Подарок судьбы

***

«Я не герой. Никакой я не герой»       Мужчина тяжело дышал, оперившись на туалетный столик. Для него происходящее было ничем иным, как сказкой для детишек, где все шло по счастливому сценарию, который был удовлетворил читателя. Как Локи понял, этим читателем была Хель. Она пишет его историю настолько выгодно для себя, что даже смешно. Но и своего главного героя она не обижает, даже трон отдала.       Пара прядок упала на глаза Лафейсона, от чего отражение в зеркале было искажено, но он смотрел на молодого себя, на ту версию себя, с которой все началось. В прошлой жизни он пытался узурпировать власть путем обмана, а сейчас ему «судьба» в лице сводной сестры преподнесла такой подарок.       «Думаю, смерть — не так страшно как то, что Хель сделает с миром, когда получит один из камней бесконечности» — такие мысли его беспокоили больше всего.       Пока он даже не пытался задуматься над тем, чтобы обмануть смерть. Это было бесполезно, она была повсеместно и во всем, пока что, живом. Ведь у всех итог один: эта женщина заберет абсолютно всех к себе в царство. Поэтому она вполне могла быть среди стражников, прислуги, друзей, жителей Асгарда, да даже его приемной матерью. Она была везде. От этого становилось некомфортно, ведь осознание тотальной слежки не приносило пользы и так пошатнувшемуся за прошлую жизнь психологическому состоянию.

«Кто я? Герой?»       Оставаться долго в комнате он не мог. Его ждали «враги» из прошлой жизни. Однако в этой жизни они были его личной гвардией. Внезапно поток мыслей прервал стук в дверь. Такой ненавязчивый…        — Я занят, выйду через полчаса, — Локи крикнул, чтобы посетитель уж наверняка услышал его.        — Это я, сынок, — мягкий голос Фригги произвел должное впечатление на мужчину. Орда мурашек прошлась по его спине, заставляя проступить холодный пот на лбу и спине. Он не верил своим ушам. Неужели эта столь дорогая ему сердцу женщина была буквально в шаге от него. Он легонько оттолкнулся от деревянной поверхности и быстро направился к выходу.       Он распахнул дверь, немного шокировав данным действием царицу. Увидеть её сейчас было подобно чуду. Раньше он не ценил того, что имел, но сейчас, когда появился шанс сделать все «как надо», он вряд ли будет пренебрежительно относиться к приемной матери.       — С тобой все в порядке, сынок? — женщина обеспокоенно осмотрела его со всех сторон. — ты выглядишь и удивленным, и встревоженным одновременно.       — Все в порядке… мама, — он сорвался с места и обнял ее, нарушая все правила дворцового этикета. Дворцовые работники с недоумением смотрели на принца, ведь резкое изменение в поведении было довольно шокирующим. — Прости меня… Прости. Последнее он добавил уже шепотом, но Фригга решила пропустить это мимо ушей.       Лафейсон испытывал множество противоречивых чувств, он был голов расплакаться и падать в колени, извиняясь за все, что он натворил, но при этом не хотел вновь привязываться к этой женщине, ведь в итоге он умрет, потому что Хель коварна, она не отпустит просто так, даже есть помочь ей добыть все камни бесконечности.       Фригга отстранилась, положив руки на плечи трикстера. После чего взяла его под руку и коротким предложением «давай прогуляемся», повела его к выходу в сад.

***

      Под магическим куполом, защищающим дворец, всегда было лето, даже в этом по-истине райском месте. На пути пары встречались садовники, патрулирующие окрестности солдаты и фрейлины царицы. Пение птиц могло заглушить разговоры, поэтому приходилось либо говорить громче, либо прислушиваться. Локи и Фригга шли прогулочным шагом и вспоминали былые года. Детство Лафейсона и его брата Тора.       «Видимо расхождения в параллельных мирах не столь велико, как я предполагал» — засмотревшись в одну точку, подметил бог обмана. Из-за своей невнимательности, он споткнулся о небольшой выступ.       Совладав с гравитацией, он все же не упал, но его взгляд привлекла беседка, где сидели три знакомые фигуры.       — Твою мать… — как типичный мидгарцец выругнулся он, конечно же тихо, чтобы это не услышала матушка.       — Ты что-то сказал, Локи? — Фригга все же услышала невнятное изречение мужчины, но сути не поняла. Лафейсон помотал головой.       Теми тремя фигурами оказались любимица Тора — Джейн Фостер, воительница Сиф и Сильвия. Царица попросила поприветствовать девушек, только недавно добравшихся сюда.       — Тебе стоило бы присмотреться к Сиф, дорогой, — Фригга улыбнулась, — ведь каждому царю нужна царица, которая будет охранять покой правителя.       Воительница, с боевыми шрамами на руках и теле, сидела в шелковом платье, мило болтая с гостьями. Но больше всего беспокоила Баттор. Он встречался с ней, преодолевая временные и пространственные границы. Еще когда мужчина находился в комнате, он почувствовал силу камня, исходящую из его шкатулки, однако в этой реальности медальон украшал белоснежную кожу девушки, подрагивая при любом движении ее грудь. Поймав себя на мысли, что в эти доли секунды он рассматривал ее, он мысленно отругал себя, ведь она была хранительницей камня.       — Так почему меня сделали наследником? — вдруг спросил он.       — Потому что в твоих руках Асгард будет процветать, ты умен и расчётлив, — женщина посмотрела на него. — Тор слишком наивен. Возможно последняя ее фраза была о том, что бог грома влюбился в человеческую женщину, чей срок жизни сильно ограничен, в отличие от его.

***

За несколько часов до этого       Тор оставил своего братца в покое, а сам направился к главным воротам, где уже была подготовлена лошадь. Его так же ожидали его товарищи, которые надеялись застать еще и наследного принца. Тор объяснил им, что скорее всего они вместе увидятся лишь на очередной пирушке по поводу победы над мятежниками.       Как только Одинсон взобрался на лошадь, все поскакали в сторону портала Хеймдалля.       — Прекрасные гостьи, скорее всего, уже ждут нас, — подметил Хогун.       Фандралл мечтательно описывал как завоюет сердце Сильвии, а Вольштагг лишь искоса смотрел на него, понимая, что его ждет очередное поражение в борьбе за девичье сердце.       Вот уже виден конец Радужного моста, блеск доспехов Хранителя и две фигуры, стоящие рядом.       — Добро пожаловать, дамы, — Фандралл потянул за поводья лошадь, от чего та стала на дыбы. Конечно же, это было сделано для того, чтобы произвести на девушек впечатление. Но поняв, что подобным удивить смог только подругу Тора, мужчина расстроился. Одинсон помог Джейн усесться на скакуна, а потом и сам взобрался на него, сев позади возлюбленной.       Вольштагг первый спрыгнул и предложил незнакомке поехать с ним. Получив согласие, он показал язык своему боевому товарищу и проделал такие же манипуляции, как и Тор. Все пятеро направились обратно во дворец, попрощавшись с Хеймдаллом.       Уже в фойе дворца вся компания была встречена самим Одином.       — Добро пожаловать, дети мои, — правитель раскинул руки в приветствии, с добротой улыбнувшись представителям Мидгарда.       — Ваше величество, — девушки поклонились ему, но мужчина махнул им, чтобы они не занимались подобными формальностями.       — Тор, покажи дамам наш дом, пожалуйста. — Один кивнул им и пошел в свои покои, встретив на своем пути жену.       — Я к Локи, — она с теплотой посмотрела на своего любимого и пошла дальше.       — Ты сама знаешь, о чем с ним надо поговорить, — мужчина повернулся в сторону удаляющейся фигуры супруги. Когда она в пол оборота кивнула ему, он продолжил следовать в покои.       — Первым делом, надо познакомить вас с нашей подругой! — Фандралл не унимался и все время пялился на Сильвию. Мужчина расспрашивал ее о жизни, о профессии и конечно же семейном положении. Когда Хогун подкрался сзади и дал ему подзатыльник, тогда пыл ловеласа утих. Пока компания гуляла, они встретились с фрейлинами царицы. Агнес, главная среди них, а также наслышанная от Фригги о прибытии гостей, растолкала мужчин и взяла девушек под руки.       — Ну не гулять же им в людской одежде. — коротко и ясно выразилась она. Остальные девушки беззлобно хихикали, то и дело рассказывая Джейн и Сильвии о том, какие наряды можно подобрать под их типажи. Ребята остались стоять в коридоре, огорченные тем, что их лишили компании прекрасных дам.