорить? Я уже разулась и даже пальто сняла. Отчим вышел меня встречать, обнял, знаками показал, чтобы я, когда договорю, зашла на кухню. Я кивнула и поднялась к себе. — Такое дело. Щас зима. — Ну да. — На улицах снег, гонять не получается. Поэтому мы арендовали закрытую трассу, в павильоне. — Ага. А я причем? Деньжат подкинуть? — Не, деньги у нас есть. Гонять ты, естественно, не будешь. — Нет, конечно. Куда я без Ниссана. — Так вот. Приходи просто так, поторчим, пива попьем, на других посмотрим. Ммм? Я задумалась. А почему бы и нет? — А кто будет? — Кто. Наши все, да еще пара-тройка банд с округи. — Хорошо, я буду. Когда? Просто я завтра не смо… — Через полчаса жду тебя по адресу… Я на руке записала адрес и попрощалась с Марком. Еее, вечерняя туса. Я спустилась вниз, ибо Дуэйн просил. Зашла на кухню. Вся семья в сборе. — Всем привет. Я села на пол рядом со своими львами. Они тут же полезли лизаться. — Что-то серьезное? — Нет, дочь. Просто мы весь день тебя не видели. Как на выставку сходили? Я рассказала. — Это, мам, пап. Я пойду, львов выгуляю, а то они весь день дома. — Надолго? — Как получится. Как нам захочется. Я поцеловала родителей и прародителей. Пошла на верх. Нужно надеть что-то эффектное. Такое прям ууух. Темно-синяя майка в сетку, высокие темно-синие джинсы. Черные ботинки на мощной подошве. До павильона я поеду на машине, поэтому надела пальто. Вполне прилично. Расчесала Юпитеру гриву. Нацепила на львов поводки. Решила не брать намордники. Там никто не проверяет. По-хорошему, львов вообще бы не следовало туда вести. Однако они были моим прикрытием перед родителями. Я не сказала им, куда еду, потому что они еще не отошли от шока и не могут простить гонкам мою руку. Они бы ни за что меня не отпустили. Мы спустились вниз. — Мам, пап, мы пошли. Я в сопровождении двух львов вышла из дома. Села в машину и, стараясь, чтобы двигатель громко не рычал, отъехала от дома. Павильон был огромен. Я въехала внутрь, по пути стягивая пальто, так как люди вокруг были без верхней одежды. Я припарковалась, расчесала волосы, сдвинула темные очки со лба на переносицу. Посмотрела на свою левую руку. Так как я была в майке, да еще и в сетку, руку было видно полностью. — Ну что, пошли хвастанемся? Неспроста ведь Маркус позвал меня, понтануться хотел, что его подруга — Терминатор. Я вышла из машины и выпустила львов с заднего сиденья. Красавцы мои. Взяв поводки в правую руку, так как так было удобнее ими рулить, я пошла в гущу толпы. Все расступались при виде львов, да еще и без намордников. Я же чувствовала себя восхитительно. Мне нравилось то внимание, которое мы к себе привлекали. Я нашла Марка. Он стоял в окружении каких-то не знакомых мне парней и, попивая пиво, разговаривал с ними. Увидев меня, он улыбнулся и помахал мне рукой. Я подошла к нему, приобняв его левой рукой. Он присвистнул. — Ты как всегда охуенна. — Спасибо. — Пива? — Можно немного. Марк протянул мне банку. Я сделала глоток и обвела взглядом молчащих парней. Их глаза были обращены на львов, которые спокойно сели у моих ног, и на руку, которая поблескивала в свете прожекторов и фар. Марк спохватился. — Ах да. Парни, простите. Позвольте представить, это наша гордость, наша легенда — Торетто. Теперь парни были в еще большем шоке. — Ты Торетто? Я убрала очки с носа на лоб. — А что, Лоренс, не похожа? Здоровый рыжий парень побледнел. Это был глава Бостонской банды, которого я сделала, когда еще первый раз позвала Винчестеров на гонку. — Ну ты… Я сделала глоток. — Что я? — Люди, конечно, меняются, но не настолько. Я рассмеялась. — А ты вот совсем не изменился. Пока мы с Лоренсом разговаривали, один из парней незаметно подошел к Венере и протянул к ней руку. Львица клацнула зубами, Юпитер громко зарычал. Парень отшатнулся. Я исподлобья посмотрела на него. — Мог без руки остаться, она девушка с характером. Тот спрятался за спину Лоренса. Пока я успокаивала львов, кучка зашепталась. — Ты ее знаешь? — Это та самая Торетто? Вот прям та? — Года два ее тут не было. — Слышал, она и в Ванкувере большая шишка среди гонщиков. — Та же вообще пигалицей была. — А эта вон какая, с двумя львами. — А рука, рука! — Ой, да че рука, ненастоящая она, это тату-рукав, че не знаешь. — До самых пальцев? — Че бы нет? Мы с Марком переглянулись и усмехнулись. Толпа загудела. Марк улыбнулся. — Щас начнется. — Что начнется? — Да к нам тут банда больно крутая приехала. Я усмехнулась. — И какая же? — Ванкуверская. — Чтоооо? — А что? Они спросили, я согласился. Я присела и уткнулась лицом в гриву Юпитеру. Марк потрепал меня по плечу. — Ты чего? — Ты меня вот сейчас просто похоронил. Юпитер положил свою большую мохнатую лапу мне на плечо и вздохнул. Я потрепала его по гриве и отстранилась. — Ну что, пора показать себя миру. — Почему миру? — Потому что как только меня увидят ребята из Ванкувера, на следующий день все ближайшие штаты будут знать о том, что я — Терминатор. — Рано или поздно это все равно случилось бы. Я дернула левым плечом, вставляя его на место, железо издало лязг. Это движение было уже отработано, я к нему привыкла и оно мне нравилось. Кучку парней передернуло. — Настоящая что ли?! Я поднялась и усмехнулась. — Дошло наконец-то. Взяла поводки львов и, откинув волосы назад, посмотрела на Марка. — Ты же меня по-любому на сцену вытащишь? — Какая догадливая. Мы с Марком уже шли к сцене. — Зачем тебе выходить на сцену? Он усмехнулся. — Это наш первый опыт на закрытой трассе, надо бы речь толкнуть. Меня провожали взглядами, обо мне говорили. Мы обошли сцену сзади. Марк пошел вперед, я осталась за кулисами. — Добрый вечер, родные и приезжие! Необычно, не так ведь? Так, наши, вы тут? Местная банда заорала. — Хорошооо. А наши гости, Ванкувер? Моя банда загорлопанила еще громче. Я улыбнулась. — Ооох. Я, честно, не знаю, что тут дальше говорить. Но у меня есть для вас сюрприз. Причем как для наших, так и для ванкуверских. Даа, а что вы так на меня смотрите? Может, вы не знаете, но легенда вашей банды из наших мест. Вы уже поняли, о ком я, не так ли? И тут публика начала скандировать мою кличку. Я спустила очки со лба на нос, вдохнула и, потрепав львов за ушами и сняв с них поводки, выпустила на сцену. Ажиотаж публики нельзя было описать словами. Львы ходили кругами по сцене, демонстративно скалясь и рыча. Марка они не трогали. Он же, смеясь, закрывал рот руками. Львы остановились в центре сцены рядом друг с другом. Юпитер оглянулся на кулисы, где стояла я, и оглушительно зарычал. Я, улыбаясь, вышла на сцену и встала между львами, положив руки им на головы. В зале повисла тишина. Я нашла взглядом в толпе Норта. Парень стоял с открытым ртом, ничего не понимая. Впрочем, как и большая часть публики. Марк поднес микрофон ко рту. — Кхэм, ну что ж. Так и будем молча смотреть или кто-нибудь что-нибудь скажет уже? Норт захлопнул рот и поднял руку. Я кивнула. — Торетто, она настоящая? Я усмехнулась. — Тебе ли не знать, что тату-рукав на оторванную руку я бы набить не смогла. Все охнули. Марк дал мне микрофон. — Скажи что-нибудь. Я взяла микрофон. — Ребят, аккуратнее на дорогах. Когда вы уходите, оставляя машину, закрывайте ее, чтобы какой-нибудь ублюдок, простите за выражение, не перерезал вам тормозные провода. И да, внимательно присмотритесь к людям, которых считаете друзьями. Они могут оказаться теми еще подонками. Парень из ванкуверской банды поднял руку. Я кивнула. — Ты вернешься в гонки? Я усмехнулась. — Обязательно. Только чуть позже, когда восстановлю Ниссан. — А львы твои? Я погладила Юпитера по голове. — Мои. Кто-то еще пожелал задать вопрос. — Сегодня не гоняешь? — Нет. — Тебе удобно с такой рукой? Я дернула плечом. — Вполне. — Теперь тебя можно называть Терминатором, или продолжать Торетто? Я рассмеялась. — Терминатором меня можно звать только дедушке. Продолжайте Торетто. — А того, кто провода подрезал, уже посадили? — Да, он отбывает срок. — Торетто, я люблю тебя! Я улыбнулась. — Парень, я тоже тебя люблю. Я вас всех люблю. — Погоняем еще? — Обязательно. Я вернула микрофон Марку. Он отправил всех на трассы, а сам пригласил меня в VIP-ложу, если это можно так назвать, откуда открывался вид на всю трассу. Мы неплохо посидели. Расположившись в старых кожаных креслах, мы пили пиво и наблюдали за гонкой. Под бурные овации меня провожали до самой машины. Я, подъехав к дому, тихонько поставила машину на место. Прошлась пару кругов около дома, чтобы все-таки выгулять львов и выветрить пиво. Зашла домой. Все уже спали. Мы тихонько поднялись наверх. Юпитер хвостом сбил вазу и она полетела на пол. Я резко присела и левой рукой поймала ее. Поставила на место и погрозила Юпитеру пальцем. Он виновато наклонил голову. В комнате я разделась и упала на кровать. Достала телефон. Снова несколько пропущенных от Дина. Ой всё. Завтра приеду. Я посмотрела фотки с выставки и «прогулки». С выставки фотки были офигенными. Мы с Сэмом, в обнимку, оба улыбаемся, счастливые. Я тут же выкинула самую классную фотку в инсту, подписав «#выставка#малышСэмми#любимый_Лосик». Осталась довольна. Лизка сидит в моей инсте, начнет орать, Дин прибежит на кипиш, увидит фотку и начнет ревновааать. Вот я коварная. Дальше были фотки с Марком и Нортом. Норт симпатичнее Марка. Он обнимает меня за талию, я стою полубоком и левой рукой закрываю себе глаза. В конце концов, пора показать себя, Терминатора, миру. Так. Сначала нужно выкинуть одиночную фотку, чтобы руку было видно. Я, в простой синей пижаме, состоящей из шорт и майки на тонких лямках, встала перед зеркалом. Одну фотку сделала простую, с выпрямленной левой рукой. А на второй показала левой же рукой фак в зеркало. Слепила фотки в коллаж, подписала «Оторвало левую руку. На ее месте — металлическая. Просто, чтоб вы знали. А непристойный жест — всем тем, кто считает это мерзким и противным». Выкинула в инсту, и только после нее опубликовала фотку с Нортом. Отложила телефон и легла, обняв обоих львов. Завтра надо ехать обратно. Посмотрим, что он скажет. К полудню я уже была в бункере. Лиза сказала, что братья уехали куда-то, при этом Сэм был таким счастливым, что аж светился. Значит, Дин придумал что-то действительно хорошее. Еще девушка рассказала, что вчера, после того, как она, как я и думала, показала фотки Дину, он треснул ладонью по столу и хлопнул дверью своей комнаты. Они вернулись только ближе к вечеру. Оба довольные. Сэм обнял меня. Когда подошел Дин, я встала и ушла к себе. Я сходила в душ, переоделась в кигуруми и сушила волосы. Ко мне постучались. Я посмотрела на наручные часы. Девять часов вечера. Я открыла. Там стоял Дин. — Можно? Я перекрыла ему путь своим телом. — Нет. Ты что-то хотел? — Поговорить. — Я могу и так поговорить. Он посмотрел мне в глаза. — Я не понимаю, в чем моя вина. Да, мне непривычно. Но это не повод обижаться на меня. Я рассмеялась. — Вот ты сейчас серьезно? Не повод? Мне было больно и обидно, когда ты шарахнулся от меня, как от мерзости какой-то! Винчестер опустил глаза. — Не от мерзости… Я повысила голос, потому что эмоции рвались наружу. — Винчестер, это не моя вина, что мне к чертям собачим оторвало руку! Нет, я вообще могла без руки ходить, так, с культяпкой! Так бы ты не шарахался, конечно! — Что ты такое говоришь?! Винчестер тоже повысил голос. — Я же сказал, что я привыкну! — Какого хрена ты тогда пришел разговаривать?! Я же сказала приходить, когда привыкнешь! Мне на глаза навернулись слезы. — Не подходи ко мне больше! — Идиотка! Я замахнулась правой рукой, чтобы влепить ему пощечину, но Дин схватил меня на запястья, развернул спиной к стене коридора и, прижав мои руки к ней, припер меня своим телом. Его лицо было прямо напротив моего. — Ты — идиотка. Я дернулась было, но Дин не позволил. — Неужели ты так до сих пор ничего и не поняла? Я, глотая слезы, помотала головой. — Точно идиотка. Знаешь, почему я пришел к тебе? Еще не совсем привыкнув к твоей руке, я пришел. Я пришел к тебе. К тебе, дура. Ты правильно тогда сказала, что я бы с ума сошел, если бы узнал первым о руке. Я бы не просто сошел с ума. Я бы приехал, не знаю как, не знаю на чем, но я бы нашел этого ублюдка и убил его. Просто убил. Не спрашивая ни о чем. Почему? Я пожала плечами. — Потому что ты дорога мне. Я тебе больше скажу. Я, походу, влюблен в тебя. Вот это он сейчас что сказал? Вот это зачем? Дин улыбнулся. — Не веришь? Я тоже не верил. До меня вчера ночью дошло, когда я увидел твою фотку с тем парнем, Нортом. Так что, попала ты. Я не верила. Более того, мне казалось, что он обманывает меня, шутит надо мной. — Зачем ты так говоришь? Винчестер, такими словами не разбрасываются! Зачем ты врешь мне?! Дин внимательно посмотрел мне, ревущей и истерящей, в глаза, медленно наклонился к моему лицу и смачно поцеловал в губы. Долго, со вкусом. Когда Винчестер отстранился, я широко открытыми глазами смотрела на него. Он усмехнулся. — Всё еще не веришь? — Нуу, я уже сомневаюсь в том, что не верю. Как вообще… Но Дин снова поцеловал меня, с языком и чуть прикусывая мне нижнюю губу. Я сдалась. Винчестер почувствовал, как мои руки ослабли, отпустил их и положил свои ладони мне на талию. Рухнул барьер внутри меня, запрещающий мне думать о моей влюбленности в Дина Винчестера. Я ответила на поцелуй и всем телом прижалась к парню. Он взял меня руками за бедра и, уперев спиной в стену, не разрывая поцелуя, приподнял. Я обвила его торс ногами и обняла руками за шею. Дин улыбался в поцелуе. Казалось, что мы целовались бесконечно долго. Я так сильно этого хотела, что сейчас просто не могла поверить в то, что происходит. Мы не заметили, что на наши крики из-за трех дверей высунулись три головы. И сейчас они, раскрыв рты, смотрели на нас. Лиза, не отрывая от нас взгляда, достала из кармана телефон и, приблизив объектив, сфотографировала нас. И еще раз. И еще. И еще раз 5. Дин отстранился от меня и, тяжело дыша, уперся лбом мне в лоб. Я не могла открыть глаза, слишком много было счастья, чтобы смотреть в глаза Винчестеру. Лиза еще раз сфотографировала нас. Дин усмехнулся. — Может, уже откроешь глаза? Я медленно открыла глаза и посмотрела на Винчестера. Он улыбался. -Теперь-то веришь? Я кивнула. Дин, все еще держа меня на руках, отошел от стены. — Отпусти, я же тяжелая. — Ой не говори мне тут, а. Только он повернулся лицом к коридору, три двери одновременно захлопнулись. Мы рассмеялись. — Ну зато никому ничего говорить не придется. Винчестер подкинул меня на руках, беря поудобнее. — И куда теперь? К тебе или ко мне? — Ты издеваешься что ли? Я вообще спать собралась. — Не, родная, мы теперь с тобой вроде как вместе. Значит, и спать мы должны вместе. Я шлепнула его по плечу. — Винчестер! Он подмигнул. — А вот сейчас каждый подумал в меру своей испорченности. Я имел ввиду не физическую близость, а времяпровождение на одной кровати. — Ой всёёё. Дин рассмеялся. — Так к тебе или ко мне? Я пожала плечами. — Давай сегодня каждый у себя, а завтра я к тебе перееду и все. Глаза парня увеличились. — Опа-опа. А кто говорил про переезд? — Слышь ты! Ты определись уже, а! Дин рассмеялся и поцеловал меня в щеку. — Все, не дуйся, я же шучу, ну. Без вопросов, переедешь завтра — Имей ввиду, я львов не оставлю. — Я знаю. Ты же кошатница. — Ну я бы так не сказала. Мы рассмеялись. Я похлопала Дина по плечу, он поставил меня на пол. — Ну я пойду? Винчестер шагнул ко мне, привлек меня к себе и, взяв меня рукой за лицо, как это обычно делают при поцелуе, нежно поцеловал. — Вот теперь иди. Я улыбнулась ему и скрылась за дверью своей комнаты. Тут же сползла по ней на пол и схватилась руками за голову. Чтооооо происхоооодиииит? Мы вроде ссориться собирались вообще! А он вон чего… Да как так-то?! Аааааааааа. Львы, увидев мое состояние, соскочили с кровати и, сев рядом со мной, выжидающе уставились. — Чего вам? Все же слышали, ну. Юпитер сощурил свои огромные зеленые глаза и наклонил голову вбок. — Да-да, я втюрилась по уши, все, довольны? Львы переглянулись и, дернув усами, как будто усмехнулись. И вот говори после этого, что они ничего не понимают! Я доползла до кровати и, растянувшись на ней, закрыла глаза руками. Что творится с моей жизнью?