Третий, лишний...

Брюнетка обернулась. Слащавый голос и смазливая мордашка Виноградовой заставили Викторию поморщиться. Ее тошнило от одного присутствия Лизы. Сказав ну привет, девушка повернулась к Елизавете спиной. Разговаривать с этим человеком желания не было. Смотреть в эти бесстыжие серо-голубые глаза было противно. В них, кроме насмешки и пустоты, не было ничего. - Вик, а как у вас с Максом? Я слышала, что у него любовница появилась. Интересно, кто эта стерва? - Виноградова еле-еле сдерживала себя от того, чтобы не улыбнуться. Правая бровь Виктории взмыла вверх, а на лице читалось удивление. Три глубоких вдоха и выдоха. Ядовитая ухмылка и слегка прищуренные глаза Виноградовой просто прожигали огромнейшую дыру в Кузнецовой. Викторию это очень забавляло, но в тот же момент очень бесило. В голове звучали писклявые фразы, сказанные Елизаветой. Руки сжались в кулачки. Брюнетка резко соскочила со стула и подбежала к своей бывшей однокурснице. Та в недоумении посмотрела на девушку и как-то рассеяно, но в то же время ядовито улыбалась. Виктория со всей силы ударила Елизавету головой об дубовый стол. Вскрикнув от боли, Виноградова начала залезать под стол. В глазах все темнело и двоилось, а к горлу подступала тошнота. Кузнецова не унималась. Быстро схватив блондинку за волосы, она ударила ее об стену. Был слышен хруст аккуратненького, но уже сломанного носа Виноградовой. Все посетители, увидев эту картину, с криками выбежали на улицу. Кинув Лизавету на пол, Вика закатала рукава своей кофты и начала приближаться к бывшей подруге. Та с воплями и причитаниями что-то типа "Не надо, пожалуйста" ползла к выходу. Заметив на столе нож, брюнетка улыбнулась еще шире. Схватив его, она подмигнула Виноградовой и села на корточки рядом с ней. Елизавета вжалась в стенку и закрыла лицо руками. Замахнувшись, Виктория вонзила нож в живот блондинке и с облегчением вздохнула. - Вик, ты слышишь меня? - Помотав головой, брюнетка поняла, что все это ей просто привиделось. - Что прости? - Я говорю, ты случайно не знаешь, кто та стерва, которая посмела увести у тебя мужа? - Ухмыльнувшись, Виктория потянулась к сумочке и достала от туда маленькое зеркальце. Открыв его, она протянула его Виноградовой. Та, не понимая, посмотрела на Морозову, а затем в зеркало. - Вот она, та самая стерва, которая посмела увести моего мужа. Ой, прости, бывшего мужа. - Ехидно улыбнулась и слегка наклонила голову вправо. - То есть бывшего? Вы с Максом развелись? А он... он ничего мне не сказал. - Блондинка достала из кармана мобильный телефон и начала набирать номер Макса. Послышались короткие гудки, а это значит, что собеседник отклонил вызов. Девушка вновь набрала номер любимого. На этот раз холодный голос автоответчика сообщил, что абонент выключен или находится вне зоны действия сети. Соскочив с пуфика, Елизавета побежала к выходу. Морозов весь рабочий день провел в положении лежа. Все это время он думал о словах, сказанных Виноградовой. Правильно ли он сделал, попросив сначала прощения у Виктории, а затем признавшись в псевдолюбви Елизавете? А любит ли он вообще Кузнецову? Любил ли? Прокрутил все моменты из их совместного прошлого. Набережная. 2009 год. 00:41. Парень и девушка стояли на мосту. Летний ветерок приятно ласкал кожу и развивал волосы девушки. Распрямив руки, и наклонив голову чуть-чуть назад, брюнетка улыбнулась. Максим подошел сзади и сделал тоже самое. Сейчас эта картина напоминала момент из "Титаника". Повернувшись к любимому лицом, Кузнецова улыбнулась. О таком счастье мечтает каждая девушка. Максим улыбнулся в ответ и притянул девушку к себе, крепко заключив в объятия. Проходившие мимо люди шушукались между собой. Они до сих пор не верили в искренность их отношений. Ведь такого в нашем веке просто не бывает. Всегда оказывается так, что кто-то любит не по-настоящему. Оставалось выяснить кто. Возможно на этот момент не было фальши, и они действительно были счастливы, но в любом случае есть свое "но". Так и в этой ситуации. Слепая любовь со стороны Виктории и до боли странная со стороны Максима. Оторвавшись от парня, Виктория посмотрела в такие родные ей глаза. Она в них утопала, не пытаясь найти спасательного круга. Она хотела утонуть в его изумрудно-зеленых глазах. Морозов видел на ее лице искренность, а в глазах читал любовь. Такая маленькая и наивная девочка, которой еще предстоит познать жесткость мира и принять удар на самое ценное что у нее есть. Сердце. Оно когда-нибудь разобьется. И виновником этих осколков будет Макс. Он это прекрасно знал и понимал, что это случится очень скоро. - Я люблю тебя. - Улыбаясь, сказала девушка. Ему хотелось рассмеяться в голос, но не мог. Вика его не правильно поймет. Брюнетка ожидала услышать те заветные три слова, которые давались с трудом каждому, кто хоть раз испытывал это самое люблю. - И я. - Он потянулся за поцелуем, она сделала тоже самое. Улыбнувшись своим воспоминаниям, Морозов перевернулся на бок, подложив руки под щеки. Глаза - зеркало души, а он вот так вот бессовестно наплевал в душу, пока еще родного человека. Для Макса всегда останется загадкой такое выражение: Мы начинаем ценить только тогда, когда потеряем! И правда, он почти потерял свою наивную и глупенькую девочку, для которой его улыбка была дороже всего на свете. За его и я, она была готова и мать родную продать. Он тупо пользовался ею. Потому что нравилось причинять ей боль, пока она об этом не догадывалась. И все равно хоть что-то его в ней цепляло. Только вот пока не известно что. Он долго думал об этом. Еще в институте, когда Лиза познакомила его с Викой. Она была такой зажатой, но в душе была раскрепощенной и независимой. Как 3D эффект. Трехмерная девушка в душе. Лиза. Макса ведь тоже что-то в ней цепляло. И он тоже не мог понять что. Банальная блондинка, одевающаяся, как кукла Барби. Свои принципы и свои амбиции. Не привыкла оставаться в стороне, но и в центре внимания быть не любит. Тоже глупая, но не такая наивная, как Вика. Они две противоположности. И странно, как они смогли стать лучшими подругами? Множество примеров можно привести, но мы возьмем самые распространяемые. Например физика, все противоположности притягиваются. Или математика, минус на минус всегда плюс. Как нам известно, то и математика, и физика, все это - точные науки, в которых ошибок быть не может. Видимо Вика и Лиза подвластны огромному исключению. - Макс, - Протянула блондинка, выходя из комнаты, - а ты не знаешь где моя розовая кофточка? - Нет, а должен? - Он повернулся к Елизавете лицом, та стояла, замотанная в простынь. В голове до сих пор не укладывался тот факт, что он только-что изменил своей жене. - Вообще-то да. Натянув футболку и докурив сигарету, Морозов пошел к выходу. Решил уйти "по-английски", но не получилось. - Даже не попрощаешься? - Виноградова, сложив руки на груди, облокотилась о дверной косяк. - А зачем? - С этими словами парень покинул квартиру Елизаветы и спустился вниз. Около подъезда сидели две бабульки, которые постоянно охали и ахали, смотря в след уходящему Максу. Морозов лениво встал с дивана и потянулся. Вроде ничего не делал, особо не напрягался, а устал. Ужасно клонило в сон. Через полтора часа рабочий день подойдет к концу, и он сможет со спокойной душой ехать домой, где когда-то любили и ждали. Парень подошел к своему рабочему столу. На нем стояла фотография Виктории. Беззаботная двадцатилетняя брюнетка. С выразительными глазами и светлой улыбкой. Она всегда дарила Максиму уверенность в себе. Взяв фоторамку в руки, он провел большим пальцем по изображению и как-то грустно улыбнулся. Опять же не ценил, не уважал, не любил, а пользовался. Пользовался, как ненужной вещью. Будто она - игрушка, которая сначала была нужна, а потом ее можно спокойно убирать на чердак. Может быть потом и пригодится. Поставив фотографию на место, Максим сел на кожаное кресло, стоявшее рядом со столом, и прикрыл усталые веки. Виктория вышла из офиса и направилась к стоянке, там ее должен ждать Андрей. Поежившись от холода, который окутывал ее с ног до головы, брюнетка поправила шарф и опустила голову вниз. Цоканье каблуков действовало на нервы, непрекращаемый гул прохожих и шум машин. Вся эта суматоха не давала дышать и жить спокойно. Хотелось убежать куда-то в степь и закричать, что есть мочи. Хотелось рвать на себе волосы, ну или просто выть от душевной боли, нанесенной близкими тебе людьми. - Я скучал по тебе. - Авдеев ринулся к брюнетке, та рассеянно подняла голову и как-то слабо улыбнулась. Заключив любимую в объятия, он вдохнул запах ее волос и почувствовал какое-то непонятное напряжение со стороны девушки. - Что-то случилось? - Виктория почему-то не очень хотела говорить про Виноградову, помотав головой, она еще сильнее прижалась к парню. - Я так рада, что ты есть у меня. - По щекам побежали слезы. Она и сама не понимала, почему плачет. Просто достало все. Хочется уехать далеко-далеко, но не может. Не хочет бросать Дашу и расставаться с работой, которая полюбилась ей. - Малыш, ну, ты чего плачешь-то? - Авдеев отстранился от Морозовой и начал вытирать ее слезы. - Что случилось? - Ничего, просто я наконец-то счастлива. - Поцеловав девушку в макушку, Андрей открыл дверь машины и помог Виктории сесть. Обогнув машину, он сел за руль и нажал педаль "газа". Авто двинулось с места. Вика отвернулась к окну и наблюдала за вечерней Москвой. Огоньки, фонарики и фары машин предавали городу какого-то особого сияния. Постоянно затянутое небо не давало солнцу полноценно освещать Москву, поэтому это делали фонари, которые, казалось, светили двадцать четыре часа в сутки. Голова Вики была занята лишь одной мыслью. Когда Виноградова могла стать такой стервой? Либо это Вика была слепым ребенком, не замечавшим подвоха в словах и жестах Лизы и Макса. Либо - это Елизавета мастерски скрывала всю ту ядовитость, сидевшую в ней. А ведь когда-то они были не разлей вода. Многие на факультете завидовали им. Дружба была преданной и самой что не на есть искренней. Но тут скорее всего ключевое слово была. Прошедшее время. Отсюда напрашивается такой вопрос: А была ли? Ответ знает лишь сама Виноградова. А предугадать ее мысли и действия никому не под силу, даже самой Лизе. Машина остановилась около подъезда Морозовой. Виктория улыбнулась, но только как-то коряво. Идти домой желания не было, да и ночевать на улице как-то не хотелось. Можно было ехать к Андрею, но почему-то Вика не хотела. Ведь завтра, с утра он сам ее заберет. Если уж и решили начинать жизнь с чистого листа, то и начинать ее нужно вместе. - Может зайдешь? - Викусь, прости, но мне правда некогда. Нужно еще на работу заехать, бумаги забрать. Давай лучше ко мне поедем, а то я не хочу оставлять свою любимую девушку с этим монстром. - Андрей кивнул головой на окна пока еще их с Максом квартиры. - Андрей, мы по-моему уже говорили с тобой на эту тему? Ладно, я побежала. - Поцеловав Авдеева на прощание, Вика вылезла из машины и подошла к подъезду. Обернувшись, она помахала парню и открыла массивную дверь. Поднимаясь по ступенькам, брюнетка все еще думала над тем, что же так повлияло на Лизу. Дойдя до собственной квартиры, девушка тяжело вздохнула и, достав ключи из кармана пальто, она вставила их в замочную скважину, но ключ не проворачивался. Тогда она высунула его и дернула за ручку двери. Войдя в квартиру, девушка просто замерла на месте. По среди коридора стояли Максим и Елизавета. Та колотила его и кричала ненавижу. Тот даже не пытался ее успокоить, так как понимал, что блондинке нужно выплеснуть все эмоции, тогда она окончательно успокоится. Виноградова посмотрела на Макса, который, в свою очередь, смотрел на вошедшую Викторию. Обернувшись, Лиза прищурила глаза и, ударив Морозова в последний раз, двинулась к выходу. Остановившись около Вики, она зло посмотрела в ее глаза и прокричала: - Ненавижу, ненавижу вас всех! - С этими словами она выбежала из квартиры, а Морозова обессилено упала на стул, стоявший рядом.