Третий, лишний...

В воздухе витает аромат клубники, от которого начинает жутко тошнить, но Максим привык к нему. Посмотрев на обстановку комнаты, он потер глаза и повернулся на спину. Поросячий цвет этой комнаты ничем не отличался от остальных. Вообще Лиза любит этот цвет. Максим пытался вразумить ее сделать ремонт, но она наотрез заявила, что, сделав ремонт в ее квартире, он просто убьет ее морально. Чтобы не обидеть Елизавету, Морозову пришлось смириться с ее кукольным домиком и с розовым цветом, от которого выворачивало на изнанку. - Ты уже проснулся, милый? - В комнату вошла блондинка, неся в руках поднос с ароматным кофе. Одета она была в Морозовскую рубаху, которая еле-еле прикрывала ее попу. Поставив поднос на тумбочку, она села на кровать. - Сколько времени? - Еще очень рано, чтобы ты ехал домой. - Девушка махнула рукой. - Я еще раз спрашиваю, сколько времени? - прикрикнул парень, от неожиданности блондинка подскочила и внимательно посмотрела на Макса. В ее глазах читался испуг. Раньше он никогда так с ней не разговаривал. - Половина одиннадцатого. - Заикаясь, сказала Елизавета. Глаза заслезились, она пыталась вызвать у него жалость, но ничего кроме: `Сними мою рубашку, мне надо домой`, она не добилась. - Вика? - Пакеты, которые держал парень, упали. Девушка начала внимательно разглядывать внешность незнакомца, перед глазами мелькали картинки из прошлого: детство, юность. Казалось бы, обычная встреча, но ее сердце бьется так, будто она находится на грани жизни и смерти. Хотя, морально она уже давно умерла. - А-А-Андрей? - Заикаясь, даже немного рассеяно, спросила брюнетка. Как давно она не произносила его имени, забыла. Сейчас, смотря на повзрослевшего Андрея, она уже и не помнит того мальчика, который каждый день дарил ей леденцы. Который защищал ее от плохих мальчиков, который смазывал ее раны зеленкой, который одиннадцать лет сидел с ней за одной партой. Она никогда не воспринимала его всерьез, для Виктории он был просто друг, который оберегал ее, как могучая стена, загораживая от проблем и жестокой реальности. Для Андрея она была больше, чем просто друг. С первого дня знакомства он влюбился в ее косички, которые постоянно вылезали из бантиков, влюбился в ее маленькое платюшко и белые гольфики. Он любил ее всегда, даже сейчас, когда они вот так вот нелепо встретились на лестничной площадке и то, потому что он спешил и просто не заметил свою маленькую Вику. Да, для него не важно сколько ей лет, она всегда останется той самой неуклюжей Кузнецовой, которая будет больно падать на асфальт, а он, как верный друг и отличный товарищ, будет смазывать ее раны зеленкой и дуть, чтобы было не так больно. - Кузнечик, а ты так и не изменилась, только глаза грустными стали. - Девушка пустила слезу, а Андрей прижал ее к себе и начал поглаживать по спине, тем самым успокаивать. Как в старые добрые времена, она постоянно плачет у него на плече, а он пытается ее успокоить. Собрав все пакеты, он отдал их Виктории и улыбнулся. - Может зайдешь? - Поздно, да и бежать мне надо. - Брюнетка грустно улыбнулась и еще раз обняла Авдеева. Парень вдохнул давно забытый аромат ее волос. «А она так и не поменяла духи» - пронеслось у него в голове. `Мы ведь еще встретимся, правда?` - прошептала на ушко. Брюнет улыбнулся, а она ведь и не изменилась. Так и осталась той самой Викой. Робкой и наивной. Она крепче сжала куртку Андрея и заплакала. То ли от счастья, то ли от мысли, что им опять придется расстаться. - Конечно, Вик, я обязательно к тебе заскочу. - Брюнет в последний раз прижал девушку к себе. Виктория с еще большей силой прижалась к другу. Рядом с ним она чувствовала защиту от всего, рядом с ним она чувствовала тепло и доброту. - Опа, только муж за порог, как жена к другому. - Грубо сказал Морозов. Он уже пять минут стоял в дверном проеме и наблюдал за этой идиллией. Испуганный взгляд Виктории начал его смешить, а вот парень, который обнимал ее за талию, начал злить. - Бывшая жена, Макс, бывшая. - Тяжело вздохнув, произнесла девушка. Авдеев, не понимая всей ситуации, лишь моргал и крутил головой, посматривая то на Вику, то на Макса. - А разве тридцать дней уже прошло, что ты себя в бывшие записала? - Не обращая внимания на Морозова, она посмотрела на Андрея, который все так же мотал головой и бросал испепеляющие взгляды в сторону Макса. - Андрюш, я потом тебе все объясню, обещаю. - И, поцеловав Авдеева в щечку, девушка начала подниматься по лестнице. Настроения как не бывало. Авдеев же направился прямиком к выходу. В проходе он специально задел Морозова плечом и, бросив на прощание `еще увидимся`, вышел из подъезда. Максим, постояв еще минуты три и хорошенько переварив всю сложившуюся ситуацию, побежал домой. Он хотел, чтобы Виктория объяснила и ему, кто этот Андрюша и от куда он вообще взялся. Хлопнув входной дверью, он, не раздеваясь, быстрыми шагами пошел на кухню. Именно там сидела брюнетка. Она преспокойно попивала чай с печеньем, попутно читая книгу. - Я требую объяснений! - Громко сказал парень и сел на стул, стукнув кулаком по столу, тем самым показывая, что он мужик, а значит главный в семье. Только вот непонятно, о какой семье идет речь. О той, которая не праздновала ни одного праздника вместе? Или о той, которая рушится, как карточный домик, от легкого дуновения ветра? - Требуй, я мешаю что ли? - Не удосужившись даже взгляда поднять, она лишь отпила сладкую жидкость, которая обожгла язык и губы. От этого девушка сморщилась. - Вика! Да что с тобой стало? - Повзрослела! - С этими словами она покинула кухню и отправилась в комнату, плотно закрывая за собой дверь. Утро в квартире Морозовых вроде бы наступало как и обычно. Супруги так же просыпаются в разных кроватях, но что-то не то. Настроение. Они поменялись местами. Теперь Максим чувствует себя морально убитым и подавленным, Виктория же наоборот чувствует прилив бодрости, а на ее милом личике сияет улыбка. Потянувшись, она встала с кровати и подошла к окну, отдернув темные шторы, которые мешали солнечному свету проникать в комнату. Подставив лицо солнышку, девушка зевнула, еще раз потянулась и пошла в ванную. Максим долго лежал на жутко неудобном диване и тяжело вздыхал. Слышать, как собственная жена, пусть в скором времени и бывшая, но все же жена, просыпается без тебя. Вчера, увидев ее с Андреем в груди что-то кольнуло, и он понял, что соскучился по Вике. Соскучился по запаху ее волос, соскучился по ее теплым прикосновениям. Ему вновь захотелось почувствовать вкус ее губ. Он уже ничего и не помнит. В памяти остался лишь приторно-клубничный вкус Елизаветы. А он с самого детства ненавидит клубнику. Услышав, что вода стихает, парень встал с дивана и пошел прямиком к ванной. От туда вышла брюнетка, замотанная в полотенце. Ее настроение все так же было приподнято. Морозов, не долго думая, прижал ее к стене. - Морозов, что это за на фиг? - Она начала отталкивать его, но Максим схватил ее за запястья и еще сильнее прижал к стене. - Я что, даже к жене прикоснуться не могу? - Он приподнял одну бровь и ослабил хватку. - К жене можешь, а вот к бывшей не имеешь права. Весь вечер Виктория просидела в комнате. На работе она взяла отгул, ибо надо переварить все произошедшее за утро. Вроде бы проснулась в хорошем настроении, была готова свернуть горы, а сейчас ослаблена и беспомощна. Обессиленно рухнула на кровать и устало прикрыла глаза. Вдруг раздался звонок. Девушка, неохотно встав с кровати, побрела в коридор. По старой привычка она не посмотрела в глазок и открыла дверь. На пороге стоял улыбающийся Авдеев. В руках он держал огромный букет ромашек. Помнит до сих пор, что она любит их. Улыбка играет на лице обоих. Брюнетка пригласила парня в квартиру и, поставив цветы в вазу, затем поставила чайник. Андрей, по привычке сразу же надел тапочки, близ стоящие к нему. По иронии судьбы эти тапочки принадлежали Морозову, который явно не пожмет Авдееву руку за это. Парень прошел на кухню и сел напротив Вики. - Ну, рассказывай подруга. - Андрей сцепил руки в замок и внимательно посмотрел на Викторию. Она в кратце изложила ему всю историю их с Максимом "счастливой", семейной жизни, а в конце улыбнулась. Ей было легко ему все рассказать, довериться. Он прикрикнул на нее и сказал, что она полная дура, потому что вышла за муж за Макса. Девушка, как напуганный ребенок, прижалась к другу. Авдеев поглаживал ее по голове. Потом Виктория отстранилась от парня и внимательно взглянула в его глаза. Что-то в них было такое, родное что ли. Брюнетка потянулась к Андрею, Авдеев потянулся в ответ. Пара секунд и они слились в едином поцелуе. Он не был наполнен похотью, наоборот он был робким и трепетным. Можно сказать 'дружеским'.