Chikan Monogatari

                    Три девицы под окном пряли поздно вечерком... Ну да, как же, пряли они. Три подружки первокурсницы — Виктория Савинова, Виолета Кравченко и Марина Белоусова — жевали чипсы, пили газировку, рубились в карты и делились произошедшим за лето.       — Ой, девчата, со мной недавно такая хрень приключилась, — пожаловалась Марина. — Ехала в переполненном автобусе и чувствовала, что меня какая-то падла за задницу лапает. В салоне народу битком. Я даже повернуться не могла, чтобы плюнуть в его бесстыжие глаза. Руки бы ему оборвала.       Девушки сочувственно повздыхали.       — Слушайте, а давайте-ка ответим тем же, — предложила Виолета. — Не всё коту масленица. Почиканим в транспорте кого-нибудь посимпатичнее. Пусть хоть раз побудут на нашем месте.       — Кто будет чиканить? — отозвалась Вика.       — А это нам подскажут карты, — Виолета загадочно глянула поверх разложенной веером колоды. — Проигравшая идёт жмякать мужиков.       Она раздала карты. Для Вики игра с самого начала не заладилась. За всю партию ей не выпало ни одного козыря и, как она ни билась, в конце концов осталась с огромным веером карт.       — Ладно, — сказала она, складывая колоду. — Пойдёмте завтра чиканить.       Наутро девушки, скромно нарядившись, чтобы не привлекать к себе внимание, вышли на охоту в час пик. Вика выбрала одежду спортивного стиля: футболка, короткая юбка с карманами, удобные кроссовки и бейсболка. Из макияжа лишь тушь на ресницах и гигиеническая помада.       — Не волнуйся, — говорила Виолета. — Мы будем за тобой следить и, если что, вмешаемся.       Люди спешили на работу. Подъезжающий к остановке транспорт уже был забит, и пассажиры из последних сил трамбовались в салон. Девушки не без труда запихнулись в автобус. Вика зашла в задние двери, Марина и Виолета в средние.       Прижатая носом в спины висящих на подножке пассажиров, Савинова дождалась, когда на следующей остановке несколько человек вышли и первая впорхнула внутрь, глубоко врезаясь в толпу. Марина и Виолета пробрались ближе.       По салону проплыла тучная кондукторша, призывая отплатить проезд и ненароком роняя за собой пассажиров, которые со сдавленным звуком чуть не падали на колени сидящих. Савинова предъявила проездной и огляделась в поисках жертвы. В салоне было много женщин разного возраста: от раскрашенных студенток до неизменных бабулек, которым надо было ехать по делам тоже аккурат в час пик. Лиц мужского пола присутствовало незначительное количество. Самых старших и самых младших Вика отмела сразу. Не школьников же лапать в самом деле. Пара парней вдувабельного вида расположились на сиденьях и втыкали в телефоны. Ещё несколько отсеялись, не выйдя рылом.       Отчаявшись найти подходящий объект, Вика повернулась к задней площадке. Автобус мотнуло вперёд-назад, и молодой человек, стоящий лицом к окну, на мгновение обернулся. О да, идеальный кандидат.       — Пс, — шикнула Вика подругам и кивнула в его сторону.       Девушки, как стая акул, устремились к жертве. Осторожно отодвигая других пассажиров, Вика встала прямо за парнем. Зашедший на остановке народ плотно придавил её к молодому человеку, а его к стеклу.       Жертва была на полторы головы выше Вики. Савинова упиралась щекой в спину молодому человеку, вдыхая его мужской запах. Кожу царапала шершавая ткань синей футболки поло. Посмотреть, в чём он был одет ниже, не представлялось возможным. Вика глянула вверх. Тёмные, коротко остриженные волосы парня были аккуратно уложены. Вдоль шеи к наушникам тянулся белый проводок. Как Вика ни прислушивалась, она не смогла уловить, что слушает парень. В отличие от быдло-бунтарей он уважал других пассажиров и поставил музыку на такую громкость, чтобы слышал её он один.       Автобус медленно полз, попав в пробку. Движение шло вдоль промышленной зоны, и следующая остановка была далеко, что сильно упрощало Вике задачу. На лежачем полицейском машину тряхнуло, и Савинова как бы невзначай просунула колено между ног молодого человека. Ощутив голой кожей приятную мохнатость мягкой шёрстки, она поняла, что он в шортах. Автобус то разгонялся, то тормозил, в результате чего Викино колено елозило по ноге парня, а сама Вика то отстранялась, то крепко прижималась к нему сзади. Она поглядывала на молодого человека, который не выказывал никакой реакции. Тогда она провела коленом по бедру жертвы. Парень пошевелился, пытаясь принять более удобное положение, но автобус, громко засигналив, резко затормозил, и пассажиры повалились друг на друга. Вика инстинктивно уцепилась за молодого человека. Ее ладонь, погладив его бок, скользнула вниз по бедру, медленно круговыми движениями переместилась на заднюю поверхность ноги и затем поднялась вверх и сжала упругую ягодицу. Молодой человек уже понял, что его целенаправленно ощупывают. Он замер, переваривая догадку.       Воспользовавшись его замешательством, Савинова пустила руку в прогулку по шаговому шву его шорт. Она никогда не трогала тело мужчины, тем более ниже пояса, и испытываемые ощущения были в новинку. Она задержалась на промежности, потерев ладонью округлые края ягодиц, затем протолкнулась глубже, чтобы пожмякать мужские сокровища, но парень не позволил дотронуться до них и защемил её пальцы, скрестив ноги. Раздосадованная Вика выдернула руку из плена и сильно сжала его ягодицу.       Молодой человек вынул наушник из правого уха и повернул голову, пытаясь рассмотреть, какое животное в общественном месте беспардонно лапает его за всякое. Как назло, кондукторша-бульдозер снова догребла до задней площадки, и всё, что он смог разглядеть через плечо, будучи размазанным по стеклу, это бейсболка унисекс.       Вика не забывала следить за положением автобуса на дороге, чтобы не пропустить момент, когда придёт время закончить домогательство. Она тактильно изучила шорты парня. Они были длиной до середины бедра и изготовлены из мягкой ткани, которая позволила легко задрать короткую штанину и повысить градус интимности. Рука Вики нырнула под шорты и нащупала плавки. Она подцепила край трусов и глумливо щёлкнула по ягодице резинкой. Заметив, что автобус доплелся до светофора, она решила, что пора двигаться к финалу. «Сейчас я тебя разверну,» — похихикала она себе под нос и повела пальцем по копчику вниз, утрамбовывая ткань белья в ложбинку. Парень стал на несколько сантиметров выше и сжал булки. «Вах-вах, жопка орешек! Но не так уж крепки твои тылы», — подумала Савинова, любуясь его побагровевшими ушами и тычком забивая трусы глубже.       Молодой человек мгновенно нашёл в себе силы повернуться спиной к окну. Одуревшая от вседозволенности Вика прижалась к его левому боку и другой рукой нажмякивала теперь ничем не защищённые гениталии.       — Прекрати немедленно, — процедил он в козырек бейсболки.       Савинова стиснула его член между пальцами. Молодой человек скрипнул зубами.       — Стой смирно, детка, — похотливым голосом прошептала Вика. — Иначе оторву нахрен, — она сменила интонацию на агрессивную, продолжая сильнее сжимать мягкий орган, пока парень не уткнулся лицом ей в макушку:       — Больно...       Вика разжала пальцы и, окончательно растеряв все берега, принялась успокаивающими движениями наглаживать обиженные драгоценности. Она прислонила ухо к груди незнакомца и слушала, как бьётся его сердце, когда под действием настойчивых ласк член начал оживать. Савинова ритмично мяла стремительно твердеющий ствол. Она подняла голову и посмотрела молодому человеку в глаза, откровенно разглядывая его и открывая ему своё лицо. Тот в ответ сверлил её изучающим взглядом. Его красивой формы пухлые губы были плотно сжаты. Ноздри сердито подрагивали.       Вика на секунду скосила глаза в окно. Пора закругляться. Автобус заруливал на остановку. Дождавшись высадки части пассажиров, Вика резко отпрянула от молодого человека, толкнув его в грудь обеими руками.       — Ты охренел!? Грабли убрал, козёл! — на весь автобус воскликнула она и, размахнувшись насколько позволяла теснота в толпе, залепила ему смачную пощёчину.       Люди в салоне разом повернулись в их сторону и увидели взъерошенную, красную от возмущения девушку, которая поправляла задранную юбку, и мужчину с отпечатком пятерни на щеке, чьи шорты характерно топорщились в районе паха. Раздались гневные возгласы пассажиров. Парень тут же получил сумками по лицу от стоящих рядом женщин и под предложения повесить его на забор за причинное место был вытолкан из салона против потока входящих.       Вика сочувственно проводила его взглядом и, заверив сердобольных бабушек, что с ней всё в порядке, оглянулась на Виолету и Марину. Белоусова показала кулак с оттопыренным большим пальцем.

***

      На День Знаний редко выпадала хорошая погода, но на этот раз природа решила улыбнуться учащимся и с утра согрела землю не по-осеннему тёплыми лучами солнца. Все группы первого курса выстроились на торжественную линейку перед административным корпусом. Ректор и проректор по очереди произнесли длинную речь. Ректор лично вручил каждому первокурснику студенческий билет, и новоиспеченные студенты разбрелись по своим аудиториям.       Вика и Виолета сели, как в школе, за вторую парту среднего ряда, Марина устроилась позади на первый вариант.       — Вы в курсе, что у нас куратор мужик? — доставая блокнот и ручку, спросила Виолета.       Вика пожала плечами:       — Ну и что?       Дверь в класс открылась и на кафедру шагнул молодой мужчина в костюме и при галстуке. Студенты поднялись поприветствовать преподавателя.       — Здравствуйте, садитесь.       Он положил классный журнал и сел за стол. Виолета, как заведённая, под партой толкала Вику коленом. Причиной её возбуждения было то, что за преподавательским столом сидел тот самый мужчина, над которым они на днях поглумились в транспорте.       — Вижу, — тихо сказала Савинова. — Угомонись.       — Меня зовут Александр Владимирович Аристов, — начал он, скользя взглядом по лицам студентов. — Я куратор вашей группы и по совместительству преподаватель английского языка. Английская группа, поднимите руки, пожалуйста.       Вика и Виолета в числе прочих подняли руки.       — С вами мы познакомимся поближе.., — преподаватель на мгновение запнулся, натолкнувшись глазами на сидевшую как ни в чём не бывало Савинову. — А с остальными будем общаться в основном по организационным вопросам.       Вика спокойно встретила его взгляд, всем видом показывая, что она его внимательно слушает. Лишь бы девочки своей вознёй не выдали их с головой. В костюме с иголочки Александр Владимирович выглядел старше и солиднее. В каждом его движении и словах скользила уверенность в своём авторитете.       — Предлагаю представиться.       Когда очередь дошла до Вики, она встала и ровно сказала:       — Савинова Виктория.       Глаза преподавателя едва заметно сощурились. Для Вики было очевидно, что он пытается понять, действительно ли она девица из автобуса.       После выдачи расписания на первый семестр и обсуждения общих организационных вопросов Александр Владимирович дал задание английской группе и отпустил группу.       — Кажется, пронесло, — в коридоре выдохнула Марина.       — Хм.., не думаю, — ответила Вика. — Он определённо меня узнал.       — И что теперь делать? — с тревогой в голосе спросила Виолета. — Он же тебя со свету сживёт. Плакала твоя пятёрка по английскому.       — Не думаю, — повторила Савинова. — Дадим ему возможность сделать первый шаг, а дальше будем действовать по ситуации.       Первая пара по иностранному языку, вопреки ожиданиям девушек, прошла без эксцессов. Александр Владимирович с порога поздоровался на английском.       — Поскольку мы на занятиях по английскому, разговаривать с вами я буду исключительно на английском, — сказал он.       Виолета наклонилась к Вике:       — Я ничего не понимаю, что он говорит.       Та шепотом перевела речь преподавателя подруге, которая, доучившись до первого курса, не рубила в языках от слова совсем.       — Застрелиться можно, — заныла Кравченко.       Далее для оценки знаний по предмету Аристов попросил каждого студента кратко рассказать о себе. Савиновой нравился английский, и она знала язык на хорошем уровне, поэтому бодро оттараторила несколько предложений про семью, увлечения и планы на будущее.       Александр Владимирович больше не подавал вида, что они с Викой ранее встречались, и она успокоилась. Однако в конце второй пары, которая стояла по расписанию последним, Аристов обратился к ней:       — Савинова, задержись.       Вика села обратно на своё место.       — Викуся, тебя подождать? — кидая на преподавателя беспокойные взгляды, спросила Виолета.       — Идите домой, позже спишемся, — помотала головой Савинова.       Александр Владимирович смотрел на выход, ожидая, когда последний студент покинет аудиторию и закроет за собой дверь, а Вика любовалась его точёным профилем и выступившей мышце на шее, берущей начало от ярёмной ямки. Удостоверившись, что шаги за дверью стихли, Аристов повернул голову к Вике.       — Виктория, я хотел бы получить вразумительное объяснение твоему недавнему поведению, — холодно сказал он, глядя на неё с высоты кафедры.       Вика почесала нос, прикидывая в уме, что могло вызвать недовольство Аристова. Домашнее задание было в порядке, макияж и одежда соответствовали вузовскому дресс-коду да и грубить преподавателям она себе не позволяла.       — Уточните, пожалуйста, что вы имеете в виду, Александр Владимирович.       — Я говорю об инциденте в автобусе. Даже не думай отпираться, это была ты.       — Ах вот что, — облегчённо вздохнула Вика. — В Японии это называется чикан. Сексуальное домогательство в общественном месте.       — Ты понимаешь, что совершила отвратительный поступок по отношению к другому человеку? Своему преподавателю, между прочим. Ты же девушка! Учти, Савинова, без последствий такие действия не остаются.       — Тыжедевочка... — пробормотала Савинова. — А если бы парень девушку облапал, вы бы его так же отчитывали или одобрительно похлопали бы по плечу: «Мужик!»? Чудес не бывает. Вы такой же, как все, Александр Владимирович.       Аристов вскинул брови, услышав английскую речь.       — За проигрыш в карты мне выпало отчиканить кого-нибудь в общественном транспорте. Вы оказались подходящей жертвой в качестве собирательного образа всех мужчин.       — Всю жизнь мечтал, чтобы малолетки в автобусе поунижали, — скрипнул зубами Аристов. — Ты еще и в азартные игры играешь.       — Я не знала, что вы наш преподаватель. Извините за пощёчину. Ничего личного на самом деле, не берите в голову.       — Савинова, ты поняла меня насчёт последствий?       Аристов действовал на неё странным образом — рядом с ним в ней возникал дух противоречия. На слова другого преподавателя она бы просто смолчала, а не ответить куратору она не смогла. Вика хмыкнула:       — Уважаемый Александр Владимирович, а вы до конца осознаёте, что случится, если об инциденте станет известно кому-либо, кроме нас? Давайте прикинем расклад. Сколько вам лет, сенсей?       — Двадцать семь, — сказал он, не понимая, куда она клонит.       — Ну, вот я девушка, а вы молодой преподаватель, — продолжала Вика, нащупывая в сумке телефон. — Кому же поверит ректор, увидев эту запись?       Савинова запустила воспроизведение видео и повернула к нему экран. «Ты охренел!? Грабли убрал, козёл!».       — Вы точно хотите поставить под угрозу свою репутацию в начале карьеры?       — Запись не полная, — сказал Аристов с каменным лицом.       — Она достаточная, чтобы заставить усомниться в ваших словах. А что вы ей противопоставите — отпечатки пальцев с белья в районе задницы?       По лицу Аристова ходили желваки. Он стремительно подошёл к Вике и, вздёрнув ей руку, забрал телефон. Она подпёрла скулу кулаком, пока он удерживал её, подвесив за запястье, и другой рукой стирал видео.       — Удаление записи из моего телефона вам не поможет. Видео было сделано с разных ракурсов, и операторы будут свидетельствовать в мою пользу.       Несколько минут Вика наблюдала его внутреннюю борьбу.       — Скажите, сенсей, какие чувства вы испытываете, когда над вами надругались, и вы, наделённый властью и физической силой, не можете ответить, будучи до смешного беззащитным перед несправедливостью, а любая ваша попытка что-то исправить оборачивается против вас?       Аристов сел на парту в соседнем ряду.       — Что тебе от меня нужно?       Он внимательно изучал мимику Вики, стараясь отыскать признаки издёвки. Взгляд Савиновой скользил по его лицу. В нём не было ни намёка на издёвку, ни даже удовлетворения от превосходства над мужчиной.       — Я хочу закончить чикан. Давайте поставим точку и сделаем вид, что ничего не было. Вы — преподаватель, я — ваша студентка. У меня нет проблем с английским, поэтому ставьте, пожалуйста, справедливые отметки. За заниженный балл я топить вас, конечно, не буду. Просто этим вы сами покажете себя не с лучшей стороны, вот и всё.       Аристов посмотрел на свои сплетённые пальцы.       — Иди домой, Савинова, — устало произнёс он.       — Извините ещё раз, Александр Владимирович, — сказала Вика, накидывая на плечо ремень сумки. — До свидания.