Вырванные страницы

Поздняя осень в Сан-Франциско – это промозглый ветер, дожди и густой, непроглядный туман. А в это утро еще и гроза. У Джима было подходящее настроение – муторное, оцепенелое. Весь последний год, с тех пор как на город обрушился «Возмездие», выдался таким, что… нет, все полетело к черту со смерти Пайка. С тех пор Джим словно блуждал в бесконечном, удушливом тумане. Но сегодня все должно было закончиться. Комиссия признала его годным к службе, «Энтерпрайз» получила пятилетнюю исследовательскую миссию, Скотти восстановлен в должности главного инженера, город понемногу отстраивается… и сегодня последний день суда над Ханом Нуньеном Сингхом. На протяжении всего процесса Джим ни разу его не видел, да и видеть не хотел. Эмоции за год улеглись, чувства притупились, но в разуме Джима по-прежнему царил проклятый, сумрачный туман. Он не знал, как относится к Хану. Этот человек – гребаный сверхчеловек – вызывал в нем столько всего, что Джим всерьез опасался сорваться с цепи. За эту нестабильность, за свою слабость он всецело ненавидел Хана. На суд Джим пришел в парадной форме, как того требовал Устав. Ему, как одному из главных свидетелей, отвели место в первом ряду, рядом со Споком, Боунзом, Ухурой, Кэрол и остальными. - Капитан, - кивнул ему Спок, и Джим дернул уголками рта, обозначив улыбку. Он сел, снял фуражку, положил ее себе на колени и уставился перед собой. Он не хотел здесь находиться. Хана признали виновным. В чем – список прилагался, но Джим не слушал. По большому счету ему было плевать, лишь бы поскорее закончился весь этот фарс, и он смог свалить в космос и, может быть, там, наконец, вздохнуть полной грудью. Хана приговорили к пожизненному заключению. В качестве снисхождения свое наказание он будет отбывать спящим в криокапсуле. - И в чем здесь наказание? – глухо, с ненавистью прошептала Кэрол. Джиму было плевать. Он продолжал смотреть перед собой и отсчитывать минуты до конца. - Слишком могущественен, чтобы уничтожить, - прошептала Ухура мрачно, - слишком опасен, чтобы использовать. - Приговор обжалованию не подлежит! Вот и все. Джим поднялся, сжимая в руке фуражку. Кровь стучала в висках, но все в порядке, сейчас он уйдет и забудет, что когда-то знал Хана Нуньена Сингха. Забудет. - Джим! Он замер, чувствуя, как тело прошивает леденящая волна шока. Нет. Он, должно быть, ослышался. Недоверчиво обернувшись, Джим поднял голову и впервые за этот год встретился с Ханом. Тот выглядел безупречно… и ужасно. Совершенное тело и горящие лихорадкой глаза. Хан смотрел на него с необъяснимым отчаянием, с болью, которой просто не было названия. Какого?.. - 20.94937, - четко выговаривая каждую цифру, быстро сообщил Хан, игнорируя оружие, направленное на него конвоем. – 126.65447. Там безопасно. Джим уставился в недоумении, в беспомощной злости, в изматывающем, неистребимом желании понять. Только не снова… - Капитан, - тронул его за локоть Спок. Моргнув, Джим опустил глаза. Кивнув другу, он развернулся и спешно покинул зал суда. Хватит. Больше он не играет в чужие игры.