Не люблю...

— А-ай… Хё-ён… Прекра… Прекрати… Хё-ён!!! Ай… Юнги-и… — не выдержав, младший вскрикнул от боли, новой боли которую очередной раз причинил Юнги. Пак чувствовал как орган Юнги расширяет стенки, ощущал каждую вену на его члене, но не мог остановить эти мучения. Сглатывая приливы криков, рыжий переводил взгляд в сторону, дабы не видеть его лица. Мятноволосый, услышав долгожданную мелодию младшего, которая эхом отдалась по его ушным перепонкам, проникла в мозговой отсек, от чего и взбудоражило старшего. Юнги приподнялся, и, не выходя из парня, повернул того, ставя Пака как собаку — на четвереньки. Сейчас двуличный не думал о последствиях, им завладели чувства, но какие именно? Он хотел просто поиметь это чудо и ничего больше или… Что-то изменилось, сердце мятного тянется к этому малышу, он хочет, чтобы этот рыжий комочек навсегда остался его. Навсегда. Мин положил руки на талию младшего и начал жестко насаживать его на себя, эта узость просто сводила с ума старшего, а крики и мольба рыжего, заставляли Юнги почувствовать мурашки по всему телу, это теплое местечко Пака, навсегда должно принадлежать только ему и никому больше. Мятноволосый решил, что хватит ему наказания для первого раза, с трудом он угомонил свой пыл и начал медленно и нежно двигать бедрами, расцеловывая спину, затылок, прикусывая плечи. — Хё-ён… А-ах… — младший, сам того не понимая, простонал, но для Юнги это не просто стон. Это сладкая и манящая мелодия, его милый голос. «Ему нравится… О-ох… Малыш, давай ещё!» — в мыслях проговорил двуличный и старался как можно нежнее входить в этот комочек. Дыхание было на пределе, горло пересохло, и скорый конец, всё, что ощущал старший, делая последний толчок и кончая в младшего. Их стоны слились воедино и старший без сил вышел из младшего. Мин улёгся рядом, притягивая Чимина к себе, а тот у свою очередь не мог отстраниться, ведь Юнги и не думал его развязывать. — Вот твоё первое наказание, мой малыш, — с довольной ухмылкой и хриплым голосом, промолвил старший. — Я тебя ненавижу! — шмыгая носом прошептал Пак, пытаясь хоть как-то выбраться из лап этого насильника.