Hero's drabbles.

Scorpions - "In Trance"

Позднее утро. Плотно зашторенные окна. Злое, но тихое радио заводит свою неприятную песню. Но так точно описывающую всю его непродолжительную жизнь. Динамики скрипят.

I'm in trance.

Да, каждое его утро воскресенья, точно выход из транса. Он с огромной неохотой раскрывает глаза, щурясь в грязный потолок. Грязный потолок щурится в ответ. Наступает понимание, что суббота была веселой. Озорной, счастливой. В общем, она стоила прищура со стороны даже такого грязного ублюдка, как потолка.

I take too much in the Saturday night, hey-hey.

Стоит его побелить, берет Шинсо на заметку и переводит взгляд на часы. Су-у-ука. Нужно заняться отчетами. Затем на телефон. Оставим это на Моному. Этот блондинчик - славный малый, сделает все, что он попросит. Впрочем, почти все делают все, что бы он не попросил. Удобно не правда ли? Кроме кота, который сейчас так удобно расположился на старом кресле. Ему было совершено плевать. Он повернулся задницей. И тем самым олицетворил ситуацию в жизни.

Hey, baby, tell me can't you hear me calling?

Чтобы сделать хотя бы попытку встать с такого сейчас мягкого, родного, прекрасного дивана, требуется множество усилий. Опереться на локти, силой мышц и воли поднять торс, опустить ноги на пол. Но сперва нужно вылезти из-под одеяла, а окно было открыто всю ночь. Блядски холодно. Хитоши просто не способен на усилия. Хитоши протяжно зевает, ощущает, что глаза закрылись не сами. Их закрыли собственные мешки, так любовно взрощенные на почве недосыпа и на старом добром черном кофе. — Эй, тупой комок шерсти, принеси мне воды. Голос хрипит, срывается шепот, отчаянно хочет пить. А кот даже не дрогнул, всем своим видом посылая хозяина нахуй. — Ну и не надо, сволочь. Шинсо и сам не совсем понимает, почему обращается к своему коту, но от этого становится чуть легче. Когда с кем-то говоришь, ад в голове ощущается не так явно. Смотрите так же: перспектива самоубийства чуточку меркнет. Смотрите так же: выше сделал отец, повторяться будет некрасиво.

I'm in trance.

Господи, блять, дай мне сил, думает, скользя убитым взглядом по комнатушке. Которую, к слову, нужно почистить от всего дерьма, что ты здесь навалил. Мама очень расстроится, если узнает, с какой дрянью ты обитаешь бок о бок. Как ты еще не умудрился сдохнуть? Мамина фотография в белой рамке тактично опускается лицом вниз. Мягко и без стука. Чувство стыда отходит на второй план. А состояние зыбучего транса лишь усиливается с ленивым течением времени. Шинсо выпадает из реальности.

I want to try to stop this life.

Но не получится. Глаза прикрываются под фоновый шум старого радио. Он даже не двигается и снова засыпает, оставляя дела на вечер, на других людей, на другую жизнь. Новую, чистую, далекую. А пока поспи, Хитоши Шинсо, завтра будет лучше.