Логика магии

      Тисовая улица, порог дома номер 4. Около двери дома, совершенно не выделявшегося из десятка других, стояли пожилой мужчина и женщина средних лет в очках. Совсем недавно у них случился спор. И если по напряженной спине профессора МакГонагалл это можно было заметить, то лицо профессора Дамблдора выражало лишь добродушие и спокойствие. Возле калитки тайного дома стоял еще один незнакомец. Длинная борода его была спутана, а рост намного превышал рост среднего человека. Исполин, возвышаясь над своими спутниками, вытирал лицо большим куском ткани. — Перестань плакать, Хагрид. Мы не отдаем мальчика в чужой дом. Здесь живут его родные, — заметил Дамблдор. — Не лучше ли было отдать Гарри другим маглам? — возмутилась МакГонагалл. — Эти уж очень плохи! — Вы не знаете, о чем говорите, Минерва. Спор продолжился так же тихо, как и начался. Ни один из маглов не должен был заметить волшебников, в чьих руках находилось нечто ценное в эту роковую ночь. Из свертка, который так аккуратно держал профессор Дамблдор, послышался голос ребенка. Мальчик, чтобы привлечь к себе внимание, потянулся к длинной бороде старца и резко дернул. Вскрикнув, профессор опустил ребенка в корзину. — Но что, если они его не примут? — выдвинула последний аргумент МакГонагалл. — Петунья — родная сестра Лили. Они возьмут Гарри в свою семью, где он будет жить до одиннадцати лет, не зная о своей славе, — сверкнул загадочно очками Дамблдор, положив в сверток письмо. Это означало окончание спора. МакГонагалл не удалось переубедить профессора. Оказавшись под сонными чарами Дамблдора и согревающими, наложенными в тайне от старца доброй волшебницей, ребенок успокоился и уснул. МакГонагалл еще раз на прощание взглянула на дитя, затем подошла к Хагриду и, взяв его за руку, аппарировала. — Ты родился для великих дел, — прошептал профессор, тоже исчезнув с Тисовой улицы. Прохладной ночью согревающие чары МакГонагалл пришлись весьма кстати. Кое-где ухоженную улицу освещали редкие огни. Между домами от угла к углу мелькали неясные тени. По всей стране волшебники собирались вместе и отмечали праздник — победу над сильнейшим магом. Люди поднимали бокалы в честь мальчика, который выжил, но никто не знал, где тот находится.

***

Гулявший среди одинаковых домиков каждое утро, ветер коснулся корзины. Удивленный возглас миссис Дурсль, которой пришлось приложить некоторое усилие для того, чтобы открыть не поддающуюся дверь, разбудил Гарри. Петунья была поражена, увидев на пороге ребенка. Из гостиной послышался скрип половиц и недовольное сонное причитание. Это на порог вышел мистер Дурсль, не понимая, что заставило волноваться его супругу. — Что нам теперь делать? — растерянно озиралась по сторонам Петунья. Она не хотела, чтобы их заметил какой-нибудь любопытный сосед в этот ранний час. — Для начала — занести его в дом, — наклоняясь и подхватывая корзинку с мальчиком, произнес Вернон Дурсль, который не собирался терять самообладание в данной ситуации. Через несколько минут Гарри был умыт, переодет и накормлен. В корзине мистер и миссис Дурсль заметили письмо и, отбросив такую безумную вещь как «магия», прочли о том, как некий Альбус Дамблдор сообщал о трагической смерти Лили и Джеймса Поттер, просил позаботиться об их сыне до его одиннадцатилетия, после которого Гарри автоматически зачислялся в особую школу. Мистер и миссис Дурсль приняли решение стать опекунами Гарри. И хотя Петунья была с детства обижена на свою сестру из-за того, что той удалось поехать в Хогвартс, она не могла позволить себе бросить ее сына. — Лили была умной и трудолюбивой, — вдруг произнесла миссис Дурсль. — Я буду воспитывать Гарри так, чтобы он превзошел мою сестру. — Я рад, что Дадли теперь не один. Наш сын не вырастет разбалованным ребенком, если у него появится брат, — согласился Вернон. С этого дня жизнь семьи Дурсль и маленького Гарри изменилась в лучшую сторону.