Долгое время ожидания

Там, где после гибели оказались Доктор Стрэндж и Человек-Паук, время текло иначе. Было скорее водой, запертой в стенках колодца, гладью без малейшего колебания. Когда они вернулись, точно в то же самое место, откуда исчезли, на пересечение тех же самых нью-йоркских улиц, откуда их затащило в космос, на земле минуло несколько лет, никак не отразившихся на них внешне. Оба, на неком метафизическом уровне, одновременно почувствовали ту секунду, когда намертво замершие стрелки невидимых часов вдруг сдвинулись, с неслышным и оглушительным грохотом. Продолжив свой вечный бег по кругу. Их бесконечно длившийся поцелуй оборвался, объятия сжались крепче, чтобы безо всяких метафор не потерять друг друга – в подхватившем обоих вихре из горящего огнем света. Небольшая группа радостно встречающих все поняла, как надо – обнимающиеся так, что друг от друга не оторвешь, мужчина и юноша никого нисколько не удивили. Старка, Вонга и… Халка, когда он не нужен. «Зеленый» из вредности и заготовленную доктором Беннером небольшую приветственную речь не соизволил озвучить. Для того, чтобы вернуть Стрэнджа и Паркера обратно, ими тремя были объединены силы наисовременнейшей науки пополам с древнейшей магией. Старк бросился к «стажеру», Вонг к Верховному «начальству». Громадина Халк во всеобщих обнимашках, по понятным причинам, участия не принимал, но добродушно (с виду зверски-бешено) лыбился, а чтобы дать выход чувствам, выдернул светофор и весело переломил его об колено. В суматохе, пока все не разошлись, кто куда, Стрэндж еле успел сказать Питеру, с жадностью и в беспокойстве ловящему его взгляд, только одно: - Я не должен был этого делать. Мне жаль. После чего даже не посмотрел больше в его сторону. Ни разу. Дорогу до дома тети Мэй, на заднем сиденье роскошной миллиардерской тачки мистера Старка, выглядевшей у него в Квинсе заблудившимся инопланетным кораблем, Питер не заметил и не запомнил. Непременно бы не удержался и заплакал, если бы не выплаканные слезы не высохли на весь остаток его вернувшейся жизни. А чего, интересно, он ожидал еще, чем другим это все могло закончиться… *** Чем еще, если не этим, когда-нибудь непременно… В апартаментах Тони Старка и в его постели, размером больше, чем вся комнатенка Питера Паркера, вдобавок с кухней. С хозяином целого военного аэродрома, а не просто среднестатистического траходрома, и вторым его гостем, доктором Стивеном Стрэнджем. С ними двумя одновременно, тесно зажатым между обоими мужчинами, к которым Питера однажды потянуло… Первым у него стал ослепительный Железный Человек. Было больно. Очень больно! От с трудом переносимой боли Питера отвлекало одно – в то же самое время он в кромешном упоении отсасывал Доктору Стрэнджу. Физически приятно от этого не было, но как-то иначе приятно все равно было, тоже очень! Особенно от того, как Стивен то и дело взъерошивал его волосы, с нежностью гладил по голове, или аккуратно прихватывал за загривок, будто котенка за шкирятник, подталкивая к тому, чтобы брать у него глубже. А уж когда Тони награждал вдруг его очередным звонким игривым шлепком, о терзающей позади боли Питер забывал почти совсем. Следом за Старком в него ворвался Стрэндж, и больно было опять, но и до стыдного сладко. Все мучительно-слаще становилось с каждым глубоким толчком внутрь. Болезненным тоже, но будто бы незаметно вовсе. Настолько паряще-восхитительным было общее чувство. Питер бесконтрольно, почти сразу выставил руку раскрытой ладонью вперед, отстраняя от себя Тони Старка. Не дающего ему своим членом сосредоточиться на собственных ощущениях. Которые все нарастали и нарастали, лавиной, летящим с горы все сметающим на своем пути комом, тогда как Стивен Стрэндж уверенно вел его за собой на самый верх. Было настолько прекрасно, что держать это чувство в себе стало невозможным. Внутреннее начало прорываться во внешний мир. Жалобно-умоляющими вскриками Питера, его откровенными стонами, обрывками фраз, которые он не успевал проговаривать, вновь принимаясь в голос стонать от острейшего наслаждения. Кончил Питер в тот же миг, когда его затылка легко и ласково коснулись губы, которые он не смог бы перепутать ни с какими другими, будь даже у него такое желание. Губы человека, поцеловавшего его впервые в жизни… в смерти… *** Питер Паркер постоянно мысленно возвращался к этому моменту. В суматохе, пока все не разошлись, кто куда, Стрэндж еле успел сказать, с жадностью и в беспокойстве ловящему его взгляд Питеру, только одно: - Я не должен был этого делать. Мне жаль. Если днем хоть как-то удавалось отвлечься, заставляя себя отгонять прочь их последнее общее воспоминание и слова, ударившие прямиком в незащищенное сердце, ночью, в тишине и одиночестве, лежа в постели, это оказывалось выше его сил. Снов Питер почти не видел, точнее, просыпаясь, в следующую долю секунды уже не мог ничего вспомнить. Кроме того, что Стивен Стрэндж был в каждом из них. С ним… Вдвоем… Как раньше… Горько смеясь над собой, приглушенно, чтобы не разбудить мирно спящую за стенкой тетю, еще тише Питер иногда, но безудержно плакал. Ага, как же, высохли у него все слезы до самой последней капли. Зря надеялся. Как и на слишком многое другое. После того, что сказал напоследок доктор Стрэндж, отправляться на Бликер-стрит, чтобы уточнять, что тот хотел сказать в точности, смысла не было. К тому же навязываться Питер не любил, не хотел, и не собирался. Но он ждал… Особенно в первые дни и ночи, самые кошмарные, что доктор Стивен Стрэндж возьмет и прийдет к нему сам. За то время, что они провели вместе, рассказать, где и как живет каждый, они успели неоднократно. Только поцеловаться всего лишь один-единственный раз… Таких снов, как сегодня, Питер Паркер прежде не видел. Насквозь символических по Фрейду. Четких, запомнившегося. Просыпаться и гоготать, точно умалишенному, кусая по причине тонких стен подушку, ему пока не доводилось. Едва ли не кончать во сне тоже. - Паучка хочется каждому. – прерывисто всхлипнул Питер Паркер напоследок и расхохотался осунувшимся лицом в промокшую подушку. – Ну конечно, два раза! Очень он кому-то нужен! Парнишка с соседней улицы. Каких тысячи. Увидишь – сразу не запомнишь, а при новой встрече не сразу узнаешь.