Or you're nothing

***

      Клубы густого сигаретного дыма постепенно заполняли всю комнату. С улицы еле доносились плавные мелодии. Луи Армстронг. Довольно банально для этого города, но стоит отдать должное. В сочетании с полупустой бутылкой виски ему уже начинали нравиться местные достопримечательности.       Некую идиллию нарушил телефонный звонок. «Неизвестно» — всплыло на экране. В его положении было довольно опасно отвечать, но ему уже было плевать.  — Алло, - послышался мужской голос на том конце трубки. Ответа не последовало. До боли знакомый голос отдавал эхом в голове, но он попытался списать все на выпивку. Он ждал когда перейдут к сути. Его собеседник это прекрасно понимал:  — Они нашли тебя, — всё, что успело прозвучать перед тем, как телефон полетел в стену.

***

      Какого черта? Что произошло с Наполеоном преступного мира? Пару лет назад он спокойно вышел из зала суда после покушения на королевские регалии. Это была демонстрация власти. Ему ничего не могли сделать, даже в свете последних грехов. А сейчас ему, Джеймсу Мориарти, одно только имя которого заставляло содрогнуться весь мир, приходится бежать от Британского правительства. К счастью, в Штатах у него есть свои люди, но все понимали, что у него не выйдет долго оставаться в центре мегаполиса.       Но то, что на самом деле выводило его из себя — это тот голос, тот бархатный голос, который когда-то заставлял восхищаться, принадлежащий лже-гению, как его неоднократно называли в прессе после той их выходки на крыше.       Мориарти даже не волновал вопрос как он нашел его номер, в талантах своего врага он не сомневался. Но вот зачем он позвонил? Неужели волнуется? Или хочет насолить братцу? Из раздумий Джеймса вывела обжигающая бумага на губах, после чего тот выплюнул обгоревший окурок, проклиная всё вокруг.  — Чертов Холмс! Думает меня некому предупредить? — кричал вслух, захлебываясь злостью, — нужно было еще тогда убить тебя…       Но ведь и правда, он был первым, кто сказал ему. Мориарти это казалось плевком в лицо. Очередным самоуверенным выпадом в их смертельном танце. Но что его раздражало ещё больше - это то, что ему нечем было ответить. И Холмс это знал. Джеймс буквально чувствовал, как плясал огонь в глазах врага, когда он повесил трубку. Вдруг этот огонь перешел на другую сторону.       Самая выразительная часть его лица буквально наполнилась красным пламенем. Если бы в этот момент его увидел кто-то знакомый, вначале бы не понял, в чем дело. Ведь Джеймсу Мориарти было достаточно лишь посмотреть на соперника своим устрашающим взглядом, чтобы тому захотелось убежать, как маленькой девчонке. Так было всегда, Мориарти привык к власти, но только не с ним. Когда два безумных взора встречались, их демоны начинали свою игру, похожую на Торнадо, которое сносит все на своем пути.       Из тягучих мыслей, вновь заполонивших сознание, Мориарти вытащила чья-то тяжелая рука. Тут вдруг он понял, что задыхается.  — Ты совсем обезумел, черт тебя дери, — прокричал Моран, вытягивая босса из горящего здания, на что тот только ухмыльнулся.