Тень

Первым удивлением для Кагоме стало то, как уверенно Хасиёми, держа ее на руках, прыгнул в колодец, будто знал, что его пропустят. Или скорее это было похоже на то, что ему не впервой отправляться в будущее, что натолкнуло на мысли, что он уже приходил. — Почему ты решил взяться за мою тренировку? Тебе же от этого не будет никакой пользы, — спрашивает девушка, покрепче держась за шею и чувствуя, как привычно обволакивает неведомая сила, возвращая в будущее. — Потому что вижу как твой потенциал, которому не давали раскрыться из-за постоянного ощущения защищенности, так и недостатки, которые могут подвести в бою. Раньше ты всегда чувствовала, что тебя защитят, даже если удар следовал со спины, и ты не могла в полной мере почувствовать опасность. Да и сомневаюсь, что у тебя было время для тренировок своих сил, если и на учебу их не хватало, — слегка усмехается, покидая святилище. — Откуда ты знаешь?! — Есть предположения? Или мне подробнее рассказать, какая ты бываешь нервная, вот только не понимаю, от того, что к тебе лезут когда не просят, или же от того, что ничего не можешь с этим поделать? — мужчина хитро смотрит на жрицу, и не пытаясь скрыть улыбку, смущая, пока до нее не дошло, что она до сих пор прижимается к демону. — Эм… Ты уже можешь отпустить меня, — тихо произносит Кагоме, отводя взгляд. — Могу, — не стал отрицать мужчина, но так и не отпустил, подходя к дому. — В окно или по-человечески, в дверь? — Что? Хасиёми, что подумают мои близкие, если увидят меня у тебя на руках? — чуть повышает голос, оглядываясь в надежде, что их никто не видит. — У меня есть несколько вариантов возможного развития событий. Первый — они могли бы подумать, что я тебя похитил, что не далеко от правды, только с той условностью, что у других людей. Второй — ты была ранена и попросила вернуть тебя домой, и колодец великодушно пропустил меня. Третий же наиболее интересный. Ты устала от выходок Инуяши и обратила свое внимание на меня, причем это взаимно, что я решил познакомиться с твоими родителями, показывая серьезность своих намерений. Какой вариант больше нравится? Мужчин изо всех сил старался сдержать смех, наблюдая, как лицо девушки стремительно краснеет, а глаза расширяются, пока округу не пронзил визг. Кажется, мико слишком отчетливо представила один из вариантов. И ведь сразу понятно, о чем думает, даже мысли читать не надо. — Мне, конечно, было интересно узнать твою реакцию, но… Не кажется ли тебе, что она слишком бурная? Я ведь ни на что не намекал, просто предположил, как выглядим со стороны, — уже более спокойно произнес Хасиёми. — Я просто изучаю тебя, чтобы понять, что нужно проработать. Пожалуй, не стоило слишком расслабляться, ведь когда дверь распахнулась и оттуда выбежал пожилой мужчина, застывший в шоке от представленной картины, ситуация слегка вышла из-под контроля. — Демон! Отпусти мою внучку! Кагоме, не бойся, твой дедушка спасет тебя! Кагоме же не знала, стоит ей смеяться или плакать, наблюдая, как под ошарашенный взгляд демона он забегает в дом, хватает банку с, как подозревала девушка, обычной солью и бежит на мужчину. — Получай, демон! Это священная соль передается в семье Хигураши уже ни одно поколение. Тебе не удастся сбежать, поэтому отпусти Кагоме, пока у тебя есть возможность сбежать! Хасиеми же старался сохранять хладнокровие, но не выпускал девушку, чувствуя, как она дрожит, пытаясь подавить нервный смех, мешающий ей хоть что-то сказать. Пусть он и не чувствовал какой-либо энергии в соли, что так отчаянно швырял пожилой мужчина, но все же понемногу отступал назад. — Может всё-таки войдем в дом через окно? — тихо, но чтобы девушка услышала, произносит демон. — А там и познакомимся нормально. Получив утвердительный кивок, мужчина исчез, перемещаясь с мико в ее комнату и лишь тогда отпуская и оседая вместе с ней на пол, стараясь не засмеяться. Прикрыв рот рукой, все еще дрожа от смеха, жрица присела на кровать. — Что ж… Теперь я понимаю, в кого ты такая бесстрашная. Признаться честно то, как твой дедушка пытался тебя «спасти» достойно уважения, но все же стоит познакомиться нормально. Так что переводи дыхание и спустился, а то подумают, что ты говорить из-за меня не можешь. Присаживаясь напротив Кагоме, мужчина осторожно отнимает руку от ее лица, успокаивающее поглаживая, будто перед ним сидит ребенок. — Сделай глубокий вдох и медленно выдыхай. И пойдем знакомиться, желательно для начала с твоими матерью и братом. У нас как раз есть время, пока твой дедушка убежал в святилище. — Прости, я не думала, что так получится, — неловко произносит Кагоме, переводя дыхание и успокаиваясь. — Если бы я услышал визг — тоже бы мог ошибочно не о том подумать. А теперь пойдем, пока весь дом не поднялся на уши от произошедшего. Мужчина, поднявшись с колен, любезно подал ей руку, заставив таким невинным жестом расцвести на щеках легкому румянцу, что не помешало неловко вложить свою руку в его. Поднявшись, они как можно более непринужденно спустились вниз, где уже стояла обеспокоенная женщина и брат. — Я вернулась! Извините, что напугала, — произносит Кагоме и отводит взгляд, чувствуя, как вторая рука мужчины ложится ей на плечо. — Ты довольно быстро вернулась. А кто это с тобой? Мико замялась, не зная, как точнее выразиться. Это друг? Вроде и можно сказать, но их вряд ли можно назвать друзьями. Слишком мало знакомы. Просто знакомый? Ну да, который последовал в будущее за ней и решил познакомиться с родственниками. — Позвольте представиться, меня зовут Хасиёми. С некоторых пор я сопровождаю вашу дочь, куда бы она не отправилась, так как у Инуяши возникли некоторые проблемы, от чего он не может присматривать за Кагоме. Можете не беспокоиться, ваша дочь в надежных руках. Кагоме, всё еще ощущая руку на своем плече, лишь сильнее засмущалась. Выглядело так, будто она привела своего парня, чтобы получить одобрение родителей. Или она это просто придумала от того вопроса у порога? — Приятно познакомиться. Вы надолго вернулись? — На данный момент Кагоме там делать нечего, а с мелкими демонами и Инуяша справиться может, так что ваша дочь может вернуться в школу, а после школы я займусь ее тренировкой, которой ранее не было. Не волнуйтесь, мы не будем уходить далеко и надолго, да и на обед и ужин буду возвращать ее домой. — Хасиёми… — Сестренка, ты покраснела. Все в порядке? — замечая странное поведение сестры, спрашивает Сота. — Д…Да, все в порядке! Просто… — Просто засмущалась в компании такого мужчины. Эх, могу понять тебя. Поживем — увидим, как он будет к тебе относиться. Если будет обижать — только скажи, а если он такой внимательный по жизни, то… Я одобряю твой выбор, Кагоме, — мило улыбаясь, произносит госпожа Хигураши. — Мама, это не то, о чем ты подумала! — Благодарю за вашу доброту. Можете быть уверены, я вас не разочарую. — Хасиеми, и ты туда же?! — вскрикнула жрица, пряча лицо руками. Послышался тихий, мягкий смех, когда уха девушки коснулось чужое дыхание, заставляя сердце замереть, хотя куда еще смущаться, когда ситуацию более неловкой, казалось бы, сделать нельзя. — Не волнуйся, я знаю, что я делаю и говорю. Или ты хочешь, чтобы ко мне относились с подозрением? Пусть лучше видят потенциального кандидата на твою руку, так им же будет спокойнее. Вздохнув и опустив руки, Кагоме осторожно, можно сказать с опаской, взяла мужчину за руку, пытаясь расслабиться. Не сказать, что ее напрягало происходящее, скорее неловкость от столь стремительных событий кружили голову. Пожалуй, ей действительно стоит доверить ситуацию Хасиеми. Он совершенно не чувствует неловкости, пока девушка от простого прикосновения готова сгореть от смущения. И ведь, если прислушаться, он не говорит чего-то лишнего, непозволительного, но воспринимается это так, будто между ними что-то есть. Тем временем дедушка вернулся в дом, застыв на пороге при виде внучки, держащей демона за руку. Повисла тишина, что лишь тяжелее стала, стоило Хасиеми слегка приобнять мико. — Между нами возникло небольшое недопонимание. Прошу прощения. — Ну что мы стоим у дверей, проходите на кухню, пообедаете. Я как раз закончила готовить. Раз уж вы задержитесь с нами — после обеда проведу вас в комнату для гостей и посмотрю что-нибудь из вещей, чтобы не привлекать внимания, если это возможно, — женщина, воспользовавшись замешательством, затащила всех на кухню, накрывая стол. Пообедав и максимально честно ответив на все вопросы госпожи Хигураши и дедушки, то и дело недоверчиво поглядывающего на Хасиеми и готовясь посыпать солью, их все же отпустили. Зайдя в свою временную обитель и переодевшись во что-то более привычное для этого времени, мужчина, постучавшись в комнату Кагоме и получив разрешение, вошел. К счастью, сейчас они были наедине, и никто не увидел, как взгляд Кагоме оценивающе прошелся по новому образу демона, будто не узнавая его, и задерживая взгляд, ненадолго, на нескольких растегнутых пуговицах черной рубашки. — Судя по твоему взгляду — мне идет? — и как ни в чем не бывало присаживается рядом. — И да, при встрече с твоей матерью ты увидела пример того, чего можешь достигнуть ты. Пока ты не начала вспоминать, о чём мы говорили — я о невозмутимости. Способность принимать любую информацию и не выдавать эмоций, даже подыгрывая. Этому начнешь учиться с завтрашнего дня. Так тебя будет сложнее спровоцировать, и не обязательно на драку. Злость, ревность, зависть, обида. Многие чувства могут быть спровоцированы. Инуяша, к примеру, часто провоцировал раздражение и злость, от чего ты применяла на него слово. И чем легче тебя вывести из себя, тем больше шансов, что враги этим воспользуются. — А нельзя было предупредить? — Нет, иначе бы ты не прочувствовала контраст и игру, осознавая, что я веду себя так, как того желают окружающие. Теперь отдохни, а я ненадолго уйду. Вечером вернусь, впрочем, ты как обычно почувствуешь мое присутствие. Потрепав девушку по голове, Хасиеми растворился, не давая возможности что-либо спросить. А спросить хотелось. Если быть точнее, то не только спросить, но и просто поговорить. Возможно из-за того, что впервые кто-то из ее знакомых считается с ее мнением и желаниями, а не загоняют в рамки, сколько она может быть дома и когда должна вернуться. Нормальное общение, без криков, обвинений, и не о Нараку и камне душ, а о чем-то повседневном. Вечером, когда жрица уже легла спать, демон вернулся, так же незаметно пробираясь в комнату и, едва заметно улыбаясь, присел возле кровати, осторожно поглаживая по голове. — Хасиёми.? — сонно спрашивает Кагоме, открывая глаза. — Да, я вернулся. Я побуду рядом, пока ты не уснешь. — Спокойной ночи… — Спокойной ночи. На утро Кагоме столкнулась с очередным потрясением, когда, собираясь уже идти в школу, заметила у порога Хасиёми. Черные брюки и темно-синяя рубашка с несколькими расстегнутыми верхними пуговицами, а привычно распущенные волосы заплетены косу. — Доброго утра. Надеюсь, ты не возражаешь, что я вызвался сопровождать тебя до школы? — Хасиёми… Не стоит себя утруждать, я и сама могу дойти. — А теперь вспомни вчерашний разговор про тренировку невозмутимость. Или ты думала, что я говорил не серьезно? Проведу тебя до твоих одноклассниц и возьму на себя объяснение, как ты так быстро выздоровела, а затем «уйду». А точнее дойду до безлюдного переулка и растворюсь в тенях, вернувшись к тебе. Буду следить, чтобы ты не витала в облаках во время занятий, а заодно и посмотрю, сможешь ли ты сказать «нет» своим подругам. Если будет тяжело — отойди в безлюдное место и я помогу. Взяв Кагоме за руку, они направились в школу под хитрый взгляд матери девушки, желающей им всего самого лучшего. Давно она не видела свою дочь настолько эмоциональной, и тем более — смущенной. Да и мужчина выглядит надежным. Уже подходя к школе, Кагоме начала ощущать взгляды окружающих как на демоне, так и на себе, от чего хотелось сбежать и спрятаться, но рука Хасиёми не давала, все так же удерживая и успокаивающе поглаживая, чтобы девушка хоть немного успокоилась и расслабилась. Она не одна, и не останется одной. — Вот мы и пришли. Не страшно ведь? — переводя взгляд на Хасиеми, жрицу встретила мягкая, подбадривающая улыбка, от чего ответная улыбка не заставила себя долго ждать. — А вон и твои друзья. Глубоко вздохнув, Кагоме оборачивается, замечая любопытные взгляды, уже ничего хорошего не предвещающие и будто пытаясь защититься, слегка при обнимает Хасиёми, поглаживая кончиками пальцев косу. Становится легче от ощущения, как сильные руки ложатся на спину, практически невесомо поглаживая. — Я возьму удар на себя, так что не беспокойся. — Почему мне кажется, что мы не в школу пришли, а на поле битвы с армией демонов? — шепотом, чтобы никто не услышал, спрашивает Кагоме, слыша в ответ тихий смех у макушки. — Потому что и там, и тут нужно бороться с разницей лишь в том, что в школе на кону не жизнь, а личные границы. — Кагоме, а кто это с тобой? И почему ты в школе? Твой дедушка сказал, что у тебя грипп, — произносит подошедшая Аюми, готовая в любой момент утащить подругу в сторону, чтобы потребовать подробный рассказ. — Прошу прощения, что влезаю в разговор. Пусть Кагоме и выздоровела с прошлого раза, но от стресса подскочила температура и были подозрения на грипп, но все обошлось. Врач сказал, что сейчас ей следует избегать стресса, будь то учеба или общение. Так же она еще не до конца отошла от жара, поэтому прошу не загружать ее вопросами, чтобы ей не стало плохо, — говорят всё это, Хасиёми слегка отстраняется, заправляя выбившуюся прядку за ухо под визг, подбежавших девушек. — Что насчет меня, мое имя Хасиёми, этого вам знать достаточно. Демон осматривается, изучая каждого подошедшего мимолетный взглядом, замечая в стороне растерянного парня, что будто не рискнул подойти ближе, ехидно улыбаясь. — Оставляю ее на вас. Кагоме, я зайду за тобой после школы и вместе пойдем домой, — и, пересекаясь взглядом с мальчишкой, берет Кагоме за руку, демонстративно оставляя на ней поцелуй, игнорируя вопли остальных девушек и произнося на ушко, — Ты не обязана отвечать на их вопросы, если не хочешь. Я буду рядом, так что не бойся говорить «нет». — Я постараюсь… Стоило только выпустить смущенную девушку из своих рук, как ее перехватили одноклассницы, уводя в школу, а демона окружили впечатлительные школьницы, но взгляд мужчины намеренно был прикован лишь к Кагоме, пока они не скрылись из виду. — Я не заинтересован в новых знакомствах. Под возмущённые и некоторые обиженные крики демон скрылся из виду, так и не уделив никому, кроме своей спутницы, внимания, и слился с тенями, безошибочно находя жрицу и просматривая за ней, видя слабую улыбку на ее лице. И вновь она его почувствовала.