Не люблю...

Раскладной нож… Юнги посмотрел на это холодное оружие, мысленно уже представляя свою смерть, алую кровь, ему было далеко насрать, что подумают родители, кто будет плакать, а кто будет радоваться.  — Насколько я ужасен? — задал сам себе вопрос мятный, зная ответ наперед, — Хах… Да все 100… — с усмешкой прыснул мятный, проведя тупой стороной ножа по белоснежной руке.

***

Пак кое-как дошёл до машины младшего и уселся за заднее сиденье. — Кто это? Твой друг? — усаживая светловолосого парня к Чимину, Гук закрыл дверь и усевшись за водительское сиденье, посмотрел в зеркало заднего вида, внимательно наблюдая за Паком, — Может к врачу? — с заботой проговорил младший, вставляя ключ в отсек зажигания, трогаясь с места. — Не… Нет, — на выдохе проговорил Пак, держа руку в области живота, — всё в порядке, — переводя взгляд на спящего Кима, рыжий улыбнулся краем губ, — да, это мой друг. — О-о, хён. Я не уверен, что все в порядке… — сворачивая на перекресток, младший тревожно выдохнул, — Почему он так поступает с тобой? — непонимания спросил макне, шумно вздыхая. — Я… Я и сам бы хотел это знать… — тихо проговорил рыжий, откидывая голову назад. — М-да, не отходи от меня, хён… И тогда… Прости, я был пьян, — виновато проговорил Чон, останавливаясь около своих хором, — прошу, чувствуйте себя, как дома! — мило промолвил макне, уже беря Кима на руки и придерживая дверь для рыжего. Кое-как они дошли до дома и пройдя внутрь, Чонгук уложил светловолосого на диван тут же укрыв пледом. — Чимин-хён, я должен посмотреть, что у тебя болит, — подходя к рыжему комочку, младший улыбнулся краями губ. — Не надо, Чон. Всё правда в порядке… — проговорил старший, мило улыбнувшись. Хотя он врал, боль отдавалась по всему телу не только физически, но и морально. Тяжело выдохнув, Пак облокотился о стену. — Хён, я сейчас позвоню и приду, погодь… — макне, вынув из кармана телефон, быстро вышел из хором и стоя уже на крыльце, злобно набирал номер Юнги, сейчас он все ему выскажет, как так можно поступать с человеком, так издеваться над ним? — Мин Юнги, я ошибался в тебе, ты ужасный человек, ты так и не изменился, — приподнимая трубку к уху, макне злобно выдохнул и услышав долгожданное «Алло» чуть не заорал, но благо сдержал свой юношеский пыл, — Мин Юнги, ты совсем ахренел? — всё-таки на повышенном тоне проговорил младший, на что не получил ответа. — Чонгук… Сейчас мне не до этого… — слабо ответил мятный, уже хотя сбросить трубку, но услышав грохот на второй линии и ор макне, слегка опешил и поднялся с места, — Что случилось? Чонгук, что случилось? — Чим… Потерял сознание…

***

Через некоторое время Пака увезли в больницу, его организм ослаб, да, и, благодаря издевкам и изнасилованиям мятного, он вовсе потерял сознание. Он сейчас лежит в палате и не хочет никого видеть… Никого, даже своего друга — Тэхёна. — Меня зовут Тэхён, — протягивая руку, старший посмотрел на макне. — Меня Чонгук, приятно познакомиться. — пожав руку Киму, младший подскочил к двери, когда заметил приближающегося Юнги, — Юн, Туда нель… — не успел проговорить младший, как мгновенно был откинут на скамейку к Тэхену. Мин быстро вошел в палату и подошёл к рыжему. — … Чим~ми… — мятный не успел договорить, как его заткнул рыжий. — Зачем ты… Пришёл? — шмыгая носом, проговорил младший, чуть приподнимаясь и опираясь на локти  — Я хотел… Извиниться, прости меня, Чим… — глядя на свое чудо, Юнги прикусил губу и не утирая слёзы посмотрел на младшего, прямо в глаза. — Засунь себе эти извинения куда подальше. Если бы ты был на моем месте, если бы я так же избивал тебя и жестоко насиловал, а потом пришёл вот так вот и просто попросил прощения ты бы простил? — не вытирая новые потоки слёз, младший опустил голову и прикрыл глаза, чувствуя как капли слёз падают на его руки. От слов младшего у Юнги перевернулся весь мир, он не знал как на это реагировать. «Он не простит меня…» — сказал себе в мыслях мятный, а после спросил на выдохе, — Что мне сделать, чтобы ты простил меня? Пак поднял взгляд и вытерев слезу ответил…