Не люблю...

Рот Пака был прикрыт рукой, а Юнги был и без того зол, — Будешь говорить, когда позволят. Ты же не хотел поговорить по-хорошему, теперь поговорим по-моему, — прошептал на ухо старший и укусил того за мочку уха. Пак же промычал от боли, а мятноволосый не собирался останавливаться. Он хотел большего, он хотел отомстить ему, нанести такой урон, чтобы тот запомнил на всю свою поганую жизнь, как надо разговаривать со старшими. Убрав свою руку и посмотрев на губы младшего, Юнги не задумываясь впился в них. В поцелуе он оттягивал то нижнюю, то верхнюю губу рыжего, из-за чего он залился краской, не ожидая ничего подобного. Мятный ухмыльнулся и ослабив хватку, одной рукой залез под рубашку младшего, сначала оглаживая пресс парня и удивляясь, насколько у этого мелкого подтянутое тело… Но затем, мятноволосый перешёл на пах и дойдя до интимной зоны, сжал руку, ожидая стона и умоления младшего, прекратить все это, а рыжий издал первый стон, он был просто в тумане, ему не хотелось этого, но чувства ослабляли, что явно мешало выбраться из чужих рук. Юнги, конечно, воспользовался этим моментом и проник язычком в чужое пространство, ему это понравилось и сам того нехотя старший возбудился «Черт… Я же не другой ориентации… Что со мной? Я так хочу его…» — проговорил старший себе в мыслях и провел языком по дёснам Пака. Младшего будто облили холодной водой и заставили прийти в чувства, но через некоторое время он уже оказался в какой-то темной комнате, это его не на шутку испугало. Мин же толкнул младшего в стенку и вновь припал к губам, до крови покусывая их и наслаждаясь стонами от боли. Пак взял себя в руки и позволив проникнуть в его рот языком, давая ложную надежду старшему, что он не против. Но как только это случилось, Чимин укусил за кончик языка старшего и быстро откинул от себя его руки. Юнги лишь прошипел от неприятной боли в языке и обозлился ещё пуще прежнего, поднимая свой холодный взор на мелкого.  — Ах ты ж мелкий гадёныш! Видит бог, я хотел ещё по-хорошему… — злобно прошипел Юнги. Пак до жути испугался, но тут же взял себя в руки… Хотя видок старшего реально пугал, а контрасты света, которые пробрались сквозь мутные и зарисованные окна, давали ему ещё хлеще страха. — А кто разрешил тебе домогаться до меня?! Вот скажи, ты, засранец мятноволосый? — Юнги рыкнул на ругательства рыжика и напоследок вновь поцеловал того, позже отстранившись. — Ну всё… Сам допрыгался… — Юнги схватил за руку Пака и отшвырнул от стены на пол. После же тот с презрением посмотрел на Пака и неожиданно пнул в бедро, но младший смог промолчать. Он лишь попытался подняться, но это не выходило, — Что, рыжая сучка, решила, что можешь со мной сравняться?! — и снова удар, но уже по колену парня. Пак взвизгнул от боли, от чего старший довольно ухмыльнулся, но не решил останавливаться. А в это время, мимо проходил староста класса Чон Чонгук. Услышав чьи-то крики, он сразу кинулся на источник звука и застал данную картину… Даже в действии. Чимин уже лежит и не может подняться, скрутившись в клубочек. — Эй, Мин Юнги, что ты сейчас вытворяешь?! Мятный отвлёкся от своего дела и посмотрел на Чона, — Гукки, будь хорошим мальчиком и не лезь не в своё дело. Мы тут сами разберёмся. — парень серьёзно посмотрел на мятного. — Ну-ну… Вижу я, как вы тут разбираетесь. А давай, я тоже тебе по чему-нибудь ударю несколько раз, вместо того, что бы спокойно поговорить. Хотя что там… Конечно… Сила есть, ума не надо, так ведь, Мин Юнги? — Чон подошёл к Паку и отпихнул от него мятноволосого, загородив собой младшего. — Хм… Что, в защитнички нанялся?! Не знал, Гукки, что ты такой у нас «благородный», весь из себя, прям принц на белом коне. — Чон тоже уже закипал из-за слов старшего. — Если хочешь мы продолжим этот разговор позже, а сейчас, иди, пожалуйста, на урок. Юнги закатил глаза и повернувшись направился в класс. — Пф-ф-ф... Не очень-то и хотелось с ним долго возиться. Когда же Юнги скрылся, Чон подошёл к Чимину и аккуратно взяв на руки, понёс в медпункт. — Не волнуйся, всё уже более-менее нормально. Только… Что же на тебя сам Мин Юнги так взъелся?