A. I.

Старший специалист в области кибернетики и искусственного интеллекта молча отвёл взгляд от постели, на которой лежал бледный мужчина, одетый в больничный халат. Руки лежащего человека были тонкими и худыми, волосы поседевшими с глубокими залысинами как у старика, лицо казалось опухшим и усталым, кожа была покрыта язвами, вызванными гено-модифицированными продуктами и загрязнённой средой. — Я не хотел, чтобы тебе приходилось видеть меня в таком состоянии, — откашлялся мужчина, так же как и специалист, отведя взгляд в сторону. — Ты ни в чём не виноват, это просто изменённая генетика, — ответил Сейджуро. — Похожая судьба в будущем ждёт нас всех. — Сейджуро… если бы я только мог знать, — человек продолжил тяжело кашлять. — Я бы… не допустил такого… — Отец, в случившемся нет твоей вины, — Сейджуро продолжал смотреть в одну точку, его ладони были сжаты в замке, тело напряжено. — Не позволяй таким мыслям разрушить твой разум. Это самобичевание не приведёт ни к чему, и тебе не станет легче. Знаешь, я уже всё давно решил для себя: мне всё равно как долго ты будешь меня помнить, я оставлю тебя в своей памяти до тех пор, пока подобный недуг не настигнет и меня самого. Масаоми Акаши позволил себе прилечь, впёршись подзатыльником в подушку: — Я не знаю, поймёшь ты меня сейчас или нет, но я тебе не желаю похожей судьбы… Сейджуро долго молчал, затем закрыл глаза и всё же произнёс: — Мы все сдавали анализы. Это вопрос времени. — Неужели я снова начинаю всё забывать? — голос мужчины стал менее отчётливым, произнесённые слова стало сложнее различить. — И всё равно, может, они просто ошиблись с анализом? Знаешь, я… твоя мать… мы… ты сам знаешь, как много ты для нас значишь… Сейджуро, ты меня слушаешь? — Слушаю, отец… — Это хорошо. Тогда я могу быть спокоен. Кстати, как твой новый проект? — Всё хорошо. Пока что Тецую сложно назвать полноценным человеком, но он показывает признаки высокого интеллекта. — Ты так погружён в этот свой эксперимент, что я начинаю всерьёз за тебя переживать. Ведь… ты даже не успеешь ничего сделать для себя. Ты словно готов отдать всё своё оставшееся время человечеству… Сейджуро ничего не ответил, он сам всё слишком хорошо осознавал, он понимал отчаяние отца, а так же знал все свои сделанные заранее выборы, и ему не хотелось колыхать эту больную для его отца тему. Веки Масаоми опустились на уставшие глаза, и мужчина погрузился в глубокий сон. Сейджуро ещё долго сидел рядом в тишине и только спустя несколько часов позволил себе встать и отправиться в проверочный центр, чтобы успеть на запланированную встречу с госпожой Куроко и её сыном. Человечество оказалось в очень невыгодной для себя позиции, вовремя не остановив или, по крайней мере, не предотвратив широкое распространение генной инженерии, экспериментов с продуктами, водой, ДНК, а так же повышенную радиацию и загрязнение окружающей среды. Человечество было настолько отчаянно занято проблемами эмигрантов, перенаселения, религиозных и расовых распрей, проблемами ранней беременности, насилия, преступности и коррупции, что самое главное осталось незамеченным, и теперь практически все оказались в схожей ситуации. Мир был погребён в пучины океана под волнами новой болезни, вызванной генными изменениями человеческого организма. Болезнь не убивала сразу, позволяя людям продолжать заниматься привычными для себя делами, но вылечить недуг на данный момент медицина была не способна, ибо новая болезнь была ничем иным, как частью изменённого человека. Сейджуро долго думал над возникшей проблемой, долго работал над различными проектами, но всё было безуспешно: наука не была способна что-то изменить. Его мать, покинувшая этот мир из-за новой болезни, не могла вернуться обратно, а его отец, практически прикованный к постели, ожидал схожей судьбы. Может из-за этого специалиста так заинтересовало предложение, сделанное богатой семьёй Куроко? Или на то были другие причины? Иногда Сейджуро казалось, что он сам запутался в лабиринтах собственных мыслей, а иногда ему казалось, что он стал пленником собственного мышления. Но как бы там ни было на самом деле, отступать специалист не намеревался. Ему хотелось узнать, что получится из начатого эксперимента. Он хотел убедиться в том, что его творение сможет выжить в этом погрязшем во лжи и в эгоизме мире и изменить будущее, даже если это будет означать полное исчезновение всего человечества. — Ты страшный человек, Сейджуро, — золотой дракон опустился на плечо специалиста. — А ведь они даже и не догадываются… — Природа человека страшна сама по себе, посмотри на то, что мы сделали сами с собой, и это станет очевидным, — ответил Сейджуро. — Я не ищу признания или любви, мне всё равно, что обо мне будет думать эта женщина, мне всё равно, что обо мне будет думать Тецуя. Если он сможет изменить этот мир, меня всё устроит. — Отчаянный идеалист, видящий реальность сквозь призму цинизма, не сможет изменить мир к лучшему. — Я не собираюсь делать мир лучше или хуже, я всего лишь делаю то, что позволяют мне мои возможности и мои моральные устои, чтобы приблизиться к тому, что в моём понимании изменит этот мир, превратив его в идеальное место для каждого, включая моего отца. Ничего больше. Я не хочу, чтобы кто-то был согласен со мной, чтобы кто-то следовал за мной. Каждый волен выбирать для себя сам, на что он готов пойти ради достижения схожих целей. — Если бы я тебя не знал, я бы не поверил тебе: в твоих словах слишком много противоречий. Но так как ты это ты, то я понимаю, откуда они берутся. Драконы обычно не взаимодействуют с людьми. Думаю, что тебе не сложно отгадать причину такого взаимного равнодушия, но с тобой работать довольно интересно. — Не думал, что ты станешь мне льстить. Это совсем не похоже на тебя. — Я только стараюсь тебя предупредить: будь осторожен в собственных суждениях. Люди многого не видят, их срок слишком мал, чтобы осознать даже собственные ошибки. — И всё же даже такие… мы способны что-то изменить. Сейджуро протянул руку вперёд, и его крылатый друг сразу же поднялся над головой специалиста, а затем опустился на ладонь, указывающую на простирающийся горизонт. — Мир меняют далеко не мудрые, далеко не те, кому это было предназначено судьбой, обычно его меняют решительные и отчаявшиеся, будь то люди или драконы, — дракон вытянул свою шею вперёд, словно старался продлить контур руки специалиста. — Тогда я поступлю ровно так же, как поступали все они до меня, — ответил своему маленькому спутнику Сейджуро. — Назад дороги уже нет.

***

Дверца лифта отъехала в правую сторону и скрылась за цилиндрическим корпусом, и перед Тецуей и её матерью предстал Акаши Сейджуро с непринуждённой улыбкой на уставшем лице. Мегуми качнула ему головой в знак приветствия, а затем крепко обняла сына за плечи, на что мальчик резко перевёл на неё взгляд. — Мам, я же быстро… — Я знаю, — её руки сжали его сильнее, словно она боялась отпустить Тецую, словно она боялась его потерять. — Ладно, беги, мама будет ждать тебя снаружи, — женщина постаралась улыбнуться, ослабляя объятие, а затем помахала ему рукой, присаживаясь на одно колено. Тецуя улыбнулся матери, помахал ей так же рукой, а затем сделал шаг в сторону от неё, следуя за специалистом. Оба скрылись за дверью, ведущей в кабинет, предназначенный для проверки мальчика, и Мегуми осталась в коридоре, заполненном небольшим количеством людей. — Итак, как ты себя чувствуешь, Тецуя? — незамедлительно начал проверку робота Сейджуро. — Что тебе удалось вспомнить? — Почти ничего, — честно признался мальчик. — Присаживайся, — специалист сделал пригласительный жест, указывая на стул, расположенный в самом центре комнаты. — Значит, всё же что-то тебе удалось вспомнить? — Спасибо, — Тецуя неохотно устроился, поджав под себя ноги. — Знаете, я себя очень странно чувствую. Не понимаю, почему ничего не могу вспомнить, словно у меня нет, и никогда не было никаких воспоминаний. Только помню, что люблю маму… Сейджуро перевёл взгляд на мальчика и что-то записал в цифровой блокнот: — Пожалуйста, продолжай. — Мама говорит, что память скоро вернётся ко мне. Она читает мне книжки, которые мы раньше любили читать вместе, но я не могу ничего вспомнить. Словно я этого и не делал, — мальчик поник голову и замолчал. Сейджуро сделал ещё пару записей в блокноте: — Как твой лечащий врач я обязан следить за твоим здоровьем, а так же сообщать обо всех улучшениях, — специалист присел на одно колено возле мальчика. — Знаешь, выглядишь ты намного лучше, чем в прошлый раз. Сегодня, как мне кажется, ты в более хорошем настроении, хоть и обеспокоен. Помнишь, как ты себя чувствовал в прошлый раз? Тецуя сделал попытку припомнить свои эмоции во время предыдущего сеанса, но она оказалась тщетной, и мальчик отрицательно замотал головой. — Ясно. Похоже на серьёзные провалы в памяти. Возможно у тебя амнезия. Нужно будет разобраться. Это очень сложный случай. Сейджуро сжал цифровой блокнот в ладони. Он знал, что продолжал врать своему же творению, он заметил, что Мегуми использовала оставленную им инструкцию, и понимал, что Тецуя будет теперь привязан только к ней, а так же прекрасно представлял, что не успеет повторить эксперимент из-за оставшегося в его распоряжении времени, и это его единственный шанс изменить будущее. А потому он решил для себя, что продолжит врать, продолжит вводить всех в заблуждение. — Я сделаю снимок твоего черепа, не возражаешь? — А это больно? — обеспокоился мальчик. — Совсем не больно. Всего лишь одна вспышка. — Тогда хорошо, — Тецуя утвердительно качнул головой. Сейджуро отвёл его в крошечное помещение, где сделал снимок его головного мозга. Затем Тецуя вернулся в большую комнату и задумчиво посмотрел в окно. Сейджуро что-то ввёл в небольшой компьютер и оставил своего ассистента разобраться с остальным. — О результатах поговорим в следующий раз, не возражаешь? — Не возражаю, — мальчик сделал ещё более задумчивое лицо. — А на этом на сегодня всё? — На сегодня всё, — согласился специалист. — Приходи через пару дней. Я постараюсь выяснить причину твоей амнезии. Тецуя нерешительно отошёл от окна и зашагал в сторону двери: — Акаши-сан… а Вы меня точно лечите? — Точно. Не волнуйся по поводу медленных результатов. Так всегда. Просто прошлая проверка показала, что с твоим организмом всё в порядке. Там не может быть причин для провалов в памяти. Потому мне необходимо проследить за функционированием твоего головного мозга. Иначе я ничего не смогу сказать. — Тогда хорошо. До свидания, — мальчик остановился у самой двери. — До новой встречи, Тецуя. Я буду тебя ждать.